21 (2/2)

- Разумеется я не возьму вас, Холлидей. Ни партнером, ни дажеассистентом. По правде говоря я бы рекомендовал вам продолжить ваше путешествие.

- Этого не будет, Коннорс. И пора бы вам уже понять - я всегда получаю что хочу.- Вы вольны поступить как вам заблагорассудится. Я доверяю мнению коллеги, доктор Страйкер не взял бы в ассистенты кого попало, значит в вас есть искра, однако вы смогли проявить достаточно самоуверенности и безрассудства чтобы уйти от такого светила как Страйкер и заработать репутацию уголовника участием в сомнительных играх. Черт я видел вас там - в казино и салунах... Каждый из нас подвергается испытаниям которое насылает Провидение. И самые достойные побеждают. Думаю, доктор Страйкер уже говорил вам нечто подобное. Врач обязан быть безупречен - наше благосостояние во многом зависит от нашей репутации...Ваш партнер потерпел неудачу пытаясь наставить вас на путь истинный как ранее ее потерпел и я, а это о многом говорит - в частности о вашем завидном упорстве с которым вы уничтожаете себя всеми возможными пороками!Курт видел что Октавий в бешенстве и почувствовал облегчение.- Моя репутация чиста, Коннорс!!- Я слышал, что здание в котором располагался кабинет Страйкера сгорело дотла. Скажите, Холлидей,вы причастны к этому?- Убирайся!Коннорс улыбнулся и вышел, аккуратно притворив за собой дверь о которую с внутренней стороны тут же разбился стакан. Он знал, что победа осталась за ним. г. Денвер,месяц спустя- Таких денег у меня нет.- - Я ценю вашу откровенность, Беннет, - Блэкки Драго, он же - Хозяин Денвера, медленно раскурил сигару, глядя на молодого человека стоящего у камина в другом углу его просторного кабинета. - Однако вынужден напомнить, что я - не какой-нибудь ростовщик и долговых расписок не даю... Вам это известно, не так ли?Молодой человек, которого назвали Беннет - адвокат, чья контора находилась на Лоуренс стрит, нервно сглотнул внезапно возникший в горле ком. Он принадлежал к уважаемому бостонскому семейству, но страсть к азартным играм, жажда риска и безрассудство, с которым он делал большие ставки все чаще становились причиной возникающих проблем. Одна из них ранее обернулась его продолжительной задержкой в Денвере, а последняя привела к этому разговору. Адвокат отдавал себе отчет, что в игорные дома Маркет стрит его привел азарт и спортивный интерес, а вовсе не нужда. До сих пор он не допускал мысли, что избранный им способ разрешения мелких финансовых затруднений приведет его к катастрофе.

Блэкки Драго в городе знали все и никто не решался перейти ему дорожку. Полиция не трогала его, политики такжепобаивались этого крепко сбитого, черноволосого и черноглазого громилу с тяжелой челюстью и кустистыми бровями того же цвета, что и волосыу него на голове, за которые очевидно Блэкки получил свое прозвище. Его узнавали на улице, спеша пожать руку при встрече, а оказавшись поблизости спешили засвидетельствовать ему свое почтение.

Настоящего имени этого человека в Денвере никто не знал. В западной части города у него была контора, на вывеске которойзначилось фальшивое имя - Раньеро Драго, агент горного дела. Сам он называл себя Блэкки и все прочие звали его так же, без приставок вроде сэр или мистер. Каким бы ни было имя Блэкки считался одним из самых хватких и умных дельцов Денвера, знающем все о горных разработках.

В своей конторе он занимался тем, что распределял рабочих по шахтам и рудникам - нуждавшиеся в работегорняки и приезжие старатели шли к нему, управляющие посылали к нему за тем чтобы он подобрал людей, даже владельцы шахт частенько слали на адрес конторы письма будучи в полной уверенности - Блэкки всегда знает кого лучше отправить добывать серебро, кого на золотой прииск а с кого довольно будет и пирита с колчеданом.Благодаря крутому нраву и умению быстро сходится с людьми Драго заслужил место в обществе денверских дельцов, и кроме того был на короткой ноге с газетчиками и владельцами участков и шахт. Помимо конторы, ему также принадлежали "колыбельки" (прим. - комната где проститутка принимает клиентов) и несколько игорных домов на Маркет стрит, к распределению работников в которых он подходил так же ответственно. "Гнездо сарыча" - игорный притон, совмещающий в себе кроме всего прочего салун с танцзалом, было главным среди его увеселительных заведений. Втиснутый меж двух борделей среднего пошиба, салун смотрелся невзрачно - шиферная крыша, деревянное крыльцо, дощатые стены, широкие окна-витрины по обе стороны от дверей и столбики подпирающие козырек над входом с которого свешивалась вывеска. Салун стоял на Маркет стрит, что могло сказать о многом, однако обстановка внутри была не хуже чем в "Эдельвейсе" или "Вальхалле" в немецком квартале. Здесь играли в карты, кости и бильярд, два зала принимали желающих выпить и потанцевать с "голубками", для продолжения общения с которыми следовало подняться на второй этаж.

Уже который месяц Брандт играл здесь в кредит - на деньги Драго и с его позволения и сейчас настало время платить по счетам.- Карточный долг - дело чести, не мне напоминать вам об этом, - очнувшись от раздумий, Беннет отогнал дым от лица - Драготем временем ткнул пальцем в колонку цифр в лежащем перед ним гроссбухе. - Вы сами приняли опрометчивое решение повышать ставки. Через неделю деньги должны быть у меня.Неделя. Беннет незаметно вытер вспотевшие ладони о сюртук. Несмотря на объявления регулярно публикуемые в выпусках ?Денверского вестника Скалистых гор?, он не мог похвастаться многочисленными клиентами. Адвокатуже задолжал арендную плату за комфортабельный кабинет в западной деловой части города с вывеской ?Брандт и Ко. Юридические услуги?. Даже если заложить контору со всей меблировкойполученной суммы все равно не хватит чтобы погасить долг. А ведь на него работали стряпчие и письмоводитель которым нужно было платить жалованье.

- И не вздумайте уехать из города, - Драго широко улыбнулся ему, - это станет последнимрешением которое вы предпримете прежде чем...- О нет, что вы, мистер Драго!- - Итак, мы поняли друг друга, мистер Брандт, - хозяин "Гнездо сарыча" поднялся из кресла и пожал ему руку. - Всего хорошего. На следующей неделе я ожидаю вас у себя.- Этот парень - темная лошадка, о нем мало кому известно, однако если вы поставите на него, не пожалеете.

Блэкки Гэкстон сидел за покерным столом что ни на гран не умаляло достоинства этого джентльмена - в последнее время ему везло. Он сидел в одиночестве, не считая сдающего,который не поднимал глаз от карт. Время близилось к полуночи, Блэкки уже выиграл что-то около тысячи и собирался красиво закончить партию - у него выходило две пары и уверенность в выигрыше росла.

Блэкки был "жуком" - на семнадцатой улице любителям острых ощущений можно было поглядеть на боксерские поединки ставки на победу в которых принимал Гэкстон.

