Пролог (2/2)
Нахал надул жвачку и лопнул ее с громким ?чпок?, при этом улыбнулся:- А вот Року это не мешает ни сколько! – Куколка отвела глаза, начав смотреть в окно. Фрэнк поднял брови. Он всегда думал, что она, как раз, девка. Но удивление быстро прошло, тряхнув головой, мужчина парировал:- Мне мешает, так что расслабься и сиди спокойно. Иначе я тебя посажу в камеру с особо буйными, там ты натрахаешься лет на пять вперед.Мальчишка и виду не подал, что его это испугало, даже наоборот будто обрадовался.- О, это было бы просто превосходно! – Он просунул тонкие пальцы сквозь сетку, отделявшую его от мужчины, и вцепился в нее. Получилось так, что проговорил это практически ему в затылок, их разделяла буквально пара сантиметров. – А еще лучше если бы ты еще и послушал, как меня там драть будут, я специально погромче стонать буду.
Сказал и тут же откинулся назад, его ухмылка стала еще шире. Тримэрс лишь бросил недовольный взгляд через плечо и промолчал. Знал – скажи еще хоть слово, парень не заткнется до самого участка.
Домой вернуться удалось только под утро. Розы уже дома не было, как и завтрака, который обычно ждал его после внеочередного ночного дежурства. Честно? Сил на ?позавтракать? и не хватило бы, Фрэнк едва дошел до кровати и, не раздевшись, упал на нее.
Снилось много всякого бреда. Вот он убегает от облавы проституток на него. Вдруг он оказывается привязан к стулу, а вокруг расхаживает тот самый Джесс с плетью и говорит, что сможет сделать так, что он получит, наконец, настоящее удовольствие, которого был лишен. Проснулся мужчина в том же положении, что и уснул, уже следующим утром. Одежда противно липла к телу, ступни болели от не снятых туфель. А во рту словно кошки насрали. К тому же шея затекла так, что повернуть без острой боли не представлялось возможным. Фрэнк первым делом снял грязную одежду и закинул ее в машинку. Странным было то, что она пуста, а странно потому, что каждое утро в ней лежали как минимум вещи Розы и его носки. Мужчина посмотрел на часы, они показывали начало восьмого, до дежурства оставалось еще два с половиной часа, да и девушка уходила в начале девятого. Вывод напрашивался сам собой – Роза дома не ночевала, ну или заскакивала всего лишь на несколько минут. Такое уже повторялось несколько раз, обычно в конце месяца. ?Отчет?, - сухо бросала и уходила, хлопнув дверью Стоун. И Фрэнк в это охотно верил, безоговорочно. Ведь женщина верила ему, когда он, как вчера ночью, срывался на дежурства.
Холодный душ взбодрил тело, а горячий кофе – дух. Можно было смело отправляться на очередное дежурство. Нахвататься бытовухи. Разрулить пару семейных ссор, отправить мужа-алкоголика в обезьянник, дочь-наркоманку в диспансер, а саму мать в дурдом. Потом накупить пончиков и посмотреть бейсбол, споря о том, кто выйдет в Лигу. Так продолжалось изо дня в день. Ничего нового и интересного.
Еще три дня на работе пролетели незаметно.
После обеда день пятницы тянулся необычайно долго. Вторая половина дня напоминала жвачку, прилипшую к подошве ботинка, которая тормозит ход времени. Фрэнк не мог сидеть на месте и напоминал сейчас нетерпеливого подростка, который не может дождаться когда же прозвенит звонок с последнего урока и он сможет со всех ног побежать домой. Причина такого нетерпения была – сегодня годовщина начала его отношений с Розой. Смешно, но он относился к этой дате довольно серьезно и не забывал про нее. Точнее в самом начале забывал, но девушка усердно о ней напоминала уже в течение почти десяти лет. Юбилей.Тримэрс еще по дороге на работу забрал обручальное кольцо, которое, наконец, собрался подарить и теперь не мог дождаться когда же вручит его.
Когда Стенли – старик, проработавший в полиции сорок лет – пришел раньше положенного срока сдачи смены, Фрэнк готов был его расцеловать, что впрочем и сделал, перед самым выходом.
Роза, как ни странно, цветы с похожим именем терпеть не могла, а до ужаса обожала приторно пахнущие лилии, от запаха которых у мужчины раскалывалась голова, поэтому он выставлял их постоянно на балкон. И сейчас он возвращался домой с охапкой этих цветов. Он был готов поклясться, что практически госпожа Тримэрс, будет несказанно рада этому и станет после снова той любящей девчонкой, которой была совсем недавно.
Увы и ах! Злой рок, приколы небес, забавы преисподней? Все случилось как в старом анекдоте, который рассказывают по всему миру: муж вернулся домой…Разница была лишь в том, что Фрэнк не был мужем, а любовник не был знакомым. Знакомым лично.- О, Фрэнк, а мы тебя не ждали так рано, - ехидно произнесла Роза, продолжая лежать под смазливым кобелем из рекламы каких-то духов.
Нет, Фрэнк не был тряпкой или хроническим идиотом. Он и не был безвольным остолопом, просто не хотел тратить последние силы на скандал. Ведь у них не было никогда причин скандалить. Коп-неудачник, как тут же сам себя и прозвал, закрыл дверь в спальню и отправился курить на кухню. Пять сигарет в окно, пол бутылки вина, оставшейся еще от парочки и тихий хлопок входной двери, через пятнадцать минут.На следующий день женщина собрала вещи и ушла из жизни Фрэнка. Она объяснила разрыв тем, что с ним стало скучно, не перспективно, да и просто, потому что это он – Фрэнк Тримэрс, меняющий одну мечту на другую, не знающий чего на самом деле хочет. А она взрослая женщина и ей нужно расти и в карьере, и в любви.Впереди замаячили серые будни. Но кто-то все же сказал, что у серого много оттенков. Не стоит растрачивать жизнь на воспоминания и переживания – они этого просто недостойны. Пора, на самом деле, серый смешать с красным, цветом крови, нет, помады, которой так любят красить губы шлюхи, как думают многие.