Бумеранг. (2/2)

— А если там никого нет? — задумался Морозов.

— А если есть? — не унималась Даша. — Таня видела, как Лиза выбегает на улицу. А теперь всё в огне. Там точно кто-то есть.

— Виноградова может быть там? — испугалась Авикеджи. — Сначала запирает меня в комнате, а теперь бросается в пекло. Что происходит?

— Она была не одна. — Как бы невзначай сказала Тайна. — С ней была… постойте, а кто с ней был?

— Я тоже слышала два женских голоса, когда сидела взаперти. — Вспомнила Авикеджи. — Лиза с кем-то разговаривала.

— Я видела брюнетку. — Подчеркнула Тайна.

— Да, и она всё время что-то повторяла… — кивнула Авикеджи. — Дайте подумать… фраза такая раздражающая.

— Ажур-абажур. — В сердцах выпалила Даша. Ярость охватила её с ног до ушей. Гнев бушевал внутри.

— Да! — согласилась Авикеджи. — Кто это?

— Больше сомнений нет. — Сказала Даша. — Лиза точно там. — Она обратила на Макса требующий поддержки взгляд. Только он знал, кто такая Алевтина. Остальные собравшиеся никогда не слышали о ней. Только он помнил, на что она способна.

— Как потушить огонь? — Морозов стал смотреть на всех по очереди.

— Никак. Если прыгнем туда, сдохнем вместе с ней. — Захар засучил рукава. — Но что поделать? Других вариантов ебучая жизнь не подсказала.

— Папа, что ты делаешь?

— Нет. — Тайна схватила его за локоть. — Ты старый пердун, ты умрёшь. А я не умею выбирать гробы и не знаю, какая еда должна быть на похоронах.

Внезапно все замолчали. В шипениях и завываниях пламени различался голос. Кто-то хрипел. Хрипел как можно громче, чтобы быть услышанным.

— Лиза? — Даша подскочила к огню.

— Лизонька? — вот и Авикеджи сменила гнев на милость. — Мы вытащим тебя, дорогая.

— Надеюсь, она не слышала, как я предлагала не спасать её? — почесала голову Тайна.

— Ре… ребята… — воздух кончался, огонь пожирал её. Лиза говорила с трудом. — Ребята… ОНА…

Это её последний шанс. Если не скажет сейчас, то замолчит навсегда. Горло не охрипнет раньше времени, язык обязан заговорить, губы должны затрястись. Это её слово, её шанс. И никто не помешает ей сказать.

Но голова кружится слишком сильно. Телу слишком жарко. Пот стекает с неё. Течёт и испаряется, убиваемый адским пламенем. Ещё секунда и она упадёт и задохнётся.

Продолжение следует…