5. (1/1)

Я вошла в дом на цыпочках, стараясь прикрывать за собой входные двери как можно тише. Переведя дух и ступая еле слышно, я перекинула коньки через одно плечо, связав их за шнурки между собой, и уже поставила свою правую ногу на первую ступень лестницы, что вела на второй этаж ко мне в комнату, как вдруг за своей спиной я услышала:—?Где ты была так долго? —?дрогнув, я обернулась и заметила Стэнли, что смотрел на меня, стоя у входа в гостиную.—?Каталась,?— коротко ответила я, на что отчим негромко произнес:—?Пойди, прими таблетки, время подошло,?— я окинула мужчину быстрым взглядом, согласно кивнула и послушно направилась в гостиную, чтобы забрать баночку с пилюлями, что всегда стояла на журнальном столике у окна, и, когда проходила мимо него, нечаянно задела плечом. Он тут же спросил:—?Где именно ты каталась? —?сказал Стэнли, и я замерла на мгновение, а мужчина продолжал. —?Я долго смотрел в окно, и ты ни разу за все это время не проехала мимо нашего дома…Я сглотнула, испуганно смотря перед собой и судорожно думая, что бы такое ответить:—?Я ездила в Хампстед-Хит,?— тут же соврала я.—?Под дождем? —?недоверчиво бросил Стэнли, продолжая буравить меня глазами и стоя на том же самом месте, где и был, когда я вошла в гостиную. —?Ты нисколько не промокла.Взяв пузырек, я открыла его и, как ни в чем не бывало, как можно более непринужденно ответила, высыпая на ладонь три капсулы подряд и по очереди отправляя их в рот:—?Когда начался дождь, я заглянула к миссис Мортимер,?— кисло улыбнувшись проговорила я и добавила через секунду. —?Она угостила меня крамблом…—?Это очень мило с ее стороны,?— кивнул отчим и вкрадчиво поинтересовался, надвигаясь на меня. —?Должен ли я звонить ей и спрашивать, готовила ли она крамбл сегодня? —?в его тихом голосе, интонации и жестах была какая-то скрытая угроза, когда он приближался ко мне.Я снова громко сглотнула, чувствуя, как мои поджилки начинают трястись, и все внутри опускается:—?Да, можешь позвонить. Крамбл был превосходным,?— ответила я, как можно спокойнее, стараясь сдерживаться так, чтобы не выдать дрожащий от страха и волнения голос.Я понимала, даже если Стэнли поймает меня на вранье, он скорее всего ничего мне не сделает, но сам факт нагонял на меня страх и ужас, заставляя мои внутренности цепенеть.Отчим выжидающе буравил меня глазами еще несколько мгновений, словно испытывая меня на прочность, и я должна была выдержать во что бы то ни стало, после чего сказал:—?Хорошо, я тебе верю,?— он кивнул и добавил. —?В следующий раз, возьми кусочек и для меня.—?Конечно,?— сухо буркнула я, перекатив капсулы языком от одной щеки к другой, и, сжав пузырек с таблетками в руке, поспешила уйти прочь, только бы поскорее оказаться от него подальше.Поднявшись в свою комнату, я заперла дверь на ключ и, шумно выдохнув, привалилась спиной к стене. Постояв так пару мгновений, я подошла к окну и выглянула на улицу, надеясь, что вновь смогу увидеть Бена, но его не было. Только его черная машина одиноко стояла у обочины, а в окне гостиной мерцал тусклый свет, как от настольной лампы.—?Хорошо, хорошо, Лу,?— успокаивающе бормотала я себе под нос, руками сжимая подоконник и всматриваясь в стекла дома напротив.В моей голове роились всевозможные мысли. Они путались и клубились, словно густой утренний туман. Я глубоко вздохнула. Отвернувшись от окна, я подошла к зеркалу и посмотрела на себя в полный рост, тряхнув светлыми волосами, что спадали по моим плечам и спине чуть ниже лопаток. На меня в отражении смотрела почти незнакомая, довольно симпатичная, невысокая девушка… Когда я успела так повзрослеть и поменяться?