8 (2/2)
Маршал пожал плечами и сделал глоток кофе. У его правой ноги стоял ?винчестер? с патронами 79 калибра – лучший оберег от дурного глаза в этих местах.Поставив стакан на стойку и, все еще глядя в зеркало, он обратился к Алехандро, стараясь выговаривать слова правильно.- Сеньор, я вынужден потребовать сдачи вашего оружия. Abajo las armas!Услышав это, Октавий расплылся в ухмылке.- Надо же – ты говоришь по-испански! А я думал, все мои уроки прошли впустую.- Сеньор Октавио, - испанец оскалил вычерненные зубы, - Какого цвета ваша кровь? В городе говорят, что она у вас – прозрачная, как текила и если вас поджечь не останется и горстки пепла!- Иди ты к черту, Монтоя. Всем в городе известно, что в жилах у меня течет яд кураре, лишь ты один как дурак все время переспрашиваешь! Кофе, Карсон?! В самом деле? Я похож на того, кто пьет по утрам кофе?- Сходство невелико, - согласился бармен, невозмутимо доливая в чашку из кофейника, - однако это лучше, чем если ты растянешься под столом. Или затянешь одну из своих жутких песен. Или начнешь причитать о том, как выбрали шерифа, и им оказался не ты.Информацию такого рода следовало отмерять скрупулами, и маршал боялся, что к делу они перейдут только завтрашним утром, но Митч опередил его, рубанув новостью с плеча.- Я знаю, - спокойно отозвался Октавий, забирая у него чашку. – Добрый губернатор Роксон выдал малышу Мэтти звездочку. Только вот почему-то она все еще у меня. У сосунка кишка тонка отобрать ее. Что ж, пожалуй, следует подпустить птенчика поближе, а уж потом вонзить когти. Если не объявится в ближайшее время, отправлюсь на поиски сам.- Ага! Я же говорил – кофе придаст ему сил, - широко ухмыльнулся Карсон и распахнул дверь, ведущую в подвал. – Помяните мое слово, джентльмены, он нам устроит что-нибудь еще до обеда...- Да заткнись ты, блохастый, - протянул Октавий, закатывая глаза.
- Я смотрю по утрам ты – само очарование.- Увидишь меня в Рождественское утро, умрешь от умиления. Если я, конечно, до Рождества доживу.- Что тебе известно? – Спросил Фрэнк. – Об этих выборах? Что за чертовщина здесь творится? Шериф – не маршал, его всегда выбирают горожане. А тут губернатор принял решение, и все вот так просто согласились.
- Никто и не соглашался. Просто всем плевать на то, что так поступать нельзя. Раньше в шерифы волокли едва ли не на веревке и люди уходили уже через несколько дней. Та еще работенка. Мотайся за всяким отребьем, сбивая каблуки. Следи за порядком днем и ночью в одиннадцати местах разом, да еще успевай поглядывать себе за спину – не случилось ли там чего, потому что вокруг полно подонков всех мастей и каждый всегда имеет кучу родственников - стоит прихлопнуть одного, как все прочие тут же начинают якшаться вокруг да около, поджидая удобного случая чтоб на тебя поохотится. Не вздумай пропустить стаканчик на службе, соблюдай закон сам, хотя он похож на чертов флюгер, который треплет ураган – то так, то эдак повернется. И после этого тебе всучат жалкую пенсию из пары медяков и выставят коленом под зад со службы, на которой ты отпахал всю жизнь. Ах, шериф со звездой и револьвером, ах романтические бредни девиц и сопливых юнцов! Адская, неблагодарная и черная работа, будь она проклята.- С чего тогда вообще было заводиться с этими выборами?Ок фыркнул, вкладывая в интонацию все свое презрение.- Ради смеха конечно! Мне стало интересно, как выглядит закон, если на него глядеть не с изнанки. Я столько раз бывал в участках и видел столько законников, что у тебя не хватит волос на голове что б сосчитать их всех. И все они были похожи друг на друга - как вот эта пара сапог! Однажды меня арестовали в собственном…- … кабинете. – Продолжил Кастл и пожал плечами. – Прости, но, когда проезжаешь через те же места, где до тебя побывал кто-нибудь из стрелков, поневоле наслушаешься баек. Стоматолога с револьвером не каждый день увидишь.- Пошатайся с мое, Кастл, и поймешь, что даже такие как я попадаются чаще, чем толковый шериф! Когда я не смог продолжать практику пришлось выучиться стрелять. Требовалось отгонять от себя желающих покуситься на куш. А таких была пропасть. И полно продажных законников, желающих с их помощью быстро получить легкие деньги. Так Хью и угодил в мой расстрельный список. Ладно, Бог с ним, с шерифом Джонсом. Просто я хотел закончить одну любопытную мысль, но запах этого проклятого кофе мешает мне сосредоточиться. Кажется, я уже весьма проснулся для настоящего завтрака. Дженнет, милая, будь добра..?- Давно пора, - подавальщица, с улыбкой поставила перед ним тарелку.- И все же, как так вышло, что выиграл Мердок? Ведь губернатор просто отменил открытое голосование, но голоса-то все равно собрать успели. Может тебя убрали из списка?- Нет, мистер Кастл, все было гораздо прозаичнее, - вступил в разговор один из клерков. - Решающий голос за Мердока отдал Брок Рамлоу, управляющий ранчо Моник Рембо. Приехал на рассвете и поспел аккурат к выборам.