- Этот Марко - новый Госс и Аллен вместе взятые, клянусь богом! Станет чемпионом как пить дать. В Луисвилле он дралсядва часа и уложил своего противника уже вдвенадцатом раунде. А какой у него кросс...И просто мастерскийхук!Букмекер вытащил валета и ухмыльнулся сдающему. Ему явно везло.- Что, думаешь облапошить меня? Не выйдет. Я тебе не какой-нибудь желторотый простак! (прим. англ. greenhorn - неопытный игрок, новичок)Он удвоил ставку. И добавил так, чтобы кроме них двоих его никто не услышал слов.- Вострила поганый! (прим. англ. sharper - шулер)Сдающий поднял взгляд от карт на зеленом сукне.- - Вы обвиняете меня в жульничестве, мистер Гэкстон? - Спросил он, растягивая гласные как это делали на Юге. Тотрассеянно моргнул. У него на руках как раз оказались восьмерка и тройка, а вот сдающий вытащил даму и окончательно разорился. Блэкки поднялся из-за стола и бросил ему две двадцатипятидолларовые фишки.- Ладно, Том, это я так... Спасибо за игру.- Конечно. Хорошего вечера, мистер Гэкстон. - Тот кивнул и начал тасовать колоду. Под полой его ладно скроенного светлого сюртука в наплечной кобуре лежал револьвер тридцать шестого калибра с инкрустированной слоновой костью рукояткой но, к счастью, "бук" не знал об этом.

Когда Гэкстон отошел от стола, сдающий бросил ему вслед долгий взгляд. Покерные столы в "Гнезде сарыча" и других казино принадлежащих Драго регулярно получали от этого "жучка" по пять-семь тысяч долларов и в последнее время его карточные долги неумолимо росли. Сейчас этот увалень направился в бар где также оставит кругленькую суму после чего растратит остальное заключая пари с другими буками и притащится к нему через пару дней в надежде выиграть малую толику в покер.

Хозяин сказал давать Гэкстону выигрывать но сегодня этот дурак едва все не испортил если бы не вовремя подсунутая ему восьмерка а затем и тройка.

Он похвалил себя за выдержку. Сносить оскорбления от жучишки - одно, но терпеть паршивую игру даваявыигрывать - совсем другое. Да если бы не он, Блэкки Гэкстон ушел бы из казино в чем мать родила!- "Вострила"... - Фыркнул мужчина сквозь зубы, но увидев мелькнувшее среди прочих посетителей знакомое лицо, бросил колоду на стол.- Мистер Брандт! Раздобыли ли вы для меня те сведения?

Вчерашней ночью его вызвала Марта Коннорс. Они встретились недалеко от церкви - жена Курта приехала в пролетке и разрыдалась, когда Октавий сел напротив.- Все так... Все точно так же, как было в Далласе, Ок! Умоляю тебя, спаси его! Только ты можешь это сделать!Хоть и был сильно навеселе, октавий почувствовал как весь покрывается холодным потом.онсхватил женщину за запястья и проорал:- Что он сделал, Марта? Что он с собой сотворил? Где он?!- Мистер Холл! какой сюрприз! - Адвокат был бледен и это не ускользнуло от Октавия. - Поговорим не здесь, прошу вас. Зайдите ко мне в контору завтра в три часа.

- Но вам удалось...- Более чем, - туманно ответил Беннет. - Приходите, я буду вас ждать.Он пробудился незадолго после полудня и некоторое время он рассматривал ничем не задрапированные стены спальни, затем скользнул взглядом по бамбуковой ширме через которую был переброшен шелковый халат.

Он протянул руку, выдернул из черепахового портсигара тонкую сигару и вновь уронил гудящую голову на подушки.Весь вчерашний день он провел в компании Стюарта. сенатор прибыл в Денвер под благовидным предлогом и они прокатились по озеру в лодке, рассматривая других гуляющих а после совместного ужина оба отправились в "Цирк" на новую премьеру, после чего Октавий отправился в казино.

У стены стоял шкаф, рядом с ним - комод где хранились запонки, галстуки, воротнички и перчатки. На полках высокого светлого гардероба, когда Октавий распахнул дверцы, обнаружились аккуратные стопки шелковых и батистовых рубашек. Он тратил много времени на выбор костюма и столько же - на само одевание.

Октавий бросил взгляд на висящий в его шкафу пунцовый шарф и поморщился. Его щеки алели едва ли не ярче когда они участвовали в шествиях трезвенников, но как "странный парень" (прим. - Независимый орден странных товарищей, тайное общество, известный также как Орден нечетных стипендиатов, Орден тройственной связи) он обязан был участвовать в этих унылых празднествах.На следующий день он появился на пороге кабинета Стюарта с толстой книгой подмышкой. Покрасневшие глаза и бледное осунувшееся лицо без слов говорили о том, что Октавий еще не ложился, однако он был весь охвачен веселым возбуждением.Войдя, Октавий кашлянул и Стюартповернулся к нему. Очень светлый, пепельный блондин - сенатор подозревал, что в жилах сына его друга нашлась бы толика ирландской крови, проявляющаяся в нем любовью к музыке, беспечностью по поводу трат и расходов, горячностью и заразительным смехом по малейшему поводу. Его имя ему очень шло, как и костюмы светлых теплых оттенков - сколько его помнил, а Стюарт знал его с пятнадцати лет, Октавий никогда не носил черное. Но сегодня этот повеса превзошел сам себя - алый шарф Общества был небрежно переброшен через плечо как полковое знамя.Стюарт содобрительно кивнул – он был благотворителем, делал крупные пожертвования и участвовал в издании брошюр различных общественных организаций вроде Общества трезвости.Вместе они составляли эффектную пару - хрупкий блондин Холлидей и Вард - высокий и темноволосый, с открытым решительным лицом политика. Сенатор гладко брил подбородок и не носил усов, что по мнению Октавия лишь подчеркивало красоту его лица.- Мой мальчик. - Октавию уже сравнялось тридцать четыре года, однако Стюарт до сих пор обращался к нему подобным образом. - Мой мальчик, ты себя не бережешь, - сенатор отложил перо и кивнул ему.

Октавийгрохнулкнигой о столешницу и сел в кресло.- Полюбуйся!Вард рассматривал книгу.

- Что это такое?- Это - гроссбух одного местного домашнего врача - его бухгалтерская книга совмещенная с дневником.- Откуда она у тебя?- Украл из его кабинета.Смотри, плата, взимаемая с пациентов за медицинские услуги (или ?дебет?), обозначается символом ?Доктор?, а плата непосредственно врачу - символом ?оплачено?. Он использует однократную бухгалтерию... Так, посмотрим...Октавий некоторое время изучал записи. Вард подошел и заглянул через его плечо.- Но здесь какой-то шифр.

