Глава 38. Арка: Весна Нашей Юности (2/2)

— А вы полагаете, мистер Лонгботтом, что у Гарри есть пару запасных часов в день, чтобы успевать ещё и этим заниматься? И мы, как хорошие друзья, не обязаны помочь Гарри, который так многое делает для Волшебного Мира!?— Я полагаю, что у него есть пару запасных недель в день. — отозвался с усмешкой Тони. — Ложится за полночь, встаёт засветло, как какой-то Дамблдор, так ещё всюду успевает и всё делает на отлично. Так он с инфарктом сляжет к концу третьего курса.— Вообще-то не сляжет. — тихим голосом себе под нос сказал Эрни. — У него высокая регенерация тканей, так что инфаркт и инсульт не светит, истощение и нервный срыв — да, инфаркт — нет.— Дык, я всё это к чему, а мы разве не лезем не в свое дело? — продолжил развивать идею Невилл. — Пусть Гарри общается с кем хочет, я понимаю, что вам мисс Паркинсон мало общения с ним, и вы таким образом…

— Нэв, я бы не сказал, что не в свое дело лезем. — перебил друга Грегори. — Всё же мы близкие друзья, тут мисс Паркинсон права. У Гарри нет родственников, сам понимаешь, нет союзников, вассалов, так что ответственность ложится как раз на нас. Внутри Пэнси ликовала, что не ей пришлось озвучивать эти аргументы. Грегори же зацепился за возможность сформировать ?правильный? круг общения для Гарри и уже прикидывал, как этим воспользоваться.

— Да и вспомни Блэка, Сириуса Блэка, — подключился Винсент. — Его от дурной компании не оградили в свое время, и ты видишь, где он кончил.

— К тому же, разрешите мне заметить. — вмешалась Пенелопа. — У Гарри есть некая репутация, которую он вынужден сохранять, поэтому он не может всех гнать от себя поганой метлой. Но если эту метлу возьмём мы…— А почему Гарри прямо не попросит нас о помощи? — удивилась Мэри. — Вроде с нас корона не упадёт ему помочь, я вот с радостью помогла бы. Ну там головой кого-то настырного приложить.— Так, Гарри дурак. — сказал Тони и получил от всех очень недобрые взгляды. — А что? Взвалит на себя всё на свете, типа он один может это решить, и всё, тянет, пока спину не сломает. У меня тётка такая, три инфаркта, два раза спину сращивали. А попробуешь помочь, ой-вей, шо начинается, мама дорогая!— Значит решено! — заявил Невилл уверенно взмахнув кулаком. — Мы как друзья Гарри, сообща, ради его же блага, должны ему помочь. Иначе он сам себя прикончит такими темпами и нагрузками. Значит так, на Хафлпаффе нас прикроете вы двое, мистер Нотт берёт на себя библиотеку с мисс Патил…— А, кто сказал, что я согласна? Я вот против. — заявила Падма, скрестив руки на груди. — Одно дело следить за его здоровьем, помогать с учёбой, другое дело… — Падма раскрыла руки ладошками вперёд и показала перед собой. — Вот это всё, что здесь происходит. Кто мы такие, чтобы решать такое за Гарри?— То есть вам без разницы, мисс Патил, если старшие девочки будут тянуть его под венец всякими гнусными способами? — выложила на стол первый козырь Пэнси.— А почему меня должно хоть как-то тревожить с кем Гарри встречается!?

— И конечно, вам будет безразлично, если Гарри вместо очередного исторического семинара выберет покататься на авто-повозке.

— Гарри больше по байкам. — заметил Невилл.— Так я не самовлюблённая дура, чтобы требовать, чтобы он всё время проводил со мной.— И нисколечко вас не обидит, если Гарри вложит средства в открытие бара, а не в археологическую экспедиции.— Вы ещё деньги его собираетесь считать?

— Учитывая, что он своим друзьям дарит драгоценности ценной внешнего долга Нигерии. — проговорил себе в кулачок Тони. — То, таки, кто я такой, чтобы его деньги считать. Мария очень внимательно поглядела на кулон на шее Пэнси, любительница сладостей хоть и не знала сколько в фунтах внешний долг Нигерии, но понимала, что много. Поэтому удивилась, как такая маленькая штучка может так много стоить.— Если вам настолько безразличен Гарри… — вроде, как невинно, но с ядовитой ноткой проговорила Пэнси.— Я не говорю, Паркинсон, что он мне безразличен. Я говорю, что есть границы и мы не должны лезть в его личную жизнь.

