Кофе (1/1)
Урюу решительно не понимал, что с ним происходит. Ему казалось, что сумасшествие и безликие стены психушки близки, как никогда… Очнувшись после операции, он увидел невероятное явление, которого не существовало в этой реальности – человечного Рюкена. Встревоженный, настороженный взгляд, направленный на него…Такого не может быть, потому что просто не может. И точка.
И действительно. Наваждение длилось совсем недолго. Рюкен поправил очки, пронзил сына острым холодным взглядом и в своей излюбленно манере принялся упрекать в безответственности и глупости.
Урюу не слушал. Он орал, требовал заткнуться или убраться подальше, спорил о чем-то... В общем, все признаки истерии были налицо.
А еще ужасно бесило приятное обхождение Рюкена с Иноэ, которая неоднократно приходила навестить. Даже Куросаки удостаивался нормального разговора. А он, Урюу, нет. Только ?подними рубашку, встань, повернись, выпей лекарства?…Но если бы… просто предположим, что Рюкен захочет завести нормальный разговор с ним. Каким он будет? И разве Урюу станет его слушать??Нет?, - признавался он себе, и от этого становилось еще паршивее.Напряженность достигла пика, когда они столкнулись посреди коридора. Казалось, Рюкен заглядывает глубоко в душу, а не просто проверяет состояние здоровья. Свободно читает то, что скрыто от самого Урюу. И глаза его… Они странно мерцают. Это… красиво. И хочется смотреть и смотреть...Урюу задержал дыхание, ощутив прикосновение к прокушенной губе…
-… считаешь, нормально так реагировать, когда тебе пытаются помочь?Смысл слов достиг сознания, и на смену прострации пришла злость – единственная известная и возможная защита от этого человека.
Урюу не понимал Рюкена. И перестал понимать себя. Сбитый с толку, обозленный и расстроенный одновременно, он признал, что проиграл эту битву.
И сбежал.Сбежал… Чтобы в итоге оказаться к Рюкену еще ближе, чем когда бы то ни было в прошлом.
Урюу досадливо поморщился: пытаться поспать еще дольше уже невозможно. Откинул одеяло и не спеша подошел к окну. Так же медленно раздвинул плотные занавески и немного постоял, бездумно рассматривая прохожих на улице. Сегодня они никуда не спешили – в выходной день положено отдыхать…
Выходной. Это значит, что Рюкен дома. А Урюу решительно не знал, как себя с ним вести.
Тем более, что это был первый выходной за то время, что они жили вместе.
Он все еще был слаб, но вот уже три дня неизменно завтракал и ужинал с Рюкеном. На этом их общение заканчивалось. Да и можно ли назвать напряженное молчание общением?Урюу вздохнул и поплелся на кухню, чтобы сварить кофе. Сегодняшний завтрак он точно проспал. Какое облегчение!***За пять дней, что Урюу провел в квартире отца, его состояние заметно улучшилось. Да и враждебности в нем поубавилось. И Рюкен настоял на том, чтобы завтракать и ужинать вместе. Решил, что это довольно удобный момент для налаживания мира. И…
… обнаружил, что молчание за едой выходит неловким. Он был бы не против поговорить с сыном, да только не знал о чем. И почему-то казалось, что начни он сейчас выяснять интересы Урюу, тот попросту с негодованием откажется отвечать. Время интересоваться давно упущено.Домашняя атмосфера выбивала из колеи. И Рюкен никак не мог придумать, как разрядить обстановку. Сегодня утром он даже испытал облегчение, когда ребенок не появился к завтраку, а также, когда позвонили из больницы, и пришлось выходить на работу…
Домой он возвращался уставшим больше обычного. Не хотелось признавать, но пребывание Урюу сильно выматывало. С этим надо было что-то делать.
В темную прихожую проникал мягкий желтый свет из кухни и вместе с ним пробирался запах молотых кофейных зерен. Рюкен остановился в дверях и с полминуты наблюдал за сосредоточенным Урюу, замершим над джезвой.
Только налив кофе в чашку, он заметил отца. И замер, растерянно глядя на него.- Будешь? – спросил внезапно.
Судя по удивлению, отразившемуся на лице, сам от себя не ожидал подобного порыва.- А ты?- Я… еще сварю...И Рюкен, редко кому доверявший варить себе кофе, без колебаний взял протянутую чашку. Потому что знал: не простит себе, если сломает эту хрупкую искренность, что так давно ждала удобного случая появиться между ними.