- Часто врачи объединяют записи дневника за несколько лет, обычно начиная каждый новый том с алфавитного указателя, что позволяет быстро находить отдельных пациентов.Однако во второй колонке у нас нет конкретных диагнозов или рецептов - лишь общие обозначения вроде лекарства или визит пациента. И все очень аккуратно, что по меньшей мере подозрительно.- Почему же? Просто доктор ведет тщательный учет оказанных пациентам услуг и платежей, полученных за эти услуги...- Согласитесь, между визитами, ночными бдениями, родами и разъездами аккуратностьзаписей как-то само собой отходит второй план. А вот если ничего этого нет, можно спокойно заниматься подсчетами, заполняя аккуратные графы каллиграфическим почерком.Стюарт прищурился. Его взгляд горел интересом.- Ты ненавидишь его. Что такого натворил этот доктор Карлбад?- Не желает мне уступать.- И, разумеется, такая горячая голова как ты не собирается с этим мирится? Хочешь к нему в партнеры?- Я хочу чтобы Курт получил его практику, Стюарт. Но я все устрою сам. Спасибо.- "И хоронить умерших..." - Пробормотал под нос Вард, поднимая руки в примирительном жесте. (прим. - четвертый пункт кодекса Ордена странных товарищей).Когда он утром спустился к завтраку Октавий все еще сидел, листая страницы гроссбуха. За ночь он проглотил примерно треть графина и Стюарт решительно отставил его в сторону.- Меня мучил кашель, - пробормотал Холлидей, захлопывая книгу. На столике рядом лежало несколько исписанных листков.- Я отыскал фамилии его постоянных пациентов, всех тех что наиболее часто его посещали. и я обнаружил кое-что интересное.однако мне требуется заглянуть в городскую редакцию, а быть может и не одну. Но я так устал что просто валюсь с ног.- В таком случае гостевая спальня к твоим услугам, отдыхай. Я позабочусь, чтоб ничего не нарушало твой покой.- Спасибо, Стюарт. – Октавий слабо улыбнулся. Он знал истинную причину такого расположения изнал когда следует поощрительно улыбнуться а когда – выйти из игры. – Спасибо, однако у меня на сегодня запланировано несколько дел. Спасибо за гостеприимство и за угощение.

Он кивнул на графин с рубиновым шафранным лауданом.

- Обещаю подумать над твоим предложением и извещу тебя завтра.

- Спасибо! – Пошатываясь, Октавий направился к двери. Стюарт Вард – его надежный тыл, единственная постоянная в зыбком мире Реконструкции, обломок старых добрых деньков в Джорджии, когда родственники съезжались на пикники и его многочисленные хорошенькиекузины весело щебетали под сенью дубов…

Октавий удивился когда Беннет сам распахнул перед ним дверь.- Отпустил помощников по домам. - Адвокат махнул рукой и распахнул буфет.Октавий с благодарностью принял от него рюмку.- Я достал сведения что вы просили. Дела у этого парня на самом деле неважные. получше чем у меня, но все же неважные. Он на мели, но дело не в игре - его обирает конкурент. Его имя - Курт Карлбад, он из здешних немцев, с хорошими связями и репутацией. можно сказать он самый престижный из всех денверских врачей. Он сманивает пациентов Коннорса и распускает о нем слухи самого низкого толка. Думаю еще немного и Карлбад купить его практику - пока же он сбивает цену...- - Расскажите мне о докторе Карлбаде.

- Вы задаете слишком много вопросов. Вот сведения из двух редакций, как вы и просили.Октавий пробежал глазами заметки и вновь посмотрел на Брандта.- Поймите, Коннорс - мой друг, кроме того я - новичок в городе и мой интерес вполне понятен. Итак, Карлбад. Он - врач?- Да. Хирург и врач общей практики насколько я знаю. Его кабинет на...- Я уже отыскал его адресв справочнике, благодарю вас. Но меня интересует ваше мнение.

- Он - один из лучших.- Вы так считаете?- Уверен. Его посещают сливки городского общества и визит к нему недешев. Скажем так - он в моде. Вопрос престижа. Имеет несколько ассистентов, выпускает работы...

- Он точно - не дантист? Я прочел о нем что кроме всего прочего Карлбад - почетный член Южной стоматологической ассоциации.- Это верно, просто в городе он принимает в основном как врач общей практики. Возможно что он и зубы своим пациентам лечит, кто знает.

- Ну ладно, а каков он сам?Увы, о характере врача Брандт сказать было практически нечего. По его словам это был обаятельный, разговорчивый и жизнерадостный чудак - таким он запомнил Карлбада в их первую встречу. Приятный, слегка чудаковатый, страстно увлеченный краниологией (прим. - раздел биологии, изучение костей и строения черепа), физиогномикой и классификацией врач. Он жил в немецком районе города и частобывал в "Вальхалле" и "Эдельвейсе".

- У него есть какие-нибудь пристрастия?Адвокат отрицательно помотал головой.- Пристрастия? Карты например?- Нет насколько я знаю.- Тогда, быть может, кости? Бильярд? Или дартс?- В городе есть лотерея и возможно он мог попытать удачу там, однако я об этом ничего не слышал.- Ну а добродетели? Он жертвует на нужды бедняков города? Входит вобщества? Может быть он член Ложи?Брандт задумался.-Он посещает методистскую церковь и вроде бы член Общества трезвости. У него есть дочь семнадцати лет, которую он растит сам после того, как овдовел. И он страстно увлечен наукой. Так о нем говорят. Вообще этот Карлбад - заурядный и безобидный малый.

Октавий вспомнил впечатление, которое на него произвел "заурядный" доктор Карлбад в их первую встречу.Когда Октавий задал вопрос о внешности, Беннет описал Карлбада приятным мужчиной лет пятидесяти в круглых очках и с седеющими волосами, которые обрамляли его моложавое, энергичное лицо.

Тот же, кого увидел Октавий не подходил под это описание. Человек скорее напоминал крысу или хорька - щеточка седеющих усов над верхней губой, разделенные на пробор волосы, строгое аскетичное лицо с мелкими чертами и пронзительные темные блестящие глаза сумасшедшего. И увидел его Октавий там, где члену Общества трезвости, методисту и респектабельному домашнему врачу быт вовсе не полагалось.Однако вначале требовалось выяснить как много о похождениях Карлбада известно в городе и проще всего было распросить адвоката. Некоторые клиенты Брандта походили на Карлбада и вращались в тех же кругах что и врач.- Не возьму в толк, чем он вас заинтересовал?- Да так, хочется немного разузнать о враче прежде чемидти к нему на прием... - Октавий надсадно закашлялся.- Прошу прощения, - теперь Беннет смотрел на него с участием и Октавию захотелось ударить этого молокососа. - Я не знал. Это - чахотка?- Нет, что вы. - Октавий убрал платок в карман. - Всего лишьпневмония. Недавно я имел глупость совершить восхождение в ваших горах и вот результат...Я болел пневмонией уже пять раз с тех пор как нога моя ступила на землю штата Колорадо - больше чем за всю свою жизнь. Дайте мне знать еслиузнаете что-нибудь?Выйдя от адвоката Октавий решил немедля посетить предмет своих расспросов.

Его провели в приемную. Судя по звукам за дверь у Карлбада как раз находился очередной пациент.