- И вместе с ним голоса отдали всего его немытые ковбои? – Хмыкнул доктор. - Сукин сын, похоже, не желает умереть своей смертью. Потолкую с ним позже.- Или до него доберутся Бартоны, - Митчелл вернулся за стойку с бутылками, зажатыми подмышками. Три он нес в руках, еще двумя нагрузил карманы холщового передника. Бармен выставил бутылки на полке и весело подмигнул им. – Рамлоу порядочно напакостил везде, где только появлялся. Пора бы прокатить его на шесте. Хотя его противникам это не по нраву, боюсь, они не позволят его тронуть.- Да плевал я на Бартонов. Благодаря Бартонам теперь у нас новый шериф – рыжий адвокатишка. Ну да цирк еще только начинается... – Октавий опрокинул стакан.Фрэнк отвернулся к зеркалу. В нем плавали отражения блестящей лысины заместителя шерифа и его собственного бледного лица.- А ты не думал о том, что от тебя могут в скором времени потребовать убираться из города?Ответом ему был взрыв хриплого хохота.- Меня? И кто же из них настолько глуп?! Я не собираюсь уезжать только потому, что звезду получил Мэтти Мэрдок. К тому же эта самая звезда все еще у меня. Пусть приходит за ней, и тогда потолкуем. – Зловеще улыбаясь, Октавий выложил на стойку значок шерифа и повертел его в пальцах.
- А если бы ты вышел на помост, чтобы отнять победу у Мердока в честной борьбе?
- После того, как посетил еще несколько мест вчера вечером, никакого настроения идти на выборы у меня уже не осталось. Нашлись дела поважнее. Этот идиот Уилбур вчера проиграл тысячу, и как же? В простой пятикарточный стад! Ты бы видел его лицо…
- Я встретил Дэя сегодня. Злой как черт. У него зуб на тебя.- Я дантист, Кастл. У всех в этом городе на меня зубы - клыки, резцы и коренные… Даже молочные, как у Мэтти Мердока. - Пробормотал Холлидей, берясь за третий стакан. – Всех так и тянет покуситься на мою жизнь, я уже даже привык… Кстати, Алехандро, кажется, решил попытаться прямо сейчас!За его спиной пьяный испанец неловко вытащил кривой нож. Холлидей резко развернулся и взмахнул рукой в его сторону. К счастью, пустой. Испанец с ругательством грохнулся с барного табурета на пол, выронив нож, а зал потонул в хохоте.
- Эй, Орел, предупреждаю - у меня уже есть на сегодня один дебошир с револьвером, - Митч погрозил испанцу пальцем. - Не начинай!
Монтоя с проклятьем потянулся к лежащему рядом оружию, на что Холлидей ответил выстрелом – нож, чиркнув в воздухе, запрыгал по дощатому полу. Второй выстрел – и шляпа Алехандро слетела у него с головы, сбитая пулей.- Abajo las armas, senor! Porfavor!Фрэнк было вскочил, но Октавий обернувшись, с улыбкой наставил на него револьвер.- Не лезь, Кастл!
- Ты не убьешь его?- И не думал! Только слегка подрежу орлу крылышки. Если кто-нибудь мне помешает, отыграюсь на них. - Ок рассмеялся и выстрелил еще раз, а Орел, взвизгнув, подпрыгнул. – Полетай, птенчик! Сейчас я тебя обстреляю!- Черт побери, маршал! – Заорал Митч, ныряя под стойку, но его крик потонул в грохоте выстрелов – стреляя по пяткам, Холлидей погнал Монтою по залу, как прежде подгонял на соревнованиях бегунов.
Фрэнк заслонил собой Дженнет, сжимая в руках винтовку, а Митч выпрыгнул из-за стойки с уже знакомым обрезом дробовика.
