Признание (1/1)
Сквозь пелену страсти, Делорион услышал защелкивание двери.Оно заставило его прийти в себя и испуганно раскрыть глаза. Оглядевшись, юноша осознал, что находится в уже знакомой ему комнате, которую, однако, признал не сразу. Сейчас она была освещена лишь тусклым светом луны, полностью ее преобразившим и придававшим ей таинственный вид. Но не это заставило его сердце забиться чаще – он чувствовал, как горячие и властные руки Алана скользят по его телу, избавляя от одежды. Он был только рад снять успевшее надоесть ему платье, а присутствие любимого сводило с ума, но принц прекрасно понимал, Чтоза этим последует, а с его стороны это будет предательством. -Хватит, — попросил он, мягко отстраняя воина от себя. Сандра неохотно убрала руки с его тела и недоуменно посмотрела на принца. Принцесса была на вершине восторга, узнав, что любит взаимно. Обычно спокойная и уравновешенная, сейчас она была всецело подчинена чувствам и инстинктам. Тот факт, что Делорион считал, что влюблен вовсе не в нее, заботил сейчас очень мало. Скоро он все узнает! Теперь у нее была очень весомая причина, как можно скорее оказаться в своем теле, и она непременно добьется своего! Поэтому, услышав его отказ, Сандра почувствовала раздражение. Слишком возбужденная, чтобы остановиться, она вопросительно посмотрела на нареченного и спросила густым баритоном: — Почему? Разве не ты сам сказал, что любишь меня? — Люблю, — кивнул Делорион. – Но я также говорил, что не изменю своей невесте даже с любимым. ?Ты и не изменяешь!? — хотелось крикнуть Сандре. – ?Я и есть твоя невеста!?. Она сдержалась. Рано, сейчас слишком рано, чтобы открыться.— Вот как, — с хитринкой в голосе сказала она. – А если ее высочество сочтет нужным заключить союз с Канви? Тем самым она перестанет быть твоей невестой, — закончила Сандра, вновь подходя к возлюбленному и беря его руки в свои. — Пока что этого не случилось, — в тихом голосе Делориона чувствовались сомнения и неуверенность. – И у меня есть обязанности. Сандра глубоко вздохнула – верность будущего мужа, конечно, радовала ее, но в данной конкретной ситуации начинала испытывать терпение. — Любимый мой. Ты сам себе противоречишь, — Сандра привлекла его к себе и, наклонившись, прошептала в самые губы. – Ты говоришь, что помолвка для тебя всего лишь обязанность, но хранишь верность принцессе столь рьяно. Со временем ты поймешь и ее любовь, и ее характер. Но сегодня ты хочешь явно не этого, — с этими словами Сандра нащупала последнюю застежку платья, и оно, более ничем не сдерживаемое, сползло к ногам. – Сейчас ты хочешь меня, так что не противься своим желаниям. Не факт, что нам выпадет другая подобная возможность, я тоже, знаешь ли, верный слуга короны и не покушусь на мужа наследницы, — произнеся это, упомянутая наследница поцеловала его. Этот поцелуй отбросил последние сомнения Делориона. Да, несомненно, именно этого он и хотел. Тайно, боясь признаться даже самому себе. ?Интересно? — размышлял он. – ?Когда это началось?? С их первого поцелуя на скамье после тренировки? С испуга за жизнь рыжего солдата на той охоте? С падения в библиотеке прямо в его объятия? Или еще раньше? Делориону отчего-то вспомнилась принцесса Сандра в самую первую их встречу, ее горделивое поведение, ее высокомерные и до боли обидные слова… Тогда, в тот вечер, он отчаянно желал понравиться своей невесте, оправдать ее ожидания. Но в дальнейшем у него не возникало подобных чувств к ней – непонятно, как и когда они перешли на рыжего солдата.Не отрывая губ, Делорион принялся неловко расстёгивать пуговицы Сандриного камзола. Почувствовав, что ее любимый наконец решился, она более не стала сдерживаться. Поцелуй стал настойчивей, глубже, требовательней. Но и этого было мало! Так хотелось почувствовать всем телом тепло и нежность его кожи. Одежда сейчас была лишь досадной помехой, не способной, однако, стать серьезным препятствием. Общими усилиями остатки их нарядов полетели на пол.