Октавий приложил ухо к двери.- Помилуйте, я не хочу сказать о докторе Коннорсе ничего дурного. - Услышал он голос с сильным немецким акцентом. - И даже допускаю, что он и в самом деле подает большие надежды, почему бы и нет? Однако также вероятно, что он просто не сумел добиться здесь успеха. Нельзя строго судить его за это. У него маловато опыта и еще нет репутации, возможно он недостаточно предприимчив...

Не дожидаясь, пока очередной пациент Курта позволит себя сменить, Октавий отстучал энергичное тремоло и распахнул дверь.- Тем не менее ему хватает уматребовать с них по двадцать пять долларов, а это уже что-то, вы так не считаете?Двое сидящих в креслах мужчин - очень солидных в своих дорогих костюмах, обернулисьна него.- Да кто вам такое сказал? - Улыбнулся тот, кого Октавий определил для себя как пациента. - Он принимает разный сброд - горняков, старателей, вонючих оборванцев, зубы которых уже давным-давно сгнили. Иберет по двадцать пять центов за зуб! Я не желаю встречаться с каким-то горняком у которого изо рта несет бобами и пивом...

- В таком случае, - ласково обратился к нему Октавий, - мой вам совет - оставьте его пока не поздно и немедленно идите к Коннорсу. Он - лучший из всех, кого я знаю.

Пациент оценил каламбур и закулдыкал как перекормленная индейка.- Я его видел, этот оборванец полное ничтожество. У него и лицензии-то наверное нет!- Вы будете удивлены.- - В таком случае, молодой человек, это вдвойне странно, - заметил молчавший до того Карлсбад. - То, что врач с лицензией позволяет себе лечить пациентов почти что даром! И что он лечит таких пациентов!- Просто в нем через чур много дурацкой жертвенности и благородства.- Вижу их недостает вам самому как и здравого смысла и вежливости! Кто вы такой, черт возьми, что врываетесь сюда без приглашения изащищаете этого проходимца? Коннорс - просто еще один не добившийся успеха лекарь...- Выбирайте выражения, когда говорите о докторе Коннорсе, сэр. - - Это было сказано с ледяной улыбкой, но Карлбад и ухом не повел. Однако пациент внезапно заторопился и поспешил откланяться. Октавий проводил его внимательным взглядом.- Даже лучше, теперь мы можем поговорить наедине.Карлбадсверкнул на него взглядом из-под круглых очков и отрывисто бросил:- Кто вы, черт возьми такой? Пришли на прием? Неужто наш разговор так увлек вас что вы проявили возмутительную наглость и вмешались, забыв обо всех приличиях?- - Доктор Карлбад, я уже несколько лет неизлечимо болен чахоткой, однако я здесь не в качестве пациента. Я прибыл просить вас принять участие в судьбе Коннорса.- Что-оо? Это просто неслыханно!- Вы - известный филантроп и...

- Что? Да кто вам такое сказал? Нет, это возмутительно! Попрошайка! Немедленно покиньте мой кабинет, проходимец!- Дело не в деньгах, доктор. Курт Коннорс - выпускник пенсильванского колледжа зубной хирургии, не припоминаете это учебное заведение?- Вы сказали - выпускник? По нему не скажешь что он недавно аттестовался, впрочем его работа тянет на уровень ассистента, да... Мне нет дела до чужих ассистентов, у меня обширная практика и много работы, а вы отнимаете мое время, так что потрудитесь уйти.- Он не ассистент, он - аттестованный выпускник престижного колледжа, и весьма многообещающий зубной хирург с собственной практикой. Вы переманиваете его пациентов.Карлбад впервые взглянул на него в упор.- Переманиваю пациентов? Однако! Это громкое заявление.

- Тем не менее это так.

-А вы наглец...Кто вы вообще такой?- - Мое имя Холлидей.Карлбад недоверчиво покосился на него.- Щелкопер?

- Зубодер. - Октавий улыбнулся. - Мы с доктором Коннорсом - коллеги.- Дантисты? Где вы практиковали?- В Атланте и Далласе, сэр. Мы были партнерами. Так же я был партнером К. Э. Страйкера.- Гм...Даллас. Я знавал Страйкера, он увлеченный. Не блещет, однако для дантиста он весьма хорош. И что же вы хотите?- Вы сманиваете пациентов Коннорса.- Ложь и клевета. Я никогда не опускался до подобной мелочности. Мои клиенты - респектабельные и уважаемые горожане, думаю не следует объяснять вам, что я не испытываю в них недостатка и что моя практика обширна, а пациенты довольны мной и посещают мой кабинет уже много лет? К чему мне чьи-то чужие больные или сумасшедшие с невнятными претензиями вроде вас! Теперь потрудитесь уйти и впредь не появляйтесь или я обращусь к властям. Октавий кивнул и отступил к дверям.- Не сомневаюсь, что у вас много влиятельных заступников. Однако, доктор! Вам также следует проявлять осмотрительность.- О чем вы говорите?- В Денвере живет где-то с полсотни китайцев, они прибыли из Калифорнии. У них лавки между пятнадцатой и двадцатой улице. Однако вы почему-то ходите именно на улицу Вази - туда, где ее пересекает Аллея развлечений.- Не понимаю о чем вы...- Там собираются любителидунуть в бамбук и поиграть в фэн-тэн. Вам известно, чтозначит подуть в бамбук, доктор Карлбад?

- Вази? Что это за название?

- Ну вот я приезжий и то знаю побольше вашего. Говорят, так звали жен МакГа - местного первопроходца, они были скво. Вази и Вевата. Он назвал две улицы в их честь. А вы сами никогда не пробовали, ну... Сразу с двумя? - Октавий усмехнулся, наблюдая за тем как Карлбад наливается краснотой, и тут же сменил тему. - - Впрочем на Вази нет борделей, там играют в фэн-тэн и торгуют опиумом. Дрянным восточно-индийским опиумом по три гинеи за фунт. Для сравнения, турецкий в Европе сейчас идет по семь- восемь гиней за фунт. У них есть и гашиш но вам нужен сырец -.для приготовления лаудана, того самого, который вы назначали вашим пациентам в течение последних трех лет. Однако в вашем зелье есть еще кое-что, маленький секрет - он позволяет вашим больнымспать без сновидений и китайцы делясь рецептом наверное рассказывали вам о мучительнойболи скручивающей все члены несчастногочто хоть раз проглотит его! В Китае они выдерживают свой секретный ингредиент зарытым в землю по полгода чтобы травы и листья отдали все свои соки без остатка и яд набрал полную силу... Вам нравиться смотреть как они потягивают чай или кларет с капелькой этого нефритового отвара. И как корчатся у ваших ног уже спустясутки! Ужасная боль, доктор! спасите меня! Я умираю? Что это? Вы держите в руках их жизни. Их самих. С их семьями, домами, деньгами и шахтами...Вы наплодили должников, доктор и теперь даже банкир Денверского банкавынужден трясясь выпрашивать у вас новую дозу. Только подумайте - один мой визит на Вас иуничтожит репутации большей части вашихреспектабельных клиентов - а они готовы платить любые деньги чтобы правда не выплыла наружу. Любому кто попросит. И будет достаточно нагл - как я с вами.А вас просто сметет. Знаете откуда я узнал обо всем этом? Из газет и отсюда!Он бросил на стол гроссбух и Карлбад побледнел как полотно.