- Немедленно сложите оружие, Холлидей, или следующие сутки до заката вы проведете в участке за решеткой! – Раздался от дверей голос, и доктор опустил револьверы – от дыма и смеха у него слезились глаза. Алехандро – бледный, абсолютно трезвый и трясущийся выполз из укрытия и, заметив маршала рядом с собой, отшвырнул в сторону нож и, обхватив обеими руками сапог Фрэнка, запричитал по-испански. Кастл пристегнул его наручниками к ножке стола, велев сидеть тихо и пригрозив несчастному испанцу арестом.
- Вы опоздали, я ожидал вас раньше, - непринужденно бросил Ок, обращаясь к двум новым посетителям. – Представление окончено.Старый рейнджер первым вошел под крышу салуна, будто загораживая своим телом юношу, и смерил их обоих неодобрительным взглядом. Меньше всего Мэтти Мердок и Артур Стейси походили на законников.
- Мы тебя слышали, Ок. – Рыкнул Артур, облокачиваясь на стойку. – Тебя, пожалуй, весь Таймли слышал, как ты причитал о своем промахе мимо места городского шерифа.
- О, а мне показалось, вы оба прибежали сюда на звуки выстрелов.- Стрелять в пьяного, ну конечно. Ниже падать просто некуда.- Я тоже пьян, - заметил Ок, убирая револьверы в кобуру.- И, причем, с самого утра. – Хмыкнул в усы Артур. - Да кто бы сомневался!Холлидей хотел огрызнуться, но передумал и вместо этого сделал знак Митчу.- Эй, песик! Угости-ка моих приятелей законников, да получше. Не угодно ли шампанского, господа? Нет, Митч, не эту. Другую бутылку. Отпразднуем вашу победу!От Фрэнка не укрылось то, как побледнел ?барный пес?, пятясь к полкам. - Угоститесь, джентльмены? – Октавий с иезуитской улыбкой разлил ?шампанское?. - Между прочим, салун принадлежит вашему приятелю Александру, вы первый должны подать нам пример, Мердок!- Рановато для меня. – Адвокат с безразличным видом барабанил пальцами по стойке. -К тому же на улице слишком жарко.- Жарко! Да там сегодня сама Преисподняя! К счастью мы здесь, под крышей. Отчего не угощаетесь, господин адвокат? Не желаете праздновать победу? –С издевкой спросил Октавий. - Или вы привыкли к какао по утрам?- Что это? – Артур Стейси придвинул к себе бокал, жидкость в котором вспенилась и выплеснулась на стойку.- Кислота. – Охотно ответил помощник шерифа. - Некоторые, если достаточно пьяны или напуганы, даже пьют...- Шуточка в вашем духе. Предложить напиток, который так же ядовит, как и ваши речи.
- Могу поделиться заразой, если захотите.
- Multos timēre debet, quem multi timent, - молодой адвокат был явно раздражен.- Eventus stultorum magister, - прилетел ответ.- Вы не правы, сэр. Несмотря на молодость, мистер Мердок уже сейчас подает большие надежды как юрист, - обратился к нему один из сидящих рядом клерков. – Возможно, сейчас винные пары помутили ваш разум, но вне сомнения, вы еще признаете это после.
Октавий живо повернулся к сочувствующему и тот побледнел.- Отчего же, напротив! In vino veritas, как говорится! - С ядовитой улыбкой обратился он к клерку, - и пошел к черту. Скажи спасибо, что я не размениваюсь на мелочи.- Honores mutant mores, - пробормотал Мердок, но спор уже исчерпал себя.
Фрэнк разглядывал его со смесью веселости и удивления. Похоже, что у Ока появился достойный, не лезущий за словом в карман противник.Бледное лицо молодого человека привлекало к себе внимание своей открытостью и выражением решимости. Волосы у адвоката были рыжеватые, а прическа - с косым пробором, как у большинства городских модников. Брови – тоже рыжеватые, чуть темнее волос, сейчас были сведены у переносицы в выражении сосредоточенности. Адвокат почувствовал на себе чужой взгляд, и потому нервно снял и протер очки, моргая при этом. Фрэнк понял, что адвокату нет и тридцати. Из-за веснушек и гладко выбритого подбородка, сняв очки, он выглядел и вовсе юнцом.
- Наслышан о вашем отце, господин адвокат. Он ведь боксер, верно? Ну а вы… Костюм с иголочки, дорогой галстук, - он смерил насмешливым взглядом скромный костюм молодого человека. -не думаю, что Оулсли платит вам за каждую сделку.