Взяв Делориона за запястье, Сандра слегка подтолкнула его к кровати, и, обняв, уложила на спину. Тела их переплелись. Девушка оторвалась от губ возлюбленного и зарылась лицом в черные шелковистые волосы, приятно пахнущие какими-то незнакомыми благовониями. Или, может быть, все дело в тех средствах, которыми жена коменданта укладывала его волосы? Пара прикосновений – и шпильки, крепящие накладные косы, были выдернуты из волос и отброшены куда-то в сторону.Сандра слегка прикусила мочку его уха, спустилась ниже, целуя изгиб его шеи, покрыла легкими, невесомыми поцелуями грудь и живот своего возлюбленного, который, кажется, позабыв былое смущение, страстно ей отвечал, целовал в ответ, зарывался пальцами в ее волосы. Для него это было столь непривычно: вот так откровенно ласкать кого-то, всей кожей ощущая жар его тела и прикосновения чужих рук. Стоны против воли вырывались из его груди. Чувствуя его руки на своей спине, ловя его дыхание, слыша стук сердца, Сандра старалась дать ему столько же наслаждения, сколько получает сама. Сейчас он казался ей каким-то особенно маленьким и хрупким, казалось, что он может сломаться, если сжать чуть сильнее. Это заставляло медлить, сдерживать свой пыл. Но, как оказалось, Делориона не слишком устраивало такое положение вещей. С минуту он еще колебался, стоит ли остановить своего возлюбленного и не дать их порыву зайти слишком далеко, или наоборот, рискнуть и полностью насладиться этой запретной ночью. Второе желание победило. Его страсть и нежность, годами удерживаемые в рамках общественных правил, вырвались на волю. Делорион в порыве чувств раздвинул ноги шире, благодаря темноту, царившую в комнате и скрывающую его покрасневшее от смущения лицо. Возбуждение стало почти болезненным, мысли были затуманены нахлынувшей любовью.— Прошу тебя, не останавливайся, — каким-то хриплым, не своим голосом попросил юноша любовника и отчаянно поцеловал его в изгиб шеи. Сандра вскрикнула от столь резкого поцелуя, похожего на укус. Слова принца были полны желания, побуждали к действиям, ей стоило больших усилий держать себя в руках. Она судорожно кивнула и с жаром продолжила ласкать тело возлюбленного, открывая в себе все новые грани своих чувств, сметая все рамки дозволенного, мысли были сосредоточены лишь на нем. Его кожа такая нежная и горячая, слегка солоноватая на вкус, стоны сейчас казались прекрасней любой музыки, а в любимых глазах она видела отражение чувств, переполняющих ее.Она целовала его, спускаясь все ниже, слегка прикусила сосок, только чтобы вновь услышать голос своего любимого, тут же смущенно умолкнувшего. Сандра усмехнулась. Все-таки он не исправим! Сам же попросил и теперь вновь стесняется. Но именно это ей в нем и нравилось. Если бы Делорион вдруг стал уверенным и решительным… Наверное, это бы был уже не Делорион. Она, извиняясь, с еще большей нежностью продолжила целовать его грудь, постепенно спускаясь на живот…Почувствовав губы своего возлюбленного у паха, юноша судорожно вздохнул и до боли стиснул зубы, дабы не выдать всей глубины своего желания.В какой-то момент, возбуждение Сандры достигло предела, и она осознала, что не может более сдерживаться. Облизнув два пальца, она осторожно ввела их в Делориона. Тот зашипел сквозь стиснутые зубы – ощущение нельзя было назвать приятным, скорее раздражающим, почти болезненным. Оно сильно противоречило наслаждению этого вечера и как будто оживило страхи и сомнения юноши.
Сандра, прекрасно представляя себе, что чувствует ее возлюбленный, вновь поцеловала его, отвлекая от неприятных ощущений. Делорион горячо ответил, внезапно осознавая, что это не просто поцелуй… гораздо больше, чем поцелуй. Соприкосновение двух душ, слияние дыханий, когда единство с любимым занимает все твои мысли, а остальное отходит на второй, если не на третий план. Ничего страшного, конечно он потерпит… Ведь это Алан, и он в принципе не сделает ему ничего плохого!Подобные мысли также занимали и Сандру. Она его любила и хотела, боялась причинить боль и в то же время желала почувствовать до конца. По ее виску скатилась капля пота, она нетерпеливо смахнула ее рукой.