Я окинула себя взглядом, несколько раз повертевшись перед зеркалом и так и так. Достаточно стройные, чтобы не казаться очень тонкими, ноги в белых длинных гольфах, худые плечи, гладкая, чуть смугловатая кожа, серые глаза и губы, пухлые, но не настолько, чтобы выглядеть слишком полными.Почему я раньше не замечала в себе этих столь разительных перемен?Я никогда, совсем никогда не считала себя красивой, даже немного, даже совсем чуть-чуть, но, возможно, сейчас меня вполне можно было назвать привлекательной или милой и симпатичной? И я вполне могла бы нравиться кому-то, или даже не просто нравиться, наверное, кто-то способен был бы в меня влюбиться…Это показалось мне немного необычным. Хмыкнув, я пожала плечами и мотнула головой, задумавшись и фантазируя. Мои глаза горели, а сердце учащенно билось. Мне было интересно и волнительно воображать себе все то, что не давало мне сейчас покоя. Ну то есть, каково это, когда кто-то в тебя влюблен? Когда ты в отношениях или что-то в этом роде? Когда кто-то испытывает к тебе страсть, влечение или что-то большее…Шумно выдохнув, я нахмурилась, обдумывая все это.И, неощутимо для меня, за всеми этими мыслями, как-то слишком быстро наступил вечер, в комнате стало свежо и прохладно, а улицу, дорогу, тротуары и дома окутали сумерки. Закрыв окно, я легла на кровать, не включая света, и прикрыла глаза, не заметив, как погрузилась в сон.Мне снились какие-то образы… Смутные, томные и жаркие. Мне снилась Элис Гардинер в окружении незнакомых мужчин. Их руки, неизведанные и пылкие прикасались к ней, их губы влажные и страстные ее целовали. Мужчин было много, я не успела точно понять сколько, и каждый, абсолютно каждый хотел до нее дотронуться… Она стонала, от блаженства и удовольствия закрывая глаза, ее обнаженная грудь трепетала от прикосновений, шея и губы были влажными от укусов и поцелуев…Я ахнула, сжалась, крепко-крепко смыкая колени, и проснулась, резко сев и чувствуя, как мои мышцы внизу живота сокращаются…—?Господи… —?прошептала я, хватаясь за горло и часто дыша, втягивая воздух через нос и стиснутые зубы. —?Господи… —?повторила я, испуганно осматриваясь по сторонам в темноте душной спальни. —?Что со мной? —?я невольно провела рукой по груди вниз и явственно ощутила, что соски затвердели. Испуганно отдернув руку, я снова ахнула, понимая, что что-то не так… со мной что-то не то…Я снова закрыла глаза, откинувшись на спину и шумно сглатывая, и теперь в моей голове невольно возник образ Бенедикта… И это ведь вовсе не Элис и чужие мужчины, это я и Бен… Это его руки, его губы, его голос…—?Ах… —?выдохнула я, чувствуя, как учащается дыхание, как над верхней губой появляется испарина.Руки мои скользнули вниз, ледяные пальцы сомкнулись на резинке шортов, задрав футболку. Я дотронулась до живота, ладонь забралась под ткань, и все внутри запульсировало.—?Боже… —?выдохнула я, почти застонав.?Ты придешь ко мне завтра, после школы… Придешь ко мне завтра… Завтра…?,?— голос Бена где-то внутри моего сознания нашептывал мне прямо над ухом эти слова. —??Придешь ко мне… Придешь…?Зачем я приду и куда, теперь не имело никакого значения. Мои руки дрожали, а дыхание сбивалось… Теперь у меня была цель. Моя цель. И я должна была ее осуществить.***На следующий день, когда уроки закончились, Лотти поравнялась со мной во дворе школы, спрашивая:—?Что это за форма обуви такая? —?сказала она, взглядом указывая на мои ноги.На мне сегодня вместо привычных, темно-коричневых, носимых мной всегда оксфордов, были черные туфли-лодочки.—?Каблуки? —?вновь хмыкнула она, поведя бровями. —?С чего это вдруг?Я опустила глаза вниз, осматривая туфли, и пожала плечами:—?А что тебе не нравится?Эти туфли мама подарила мне на день рождения в прошлом году: небольшой каблук, тонкий носок и узкая пройма. Я не понимала их смысла еще пару дней назад. Теперь же до меня, кажется, дошло: в туфлях ноги становятся стройнее, и роста прибавляется, пусть и немного, но все же. И их можно носить без гольфов, на голую ступню, оставляя тонкие щиколотки не спрятанными под белой тканью.