секрет пятнадцатый [Мукуро/Фран, Бель] (2/2)

Через этот поцелуй Мукуро, наконец-то, увидел все то, что гложет Франа, и не смог ему не посочувствовать. Так рано попавший в свои же сети иллюзионист. Он должен еще учиться. Еще совершенствоваться.

Но он заслужил, решив, что сможет делать то, на это нужны годы тренировок.

Рокудо сжимает плечи ученика, резко прижимая его к стене, отчего у Франа перехватывает дыхание. Мукуро быстро проходит по шее, не целуя, а кусая совсем еще нежную кожу, оставляя красные отметины и кровоподтеки. Резкими движениями снимает с Франа куртку, едва не разрывает тонкую водолазку, тут же бросая ее на пол. Поцелуи-укусы доходят до ключицы, проходят по груди, от покусывания сосков, Фран выгибает спину, не в силах спокойное переносить эту сладкую муку.

Наслаждение, граничащее с болью. Мукуро как никто другой мог соединить эти два, казалось бы, разных ощущения. Сложно понять, когда наслаждение от ласк Рокудо переходит в боль. Все границы были размыты, вся сущность скрывалась, выдавая себя за нечто другое.

Стройное, практически идеальное тело учителя, сияет мутными бликами, отсвечивая наглые лучи солнца, забравшиеся в комнату через щели между шторами. Сейчас Мукуро походил на мраморную статую, застывшую на секунду, заглядывая в глаза Франа. Почему-то лягушке показалось, что внешность Мукуро стала похожей на Бела. Может учитель использовал одну из иллюзий, или это было лишь разыгравшееся воображение, но Франу этого хватило.

Чувствуя ответ на свой поцелуй, Рокудо улыбнулся, едва заметно, уголками губ. Маленький, такой доверчивый ученик. В нем было что-то обольстительное. Что-то притягательное, как и в любом истинном иллюзионисте. Фран обхватил торс учителя, зная, что за этим последует, и совершенно не сопротивляясь.

Мукуро вошел незаметно, без боли, а со сразу накатившем удовольствием, так умело залечивающим сердце.

Вновь чувствовать себя нужным. Желанным. Чувствовать наслаждение. Чувствовать желание. Горячие тяжелое дыхание. Глухие удары сердца, как свои, глухо отдающие в ушах, так и учителя, сотрясающие разряженный воздух.

Движение ускорялись, замедлялись, сопровождаясь то ласковыми, нежными поцелуями, то яростными укусами. Взглядами, сжигающими своей страстью, или замораживающие своей безразличностью.

Фран даже не заметил, как Мукуро уложил его на диван. Мир вокруг просто не существовал. Они были только вдвоем. Друг в друге, залечивая свои раны, избавляясь от лишних мыслей.

Последний, резкий толчок и Рокудо обессилено упал на грудь Франа, медленный, долгий поцелуй и ученик проваливается в сладкую дрему. Опустошенный, довольный, обессиленный, но удовлетворенный.

Мукуро устало сел в кресло. Зачем он устроил такое представление? Чтобы Фран понял, что можно жить с иллюзией в сердце. Что любая иллюзия подчиняется. Иллюзия - это словно зверь, прирученный, иногда дикий, но зверь. И, чем больше сил и власти приложить на укрощение, тем сильнее и послушнее будет иллюзия.

И Фран вновь почувствовал уверенность. Нужность.

Мукуро поморщился. Не ученик, а сплошное недоразумение. Но он гордился, совсем немножко, но гордился этим зеленоволосым мальчишкой. Но не скажет. Иллюзионисты любят секреты. И это был один из них.

Принц нервно сжал подушку и тут же швырнул ее в противоположную стену. Что-то случилось. Это жужжащие чувство внутри не давало покоя. Что же происходит? Почему, как только эта жаба сбежала, все перевернулось с ног на голову?

Бель спрыгнул с кровати и медленно прошелся по комнате. Это, не дающие покоя чувство усилилось, вынуждая принца чуть ли ни чесаться от нервного напряжения.

Принц внимательно осмотрел комнату, ладонью сжимая кончики ножей. Шорох! Развернувшись на девяносто градусов Бель инстинктивно швырнул ножи, которые с глухим звуком вонзились в стену. Принц тут же внимательным взглядом окинул стену. Ножи пригвоздили к стене ровный листок бумаги, исписанный чьим-то подчерком. Странным, немного косым, собранным, и уверенным.

?Молись за то, чтоб бог простил того, кто так тебя любил…?

Принц вздрогнул. Все встало на свои места. Совершенно все.

— Фран…