66. Смотрины. Часть вторая (2/2)

— Согласна. Лучше меньше вчетвером светиться вместе, кто знает где у отца лишние «глаза» и «уши»?

— После такой серьезной темы, может десерт? — гостеприимно предложил Гриммджо и все заулыбались.

***

После десерта и обсуждения мюзикла, Мэй с Тией засобирались домой. Чинно проводив их до выхода, Гриммджо уже себе мысленно представлял, как рассыпется в последних любезностях, рванет домой, выпьет рома и выдохнет, уткнувшись в грудь Самира… Но не тут-то было.

— А можно мне ещё один каприз на сегодня? — лукаво блеснула глазами Мэй, и у Гриммджо внутри противно ёкнуло.

— Конечно. Любой каприз для столь очаровательной дамы, — он лучезарно улыбнулся, очень надеясь, что Мэй нужны пригласительные на следующий мюзикл или еще что-то в этом роде.

— Меня никогда не возили в ягуаре. Может вы мне окажете такую честь, Гриммджо?

— Как я могу отказать в такой малости? — покривил душой Гриммджо и растерянно посмотрел на Самира с Тией. — Я довезу Мэй, а вы?

— А мы с Тией на такси за вами следом, — ободряюще ему улыбнулся Самир, который никак не выказал удивление от такой внезапной просьбы, и посмотрел на Тию. — Только я сегодня без машины… Простишь меня?

— Даже не извиняйся. Я тоже могла бы приехать на машине, но зачем? Так что, Гримм с мамой на машине, а мы — своим ходом.

Пока парковщик бегал за ягуаром, такси подъехало. Самир усадил Тию на заднее сиденье, хлопнул дверцей, помахал им на прощание, сел сам, и они укатили. Гриммджо завистливо посмотрел вслед уезжающей машине, уже понимая, что его ждёт обещанная головомойка от будущей тёщи. Жутко захотелось закурить, но он подавил этот порыв — вряд ли Мэй отнесётся к курению благосклонно.

Подъехал ягуар. Гриммджо радушно распахнул переднюю дверь и помог ей устроиться. Кивнув парковщику, уселся за руль, пристегнулся и вопросительно посмотрел на свою спутницу.

— Вы не против музыки?

— Отнюдь, только не громко.

— Конечно, — Гриммджо включил любимую радиостанцию Тии, убавил звук и установил телефон на подставку.

Включив навигатор, вбил адрес и плавно тронулся с места, стараясь выглядеть непринужденно. На его счастье заиграла знаменитая песня Битлз про жёлтую подводную лодку, и Мэй ненадолго отвлеклась на ее прослушивание. Но, как только композиция закончилась, и начался блок рекламы, она поправила пристегнутый ремень безопасности, расправила складки на платье и вкрадчиво спросила:

— Гриммджо, вы же понимаете зачем я попросила, чтобы вы меня подвезли?

— Конечно, Мэй, — хмыкнул он, притормаживая на красном. — Высказать свои претензии относительно моего поведения в прошлом.

— Именно. Я весьма недовольна тем, как вы себя повели по отношению к моей дочери в «Туберозе». Это неприемлемо.

— Совершенно с вами согласен, — хладнокровно парировал Гриммджо, снова трогаясь на зеленый. — Единственное, что в какой-то мере меня оправдывает, — я не знал, что у меня может напрочь снести крышу от доминантной омеги женского пола, когда всю жизнь я западал исключительно на рецессивных парней.

— Это понятно. Но зачем было ставить ей метку?!

— Позорно не сдержался. Инстинкты, — покаялся Гриммджо. — Однако, я честно делал всё, чтобы выкинуть Тию из головы и не создать с ней Связь, но не смог. У вас потрясающая дочь, Мэй. И как женщина, и как личность. Я был бы полным идиотом, если бы ее отпустил.

— Что верно, то верно, — довольно хмыкнула та, рассматривая его. — Тиа рассказала вам про свою первую любовь?

— Да, на выходных она сказала, что Андерс насиловал и бил ее.

— Месяцами, Гриммджо! Месяцами этот подонок измывался над моей дочерью, используя Связь, понимаете?

— Понимаю, Мэй, — отчеканил он и посмотрел на нее своим фирменным взглядом. — Но я — не Андерс, поймите и вы. Я люблю вашу дочь и не собираюсь к ней так относиться, какое бы впечатление я бы ни производил. Да, я могу быть жестоким по отношению к тем, кто на это напрашивается, но не стоит путать теплое с мягким: бизнес — это бизнес, а отношения — это отношения. Если не верите, устройте Тие или Самиру допрос — они вам подтвердят, что дома я белый и пушистый.

