Восход. Глава 4 (1/2)

Глава 4Ты пыталась стать жестокой,Стать прозрачной словно ледНедоступной и далекойИ живущей без заботБарабанит по стекламДождь, как будто живойТы опять одинока,Открой, открой, окно….А. ЕлинЛегенды… они такие древние и такие притягательные. Он склонился над старой книгой. Пожелтевшие страницы, кожаный переплет, украшенный вязью. Странные буквы древности. Странный язык. Прочесть эту книгу может только вампир. Или оборотень. Она для тех, кто живет в сумеречном мире, кто принимает свою сущность, но хочет большего. Здесь содержатся легенды и предания. И одна из них гласит, что дампир, кто наполовину человек – более опасное и смертоносное существо, чем вампиры и оборотни. Но можно быть сильнее. Можно всех превзойти, ведь у него есть книга власти, где любое знание оплачено кровью. Он мечтал об этом долгие годы, глядя из окон своей комнаты на счастливую и неспешную Вольтерру. Но для того, что бы знание древности обрело силу, а он получил то, чего так страстно желает, надо понять, что значит душа. Надпись на желтых страницах гласит: ?И не имеющий души, да постигнет ее. И несущий смерть, да узреет жизнь. И ищущий истину, да поймет – сила в душе?. Это просто слова. Оболочка для мыслей. Да, сила в душе, но ее нет. Или есть? Как только он поймет, в чем тут дело, можно будет совершить обряд, которыйявляется последнем звеном цепи, ведущей его к цели.Ренесми проснулась от яркого солнца, бьющего прямо в зарешеченное окошко. Вместе с новым днем пришла новая боль. Она не дома. Она в Вольтерре. И Розали не придет, что бы расчесать ее локоны, а Элис не будет, напевая себе чего-то под нос выбирать ей наряды на грядущий день. И не услышать, как дед Чарли возится внизу, перебирая рыболовные снасти. Она в Вольтерре и это ее выбор. Это цена жизни Сета. И она готова ее заплатить, пусть даже он об этом никогда не узнает. Ренесми понимала, что ее семья вряд ли поверит в бред о безумных и скоропалительных чувствах к дампиру Константину. Они наверняка попытаются что-то предпринять. Поход на Вольтури? Ренесми усмехнулась своим собственным мыслям. Это – безумие. Они просто придут умирать. Да, у Беллы щит, но Вольтури прекрасно знают о том, что этот щит абсолютно бесплотен и стоит ее ?выключить? первой, как справиться с остальными не составит труда. Тот же Алек первым ринется в бой. При воспоминании об Алеке Ренесми невольно поморщилась. Вампир выглядел очень юным. Но, сколько жестокости было во всем его облике. Гордая осанка, всегда снисходительный взгляд кроваво-рубиновых глаз, пухлые губы поджаты в легкой полуусмешке. Нет, Алек Вольтури не насмехается над всеми, но готов это сделать в любой момент. Ведь именно он и его сестра Джейн – мощь всего клана. Под прикрытием этого страшного тандемаВольтури могут делать все, что вздумается, называя это правосудием и справедливостью.

Ренесми до боли сжала кулаки. Ей хотелось растерзать всех, кто находится в этом замке. Но она была бессильна, и ей оставалось только одно – ненавидеть, что она и делала, стараясь не показывать своего дара, что бы в нужной момент ударить по врагам в полную силу.

В дверь тихо постучали.

— Можно? – спросил мелодичный голос.

— Да, – отозвалась Ренесми и постаралась расслабиться, чтобы не сбить с ног вампира, который собрался ее навестить.

Константин. Он медленно подходит к девушке. Его движения плавные и легкие.

— Ты будешь завтракать? – спрашивает он и пристально смотрит на Ренесми ярко – зелеными глазами, опустив темные очки, в которых вошел. Эффект производит неизгладимое впечатление. Будет трудно забыть эти глаза.

— Почему у тебя глаза зеленые? – спрашивает Ренесми, скрещивая руки на груди, словно боясь, что дампир схватит ее за руку и заставит идти за собой.

Константин смеется. Его смех мелодичен, в нем звучат переливы серебра. Но Ренесми хорошо знает цену этому смеху. Нельзя полагаться на ощущения, когда имеешь дело с таким опасным существом.

— Потому что я — дампир, а мы не имеем таких ярко выраженных признаков, как вампиры. Хотя и обладаем большей силой, — так будешь есть? — буднично интересуется он.

Ренесми очень хочется отказаться, но она уже сутки не ела, погруженная в собственную тоску. Организм требовал пищи. И сейчас ей как никогда хотелось просто человеческой еды. Страшно осознавать, чем питаются Вольтури. Она не хочет быть такой, как они.

— Я буду, — говорит он, — но я буду просто завтрак, – она внимательно смотрит на Константина, словно ожидая каких-то вопросов. Но дампир молчит и спустя несколько секунд произносит:— Я распоряжусь, чтобы тебе подали еду, Ренесми.

Завтрак оказывается неожиданно вкусным. Хрустящие тосты с яблочным джемом и натуральный апельсиновый сок. От запаха свежих фруктов становится спокойней. Точно так же пахло дома, ведь Элис всегда следила за этим. Элис. Горло перехватил спазм. И внезапная догадка заставила судорожно вдохнуть. Элис смогла вырваться из замка. Значит, возможность есть. Теперь надо найти способ ее реализовать. Ну, конечно. И тогда Вольтури снова начнут охоту на семью Калленов и волков. Ренесми замерла, представив, как ее семья вынуждена скитаться по странам, как оборотни снова начинают драться за свою землю и погибают от неведомого яда. Да и как она сможет скитаться, если хочет быть с Сетом? Он никогда не оставит резервацию и друзей. Ее побег из стен замка принесет только боль и разочарование. Нет, радость от встречи с родными сложно описать словами, но боль не заставит себя долго ждать. Значит, надо держать себя в руках и дать родным весточку, чтобы они не искали ее. Элис. Конечно. Она видит ее. Значит, надо вести себя так, что бы ни Элис, ни другие ничего не поняли. Ренесми отодвинула поднос с едой и решительно направилась к выходу.

— Джина! – громко крикнула она в пустоту коридора.

— Да, — откликнулась темнота грудным голосом служанки. Она человек. Но Вольтури не трогают слуг, ведь кто-то должен прислуживать.

— Принеси мне ручку и листок, — говорит Ренесми, желая, что бы ее голос звучал властно и твердо, но на самом деле в нем проскальзывают просительные нотки.

— Зачем? – спрашивает другой голос из тьмы. Он звонкий и надменный и Ренесми сразу узнает его высокомерного обладателя. Алек.

— Не твое дело, — огрызается Ренесми.

— Ты под особым контролем, — Алек смотрит на Ренесми сверху вниз, хотя практически одного с ней роста.

— И теперь мне нельзя листок с ручкой? – Ренесми чувствует, как ее сила начинает вырываться и до боли закусывает губу, что бы привести себя в шаткое равновесие.

— Почему же? – Алек чуть заметно улыбается, — можно. Только я с твоего позволения посмотрю, что ты там хочешь написать.

— Я не даю тебе такого позволения, — холодно говорит Ренесми.

— И не надо. Я могу сделать это силой. – Алек приближается к Ренесми, и она поневоле пятится к холодной, каменной стене. Вампир совсем близко, она чувствует чуть сладковатый запах его кожи. Сверхобостренные чувства дампира позволят ей запомнить его навсегда.