Рихард (2/2)

Он чувствовал себя сапером, который бредет по минному полю. Одно неверное слово и будет взрыв. Ему еще повезло, что девчонка даже не понимала, что в ее руках все козыри и как легко она может испортить ему жизнь. И сколько денег с него поиметь. Но он понимал.

Элисон молчала. И по тому, как она упрямо вертела головой из стороны в сторону, будто бы рассматривая кубки и полки с личными делами, мужчина уже предвкушал очередные сцены из дешевого романа. Он тяжело выдохнул. Какой долгий день.

- Ты так легко об этом говоришь, - едва слышно проговорила школьница. Ее голос дрожал, скакал по нотам. Она плакала, еще сдерживая себя, но плакала. – И скольким девушкам в этом кабинете ты говорил так же?

- Малыш, не нужно так говорить. Я всего лишь хочу, чтобы ты знала, что мы можем решить эту проблему вдвоем. Ты и я. Помочь тебе – мой долг, я всего лишь стараюсь не накалять обстановку. Сейчас нужно действовать четко и слаженно.

- Как на футбольном поле? – вопрос прозвучал резко, почти с вызовом. – Я вообще для тебя хоть что-то значу?

- Элисон, - Рихард поднялся со своего места и начал медленно приближаться к девушке. – Не время выяснять отношения. Сейчас мы оба взволнованны и можем наговорить глупостей только из-за того, что злы друг на друга.

- Друг на друга? – почти детское лицо девушки превратилось в гримасу. Губы искривились, в глазах заметался огонь ярости . – И за что тебе злиться на меня? Я тебе говорила, что не буду пить противозачаточные. Ты прекрасно об этом знал! И что ты сказал? Что никаких проблем не будет!

- Я и сам еще не совсем понимаю, как это вышло, должно быть…

- Что-то пошло не по плану, да? И теперь ты просто отправишь меня к врачу, даже не спросив, чего хочу я?

Началось, - подумал Рихард и устало опустил глаза в пол. Презрение и раздражение – вот все, что он чувствовал. Весь этот разговор, все эти упреки, слезы и истерики – сплошное дежа вю. Он всего лишь хотел вытянуть ноги перед телевизором и выпить бутылочку холодного пива.

- Молчишь? Слов подобрать не можешь?

- Закрой свой чертов рот! – прикрикнул учитель и резко поднял голову, отчего собеседница вздрогнула. – Я не обязан перед тобой оправдываться, в том что случилось виноваты мы оба, тебе не кажется? А? Малыш? Что-то когда ты раздвигала ноги, и бегала сюда по три раза в неделю, я не слышал упреков. Тебе все нравилось, да? Я сказал, что проблему решу. Что еще тебе от меня надо? Извинений?

Элисон замерла на месте и смотрела в такое до боли знакомое лицо и не узнавала этого человека. Вместо лица любимого мужчины была лишь холодная гранитная маска и грубый, властный голос. Не этого человека она полюбила. Не этот человек ласково поправлял ей волосы и прятал в шкафчик кислый жевательный мармелад от которого она сходила с ума. Не он ее обнимал после бурного секса, не он шептал о том, как любит ее и как ему с ней хорошо.

А может того человека никогда и не было? Может это был вымышленный персонаж? Игра одного актера? Элисон не хотелось даже думать об этом. И она не знала, какая мысль приносит больше боли: то, что в ее животе растет ребенок или то, что ее развели как сельского дурака на ярмарке.

- А о чем думал ты, когда снимал трусы? Когда приходил ко мне домой? – девушка даже не узнала свой голос – отстраненный, серый, ровный. – Что тебе все сойдет с рук?

- С рук? – ядовито переспросил мужчина и ухмыльнулся, - неужели малышка Элисон начинает мне угрожать?

- Ты не можешь решать за меня. Не имеешь права.