- Довольно! Вы неплохо держитесь, но я вижу, что вы скверно пьяны, сэр. Угомонитесь или вас вышвырнут вон.- И кто же это сделает? Твой отец был боксером, а вот сам ты не боец. Где ты забыл свою тросточку сегодня, Мэтти?
- К чему? Существуют и иные методы воздействия, вам это известно. Но если потребуется, я могу применить силу.При этих словах его противник расхохотался, но смех быстро перешел в надсадный кашель и Октавий уткнулся в платок- Хотите совет, мистер Мердок? – Почти ласково обратился к нему Фрэнк. - Отпустите усы.
- Что? – Тот близоруко заморгал, будто наконец заметил маршала. - Почему усы?- С ними вы будете выглядеть старше. Тогда вас, возможно, начнут принимать всерьез.
- Приму это к сведению, - фыркнул молодой человек и вновь повернулся к оппоненту. - А пока не передадите ли вы мне мой значок, помощник шерифа? Мне известно, что он – у вас.- У меня? Да с чего бы это? У меня и так полно своих забот… - Октавий воздел очи горе, и полез в жилетный карман, но, когда обернулся к ним, на его лице была издевательская ухмылка, а на ладони лежал значок шерифа.
- Вот он, ну надо же! – Ок поднял руку повыше, с видом фокусника демонстрируя значок посетителям. – А я уж было решил, что его зарыли вместе с Паркером! Удивительно!- Великолепно, раз уж вы его нашли у себя в кармане, отдайте его мне. – Мэтью нетерпеливо протянул руку, но Октавий убрал значок.- Чего ради? По приказу мэра Линкольна? Да будет вам известно, что я терпеть не могу, когда мной командуют. Но, быть может, господин мэр присылал с вами еще что-нибудь помимо приказов? К примеру извинения? Я – законопослушный гражданин и уважаю закон и его представителей, даже если они нанесли мне оскорбление. И если бы господин мэр, скажем, не приказал, а попросил меня, я тут же, – Октавий подчеркнуто медленно обвел взглядом салун. – выполнил бы его просьбу, и пусть все подпишутся под моими словами! Но я вижу, что его здесь нет. Мэр города слишком занят, чтобы посетить нас. Я не в обиде, разумеется, и заявляю, что согласен принять его извинения даже если кто-нибудь попросит за него. Ты попросишь меня, Мэтти? За господина мэра? Отдать тебе значок и простить этого глупого упрямого осла?- Передайте мне значок, Холлидей, немедленно, - голос адвоката тихий, но твердый потонул в раскатившихся по залу смешках - игра слов (прим. осел – символ партии демократов) вызвала в зале новую волну веселья.- Громче! – Веселость в голосе доктора сменилась едкой издевкой.- Просите меня, господин адвокат.- Черт возьми, Ок, посмеялись и будет… - Начал было Фрэнк, но тот остановил его взмахом руки.
-Не лезь в это дело, Кастл. Я не слышу просительных интонаций, господин адвокат!
Октавий внезапно выхватил револьвер и направил дуло прямо в грудь Мэтью.
- Я помогу вам, если изволите. На колени.Мердок не двинулся с места и спокойно смотрел на стрелка и на револьвер.
- Я сказал – на колени! Считаю до трех. Один!- Господи боже, - Митч ругнулся сквозь зубы. С лица бармена ушло дурашливое выражение – сейчас Карсон застыл как изваяние. – Господи боже, да я же только оттер эти проклятые обои от сажи!- Два…- Отдай ему значок, Ок. – Внезапно пробасил Артур Стейси.По тому, как старый рейнджер следил за всей сценой - с выражением мрачной решимости на лице, Фрэнк понял, что тот, скорее всего, как и он сам, уже давным-давно просчитал, каким будет исход. Стейси знал, с кем придется иметь дело, и приготовился к худшему. Рискнул он на удачу, ни на что не надеясь.
- Отдай парню значок. Он молодой, но дело знает. Бен Паркер бы отдал.- Не вмешивай сюда… - Октавий в бешенстве повернулся к нему, и в этот момент Мердок ударил. Холлидей покачнувшись, удивленно уставился на Артура Стейси, затем его глаза закатились, и он свалился на пол. Мэтью шагнул к нему и забрал оба револьвера. Затем, охлопав карманы, вытащил умещавшийся в руке карманный пистолет с перламутровой рукоятью и нож с лезвием восьмидюймовой длины. В жилетном кармане картежника обнаружился флотский револьвер с полным барабаном, а за отворотом сапога – еще один нож - внушительный арсенал для человека, который зашел пропустить стаканчик в салуне. Пояс-патронташ вмещал в себя двадцать один патрон.