— Тогда вы будете не против, если за Гарри выйду я. — с победной улыбкой сказала Пэнси, словно выложили роял флеш.— А это почему ещё ты!? — взметнулась со своего дивана Мария, роняя из-за рта крошки и рассыпая печенья, которые лежали на её коленях. — Ты тут не одна хочешь с ним под венец!

— То есть совесть только у меня есть? — спросила Падма, продолжая сидеть и приходить в ужас от происходящего.

— Прошу меня простить, мисс Эпиль-Треми, но у меня создалось впечатление, что вы с Гарри просто друзья. — приложила руку к груди Пэнси, сделав пару шагов назад от напора Марии.— Это Гарри так считает! — выкрикнула Мария и топнула ножкой. — А я его люблю, и замуж хочу, и детей хочу, и свиданий хочу, и всего хочу! А он меня не замечает, словно я друг ему какой-то!!!

Было видно, что Мария получила слушателей, которые не будут над ней смеяться и её прорвало.— Было бы на что жаловаться. — пробурчал себе под нос Теодор с Эрни.— А ты говорил скучно будет. — шепнул Ваш на ухо Солидарности.— Всё с вами понятно. — сказала Падма, вставая со своего места. — Паркинсон совсем уже сошла с ума желая заполучить Гарри в свое личное пользование, вот и собирает себе прихлебателей. Желаю вам удачи, мы уходим. Падма направилась к выходу, но потом обернулась и поглядела на свою сестру, которая не сдвинулась.

— Что? — удивлённо раскрыла глаза Парвати. — Тут весело, где ещё столько драмы увидишь? Не ?Санту-Барбару? же начинать смотреть!?

— Как знаешь, Парвати! — возмущенно заявила Падма и потопала к выходу.

— Эхх, блин, короче. — заявила Парвати вставая. — Я на всё согласна, кроме дикой совместной оргии, хотя… — Парвати помассировала подбородок и гаденько улыбнулась. — Это тоже будет весело, я пойду к сестре, чтобы она ничего Гарри не проболталась, я сейчас. Парвати очень спорно убежала вслед сестре. Мария же выперла вперёд грудью и накатилась на Пэнси, разница в мышечной массе, росте, и чистой физической силе была налицо. Пэнси впервые почувствовала этот липкий, инстинктивный страх физической расправы, и он ей не понравился.— А теперь ты, кто это тебя здесь назначил главной!?— Начались гриффиндорские заскоки, поехали! — прокомментировал Грегори и тут же обменялся хлопками ладош со своими спутниками. — И это хорошо, что мисс Паркинсон парней оттуда не привела.

— Мисс Эпиль-Треми, если вы считаете, что… — пыталась Пэнси сохранить лицо и свою позицию главной.

— Мария, Пэнси. — встала с кресла Пенелопа, опустив ладошки на плечи девочкам. — Пока мы ссоримся Гарри уводит другая, нам не стоит об этом никогда забывать. Только будучи едиными мы создадим счастье для нас и Гарри.— И я должна просто уступить? — Возмутилась Мария напирая грудью ещё сильнее, хотя там набралось только на спортивный лифчик, но уже полноценный, а не подростковый.

— Нет, каждая из нас, когда посчитает нужным, признается Гарри и позволит ему решать с кем он останется в качестве жены. — примирительно сказала Пенелопа.

— Да, мисс Эпиль-Треми, вы готовы признаться Гарри, вы когда-то говорили ему о своих чувствах? Вы хотя бы намекали ему? Что вы уже сделали, чтобы он сказал вам три волшебных слова? — перешла в атаку Пэнси, напирая с каждым словом на рослую девочку, пока Мария не плюхнулась обратно на диван.

— Ну, я… это-о-о… да, вообще, я пыталась, а Гарри всё неправильно понимает! Я его хотела… — Мария стал смущаться. — А он… он… дурак короче!— А я же говорил. — заметил Тони закидывая ногу на ногу.— Не падай духом! Я тебе помогу! — встал Невилл, и оглядел всех. — Мы тебе поможем! Если Гарри видит в тебе только подругу, то мы тебе поможем раскрыть его сердце. Если не поможет, я дам ему в ухо, чтобы дурачиться перестал.— Мистер Лонгботтом, откуда такие внезапные перемены? — встревожилась Пэнси ощутив, как предательски треснул под ней лёд и тронулся в сторону конкурентки.

— Та вы же припадочная мисс Паркинсон, мисс Уотерс тоже… Пенелопа поглядела на Невилла с прищуром, который обещал много интересный и травмоопасных приключений.