-Откуда у вас это?..- От вашей милой дочери, доктор. Кстати, передайте ей, что я не собираюсь увозить ее на Восток и тем более жениться на ней. Вы вольны поступать как вам заблагорассудится, однако полагаю, вам будет о чем подумать. Всего хорошего. Еще раз настоятельно рекомендую вам забыть о Курте Коннорсе и его пациентах раз и навсегда.От Карлбада он вышел насвистывая.

- Значит ты лгал все это время, Курт. Однако, как это подло с твоей стороны!Октавий огляделся. Кабинет его бывшего партнера выглядел запущенно, поверхности вокруг были покрыты толстым слоем пыли.К кабинету Карлбада примыкала смотровая, где стояло стоматологическое кресло производства компании С. С. Уайта - прекрасный образчик современной технической и инженерной мысли. Оббитое мягкой кожей, с подголовником, полированными ручками и раскладной подставкой для ног, оно было оснащено кроме всего прочего гидравлическим приводом позволяющим менять положение сидения - поднимать его, опускать, наклонять и поворачивать, ручными и ножными рычагами и педалями. Рядом с креслом Октавий заметил зубоврачебный аппарат Шоу, оснащенный подвижным мягким рукавом с тонким сверлом на конце, ножной привод которого приводился в действие педалью и, как он знал, давал до двух тысяч оборотов сверла в секунду. Слева располагалась блестящая бронзовая плевательница. Были здесь и баллоны с веселящим газом, который подавался через резиновый шланг при помощи ручного насоса.

Оборудование было дорогим, на его приобретение, доставку и установку ушло около пяти сотен долларов, а если считать со всем прочим заказами из каталогов - мебельных, медицинских, стоматологического оборудования и инвентаря, то счет тянул на две с половиной тысячи.Аппарат в кабинете Курта был таким ветхим что на него страшно было смотреть.- Что это, машина Грина? Прошлый век! - Он тронул колесо и поморщился когда оно заскрипело. - Хм! Тем не менее - две сменные головки. Не все так плохо, выше нос, коллега! Надеюсь, у вас есть инструменты? Хотя, зачем они вам, вы ведь здесь не появляетесь!Он ожидал, что Курт возмутится, но тот лишь беспомощно махнул на свой саквояж.

- - У меня есть инструмент и оборудование, также имеется вывеска и объявление в газете, меня знают и у меня есть пациенты.- Были пациенты! Пока их не сманил Карлбад! Я все знаю, Коннорс. Хотите узнать от кого?Октавий вытряхнул несессер на стол. Внутри оказались два ланцета, клещи для экстракции и молоточек.- Очаровательные образчики, - он склонил голову на бок. - Антиквар на углу отсыплет вам за них сколько угодно медяков. Вы что не выписываете себе ничего по каталогам?- Аренда этого кабинета обходится мне в пятнадцать долларов ежемесячно, еще три я плачу домохозяину чтобы он не забывал присылать сюда уборщика ихранил мою корреспонденцию. И того восемнадцать, целых восемнадцать долларов! На поездку в Филадельфию я истратил все что смог заработать за прошлый месяц за вычетом арендной платы. Этот аппарат вместе с кабинетом достался мне от предшественника. Пусть не нов, но он работает.

- Чего не сказать о газовых рожках. - Октавий бросил взгляд на стены. Табачного цвета обои были покрыты пятнами копоти в тех местах где раньше висели упомянутые рожки числом в две штуки. - Так вот почему вы так рано закрываетесь - у вас нет даже лампы и приходится работать у окна... Счастливчик! Уже в четыре часа вы свободны как птица и можете идти куда вам вздумается, да хоть и к себе домой...

- Я... Я живу... - Куртбуквально подавился этой фразой и стал еще пунцовее. -Прямо здесь. Это временно. Мы с Мартой...- Она что - тебя выгнала??! - Ок непонимающе обвел глазами комнату так, будто рассматривал ее в первый раз. - Тут места в обрез!Стены, потолок, окно, в углу - простой деревянный стул, рядом - древний аппарат Грина, под стулом ведро, в углу - исцарапанный стол и второй стул, у окна - шкаф без каких либо признаков замка. Был здесь и массивный старомодный рукомойник - ящик с рычагом, орудуя которым можно было накачать воды.

Кожаный несессер Коннорса лежал на столе. Несколько листов серой газетной бумаги, перья и маленькая чернильница. У стены стояла койка для осмотра пациентов и Октавийпонял, что Курт ночует именно на ней.

- Нужник, полагаю, во дворе?

Немец кивнул.-К скольким часам вы ожидаете следующего пациента, доктор?- Ожидаю? - Курт захлопал глазами. - Они просто приходят. То есть я хочу сказать - они приходят когда пожелают. Но они не могут платить слишком много, а моих прежних денежных пациентов сманил Карлбад.- И вы торчите здесь целый день, в ожидании не заглянет ли к вам кто-нибудь? Разве к вам не записываются заранее?

Октавий возился с автоматическим сверлом. Он сбросил сюртук и закатал рукава рубашки, принес низенькую табуретку и уселся, разложив вокруг нехитрые инструменты - от предшественника остались несколько ланцетов и тупых игл, которые Коннорс очевидно использовал как стоматологические зонды. Отвертки он не нашел и вооружился своим ножом.- Сколько вы с них дерете если не секрет?- Двадцать пять... - Раздалось из того угла где за столом сидел Курт. Онзакончил с журналом, которым ему служила тетрадка и взяв тощую счетную книгу, принялся подбивать итог за неделю. Вышловосемь долларов. За месяц набегало тридцать долларов с мелочью - он остался должен домохозяину и срок выплаты приближался.- Двадцать пять? Неплохо. Я-то уж было вообразил себе о вас невесть что! Двадцать пять при арендной плате в семь - это весьма умно, это черт возьми - гениально... - Октавий переменил шутливый тон и его глаза вонзились в бывшего партнера. - Упрямый ублюдок!

Он вытащил из кармана штанов пузырек и небольшую масленку и продемонстрировал Курту оба предмета.- Видите, что здесь написано?!-Смазка для бормашины, мануфактура зубоврачебных изделий Уайта. - Прочел Курт.- Один такой пузырек стоит семьдесят пять центов! А знаете сколько стоит кресло компании Уйта с сафьяновой обивкой, подлокотниками из палисандра и складным выдвижным пуфом?! Не считая автоматического привода с гидравлической тягой? Двести долларов, вот сколько! И еще семьдесят пять за упаковку, пересылку и доставку!

- Откуда вам это известно?- Такое кресло стоит в смотровой вашего конкурента Карлбада который сманивает ваших пациентов! А вы лечите бесплатно всякий сброд при том что вам нечего есть и негде жить, а жена ваша не находит себе места думая что вы ее бросили! Сукин сын!- Вы... Вы были у Карлбада?- Да, познакомился с ним и его дочерью. Она обещала зайти к нам, так что сегодня вам надо свернуть две челюсти и выбить восемь зубов. Я пообещал ей недельное жалованье.