Все обнаруженное адвокат передал бармену и тот убрал оружие под стойку. После этого Мэтт наклонился к Октавию, который все еще был без сознания, но не за тем чтобы, как решил Фрэнк, отобрать значок. Вместо этого адвокат выдернул у него из-за воротника сзади острый карманный ножик с Т-образной рукоятью.
На щеках адвоката проступили пятна - то ли гнева, то ли смущения, но в глазах Мэтью не было и тени страха перед убийцей. Забрав значок, он приколол его к лацкану своего сюртука и принялся охлопывать Холлидея по щекам. В воздухе до сих пор висела завеса из порохового дыма.
- Послушайте меня, помощник шерифа. – Обратился к нему Мэтью, едва тот открыл глаза. - Я не стану запирать вас в камеру за дебош, если вы пообещаете мне убраться из города сегодня же до заката. Когда станете приезжать сюда, оружие будете оставлять в участке и забирать при отъезде. Если я увижу вас вооруженным на улице, пойдете под суд, а вздумаете сопротивляться аресту – прямиком на виселицу, вам ясно?Тот не успел ответить - все головы в зале повернулись в одном направлении.Женщину, стоящую у входа, можно было бы даже назвать привлекательной, если бы не развязность, с которой она двигалась. Едкая кривая усмешка, таившаяся в уголках прищуренных глаз выдавала опыт, наглость и коварство, смесь цинизма с бесстыдством - манера, с которой не смог бы держаться ни один чистый бутон в городе. Семнадцатилетняя девчонка не способна течь сквозь толчею мужчин, как вода, одаряя каждого еле заметными знаками внимания вроде взгляда, прикосновения или вскользь брошенной фразы.
Шарлотта, одна из ?дам полусвета? Второй улицы, прошла к стойке, немало не смущаясь, и не обращая внимания на Дженетт, которая бросала на нее неодобрительные взгляды. В ответ проститутка смерила ее с еще большим презрением, и подавальщица отвернулась, не выдержав на себе стылый змеиный взгляд. Прошлое Шарлотты оставалось тайной и никто, даже хозяйка не лезли к ней с расспросами. Люди, знавшие ее, понятия не имели, где она прежде обреталась и кем была. Они знали только падшую женщину, порядком увядшую, с прищуром семидесятилетней старухи, пальцами-кинжалами, если только они не были сломаны, и вопящим плюющимся ртом, иногда полным крови от выбитых любовниками зубов. В жалких нарядах – сегодня на ней было простенькое платье из набивного ситца, в дырявых туфлях и чулках. С редкими блеклыми волосами, кое-как уложенными в жалкую прическу и хитрыми глазами прожженной интриганки.Не обращая внимания на мужчин, женщина прошла к стойке и постучала, привлекая внимание бармена, а когда заговорила, то ее голос оказался почти по-мужски хриплым.- Налей-ка мне джина.Тот лишь хмыкнул, но не тронулся с места.- Ты оглох? – Прикрикнула она.- Налей, я заплачу, - Октавий неловко порывшись в кармане вытащил и швырнул на стойку деньги.Митч пожал плечами и метнул через всю стойку стакан. ?Голубка? ловко поймала его. Фрэнк переводил взгляд с него на девицу. Артур Стэйси сидел молча, но по его лицу было видно, что он возмущен. Мэттью украдкой отодвинул бокал с кислотой подальше и молча наблюдал за этой сценой.
- На три пальца, - сказала Шарлота, когда в стакан потекла бесцветная жидкость. Бармен убрал бутылку и нехорошо усмехнулся.- Будешь пить, что дадут. Это мой бар и ?на три пальца? здесь выглядят так.- Эй, приятель, - мрачно заметил Октавий, - похоже, кто-то не обучен счету. Напомни мне отстрелить тебе пальцы для проверки, как заберу свое оружие обратно. ?Голубка? хрипло рассмеялась и отсалютовала ему стаканом.- Еще не подох? Я приду на твои похороны, не сомневайся.
- Если придешь, чертовка, я тут же встану и уйду на другое кладбище...Женщина вновь толкнула пустой стакан в сторону бармена.- Еще, - потребовала она.- Обойдешься.- Довольно, мистер Карсон. – Остановил бармена Мердок. - Мэм, я вынужден просить вас уйти.- Черта с два! – Огрызнулась женщина. – Я прихожу и ухожу когда хочу, а не когда мне прикажет молокосос со звездой. Или малец уже вышел из детского возраста? Или может быть, - женщина насмешливо улыбнулась, внезапно метнув на него внимательный взгляд. - Может быть, он даже успел стать мужчиной, а я не заметила?
