Эпилог (1/1)
-Сэр, самолет идет на посадку. Пристегните ремни, пожалуйста.Я сонно заморгал. Неужели я проспал все 7 часов полета? Хотя не удивительно с нынешним моим графиком. Я взглянул в иллюминатор.
Посадка прошла мягко. Спускаясь по трапу, я набрал номер. Странно отключен. Набрал запасной. Тоже отключен. Нехорошее чувство забралось в глубину души. Быстро поймав такси, я продиктовал адрес водителю. Набрал номер. Опять голосовая почта. Да что же это такое. Сорок минут тянулись вечно. Я пытался успокоить себя, но это было бесполезно. Перескакивая сразу через две ступеньки, я влетел на крыльцо дома, на ходу доставая ключи.Щелчок замка…я слышу какой-то непонятный шум, затем тихий плач дочери. Пулей проскочив гостиную, я побежал на кухню. Энни всхлипывая, собирает с пола осколки чашки.- Солнышко, осторожно не порежься.- Папочка, я нечаянно я хотела налить сок. Это твоя любимая.
Приглянувшись к осколкам, действительно узнал свою любимую чашку, расписанную собственноручно дочкой и подаренную мне на прошлое Рождество.- Энни, птичка моя, это же просто чашка, - пальцами я вытираю слезинки с ее щек, - ты же мне сделаешь еще красивее, правда?Всхлипы затихают.- Ты на меня не сердишь, папочка?- Ты мое сокровище, разве я могу на тебя сердиться, - я звонко поцеловал дочурку в нос, - Беги, там в коридоре у меня в сумке для тебя подарок.Глаза дочери загорелись. Обняв меня крепко за шею, она пролепетала:- Ты самый лучший папа на свете. И я тебе сделаю в триллиард раз лучше чашку. Честно-честно.- Не сомневаюсь. Беги уже. Энни, стой. А где мама?- Что здесь случилось?Мэри стояла в банном халате на пороге, ее волосы были мокрыми и спутанными после душа.- Мамочка, папа приехал уже, – радостно защебетал ребенок, пританцовывая на месте.- А куда это ты так несешься в таком случае?- Ну мам, - насупилась дочь.- Она бежит к своему подарку, правда, Энни?- Да, - быстро выпалила она и. проскользнув в дверь, побежала дальше.- Джо, ты опять ее балуешь. Какой это по счету будет уже медведь в ее коллекции.- Мэри, любимая. У меня в жизни есть две самые любимые девушки и разве я не могу их побаловать, - не дожидаясь ответа, я притянул к себе любимую и нежно поцеловал ее, - А это тебе, - я протянул небольшую бархатную коробочку.- Джозеф, ты невозможен.На синем бархате лежали серьги с двумя изумрудами- Ах, это прекрасно. Но ведь это так дорого. Любимый, ну к чему это все?Мэри обвила мою шею руками и поцеловала меня.- Как это к чему. К тому вечернему платью, что ты так еще и не одела.- Ну, да и не одену еще ближайшие два-три месяца, - любимая хохотнула и погладила свой большой живот, - Пока я могу одеть лишь те красивые балахоны из отдела для беременных, боюсь, что к ним изумруды не пойдут.- А как тут вел себя наш Джонатан, - я присел на корточки и положил руки на объемный живот жене.- Ты же знаешь, он совершенно не любит спать без папочки, вот и играл всю ночь в футбол, - Мэри накрыла мои руки своими ладонями.- Ах, как не стыдно озорничать и не давать мамочке спать, маленький проказник, - Но теперь я дома и буду не сводить с тебя глаз, - я поцеловал живот и выпрямился во весь рост.Поддавшись порыву, я быстро притянул любимую в свои объятия:- Я испугался, у вас не отвечали телефоны. Я пока доехал домой, думал с ума сойду.- Джо, - Мэри встрепенулась и обхватила мое лицо ладонями, - Опять кошмар?Я кивнул. И еще крепче прижал ее к себе, стараясь не потревожить нашего будущего сына.
- Любимый, сколько раз тебе повторять. Я никуда и никогда от тебя не уйду. Мы с Энни твои навеки. Сколько раз тебе это повторять. А это всего лишь глупые сны. Я же говорила, давай сходим к психологу.
Я отрицательно покачал головой: - Нет, все нормально.
- Это я виновата, что мы не можем сейчас ездить с тобой.
Дело в том, что я действительно глушил свое паническое нежелание расставаться с моими девочками тем, что мы везде ездили вместе. Всюду где мне приходилось задерживаться дольше, чем на месяц мы снимали комфортабельный домик. Но на 6 месяце у Мэри была угроза выкидыша, и врач категорически запретил ей какие-либо передвижения тем более на авиатранспорте. Да к тому же, Энни уже нужно было идти на подготовительные курсы к школе. Так что перед нами стал вопрос о постепенном расставании с кочевой жизнью. Поэтому я последнее время большее время проводил в воздухе, летая с одного конца континента на другой. Но масштабные проекты уже были закончены, и в ближайшее время я не хотел ничего, чтобы отбирало бы у меня много времени от моей семьи.- Нет, все нормально. Просто я так долго был без вас. Но зато проект закончили досрочно. И теперь мы можем заняться комнатой для Джонни.- Как же мне повезло с мужем.Мэри прильнула к моей груди.- Мам, - в кухню вбежала Энни, -Мамочка, смотри, смотри. Это же мой Бани. Папочка нашел его.Девочка крутила в руках зайца. Это была точная копия ее любимой игрушки, которая у нее при переезде потерялась. Она всегда спала с ним, но благодаря перевозчикам были потеряны два ящика с вещами. И мне пришлось заказывать его у мастера, причем воссоздавать игрушку в мельчайших подробностях, чтобы дочка не заподозрила.- Точно это мистер Бани. Он видимо убегал искать нашего папу. Вот они и вернулись вместе.
- Пап пошли я тебе покажу, какое платье у меня будет на выступлении через неделю. Миссис Таболт сказала, что я буду самой прекрасной феей.Дочка схватила меня за руку и потащила к себе в комнату.Энни вертелась по комнате в небольшом розовом платьице с белоснежными легкими крылышками за спиной, повторяя слова своей роли для детского спектакля.
- Спасибо за то, что ты у меня есть, - шепнула мне Мэри на ухо, - Ты самый лучший отец и муж. Я тебя люблю.- Я тебя тоже люблю.Я обнял жену со спины, и мы любовались нашей талантливой дочерью. Возле окна стоял большой шкаф, на полках которого были рассажены плюшевые медведи, которых я возил дочке из каждой поездки. Посредине всех восседал белый медведь. Тот самый, которого я привез, когда первый раз приехал к ней. На лапе игрушки был браслет кобра. Ятеснее прижал к себе мою любимую и поцеловал ее в шею. Камни в глазах кобры лукаво блеснули мне ярким зеленым огоньком.