— Мисс Гринграсс… — Невилл указал ладонью на блондинку, что сидела рядом. Дафна решила применить древний и верный способ казаться умной — молчать, и пока, у неё это получалось. Поэтому, когда напрямую к ней обратились Дафна улыбнулась ещё шире и поглядела на Невилла своими пустыми глазами девочки-куколки.

— У неё кроме внешности ничего нет. Да и я видел её матушку, доска доской, а Гарри надо семью восстанавливать.

— Так я на любовницу согласна. — ответила Дафна, не теряясь в лице.— А то я тебе дам! — возмутилась Мария, уже распалившись.

— А то Гарри тебя спросит. — парировала Дафна невозмутимо.— Я, пожалуй, соглашусь с Нэвом. — ответил Грегори вставая между Дафной и Марией. — У мисс Эпиль-Треми, и характер, и здоровье, и фигура.

— Ещё она свежая кровь, без врагов, семейных союзов, обязательств, проклятий. — поддержал друга Винсент. — Действительно, идеальный кандидат.

— Вы ничего не попутали? — начала злиться Пэнси, наблюдая, как на полном серьёзе отодвинули её кандидатуру.

— А я вот за Паркинсон. — подал голос Тони.

— Каблук!

— Каблуууук!!!— Каблууууук!!!

Загудели трое слизаренцев в сторону гордого орлёнка. Пользуясь случаем, руку поднял Теодор.

— А у меня вопрос, если суть всего собрания — успешно женить Гарри, почему нас сюда пригласили? — смущаясь жеманно спросил Тео.

Пэнси уже собиралась ответить и поправила на себе юбку, но раньше среагировал Винсент.

— Ох, мистер Нотт, что-то мы не дорабатываем с вашим воспитанием, очевидно же, если леди будут здесь одни, то они передерутся уже на третьем собрании. А так есть мы, и как друзья мужчины можем поддержать правильную кандидатку.— Это ты сейчас на взятку намекаешь? — взъелась Пэнси.

— Это я так к взрослой жизни готовлюсь, и вам советую.— То есть, вы, мистер Крэбб, будете поддерживать кандидатуру мисс Треми?

— Неа, неа, я вообще удивлен, что такое организовали вы, мисс Паркинсон, а не мисс Слагхорн.

— Да, кстати, — встрепенулся Тони. — Мне одному кажется, что здесь, ну… мало людей.

— Разрешите мне объяснить. — встал Ваш.

Тони откинулся на спинку, а Пэнси кивнула и села.

— Выбор рационален и взвешен, как полагается рейвенкловцу. Все, кто старше уже имеют длинную историю социальных взаимодействий, принимая их мы принимаем их врагов и друзей. А вместе с ними их правила игры, взаимоотношений и уже сформировавшейся точки зрения. Первый курс идеален в том, что он чистый лист, и ему только предстоит сформировать свои малые социальный группы, как и иерархию в них.

— А тогда почему не позвали больше первокурсников, того же Малфоя или Терри, или…— Мистер Голдштейн, остановитесь! — поднял руку Грегори. — Я хоть и не считаю мисс Паркинсон идеальной женой для Гарри. Но всё же, не стоит преуменьшать её организационный талант. Наверняка, все кандидатуры были много раз взвешены и выверены, и здесь оказались самые надёжные и отвественные.— При всём уважении к Драко. — поддержал друга Винсент немного скривившись. — Он не сможет работать в тайном, волонтерском обществе, или у себя в башне всем растреплет, или Гарри расскажет.

— С двумя мисс Патил правда вышла промашка. — заметил Невилл. — Не дорабатываете, мисс Паркинсон, как бы чего не вышло.— Я рассчитывала, что мисс Падма Патил, наконец-то, хоть где-то признается в своих чувствах, а не продолжит свою бесполезную комедию.— То есть вы согласны с тем, что она станет его женой? — внезапно даже для себя спросил Тео.

Пэнси внимательно изучила мальчика, прищурилась, что-то в его интонации ей не понравилось, но она решила на забивать голову.— Из всех имеющихся кандидатур, — вступилась Пенелопа, видя замешательство Пэнси. — Мы пришли к выводу, что они наиболее склоны к сотрудничеству и союз с ними не навредит Гарри. Нам будет больно видеть Гарри с одной из них, но мы решили, что счастье Гарри превыше нашего.

— Какой примерный альтруизм. — огрызнулась Мария.