— А на работе вы, значит, черный и короткошёрстный? — неожиданно прыснула Мэй, и Гриммджо невольно расхохотался.

— Да, во время сделок я совсем не светлый образ, не буду врать. Там приходится быть жёстким. На переговорах такое тоже часто бывает, но вот с Тией и Самиром мне это совершенно не нужно, верите? Это взрослые, здравомыслящие люди, любящие, понимающие и поддерживающие меня. И я плачу им тем же.

— Логично. Но вы же не будете отрицать, что жажда подчинения и власти, а также желание победить заложено в альф самой природой?

— Я не буду этого отрицать, Мэй. Биология есть биология, — усмехнулся Гриммджо. — Позволите нескромный вопрос?

— Конечно. Раз я задаю личные вопросы, то и вы задавайте.

— Ваш муж бьёт вас? Насилует?

— Нет. Но он любит доминировать морально. Что есть, то есть. И иногда в сексе забывается…

— Но ведь потом извиняется и заглаживает вину, не так ли?

— Заглаживает. Совершенно верно.

— Так вот вы сами и ответили на свой вопрос. Да, жестокость в альфах есть, но вот куда ее направить — это уже зависит от человека к человеку. Андерс — пример альфы, который, я не побоюсь этого слова, позорит нормальных, адекватных представителей данного типа. Ему бы явно не помешало бы походить к психотерапевту и понять, что насилие — это попытка самоутвердиться за счёт слабого, и это явная проблема с самооценкой и самоуважением.

— То есть у вас, получается, проблем с самооценкой и самоуважением нет?

— Их становится все меньше и меньше, благодаря регулярным посещениям психоаналитика. И да, жестокость и насилие было одними из первых проблем, которые мы с ним разбирали.

— Из-за Тии?

— Не только. Я же пошел в ту часть «Туберозы», где есть БДСМ, чтобы и в себе самом разобраться… — разоткровенничался Гриммджо. — И встретил там одного альфу, который просто тащился от боли и, не буду скрывать, меня это поначалу дико заводило. Однако после нескольких таких встреч, я осознал, что мне откровенно не по себе из-за потери контроля. Потом произошла целая цепочка событий, которая и подтолкнула к кабинету психоаналитика — мне нужна была помощь специалиста, чтобы научиться выстраивать гармоничные здоровые отношения с любимыми людьми. Не скажу, что я прям вот уже совсем научился, но некоторые подвижки есть.

— Ого, серьезная работа, как я смотрю, проделана, — в голосе Мэй прозвучала искренняя похвала. — Большое спасибо, что был со мной предельно откровенен, Гриммджо. И да, мне нет смысла устраивать допрос, Тиа уже подтвердила, что ты заботливый, внимательный и нежный.

— Теперь вы убедились, что ваша дочь в надёжных руках? — улыбнулся Гриммджо, сворачивая на дорогу, ведущую к дому Тии.

— Да, теперь убедилась, и приношу свои извинения за бестактные вопросы.

— Все в порядке, — заверил ее Гриммджо, останавливаясь у ворот, где их дожидались Самир и Тиа. — Не спросишь — не узнаешь.

— Именно, — подтвердила Мэй, отстегивая ремень безопасности и подхватывая клатч. — И ещё раз спасибо.

— Пожалуйста, — Гриммджо улыбнулся и поспешил первым выйти из машины, чтобы открыть ей дверь.

Поблагодарив за потрясающий вечер, Самир с Гриммджо обняли Тию и ещё раз поцеловали Мэй руку на прощание. Как только они отъехали от дома на приличное расстояние, Гриммджо притормозил у выезда на шоссе и повернулся к Самиру.

— Обними меня, а?

Самир тут же крепко стиснул его в своих объятиях и чмокнул в висок.

— Как все прошло?

— Достаточно жёстко. Пришлось быть предельно откровенным, но я справился.

— Ни капли в тебе не сомневался.

— Она даже потом извинилась за бестактные вопросы и подтвердила, что Тиа в надёжных руках — теперь она в этом уверена.

— Ну вот. Этот неудобный разговор стоил такого результата, — Самир успокаивающе погладил его по спине. — Сейчас вернёмся домой, примем ванну, я сделаю тебе массаж и настроение улучшится.

— Вернёмся домой, да? — довольно улыбнулся Гриммджо ему в плечо.

— Представляешь, да? В твоей квартире я теперь чувствую себя больше дома, чем в своей собственной…

— И я очень этому рад, — признался Гриммджо, немного отодвигаясь и целуя Самира в губы. — Вот так вот нагло рад.

— Я тоже, мой хороший, я тоже.