—?Не останешься со мной до завтра? —?вновь спросила Шарлотта, когда мы уже дошли до школьных ворот.Раньше из-за придирок отчима мне в голову часто приходила мысль о том, чтобы оставаться в школе на полный пансион, как это делала Лотти. Ее родители жили в Южном Йоркшире, и ездить каждый день домой ей было не с руки. Она уезжала на уикенд, возвращаясь поездом из Шеффилда рано утром в понедельник, и оставалась в Лондоне до пятницы. Я тоже раньше мечтала о том, чтобы приходить домой только на выходные, думая, что таким образом можно быть более свободной. Но мама не разрешила мне этого, и лишь иногда за редким разом я оставалась в школе на ночь вместе с Шарлоттой, составляя ей компанию на вечер.—?Нет,?— отрицательно мотнула я головой. —?Не в этот раз. У меня есть кое-какие планы на сегодня…—?Да? —?подруга с интересом посмотрела на меня. —?И какие же?На миг я замялась, думая, что бы такое ей ответить, но потом хитро улыбнулась:—?Я пришлю тебе фото. Мне нужно твое мнение. Я твитну позже.Лотти удивленно подняла брови:—?Мнение? О чем?—?Узнаешь,?— я подмигнула ей и добавила. —?Это важно, пока! —?и завернула за угол, скрываясь за поворотом.***Я вернулась домой, доехав на нужном мне автобусе до своей остановки, почти бегом поднялась по ступенькам, открыла дверь ключом и с удовольствием отметила, что дома никого не было: наконец-то Стэнли куда-то свалил, и я хотя бы пару часов могла быть предоставлена сама себе. Оставив рюкзак и твидовый темно-зеленый жакет от школьной формы в своей комнате, я, оставшись в клетчатой юбке и белой школьной блузе, надела на голову шляпу, схватила нужную мне книгу и, перескакивая через две ступеньки, сбежала вниз, выходя на улицу.Перебежав дорогу, я подошла к дому Бена и, войдя в палисадник, прошла по гравийной тропинке к входной двери. В руке я держала телефон.Несколько раз постучав, я прислушалась, но ответа не было.Мое сердце взволнованно застучало: неужели, он забыл? Как он мог?..Но, спустя пару мгновений, позади меня раздался звук останавливающегося автомобиля, я оглянулась, и увидела знакомый черный Ленд Ровер, который только что припарковался у обочины. Через минуту из машины вышел Бен, на ходу доставая из кармана брюк ключи от дома. На нем был черный зауженный костюм и темная рубашка, а под мышкой он держал какую-то толстую папку с бумагами. И пока он шел от машины к дому и, кажется, не смотрел на меня, я, делая вид, что что-то смотрю в телефоне, успела сделать несколько его снимков и быстро скинуть их Шарлотте, выключая звук на мобильном, чтобы оповещения с ее ответом не отвлекали меня.—?Привет, Лу,?— сказал Бенедикт, поднимаясь на крыльцо, и как только он оказался рядом со мной, в лицо мне пахнул терпкий аромат дорогого парфюма, а я, чуть приподнимаясь на цыпочки, невольно качнулась в его сторону, вдыхая приятный томный запах поглубже. —?Прости, что заставил тебя ждать. Ты давно тут? —?спросил мужчина, отпирая дверь.—?Нет, нет,?— поспешила ответить я, быстро мотая головой и прижимая книгу посильнее к груди. —?Всего пару минут…—?Входи скорее,?— произнес Бен, впуская меня в дом, и я проскользнула в холл, когда он сделал шаг в сторону, чтобы дать мне дорогу.Когда я оказалась в холле, то сразу сняла туфли, оставляя их у входа, и босыми ступнями прошла по прохладному паркету дальше, в гостиную.Привычка снимать обувь у двери досталась мне от бабушки Джен, которая много лет по работе прожила в Японии. Раньше, когда отец был еще жив, я каждое лето проводила у нее в Дербишире, но теперь, когда его не стало, отчим и мама перестали так часто отпускать меня в Чатсуорт, и встречи с бабушкой Дженис почти прекратились, но привычка осталась.