— А у нас нет выбора. — наконец-то решила сказать что-то умное Дафна. — Пусть лучше хорошая и славная девочка Мари или Парвати выйдет за Гарри, чем какая-то тварь вроде Браун.— Мисс Эпиль-Треми, мы не против вашей кандидатуры, — решила Пэнси примириться с Марией. — Мы честно вам поможем, и если Гарри выберет вас, я будут за вас всем сердцем, а если нет, то вы понравились друзьям…— Нет-нет-нет, даже не думай, здесь тебе не дешевый роман! — тут же вскочила Мария и начала трясти пальцем из стороны в сторону перед лицом Пэнси. — Не будет тебе здесь классики жанра влюбленная подруга детства уходит с лучшим другом. Я буду бороться до конца!— Это она про тебя, если что. — шепнул Грегори на ухо Невиллу.

Невилл удивленно показал на себя пальцем.

— У меня Сьюзен, у Винса Милли, ещё есть Тони и наши барсучки.— А мистер Нотт? — спросил Невилл.

— Оу! — удивился Грегори, потом подумав продолжил. — А ну да, есть ещё мистер Нотт, но думаю у него будет своя партия.— Может Гарри мисс Уотерс готовит к Ноттам?

— Смотри Нэв, как бы он её не для тебя готовил.

— Ой, да иди ты, — толкнул в бок друга Невилл. — Рано ещё про девочек думать.

— Смотри, как бы поздно не было. Перешептывания двух друзей и перепалка двух барышень были прерваны вопросом Дафны:— Так, а за кого вы, мистер Ваш?

— За любую, мисс Гринграсс, каждая идеально подходит Наследнику, в том или ином смысле. Поэтому я буду помогать каждой.

— А я буду помогать всем. — сказал спутник Ваша, который до этого хранил молчание.

— Может вы наконец-то представитесь мистер? — обратился к нему Невилл. — Хранителя крови Поттеров мы знаем, а кто вы?— Меня зовут Саид, Саид Али Дад. — мужчина встал и поклонился на арабский манер. — Мир вам и вашему дому.

— А кем вы приходитесь Гарри, или вернее, мистеру Вашу? Если честно, мы видим вас впервые. — взволнованно спросила Пэнси, чувствовалось, что любая тайна Гарри была для неё болезненной.

— Скажем так, я… ммм… — Саид начал мяться, старательно подбирая слова. — Это… ментор, да, ментор.— И в чём вы наставляете Гарри? — продолжила допрос Пэнси.— В том, как быть настоящим мужчиной. — с улыбкой ответил Саид и наклонил голову вперёд.

— О, о, о, мистер Али! — поднял руку и вскочил Артур. — А можно к вам записаться на курсы, я тоже хочу стать настоящим мужчиной.— Я думаю, это будет несколько затруднительно…— А где вы познакомились, откуда вы родом, где остановились, мистер Али Дад? — продолжила с удвоенной силой напирать Пэнси.— Мисс Паркинсон, есть вопросы, на которые вы не захотите получить ответы. — холодно прошептал Ваш, но достаточно громко, чтобы услышали все.

Пэнси закусила губы и отвела взгляд, тем времени троица со Слизерина уверили Артура, что возьмут его под крыло, пусть приходит в зал, покажут ему путь железа и белкового питания.— Так, что вы хотели нам предложить, мистер Али Дад? — спросила Пенелопа, видя растерянность своей подруги, и что тема стала ускользят.

— Я предлагаю вам свою помощь, чтобы все в итоге остались счастливы, и ваша маленькая авантюра сегодня обернулась великой дружбой ваших будущих семей.

— В чём ваша выгода, мистер Али Дад? — сурово с властными нотками спросила Пенелопа.