Она повернулась к нему и, приблизившись, провела пальцами по лацкану его сюртука. Вторая ее рука скользнула ниже, и тут же вернулась на стойку.
- Мэм, я… Я вынужден вас предупредить - если вы станете продолжать в том же…В ответ на это предостережение Шарлота рассмеялась, запрокинув голову. Несмотря на резкий запах джина, жалкий наряд и болезненную худобу все взгляды по-прежнему были прикованы к ней.- Миленький он у тебя, - отсмеявшись, заметила она, - но никчемный. Когда-нибудь осчастливишь какую-нибудь модистку. Они вышивают бисером, а чтобы рассмотреть его привыкли наклоняться низко-низко…
Мэтт оттолкнул ее от себя – сильнее, чем рассчитывал, и в ответ Шарлота схватила первое, что попало ей под руку – бокал кислоты, и выплеснула ему в лицо, попав в глаза. Адвокат закричал, схватившись за лицо.
- Идем, дорогая, нам пора.Октавий мгновенно оказался у дверей, увлекая ?голубку? за собой. Фрэнк тут же бросился следом, однако ему под руку нырнул мальчишка, которого Дженет отправила за доком Ричардсом, и маршал замешкался. Когда он выбежал на улицу, та была пуста, но у коновязи стоял Весельчак – конь Октавия. Фрэнк погладил лошадь, размышляя в каком направлении пойти.
Даже если бы хотел, из-за своей чахотки, Холлидей не смог бы уйти далеко - пешком он ходил гораздо медленнее, чем здоровые люди, иногда используя трость и то и дело останавливаясь, чтобы перевести дух. А сейчас оставил лошадь - бросил в спешке, или не ожидал, что за ним будет погоня?
Фрэнку вспомнилось, что Кэрол Денверс назвала заместителя шерифа безнадежным. Вряд ли любой из горожан понимал насколько.Маршал повернул голову и увидел женщину, беззаботно гуляющую по улице. Та повернулась и Фрэнк узнал ?голубку? из постели которой он вчера вечером вытащил Холлидея. Черная Кошка, раскрыв зонтик, уверенной походкой шла по улице, шелестя юбками. Кастл слышал, что другие мужчины боролись за ее благосклонность и даже убивали друг друга, но теперь у всего города появились проблемы куда серьезнее, чем дуэли перепившихся франтов.Фелиция рассматривала улицу – пыльные облака уже осели, там где прошло стадо в пыли зияли глубокие выбоины – следы не одной пары копыт, и навозные лепешки. Женщина сморщила носик. Прохожие, зеваки, даже дети – все сплошь мужичье. Ни одной женщины кроме негритянок.
Один из вчерашних посетителей – Силкворт, шел ей навстречу по дощатому тротуару. Какая удача – встретить одного из городских лидеров и своих самых преданных поклонников! Как бы отреагировали добропорядочные горожане, узнай они все, чем этот столп общественной морали занимается в борделе Верджила Осборна?- Он похож сзади на младенца! – Со смехомделилась с товарками Ванда, - а спереди - на жабу.Фелиция грациозно приподняла юбки и медленной плавной походкой пересекла улицу, привлекая к себе всеобщее внимание. Женщина видела, что Силкворт собирался сесть в открытую пролетку, и уже поставил ногу на подножку.-Мистер Силкворт, какая встреча! – Томно проворковала ?голубка?. – Не правда ли, сегодня чудесное утро?Помощник губернатора даже не взглянул на нее, он с равнодушным видом взобрался на подножку и усевшись, отвернулся. Кучер стегнул лошадь. Харди топнула ножкой, но ее раздражение тут же сменила широкая веселая улыбка – навстречу ей шел маршал
Кастл быстро прошел мимо нее, бряцая шпорами. Он явно куда-то спешил. Идущие впереди него прохожие, с опасливыми оглядками спешили перейти на другую сторону улицы. Можно было подумать, что между утром сегодняшнего дня и вчерашней ночью пролегла пропасть, в которую тот провалился – сейчас на лице законника и без того мрачном, было написано выражение опасной сосредоточенности. Она была благодарна ему за вчерашнее появление, которое пришлось очень кстати, но благодарность заглушало глубокое презрение. Она презирала, она ненавидела и его и всех остальных.
- Добрый день, сэр, - насмешливо проговорила Черная Кошка достаточно громко, чтобы все услышали, что Фелиция обращается именно к городскому маршалу и, едва тот поравнялся с ней, легким движением преградила ему путь. Фрэнк сбился с шага, запнувшись о камень и остановился.- Из окна своего будуара я видела, как поспешно вы вчера уходили. – Ласково обратилась к нему Фелиция, заглядывая в глаза. – А я даже не успела поприветствовать вас.