Курт тупо смотрел на него, наконец с трудом проглотив застрявший в горле ком, он выдавил:- - Вы что - переманили дочь Карлбада?

- - Я совратил дочь Карлсбада, под носом у папаши. И она отдала мне его гроссбух. У доброго доктора рыльце в пушку, но я пока не стану раскрывать вам все карты. Мы еще вернемся к вашему конкуренту если он конечно еще будет жив. Уходя я посоветовал ему не терять головы.- Я не пойду на это! Вы - подлый, низкий мерзавец...- Курт Коннорс! Слишком горд чтобы пойти на поклон к удачливому коллеге, слишком кроток чтобы приструнить зарвавшуюся шлюху... по фамилии Карлбад, и слишком глуп чтобы сообразить что его затягивает настоящая трясина, а я - тот, кто единственный протягивает ему руку помощи!

Курт молчал. Ок проверил сверло и остался доволен.

- Там, посмотри. Я принес деньги. Пока что десять тысяч. - Он протестующе поднял руку. - Я знаю, что такой упрямый и твердолобый тевтонский осел как ты их не возьмешь от меня - ты брезгуешьнашим знакомством и стыдишься его. Молчи! Я не желаю выслушивать твои объяснения. Они жалкие. Итак, я знал, что мне ты откажешь - я картежник, грешник, пьяница и еще бог весть кто, потому я попросил моих новых денверских друзей чтобы все было официально. Это пожертвование. Ты не можешь отказаться потому, что пожертвование делаю даже не я, а Общество трезвости будь оно проклято!

- Ты вступил в Общество трезвости?- Я вступлю куда угодно лишь бы вытащить тебя из того дерьма в которое ты сам себя загнал из-за своих дурацких принципов и непомерной глупости.

- И откуда же эти деньги, Октавий? Ты обставил кого-то в казино?- И тут я опередил тебя. Я не так глуп, Коннорс! Это - мое наследство. Точнее, его небольшая... Очень небольшая его часть. Но если вздумаешь отслеживатьих - они приведут тебя только в Денверское Общество трезвости и больше никуда. Я говорю тебе об их истинном происхождении лишь потому, чтобы ты понял -мне на тебя не наплевать. Да, и ты можешь вернуться к жене, она тебя примет. Прости, что я назвал ее шлюхой, она уже давно ею не является. Мартастрадает не меньше твоего.

- О чем ты говоришь?- Твоя твердолобость, Курт едва не стоила тебе брака! Твоя жена всерьез решила, что ты ее оставил ради какой-то пигалицы из варьете. Смех да и только.

- Это она... - - Догадался Курт, - это Марта рассказала тебе о Карлбаде! Она написала тебе и вызвала сюда! Она знала, что ты окажешься ему и даже его покровителю не по зубам... Но как?

- Какая разница. Бери деньги - будем считать я расплатился с теми далласскими долгами. Видит бог я и так слишком долго задерживал выплату.- - Но доктор Карлбад...- С добрым доктором я разберусь. А от тебя мне кое что нужно, Аллигатор.

- Что именно?Октавий улыбнулся и эта улыбка испугала Курта. - Твой коронный правый хук. Ты умеешь прекрасно выбивать зубы. Расстарайся как следует, как тогда когда я присуждал тебе победу, Коннорс. Япошлю за тобой. как в старые добрые времена.Он поклонился и вышел, оставив Коннорса в изумлении сидеть за столом Через три дня- - Эй, Белокудренник! (прим. игра слов Horehound- белокудренник, растение семейства яснотковые, компонент чахоточной микстуры. Whorehound – волокита)- К столу подошел вышибала. - Тебя зовет хозяин.- Где он?- Наверху.Том спрятал карты в "свиной коробок" (прим. англ. box of hog - коробка которой пользуется банкомат для раздачи карт во время игры в фараон) и уступил Ченсу место - тот сразу встал на раздачу, украдкой наблюдая, как дилер поднимается по лестнице.

Стол Драго в конторе обычно был завален бумагами, на каминной полке лежали серебряные самородки с ярлыками с указанием шахты где был добыт образец.Стол в хозяйском кабинете на втором этаже салуна былотполированной до блеска покрытой лаком дубовой доской толщиной в восемь дюймов, лежащей на гнутых ножках в форме звериных лап. В кабинете также было два покрытых кисеей кресла и камин, сейчас закрытый ширмой. Светгазовых ламп играл на дубовых панелях, мягкие кресла на гнутых ножках были набиты конским волосом, на стенах висели картины в золоченых рамах. О богатстве Драго было широко известно, но едва заходила речь о размерах состояния Хозяина Денвера или его источниках, болтуны проглатывали язык - о первом не знал никто, болтать же о втором было опасно.

Серебряный танталл на полке высокого двустворчатого шкафа вмещал в себя четыре хрустальных графинчика с различными соблазнительными жидкостями и хозяин вытащил ключницу.

Обычно на него работало до полусотни карточных шулеров, или "вострил" как они именовались на жаргоне, и те чаще всего были профессионалами - знали множество способов подмены карты и колоды, и если дать им волю - могли не моргнув глазом из ничего разложить стрит, вытащить флэш или фулл-хаус прямо на глазах ошеломленного клиента.Белокудренник был лучшим из них и Блэкки очень доволен своим приобретением. Он устроил парнюнепродолжительное заключение после чего выкупил его в свое распоряжение внеся залог и намекнул что теперь удачливый и ловкий шулерработает в его салуне. Тот все понял и, как казалось Блэкки, испытывалсовершенно искреннюю благодарность. Настоящее имяпарня было Томас Холл и наводя справки Блэкки выяснил что тот уже попадался на незаконной игре то тут то там.

У Холла была примечательная внешность - очень светлый, пепельный блондин с породистым лицом и женственными нежными руками. Прозвище Белокудренник он получил за тщательно расчесанные и уложенные на косой пробор пепельные волосы и туберкулезный кашель.Среднего роста - всего шесть футов и два дюйма, вошедший мужчина был изящен и гибок, обладая телосложением и осанкой, какие бывают у танцоров или цирковых гимнастов. А профиль его был сродни тому, какой встретишь у статуй - Антиной, Гермес, Давид, однако Блэкки, которому было не с чем сравнивать, считал облик шулера женоподобным - слишком выразительные губы, слишком высокие скулы ... Однако эффектное сочетание светлых волос и серых или бледно голубых глаз, вкупе с такой внешностью, оказывало почти гипнотическое влияние на женщин, - этого Блэкки не мог не признать. Белокудренник всегда умел обаять даже самых молчаливых и разжечь интерес даже у ханжей. В молодости Блэкки и сам нередко пользовался женской слабостью к пустым красивым разговорам, да и сейчас нередко пускал в ход свое обаяние, однако его "вострила" демонстрировал манеры будто с колыбели привитые ему лучшими гувернерами. Что ж - умение втереться в доверие и красивая речь были частью профессиональной выучки шулера.Блэкки фыркнул. Все кто приравнивали мастерство карточного игрока к тренированной выучке спортсмена, а саму игру - к спорту, глубоко ошибались. Ни скачки, ни кости, ни бильярд на его взгляд не могли приносить такой доход в такие короткие сроки - лошадь можно было отравить, или ранить, бильярдный шар - подкрутить, кости намагнитить, а сукно стола обработать перед игрой, но только картам Драго доверял полностью. Бильярдных "катал" в его армии почти не было, как и "черпал" которые опустошали карманызевак во время игры. Нет уж - в его заведение приходили респектабельные столпы общества - банкиры ивладельцы шахт, приисков и участков, даже политики, не говоря уже о полиции, так что обманывать их всех приходилось честно и работающий на Драго "вострила" должен был уметь вести беседу непринужденно, но убедительно, будто коммивояжер, заставший кухаркуна пороге.- Выпьешь, Томми?