В чём выгода хранителя крови все понимали, ему нужен был нормальный ребёнок, а не тот адский ад, который ему устроил Гарри. А вот Саид оказался тёмной лошадкой, и дети внимательно его слушали.— В том, что любовь — это осязаемая сила, которая связывает сердца людей, как нить стягивает лоскуты одеяла. И если нить будет прочной и крепкой, то одеяло будет не разорвать. Я хочу научить мистера любви, чтобы он открыл свое сердце ей, прошёл свой путь до самого конца. И понял, как прекрасен этот мир и как замечательно дарить любовь другим. Саид говорил мягко, тихо, но в тоже время восторженно и взволнованно, его глаза горели, его руки двигались в такт словам, он ходил из стороны в сторону, а на его лице была нежная улыбка. Он располагал, ему хотелось верить, и дети доверились Саиду, его словам, они поверили в то, что он искренен в своем желании.*** Падма Патил неотвратимо, как само время, шла в направлении Башни Рейвенкло, она была взвинчена и рассержена. Ведь как, как эта девка с задранным носом смела потратить её время, плести за спиной Гарри интриги, и предположить, всего лишь предположить, что она такая же, как и все. Как и все она охотится за призовым жеребцом под именем Гарри Поттер. Падма была умной девочкой, и понимала, что с Гарри шли не только его несомненно высокие внешние качества, спортивная фигура, умение держать себя и поставить в коллективе, его харизма, красивые глаза полные загадок... Падма покачала головой и отвела наваждение, ведь Гарри ни разу и намеком не показал... Падма вздохнула и вспомнила, как он наклонился к ней, почти коснулся губами её шеи, и втянул её запах. Падма покраснела и зайдя за угол, привалилась к стене, её щеки пылали, как при лихорадке, сердце билось, словно пойманный воробей. Ей хотелось стать под холодный душ и хорошо подумать, что же вызвало её нынешнее состояние.

Но подумать ей не дали, Парвати вынырнула ланью из-за угла и увидев сестру моментально подбежала к ней. Парвати хлопнула раскрытой ладонью рядом с лицом Падмы, вжимая её в стенку. Выше на голову, сильная, стильная, спортивная, горячая, как говорят парни. Падма словно смотрела в свое отражение из будущего, ага, из будущего, где она перестанет есть мучное и наконец-то займётся спортом. Парвати приблизилась, чуть ли не вплотную, Падме стало неуютно и даже пробежал легкий аромат сексуальности. Почти вплотную сёстры стояли у стены, Падма вжалась в камень скрестив руки на груди и смотря снизу вверх на Парвати, а та возвышалась над ней, приставив ладонь к стене.

— Падма, почему я за тобой должна бегать?— Могла сразу пойти со мной.— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Парвати опустила свой лоб так, что он соприкоснулся со лбом сестры.— А ты мне? С каких пор у нас секреты друг от друга? Парвати свободной рукой сжала свой свитер в районе сердца, там уже образовался знатный рубец от того сколько раз Парвати пыталась нарушить слово молчания. Она не могла сказать даже своей сестре, только с теми, кто разделил с ней контракт. Ей стало тяжело и грустно, ещё хуже стало от того, что она понимала, что это план Гарри. Как и план Гарри то, что сейчас организовывает Пэнси.

Парвати была не самого высокого мнения о Паркинсон, поэтому ей сложно представить, что всё это организовала и спланировала Паркинсон, но с легкостью она видела, как Гарри обронил слово там, слово здесь, показал что-то кому-то. И вот раз, и собрание готово, все уверены, что помогают Гарри, но на самом деле всё идёт согласно его плану. И Парвати это устраивало, ведь план Гарри всегда сулили перемены и приключения.

Но оставалась её глупая сестра, которая была по уши влюблена в своего культурного героя, готовая с удовольствием стать летописцем его подвигов. И которая до сих пор не может признаться даже себе в своих проклятых чувствах, что очень злило Парвати, так как связывало её порукам и ногам в её отношениях с Гарри. И просто душило, как наброшенный поводок разрывая между Воителем и сестрой.— Да, Падма, с каких пор у тебя секреты от себя?— Я... ты... ты ничего не понимаешь. Падма попыталась вырваться, но вторая рука преградила ей путь, Падма присела и проскользнула мимо, но Парвати схватила ей за запястье.

— Надеюсь, ты не собираешься делать ничего глупого?— Это ты про то, чтобы сдать ваш круг заговорщиков?— Падма.— Да нужны вы мне. — Падма тряхнула рукой и попыталась вырваться, Парвати отпустила. — Нужен мне этот ваш тупой Гарри.— И ты так просто сдашься? Я не узнаю свою сестру. — крикнула ей в след Парвати. Картины уже стали собираться и внимательно наблюдать в то время, как другие ученики старательно обходили коридор. Семейная драма была вполне обыденным явлением в Хогвартсе, но желающих влезть в разборки родственников всегда было мало. Исключения составлялись лишь те, кто специально их искал, устраивал и вмешивался.— Я не знаю, что ты себе там удумала...— А ты? Ты, что так и собираешься, чтобы у тебя из-под носа увели человека, который тебе нравится и дорог? Сдаться без боя, просто опустить руки?— Я не понимаю о чём ты говоришь...— Что с тобой, Падма? — перебила сестру Парвати. — Неужели это так принципиально?— Что, если и да? Кто он такой!? — стала повышать голос Падма крутясь на месте, возведя руки к небу. — Самый красивый, умный, знаменитый, богатый, успешный и вообще... Её перечисления перешли в неразборчивое бормотание, Падма стала топтать на месте, от чего растрепались её волосы. Она злилась непонятно на что.