- Мэм, если это – попытка задержать меня, то вы лишь зря тратите время, - Фрэнк отстранил ее со своего пути. – Также должен предупредить вас – сейчас на улицах станет небезопасно.- Вы говорите о ковбоях? – Захлопала глазами куртизанка.- И о них тоже. – Ковбои совершенно вылетели у него из головы, и Фрэнк выругался в полголоса. – Возвращайтесь к себе и постарайтесь пореже выходить на улицу. Может начаться перестрелка и не одна.- Тогда я тоже хочу сказать вам кое-что, маршал. – Женщина внезапно поцеловала его в небритую щеку. – Будьте осторожны. Этот город наводнен оружием и не все уважают закон.Произнеся эту странную тираду, ?голубка? развернулась и пошла по улице.Фрэнк обвел улицу внимательным взглядом - несколько негров из прислуги, лавочник, модистка из магазина готового платья и Макс Моделл, все так же сидящий в кресле-качалке на крыльце своего пансиона.
Встреча с Черной Кошкой дала ему время подумать, остыть и разобраться в мотивах поступка беглеца. Джентльмен до мозга костей, Ок встал на защиту дамы и теперь станет защищать ее, пока не свалится мертвым. То, что после такой выходки Шарлоту не просто арестуют, а могут вынести решение о более суровом наказании, лишь подхлестнуло его к действию. Итак, доктор всеми силами пытался спасти свою любовницу. Но куда же он направился?
Выругавшись, маршал развернулся и направился обратно – к кабинету практикующего врача.
На крыльце сидел Артур Стейси. Увидев Фрэнка, старый рейнджерне проронил ни слова, но его взгляд сказал Кастлу намного больше, чем слова.Фрэнк проторчал у дверей кабинета Ричардса больше часа – до того тщательно и подробно врач осматривал больного. Наконец он открыл дверь и поманил маршала пальцем.
Глаза Мэтью Мердока были завязаны, будто адвокат собирался играть с кем-то в салочки, но едва Фрэнк вошел, молодой человек слегка повернул голову на звук.- Это вы, маршал Кастл? – Спросил он. – Дожидаетесь, пока док покончит с мной?- Доктор Ричардс сказал мне, что должен будет проверить ваши глаза еще несколько раз, Мердок…- Я имел в виду другого дока, маршал. Того, из-за которого я ослеп.
- А вы ослепли? Возможно, это лишь временная слепота и зрение еще вернется к вам.Молодой человек рассмеялся с горечью.- Нет, маршал, оно не вернется. Боюсь, как бы оно и вовсе меня не оставило. Этим глазом я могу видеть лишь очень бледное размытое пятно света размером с пенни. А вторым – вообще ничего. Моей практике – конец, а виновный в этом все еще гуляет на свободе, пьет и продолжает убивать, и я спрашиваю себя – почему? Я попросил мистера Стейси составить объявление насчет нашего общего знакомого – объявить его в розыск и назначить за его головунаграду. Но вначале пусть сложит с себя полномочия, иначе выходит, что все свои злодеяния он творит от имени и с одобрения офиса шерифа Таймли. Помогите мне встать.Фрэнк протянул руку и молодой человек опершись на нее, поднялся на ноги.- Я разыщу его раньше, чем он убьет еще кого-нибудь.
- Это бесполезная трата времени, маршал. Он растворится в притонах на второй улице, а с наступлением ночи просто уедет из города.
- Он не уедет так просто. У него есть причины не выезжать из Роковой долины. В двух соседних штатах за его голову дают хорошие деньги.- Откуда вам об этом известно?- Некоторое время назад я был помощникомнескольких судебных исполнителя в Техасе и часто натыкался на объявления о розыске Ока Холлидея за убийства.
- И скольких же он…- Это было в разных городах. – Отрезал Фрэнк. - Число убитых каждый раз отличалось.Кто-то на улице свистнул и в раскрытое окно влетел мелкий предмет. Он упал на ковер и Фрэнк увидел, что это камень, обернутый в клочок бумаги. Мердок повернул голову на шум, на его лице было вопросительное выражение.Фрэнк поднял камень и развернул серую газетную бумагу. В записке было лишь одно слово крупными печатными буквами: ?фотосалон?.В полутьме комнаты длинные белокурые локоны Шарлоты выглядели по-настоящему невинно. Октавий лениво смотрел на тонкий затянутый в корсаж стан, полную и еще красивую грудь, едва прикрытую деталями платья. Корсет на девице был старый, кое-где зияли прорехи, а когда, припомнив былые времена, Ок в коридоре поднял ?голубку? на плечо - подол юбки задрался, мелькнул край застиранной нательной рубашки и изорванное кружево серых от грязи панталон. Захлопнув дверь, он избавил ее и от рваных чулок, и от дырявых туфлей и от прочего наряда.