Я остановилась посреди комнаты и дождалась, пока Бен закроет за нами входную дверь. Через пару секунд он тоже вошел в гостиную, на ходу снимая пиджак и бросая его на спинку дивана. После чего он развернул рабочее кресло от письменного стола, сел, расстегивая верхние пуговицы рубашки, положил руки на подлокотники и произнес, чуть взмахнув расслабленной кистью правой руки в приглашающем жесте:—?Давай,?— сказал он негромко. —?Я слушаю.Я выдохнула, раздувая щеки, и тоже села на диван, полубоком к нему. Потом открыла книгу на нужной мне странице, снова встала на ноги, опуская взгляд на текст, сделала шаг в сторону и опять села на диван, продолжая тупо пялиться в книгу и не понимая, как же мне, наконец, начать. Сказать, что я волновалась?— ничего не сказать.—?Лучше встань,?— вдруг проговорил Бен, и я вскинула на него глаза. —?Декламировать всегда лучше стоя,?— добавил он, и я послушно поднялась на ноги, прочистила горло, откашлявшись, и начала монотонно читать:—?Мое лицо спасает темнота, а то б я, знаешь, со стыда сгорела, что ты узнал так много обо мне… —?негромко бормотала я себе под нос, а мой голос дрожал, когда я произносила эти строки. —?…Хотела б я восстановить приличье, да поздно, притворяться ни к чему. Ты любишь ли меня?..—?Так, Лу, стоп, стоп! —?вдруг резко прервал меня Бенедикт, не дав мне закончить даже начатую фразу. —?Все не то,?— сказал он, складывая ладони перед собой в молитвенном жесте и касаясь губами кончиков пальцев.Он задумался на мгновение, а я так и стояла перед ним, замерев и ожидая того, что он будет говорить мне дальше.Бен попросил:—?Начни еще раз…И я тут же пробормотала, опуская ресницы:—?Мое лицо спасает темнота, а то б я, знаешь, со стыда сгорела, что ты узнал так много обо мне…—?Вот,?— снова перебил меня Бен. —?Думай, что ты говоришь, думай о каждом слове, внимательно слушай себя, Лу. Давай,?— он снова махнул рукой, призывая меня продолжать:—?Мое лицо спасает темнота, а то б я, знаешь, со стыда сгорела… —?и правда краснея, но не от того, что читала эти слова, а от того, что безумно стеснялась его, начала я, а Бенедикт сказал:—?Думай о том, к кому ты обращаешься… —?я посмотрела на него, замолчав, и он спросил. —?Кому Джульетта все это говорит?Я моргнула:—?Ромео… —?промямлила я неуверенно.—?Да, Ромео,?— кивнул Бен и добавил. —?А кто такой для нее Ромео?—?Мм,?— промычала я, поднимая глаза к потолку и на миг задумываясь. —?Ее… любовник? —?более вопросительно, чем утвердительно сказала я.Уголки губ Бена слегка дрогнули, но он не улыбнулся, он лишь слегка наклонил голову вбок и отозвался:—?Да, но он не просто ее любовник,?— проговорил он, продолжая расспрашивать меня. —?А кто он?—?Тот, кого она любит,?— снова неуверенно отозвалась я, краснея еще больше и не до конца понимая, что он конкретно хочет сейчас от меня услышать, и мужчина кивнул:—?Да, он тот, кого она любит,?— он снова положил руки на подлокотники кресла, немного расслабляясь, и сказал. —?Теперь подумай об этом и начни заново.Я опять прочистила горло, прочитала вперед еще несколько фраз, прикрыла глаза и шумно выдохнула, пытаясь сосредоточиться, но ничего не получалось. В раскаленном мозгу почему-то вдруг ни с того ни с сего возникли образы прошлой ночи… Эти жаркие и томные сны… Взгляды, руки и прикосновения… С моих губ сорвался легкий выдох, я сильно втянула носом воздух и почти прошептала:—?Мое лицо спасает темнота,А то б я, знаешь, со стыда сгорела,Что ты узнал так много обо мне…Хотела б я восстановить приличье,Да поздно, притворяться ни к чему.Ты любишь ли меня? Я знаю, верю,Что скажешь ?да?. Но ты не торопись.Ведь ты обманешь. Говорят, ЮпитерПренебрегает клятвами любви.Не лги, Ромео. Это ведь не шутка.Я легковерной, может быть, кажусь?..