- Оу, и что же ты будешь делать, а? Родишь в старших классах, а в графе отец ребенка поставишь прочерк? Не кажется ли тебе, моя милая, что история повторяется?

- Будешь шутить про мою мать? – девушка даже не уловила тот момент, когда беседа перетекла в поочередный выброс холодных ножей. Каждый пытался ранить больнее. – Не волнуйся, в этой графе прочерка стоять не будет.

Рихарда словно окатило кипятком. Словно вместо крови текла лава.

- Что ты сказала? Что ты сейчас, мать твою, сказала?

- Что слышал. Я пойду, - Элисон развернулась к двери и уже сделала пару шагов, когда мужчина схватил ее за предплечье и с силой развернул к себе, тряхнув ее так, что голова заходила ходуном.

Он был похож не на человека, а на разъяренного быка.

- Не смей мне угрожать, маленькая потаскуха, - прошипел он. – Ты даже не представляешь, что я могу сделать с тобой. Не играй со мной, тебе же хуже будет. Я тебя уничтожу быстрее, чем ты откроешь поганый рот.

- Отпусти меня! – взвизгнула девушка и дернула руку на себя. – Нет! Ты не можешь так поступить с нами!

Пощечина просвистела как пуля. Только когда ладонь начала пылать огнем, Рихард пришел в себя и понял, что он натворил. Волосы Элисон прилипли к влажной от слез коже, она прижала руку, закрывая половину лица. И смотрела на него. В этом взгляде смешалось и злость, и неверие в происходящее, растерянность и страх.

- О, боже… Элисон… Прости….

- Больше никогда не смей прикасаться ко мне! - она с силой выдернула руку из его хватки и мужчина отпустил ее.

Через секунду хлопнула дверь и Рихард остался стоять на своем месте. Безумно долгий и тяжелый день.

- Да твою ж мать! – закричал он на весь кабинет и со всей злости пнул стул, что был рядом.

- Мне еще раз повторить?

Вивиан узнала голос. Учитель Круспе. Школьники начали расходиться, прятаться по кабинетам, словно ничего и не было. Парочка старшеклассников попробовала завести с ним разговор, на что мужчина дал ясно понять, что разговаривать он не настроен.

- Вот же паскудное отродье, - прошипел он сквозь зубы с такой ненавистью, что у Ви похолодела спина. Учитель присел рядом с ней, помогая собрать остатки тетрадей и учебников в общую стопку. – Ты как? Скотт? Верно?

- Д-да, - выдавила из себя девушка, тряхнув головой. Парочка прядей тут же легла на лицо, прилипая к еще не высохшим слезам. Как же ей было неловко перед учителем! Никчемной. Он ощущала себя никчемной и единственное, что ей хотелось – это бежать домой, закрыться в своей комнате и не выходить оттуда пару сотен лет.

- Если будут еще проблемы сразу иди к директору. Он должен решать эти вопросы. Не стесняйся просить помощи, - Рихард протянул школьнице собранные тетради и на секунду их взгляды встретились. – Взрослые тут для того чтобы вам помогать. А сейчас иди домой. Не думаю, что ты в состоянии учиться. Я замолвлю за тебя словечко.

Вивиан снова захотелось плакать, а еще обнять своего спасителя как можно крепче, чтобы бы он понял, насколько она ему благодарна.

- О-о, мистер Круспе, - ее губы задрожали, но она все же улыбнулась. – Спасибо большое. Я этого никогда не забуду.

Школьный двор быстро опустел – звонок, оповещающий о начале урока, затянул всех в кабинеты. Вивиан брела вдоль парковки, когда ее телефон завибрировал от полученного сообщения.

« Прошу тебя, приходи сейчас. Я убила свою жизнь»

Круто развернувшись на месте, Вивиан бросилась в сторону автобусной остановки. В груди яростно стучало сердце. Девушка знала Элисон и понимала, что кидаться такими словами она не будет.

Но она не могла знать главного: этим сообщением подруга убила и ее жизнь тоже.