Женщина сидела на краю постели, а Октавий лежал, подперев голову рукой. Чувствуя на себе пристальный неотрывный взгляд, она слегка повернула голову и вопросительно посмотрела на него.- Чего тебе?- Да вот, думал, попросишь как раньше помочь с крючками…Та охотно повернулась к нему, и доктор застегнул и зашнуровал на ней корсаж.- Жаль будет потерять эти руки, когда тебя прикончат, - заметила она, поднимаясь.- Выбирай. - Он протянул к ней руку и она, залюбовалась тем, как свет играет в камнях вправленных в три перстня. Один был массивнее других, из серебра, с красным кабошоном и она взяла его.
Сейчас комната была получше, простыни свежими, на стене висело зеркало.- Как в старые добрые времена, верно?В истории их знакомства с Холлидеем не было ничего удивительного. Они сошлись мгновенно, несмотря на огромную разницу во всем. Октавий стал в открытую выводить любовницу в свет: на представления и в театр, даже вылечил ей несколько зубов, чтобы наслаждаться идеальной улыбкой ?голубки?. Бывали также дни, когда Ок мог метнуть в нее нож, и тогда они дрались с исступленной пьяной яростью.Они виделись в последний раз, когда Октавий покидал таверну и Шарлота, сидя в чем мать родила на кровати с револьвером в руках, целилась ему промеж лопаток.
- Что, черт возьми, с твоим лицом? – Спросила женщина, поднимаясь с постели. - Налетел на стену?Октавий украдкой прикоснулся к скуле - не сломана, уже хорошо. Несколько свинцовых примочек и будет как новая. Хуже побоев обычно бывали приступы кашля, которые они вызвали.
- Не на стену, а на этого дурака-конюха. Я задал этому сукину сыну Люку вполне обоснованный вопрос – куда он подевал лошадь покойного шерифа. На что этот ниггер ответил, что лошадь сама сбежала из конюшни. Представь себе! Сама, значит, отвязала повод, открыла загородку денника, сбросила засов с двери и удрала. Я, конечно, был слегка выпивши, но не настолько же, чтобы поверить в такие бредни. Естественно я задал вопрос еще раз…Шарлота представила, как здоровяк-негр тащит лыка не вяжущего законника к деннику, где стоит Весельчак, и как после очередного вопроса (который, как и предыдущие, скорее всего, подкреплялся разного рода бранью и угрозами), отправляет Октавия в нокаут ударом в челюсть. После чего тот, взбрыкнув ногами, валится за загородку под ноги лошади, и мгновенно засыпает. Картина вышла вполне правдоподобной.
- Ему еще повезло, этому ниггеру. – Хмыкнула она.
- Чертовски верно, дорогая! Ему чертовски повезло, что я решил не убивать его как Хьюго. Кто бы мог подумать, что старина Хью разыщет меня в Нью-Мексико.
- Ты все-таки убил его?- Разумеется. Хьюго просто болван. Притащился в такую даль, чтобы нарваться на мою пулю. Самонадеянный сукин сын…
- Жаль, что он не убил тебя, - женщина с безразличным видом прошлась по комнатушке, поправила волосы у зеркала. – Тебе нельзя здесь оставаться. Что теперь станешь делать?- То же, что и всегда. Дождусь темноты и преспокойно уеду. Как думаешь, что станут делать они?Женщина пожала плечами.- Захотят тебя повесить. Им нужен был повод.
- Плевать. На самом деле, моя судьба меня беспокоит не больше, чем вода в сточной канаве.
- Тогда зачем спрашиваешь?- Просто, необходимо поддержать разговор.-К чему слова, если ты прекрасно знаешь, чего я хочу?-Верно... - Октавий склонился над ней. Шарлотта запрокинула голову, ожидая, что он поцелует ее в шею. Губы Октавия действительно прикоснулись к ее горлу, и через мгновенье раздался настойчивый стук в дверь. Картежник выругался.
- Подите прочь, маршал! Разве не ясно, что я занят? Зачитаете мне все обвинения после!Стук не прекращался, мало того в дверь начало стучать уже несколько рук.Холлидей успел натянуть и застегнуть штаны, когда дверь слетела с петель и, рванув из кобуры над кроватью проржавленный кольт, выстрелил один раз в образовавшийся проем.Ответный выстрел выбил оружие у него из рук, а удар в лицо свалил на пол