Мой голос немного дрожал и казался более хриплым, чем есть на самом деле, когда я произносила все эти красивые фразы. Из-под опущенных, спутанных ресниц я видела, что Бен все так же сидит в кресле, он лишь положил ногу на ногу и неотрывно смотрит на меня, почти не моргая…—?…Ну ладно, я исправлю впечатленьеИ откажу тебе в своей руке,Чего не сделала бы добровольно… —?я замолчала, сделав паузу, снова глубоко вдохнула и проговорила тише, чем планировала:—?…Конечно, я так сильно влюблена… —?мой голос сбился, я прикоснулась рукой к груди и, пытаясь откашляться, хрипло продолжала:—?…Что глупою должна тебе казаться,Но я честнее многих недотрог,Которые разыгрывают скромниц,Мне б следовало сдержаннее быть,Но я не знала, что меня услышат.Прости за пылкость и не принимайПрямых речей за легкость и доступность*… —?когда я закончила, я почему-то, как будто бы обиженно, отвернулась и опустила голову, сама того не желая, я словно бы произносила сейчас не монолог из школьной программы… Я как будто бы свои мысли произнесла вслух, обращаясь не к какому-то вымышленному персонажу, а говоря их Бену, ему и только ему…Я снова покраснела, понимая, что наверное выдала себя: слишком много раз я краснела и бледнела, читая это произведение,?— как вдруг мужчина сказал:—?Прекрасно, Лу,?— я быстро глянула в его сторону и снова отвела глаза, когда он добавил. —?Ты молодец,?— он качнул головой, продолжая. —?Это то, что нужно. У тебя талант, и ты можешь его развивать.—?Спасибо,?— сказала я, немного осмелев, и подняла на него взгляд.Наши глаза встретились?— его, небесно-голубые, и мои, темно-серые…?Прекрасно, Лу… прекрасно, Лу… прекрасно, Лу…?,?— раздался в моей голове его голос, и мои ресницы дрогнули…Бен резко выпрямился, глянул куда-то в сторону, отводя взор, после чего поднялся на ноги и, словно опомнившись, спросил:—?Не хочешь чая?Я сглотнула, все еще смаргивая:—?Эм… нет, спасибо, мне пора… —?сказала я в ответ. —?Родители, наверное, вернулись…—?Хорошо,?— кивнул мужчина, понимающе посмотрев на меня, а я попятилась:—?Я пойду,?— произнесла я, добавляя спустя миг. —?Спасибо!Он снова кивнул, отзываясь:—?Расскажешь мне потом, как все прошло в школе.—?Эм, да, ладно,?— я тоже согласно мотнула головой и, влезла в туфли, что стояли у входа, когда мой телефон завибрировал.Это пришло сообщение от Шарлотты. ?Что это за горячий мужик???— было там и вдогонку сразу еще одно следом. —??Кто он, черт возьми??Прочитав это, я улыбнулась и хихикнула, чувствуя, как скулы вновь заливаются краской: ?Это мой новый сосед. Помнишь, я говорила тебе о нем???— написала я быстро и нажала кнопку ?отправить?, когда Бен сказал мне:—?Пока, Луиза, будь хорошей девочкой,?— и мои губы дрогнули, когда я вскинула на него взгляд, чувствуя, как краснею еще больше, от одного только низкого звука его голоса меня бросает в жар, и я начинаю покрываться испариной. Нужно поскорее бежать отсюда, пока я не натворила или не наговорила чего-то лишнего, что может меня выдать.?Хорошей девочкой??,?— вдруг подумала я, прокручивая его слова. Что это за фраза такая?—?Да, я буду,?— отозвалась я, толкая дверь, и когда уже оказалась на улице, Бен вдруг снова заговорил:—?Луиза! —?окликнул он меня по имени, и я замерла, не оборачиваясь.А когда чуть повернула голову в его сторону, чтобы мимоходом посмотреть на него, мужчина спросил, скрывая улыбку:—?Зачем ты меня фотографировала?Меня бросило в жар, мои глаза резко расширились: как он это понял? Я думала, что он даже не заметил, что у меня в руке был телефон. Я приоткрыла губы и, прижав книгу к груди, пробормотала, сделав вид, что не поняла вопроса:—?Пока, Бен, мне пора! —?и побежала прочь, чувствуя, как дрожат коленки, потому что я знала, что он смотрит мне вслед и смеется.Господи, как стыдно!