— Поэтому его все должны любить? — в итоге выкрикнула Падма. —Так вот! Я не такая, не дождётесь!— Какие же вы рейвенкловцы тупые идиоты. Падма не знала, что ответить, только открывала и закрывала рот. Парвати покачала головой и развернулась.

— Так вот, как гриффиндорцы относятся к своим клятвам! — в спину крикнула уходящей сестре Падма. Парвати резко остановилась и развернулась на пятках, быстрым шагом подошла к сестре и больно ударила её ладонью по лицу. Звук удара разнёсся по коридору. Падма схватилась за щеку и упала, от силы удара. На её глазах появились слёзы. Парвати упала на колени и обняла сестру, прижимая к себе, обе стали плакать.

— Не говори никогда так Падма, не говори, пожалуйста.— Ты стала так многое скрывать от меня.— Это контракт, он меня убьёт.— Я знаю, я знаю.— И до сих пор ты не можешь мне признаться? Сестры сидели в обнимку на грязном, каменном полу, среди коридоров Хогвартса, хотя недалеко были удобные диваны, кресла, табуретки и скамейки. Обе плакали потому, что были малолетними дурами. Сидя напротив друг друга, они стали вытирать свои слёзы.

— Почему ты всегда такая?— А почему ты такая, Парвати?— Потому что ты никого не подпускаешь к себе, поэтому мне приходится общаться с миром, который нас окружает.— А я не подпускаю, чтобы вновь нам не сделали больно, чтобы у нас не отобрали всё, что у нас осталось.— Какая же ту глупая, Падма.— Не обольщайся, ты не лучше. Две сестры прижались друг к другу, ощущая теплоту и близость своих сердец. Они помогли друг другу встать, и снова разница в росте, разница в отношении к жизни, разница, которая стала появляться, когда они бежали в Лондон с матушкой.

— Что же мне с тобой делать, Падма?— А зачем ты осталась?— А зачем ты ушла?— А что мне там делать?— Бороться за свое счастье, например, где ты ещё найдешь второго такого? Ты погляди на Паркинсон!— И что я там увижу, Парвати, ну ка расскажи!? — снова стали распалятся сёстры и собачиться.— Как Гарри вновь и вновь отталкивает её, а она продолжает бороться.— Она просто упрямая, ударенная в голову, дура, если бы она не прыгала на него, а вела себя, как Уотерс, то всё бы у неё получилось.— Да я вижу, что у вас на Рейвенкло все такие. Девочки сурово поглядели друг на друга, Падма закинула руку на руку и скрестила на груди, отвернулась и хмыкнула. Парвати упёрла руки в бока и поглядело с вызовом на затылок сестры.

— Отлично, если для тебя Гарри просто сокурсник, то отлично. Иди куда шла, а я вернусь к ребятам, там хотя бы весело и забавно.— Постой. — сказал Падма обернувшись схватила Парвати за подол мантии. — Ты не могла бы, ну это...— Я не понимаю о чём ты. — повернулась Парвати корчу надменную рожу.— У меня не так много времени, а ты всё равно будешь там, вот я подумала.— Не понимаю зачем тебе это, ты ведь не интересуешься Гарри. — Парвати ехидно улыбнулась и выхватив мантию пошла в сторону клубной комнаты.— Ладно! — выкрикнула Падма в спину сестре. — Я скажу... если тебе так это надо, если тебе так принципиально. — передразнивая сестру, пробурчала себе под нос юная волшебница. Парвати развернулась, всем своим видом и наглой усмешкой показывала, что она ждёт, когда её сестра произнесёт заветные слова. В этом было столько гриффиндорского вызова, что если бы её увидела декан, то накинула пару баллов за дух Дома.

— Я... я... я лю... — Падма смотрела в пол, вся красная от стыда, сжимая кулачками крепко мантию, она не могла произнести слова, и всеми силами пыталась переступить через себя. — Я люблю этого глупого Гарри! — на одном дыхании, красная как рак, крикнула Падма в сторону своей сестры. И что-то в мире надломилось, словно всё сжалось в одно мгновение, которое растянулось в бесконечность, и в мире остались только две сестры, сила коснулась их и все волосики на теле стали дыбом, что-то сильное и могущественное прошло сквозь них. И ровно через один удар сердца крохотный мир разорвало, и сила высвободилась, и потекла тысячей быстрых ручейков во все стороны. Напуганные случившимся, две сестры заключили друг друга в объятья и стали тревожно озираться.