Шулер ухмыльнулся. Сияние вокруг его головы напоминало ангельский нимб.- - Благодарю вас, мистер Драго, не откажусь пожалуй.- Конечно не откажешься... - Хохотнул Драго, затем открыл тантал и поставил на стол два хрустальных бокала. Он налил себе и гостю бренди и указал на одно из кресел стоящих напротив стола.

- Выпьем за удачу, мой мальчик. Удача любит дерзких. Ты приносишь мне хорошие деньги, Том, я хочу чтобы так было и дальше. Однако говорят, что ты вольтовал когда играл с этим "буком", Гэкстоном?- Кто говорит?- Да ходят слухи... - Драго вытащил карту из колоды и положил перед ним. - Это карта из твоей колоды. Гэкстон обвинил тебя в жульничестве, это верно? Когда моего дилера обвиняют я хочу разобраться в чем дело. Тыметишь карты? Передергиваешь?

Тот, котого назвали Томом, пожал плечами.- Не вижу смысла отрицать очевидное. В свою защиту скажу лишь что Блэкки Гэкстон проигрался бы в пух и прах если бы не я. Мне пришлось подбросить ему несколько - тройку и восьмерку. У него вышел стрит и он удалился довольный.Удар наотмашь опрокинул стул и Томотлетел на полфута вправо, однако тут же перекатился как кошка и вскочил на ноги. Блэкки стоял возле стола/, будто это и не он только что ударил его наотмашь раскрытой ладонью по лицу.- Это от моих девочек он удалился довольный! - Спокойно сказал Блэкки. - Однако я не о том веду речь... Конечно ты метишь свою колоду, еще бы, иначе тебе не выиграть...На лице шулера не дрогнул ни один мускул. На самом деле поверх крапа каждой карты тонкой кисточкой был написан рисунок, его невозможно было разглядеть невооруженным взглядом, однако он отбрасывал едва заметную тень, если на карты смотрели под углом. Такие карты именовались теневыми - у прочих карт оборот обычно был гладким и не давал тени.Ему было известно около семи таких способов раздачи, а способов подмены карт и тогобольше. Тем не менее Октавий брезговал вольтом, и старался не передергивать, полагаясь на обычный расчет -к чемуносить тузы в рукавах когда достаточно всего лишь сосчитать карты соседей по столу? Пока что ему попадались шахтеры и старатели, а те считать не умели вовсе. Жаль что Коннорса невозможно причислить к этой категории. Если бы все вокруг были также ограничены как горняки Лидвилла и Сильвер сити жизнь была бы куда проще.

- Иначе тебе и не выиграть, да... Но я хочу предупредить - если тебя схватят за руку пострадает репутация моего заведения. я не для того внес за тебя залог, Том, мой мальчик. Ты понимаешь о чем я? Второго шанса у тебя не будет, боюсь ты отправишься на каторгу... Или запляшешь в петле, ясно?- Да, сэр. - Том улыбнулся. - Я знал, что вы ударите меня и потому заранее вызвал врача...- Что?Курт шагнул из-за ширмы где до того тихо просидел на оттоманке - и размахнулся отправив короткий мощный прямой хук в корус. онбыл без перчаток и Октавий в очередной раз залюбовался егокулаками. Блэкки согнулся в поясе - бесшумно как большая кукла у которой обрезали нити и начал сползать на пол. Курт обернулся на Октавия и впечатал кулакему в челюсть. Раздался хруст, лицо Хозяина Денвера залила кровь и Курт позволил ему упасть.

- Вы простите мой долг и долг Беннета брандта, вам ясно?

- Я убью вас, - прохрипел Блэкки едва слышно.-О нет, вы не сможете, потому что за вами уже идут тонги. -- Вы слишком долго вмешивались в дела улицы Вази. Тонги, которые имеют барыш с опиума не любят когда белый варварвмешивается в их дела, Драго. Они называют на гуайло а после скармливают наши трупы своимтощим свиньям. Вам не стоилополагаться на карлбада - он шарлатан и ради собственной шкуры готов на все. он сдал вас, драго, вам конец. Но я думаю, что китайцы доберутся до вас первыми. Бегите, Драго и не оглядывайтесь.- Тебе не следовало оставлять меня в живых! Я приду за тобой.

- Меня зовут Октавиус Холлидей, мистер Драго. Всегда к вашим услугам!- Доктор Холлидей,я бы хотел... Выразить вам свою благодарность. Я обязан вам жизнью и деньгами.Беннет уже собрал чемоданы - он собирался сесть на поезд до Бостона где жила его сестра Элизабет. Октавий поклонился.- В таком случае позвольте пожелать вамприятного путешествия.Внезапно громкий звон разбившегося стекла и ругань внизу отвлекли их внимание на нового посетителя.

- Брандт! Я знаю, что ты здесь!

У входной двери стоял вооруженный человек. Даже с такого расстояния Октавий разглядел дробовик в его руках.

Брандт такжеузнал его.

- - Чертов Блэкки Гэксон!

-Вы его знаете?- Знаю ли я его? Это - "бук", когда я перестал ставить на боях он подумал, что я где-то облапошил его и прячусь. Отыскал адрес и явился по мою душу!Даже не прибегая к френологическому анализу внешности, было ясно что Кэкстон был болваном. Тем не менее сейчас у него в руках был обрез чего-то ранее по видимому бывшего дробовиком двенадцатого калибра. От оглушительного звука второго выстрела у Октавия заложило уши.

К счастью кроме них в конторе никого не было, а Блэкки палил в воздух.

