POV Вадим (1/1)

Где же? В каком они гараже? Черт, их же тут так много! Я не знаю, куда мне податься, что делать! И ни одного человека вокруг, как назло. Если бы я бежал быстрее, может, я бы успел…Так, Вадим, хватит всяких «бы». Сейчас тебе нужно сосредоточиться и обратиться во внимание. Должна быть какая-то деталь. Какая-то, которую ты за своей паникой просто не можешь услышать.Сажусь прямо на землю, благо, тепло. Да и мне как-то плевать, мне нужно успокоиться и почувствовать. Да, я не ошибся, сказав это. Мне нужно почувствовать своего брата. Я верю, что он тоже чувствует меня.

До уха долетают странного склада звуки. Как будто какие-то мантры.. Только слишком странные. Словно запись пустили наоборот. Но не в этом суть. Я открываю глаза. Я точно знаю, куда мне нужно идти. Прямо. Прямо – выделяющаяся из других белая дверь с нацарапанными на ней символами. Я знаю. Глеб там.Рывком поднимаюсь с земли. Мушки в глазах еще не прекратили плясать, когда я заглянул в приоткрытую дверь.То, что предстало моему взору, не смогла бы смягчить никакая рябь в глазах. Глеб. Глеб стоял на коленях. И, черт возьми, сосал у того самого ублюдка!Я замираю, наблюдая за этим отвратительным зрелищем. И от моего взгляда не укрывается то, что периодически Глеб, словно приходя в себя, пытается отстраниться, а этот урод только толкает его голову обратно, закатывая глаза в экстазе. Черт…

Я не успеваю додумать – тело уже само врывается в помещение и, хватая Глеба за шкирку, отшвыривает его в сторону…

Перед глазами плывет. Этот урод начинает взывать к уже ненавистному мной неведомому Арихмате, Глеб скулит, прося не бить учителя… Какого, нахер, учителя?!Я совершенно перестаю контролировать себя, когда животное пытается сказать, что Глеб теперь какой-то там кнут и что он теперь останется тут навсегда. Хуй тебе, свинья!

Он отлетает в стенку и орет от боли. Глеб вцепляется в мою ногу.- Ваденька, миленький… Проваливай отсюда! Спаси меня, Вадик, Вадя, Вадечкааа… Сука, ты прервал меня, ненавижу тебя!В голове же всплывает спокойное лицо бабушки Шуры. Не слушать речь. Слушать сердце.

Я словно бы проник в грудную клетку брата. Только вместо привычного размерного ритма я слышал слова. Одна и та же фраза.

Спаси. Помоги мне, Вадим.И это придавало мне сил.