Падма уткнулась в грудь сестры и крепко прижалась к ней.

— Ты ведь поможешь мне? — робко спросила Падма, не отрывая красного лица от груди сестры.— Нет. — уверенным и полным решимости голосом сказал Парвати.— Но как же наша клятва? — спросила Падма, подымая заплаканные глаза.— Я помню, мы обещали, что будем всегда вместе, и вместе встретим все невзгоды, что мы поможем, что сердца наши отдадим...— Друг другу, если это надо будет.— Но, если мы полюбим одного мальчика, каждая из нас...— Останется сама по себе. — поникшим голосом закончила за сестру Падма. — Только не говори мне. Парвати закатала рукав и показал отметину, что оставила волшебная татуировка.

— Мы связаны в Магии, наши судьбы переплетены.— Как Рама и Сита?— Скорее, как Кали и Шиву*.*** Я сидел на шезлонге держа семейный альбом боком и смотрел, как перелистываются страницы. Неа, это явно какое-то наебалово и полнейший облом! Вот чего я хотел: список, типа вот эти жизнь за тебя отдадут, вот эти спустятся за тобой в ад, вот эти просто развлечься на ночь, эти влюблены, как в поп-идола, а вот от этих держись подальше они хер тебе откусят. Но нет же, всё ни как у людей. И это я молчу про то, что в альбоме нет всех представителей женского пола, включая мою любимую нундочку и колонии флобер червей. Ведь я же красавец, умничка, свой парень, у меня же столько достоинства, и всего пару недостатков, которые я успешно маскирую. А выходит, что меня любит с дюжину девчонок и ещё столько же потусторонних тварей. А вместо этого я получаю очень странный список, в котором даже моей душки-подружки Браун нет. Это что выходит, я просто для неё какая-то интрижка и забавная игрушка, и она на самом деле меня не любит!? Вот как так-то!? Я же так усилено с ней общаюсь, всячески флиртую, делаю подарки, да что эта малолетка себе позволяет!!! Я уже собирался в сердцах бросить альбом в мангал, как ощутил у себя на плече знакомое крыло. Мне не надо было оборачиваться, чтобы отчетливо представить ехидный клюв этого недобитого бройлера. Я собирался услышать очередной поток его ехидства, но стоило Обломинго открыть клюв, как случилось невероятное.

Позади Обломинго, со странными звуковыми эффектами, появилась Надя, она была одета в облегающий купальник для занятия борьбой, а её колени и локти были защищены щитками. Надя обхватила Обломинго под грудью, беря свои руки в замок, после чего совершила классический бросок с прогибом. Меня аж всего передёрнуло от хруста позвонков в шее Обломинго, когда голова этой твари соприкоснулась с грунтом. Вскочив на ноги Надя моментально обернулась вокруг своей оси и ухватила Обломинго за окорока, и пока птычка пыталась сориентироваться, Надя стала раскручивать её. Набрав приличную частоту вращения, Надя отпустила, и крылатый полетел в небо, так и не придя в себя. Но посчитав, что этого мало, Надя прыгнула на перехват, когда траектории их полёта пересеклись, она выписала без рецепта Обломинго множество прямых ударов кулаком по телу, куда попадёт. При этом я отчётливо слышал, как она кричала: ора-ора-ора-ора. В качестве завершающего удара Надя крикнула: ?Хадокен!? и Обломинго улетел в голубом пламени за горизонт.

Только после этого Надя приземлилась на берегу озера.

— И чтобы я тебя здесь больше не видела, порождение скорби и посланник разочарования! — крикнула наша боевая подруга вслед улетающей твари, сложив руки рупором. Солидарность и Вовочка скорчили серьёзные и одобрительные рожи и стали сдержано хлопать в ладоши. Надя заулыбалась и заложив руку за голову стала кланяться, краснея от смущения.— Лови! — крикнул я Нади и поймав её взгляд на себе, бросил в неё ключи. — Заслужила. Надя поймал связку ключей и поглядела на меня не понимая.

— Добро пожаловать в команду, заслужила. Дико визжа, Надя набросилась на меня и повалила на землю, после чего стала меня по ней катать, старательно приминая траву. После того, как она расцеловала меня в обе щеки, Надя стала прыгать на месте и излучать в окружение позитив в таком количестве, что хоть солярий открывай.