Брандт побледнел как полотно.- Что б ты провалился, Гэкстон! - Крикнул он, воспользовавшись тишиной. - Проваливай! Здесь тебе не салун, это - адвокатская контора!- А вот и ты! - Гэкстон изрыгнул проклятие и направилобрез в его сторону. - Яобещал, что снесу тебе голову?Лицо Беннета побледнело, он раздул ноздри от гнева.- Убирайся отсюда, идиот! Ты пьян!- Уйду, как докончу начатое вчерашним вечером! Молись чтоб я не промахнулся и убил тебя сразу!- Сам молись!Третий выстрел пробил дыру в стене рядом с его правым плечом. Октавий посмотрел туда, где в дубовой панели теперь зияли на дырочки от дроби и фыркнул.- Выходи и дерись как мужчина, жалкий слизняк!- Проваливай пока цел!Блэкки с проклятием отшвырнул бесполезный дробовик - у него закончились патроны.- Я тебя голыми руками положу, щенок! - Заорал он и ринулся на молодого человека, вытащиви раскрыв складной нож. Октавий быстрым движением встал между ними. Он увернулся, отклонив руку с ножом и ответил быстрым выпадом в середину корпуса.

Гэкстон захрипел и отшатнулся, бессмысленно моргая. Из его груди слева торчал нож, шестидюймовое лезвиепогрузилось в грудину по самую рукоятку.- Бей, а не болтай, Блэкки.Глаза "бука" закатились и он рухнул наземь. На полу начала растекаться лужа крови.- Вы убили его. - тупо пробормотал он.- Какая наблюдательность. Итак, теперь когда я спас вас оттакого неудобного клиента вы вновь мой должник, верно?Брандт опустился во вращающееся кресло и тупо кивнул.- Я так и думал. Что ж, великолепно. Итак, я хочу навязать вам огромный пожизненный долг, Брандт... Платить его вы мне станете до самой вашей смерти. Это тяжкая ноша, многим она просто не под силу, боюсь я сам не смог бы ее вынести. Однако вы молоды - вам это по плечу.- Чего вы хотите? - Они вышли из конторы и Октавий деловито закрыл дверь на ключ. Нож - обтертый от крови букмеккера уже лежал в его кармане.- Раз и навсегда откажитесь от игры. От любой игры - карты, кости, ставки на бегах и скачках. Не играйте нигде и никогда. Ну разве что в Национальную лотерею. И иногда в праздник поднимайте за меня стаканчик, идет?Молодой адвокат еще раз кивнул и, поддерживаемый Холлидеем, на подкашивающихся ногах дошел до угла где Октавий посадил его в пролетку.- На вокзал, -сказал он вознице и вернулся к конторе где оставил труп Гэкстона.

Что делать в подобных случаях он уже знал.

- Надо же, говорят, в деловой части города вспыхнула адвокатская контора... - Заметил Курт. Марта, сидящая с вязаньем на коленях, лишь пожала плечами.- Газ должно быть. Эти нафталиновые пробки очень опасны...Они ужинали вдвоем, Октавия не было. Обычно пробудившись ближе к вечеру без аппетита и с дрянным настроением, он завтракал поздно где-нибудь вне дома, облюбовав маленькие пивнушки на соседней улице.Событие в "Гнезде сарыча", которое газеты окрестили "Празднеством насилия" забыли уже спустя неделю, однако Октавий, который временно жил у Коннорсов уже под своим именем старался поменьше подходить к окнам. Личину Тома Холла пока пришлось отбросить - денверские газеты и без того испортили ему репутацию и ордер на его поимку после бегства из тюрьмы в Колорадо был по-прежнему открыт. Однако при расследовании обстоятельств смерти доктора Карлбада и его дочери денверская полиция обошла вниманием его скромную персону. Возможно постарался Блэки Драго - после того как Коннорс сломал ему челюсть Хозяину Денвера было что сказать. Однако октавий сомневался, что тонги оставили его в покое. Скорее всего китайцыдобрались и до Блэкки и до Карлбада. Ему было жаль дочь врача, однако он понимал, что китайцыдобрались бы до нее рано или поздно.

Холлидей теперь все больше пропадал в немецких танцевальных залах, на время вычеркнув Маркет стрит, Вази и Аллею развлечений из списка в своем "Дельце" (прим. "Rambler", брошюра с рекламой злачных мест, путеводитель по борделям и игорным домам Денвера).

Ему совсем недавно перевели внушительный вексель и Курт подозревал что это был Стюарт - его последняя поблажка. В присутствии Коннорса Октавий вспоминал сенатора с сожалением - отчаявшись уговорить его ехать с ним, Вард покинул Колорадо и возвратился на Юг в одиночестве, заявив что умывает руки. Никто из семьи Холлидея более не желал видеть паршивую овцу, ну а он сделал все что мог!

Часы пробили семь, Октавия по-прежнему не было но Курт не беспокоился о нем. Теперь он обычно приходил на рассвете, а с постели поднимался ближе к вечеру, потому Курт поднял удивленный взгляд от газетной страницы, когда Октавий вошел в гостиную - с лицом, которое заливала сероватая бледность и с темными кругами под глазами.- Что случилось?

- О боже, не спрашивай... - Октавий пошатнулся и Коннорс бросился к нему и подхватил под руку - та была холодной, будто Холлидей стоял на сквозняке. Курту с трудом удалось усадить его, и он, набросив на него плед,принялсярастирать ему руки.- Помнишь о том простофиле, о котором я рассказывал? Он нашел меня! Явился с дробовиком...- Боже мой- Я убил его но не в том дело...Курт тихо опустился на стул напротив. Лицо его партнера было серым, под глазами залегли тени. Он вцепился рукой в стакан и Курт увидел, как сильно она дрожит.- В чем дело, Октавий?- Мне пришло письмо из дома. его отправили давно, еще месяц назад, но что-то задержало доставку и я получилего только что...- Что в письме?

- Это моя мать, - последовал хриплый надтреснутый шепот. - Моя мать умерла... Я должен... Должен ехать.- Господи помилуй! Я поеду с тобой!- Нет. Нет, Курт... Я поеду один. Стюарт будет ждать меня - он послал за мной своего кучера с коляской. Я знаю его немного - Карл довезет меня до станции и оттуда мы отправимся поездом. - Холлидей застонал, закрыв лицо руками. Его щеки были влажными и Курт понял что тот некоторое время назад плакал. - О Господи, Господи... Онаболела все это время. Тяжело болела... Она сгорела от чахотки!

Он внезапно сунул руку за пазуху и вложил Курту в руки револьвер. Потом потянулся и вытащил из-за голенища нож. Сцена смотрелась душераздирающе - будто Холлидей решил раздеться прилюдно или снять с себя кожу. его серое лицо не выражало ничего кроме муки.- Я боюсь, что мне не хватит духу.

Курт смотрел на него в ужасе.- нет, ок... только не это. Не смотри на меня так.- Это не для меня. Я пытаюсь уберечь вас. Я пьян и мысли мои путаются а сознание помутилось. Я могу покалечить кого-нибудь из васпротив воли. Кроме того я спасаю себя тоже. Ты мне должен, помнишь? Я спас тебя от петли в Далласе. Сейчас ты должен будешьуберечь от нее меня. Я не уверен в том, что смогу справиться с собой. Твой правый хук, курт, ну же. Ты всегда был хорош.Коннорс уже плакал не скрываясь. его сердце разрывалось от жалости.

Октавий поднял на него полный тоски, совершенно мертвый взгляд.- Умоляю тебя, Курт...Коннорс размахнулся и свалил его на пол своим коронным приемом.