Я же сел обратно в шезлонг и открыл злосчастным альбом, неа, Нади там не было, что там, там даже ни одного представителя Рейха не было. Выходит крысы меня за нос водят? Я вздохнул и открыл первую страницу.

Ну, конечно, как могло быть иначе. На первой странице Тринити. В верхнем левом углу её фотография, где она сидит на каком-то комоде в роскошном комплекте белья, где почти всё видно, закинув ногу на ногу и таинственно улыбаясь. Справа идёт перечень какой-то бесполезной информации: группа крови, три размера, рост, вес, сексуальные предпочтения, различные фетиши и фобии, словно интервью поп-актриски. Никогда не думал, что сестрёнке отвратительна зоофилия и некрофилия, при этом нравятся парни в форме. Эх, а кто-то обещал меня любить, не смотря на то, чем я стану, выходит наёбывали. Дальше была круговая диаграмма из пяти параметров: Любовь, забота-увлеченность, романтика-желание. Естественно, по первым трём параметрам было у Тринити двенадцать из десяти, а вот плотское желания в районе трёх, и шестерка в романтике. Всё же наши отношения запутаны. Впрочем, Ровены не было в альбоме, и это не могло не радовать.

Для меня остаётся загадка, кто, почему и зачем попадает в этот альбом. И почему здесь вот конкретно эта особа. От Солидарности помощи никакой, для него всё очевидно, поэтому он не может объяснить. Вовочке откровенно похеру, кто там, но он предлагает трахнуть всех, раз они согласны. Каких-то внезапных сюрпризов тоже не было, типа тайных воздыхательниц или ещё чего-то. Нашлись все, кого я хоть в чём-то подозревал: Тео, Сильфира и Заряновой с Линд нашлось место, спасибо, что старосты Клируотер нет. Но судя по донесениям, я просто не её тип. На второй странице меня ждала Ульяна, на фотографии она примерно того возраста, что сейчас, а не когда мы познакомились. Стоит голенькая напротив зеркала и натягивает на себя красные трусы с золотым серпом и молотом, при этом на лице какое-то удивление. Словно я с фотоаппаратами только что вошёл в её комнату и застукал за процессом. А она неплохо подросла. Ага, желание в районе единицы, романтика уже упала до четырёх, увлеченность тройка, забота два, а вот любовь в районе семи. Неплохо. Ага, вот и Пэнси, любви десятка, о, есть пару лишних килограмм на бёдрах, аз-за-за. Эх, я снова начал пролистывать альбом, нет везде одинаково всё.

И меня не беспокоило откуда альбом знает размеры девочек или их вес, или там как строит диаграмму, неа. Меня очень сильно беспокоил странный код или шифр, или что это такое. В начале каждой страницы, а у каждой девочки было по своей отдельной странице. Шёл заголовок со странным шифром. Вот, например, Тринити озаглавлена онэсама А. Шелоб — эро-онна; Ульяна — осанаджими; Дафна — цундере; Пэнси — яндере; Пенелопа — янгири. И так было со всеми, ни одного раза не повторился, блядь! И что это означало попробуй догадайся, даже Трин и Солидарность разводят руками.

Я отбросил альбом в сторону и откинулся в шезлонге. Ох ебал я это всё.

— Шашлыки готовы! — объявила радостно Надя, выводя меня из горестных дум. Я встал и хлопнул в ладоши.

— Что же, мы славно потрудились и пережили очередной мой приступ, пора и погулять, выходи честной народ...Ваше Безумие достигло

необходимого уровняИ начало влиять на реальность. Словно кто-то разорвал реальность и надо мной разверзлась дыра в пространстве, откуда спрыгнули обитатели моего домена и парочка тигров, после чего разорванное марево, колыхаясь на ветру, отлетели чуточку вверх и там зависло, обнажая небо моего внутреннего мира. Нихуя себе, и это я только на шестидесяти процентах к рангу Е, что же потом будет? Впрочем... Тут из темноты выползла тень, раскрывшись подобно зонтику, оттуда вышел дядя Сев в своей новой мантии и шляпе. Он держал палочку наготове, указывая ею в пол. Следом тьма приняла форму Ваша, который был в полном боевом облачении и с двумя шляпами.

— Так-так-так, мистер Поттер, правила для вас не писаны, как я погляжу. — произнёс Северус Снейп на свой шипяще-угрожающий манер.