?Все в порядке? — сказала она себе. – ?Просто держи себя в руках и не сомневайся. Как же ты собиралась думать о благополучии целой страны, если даже не можешь доставить удовольствие любимому мужчине??. Сочтя сию мысль забавной, принцесса усмехнулась. Возблагодарив недавно прочитанную книгу и посчитав Делориона достаточно растянутым, она осторожно вошла в него.И тут же чуть не вскрикнула от боли. От боли стянутого в тугих мышцах естества, от боли, оставляемой ногтями Делориона на своей спине, от боли любимого, впервые почувствовавшего в себе мужчину… В ее голове все смешалось.Делорион крепко стиснул зубы и зажмурился от непривычного и болезненного ощущения. Еще не поздно все прекратить… Наверное. Он переборол в себе этот порыв. Нет, не из-за страха подвести любимого – принц сам хотел продолжения, и ради этого был готов перетерпеть минутный дискомфорт. Тем более, боль начала проходить, тело привыкло к ощущению заполненности, в голове прояснилось. Увидев, что Алан до сих пор медлит, по-видимому, беспокоясь за него, Делорион решил взять дело в свои руки. Он ласково улыбнулся любимому, поднял колени, стараясь вобрать его глубже и, оперевшись ногами о тело Алана, первый начал двигаться.Сандра удивленно посмотрела на Делориона, улыбнулась в ответ на его улыбку, слегка отстранилась, и снова вонзилась в него. Ответом ей был приглушенный стон. Юноша крепче обхватил плечи любимого, именно в нем ища опоры. Вместе с болью Делорион ощущал и возбуждение, возрастающее с каждым движением, которые становились все более мощными.
?Что же ты со мной делаешь?? — думала Сандра, с какой-то обреченностью осознавая, что не может более контролировать ни себя, ни свои действия.Яркая вспышка оргазма накрыла их почти одновременно, Сандра откинулась на подушки, погрузившись в полудрему и ощущая расслабленное дыхание принца на своем плече. Неожиданно, она услышала голос Делориона, слишком спокойный для такого отчаянного заявления:— Теперь-то, ее высочество точно разорвет помолвку. После того, как она обо всем узнает…— Не разорвет! – не соображая, что делает, ответила Сандра. – Я и есть наследница Лимийской империи, принцесса Сандра.— Что? – недоуменно спросил Делорион.Ниилит сделала большой глоток вина и вновь уткнулась в бокал долгим взглядом. Золотистый напиток напомнил ей глаза бывшей верховной жрицы, матери Аарона и ее наставницы. Рядом с ней владычица всегда чувствовала себя напроказившей девчонкой. Это чувство не исчезло, даже когда она официально встала во главе Канви.Если уж старая Кая приняла твердое решение, ее не мог остановить даже прямой запрет владычицы. Она всегда добивалась своего. Рано или поздно, так или иначе. Чертова провидица!— Она меня обыграла, Аарон, — наконец произнесла женщина с какой-то обреченностью в голосе. – Твоя мать снова меня обыграла.Мужчина оторвался от окна и обратил взгляд на Ниилит.— Этого стоило ожидать. Ты же знаешь, она никогда не была в восторге от того, что ты решила взять избранного под свой контроль. А она, как провидица, могла предсказать последствия, — спокойный тон жреца резко контрастировал с обреченностью владычицы.— И что толку от ее предсказаний? – вскипела Ниилит. – Ты можешь с уверенностью сказать, что было бы, поступи мы иначе?Непонятно отчего Ниилит вспомнила, как еще, будучи подростками, они с Аароном были влюблены друг в друга. И как отреагировала его мать, узнав об этом.?Ваша связь не принесет народу драконов ничего хорошего. Вам стоит разорвать ее. Не бойтесь, вскоре вы найдете новые, истинные цели вашей жизни?.Ниилит послушалась – тогда у нее не могло возникнуть и мысли, чтобы перечить верховной жрице. Впоследствии все вышло, как она сказала: через пару лет руки Ниилит попросил ее двоюродный брат – наследник владыки, а в Аароне проснулся дар, и он решил пойти по пути своей матери. Сейчас они были не более чем близкими друзьями.
— В конце концов, все сложилось как нельзя лучше. И ее видения никогда не подводили. – Аарон задумался и наконец высказал то, что занимало его мысли. – Я только недоумеваю, почему этот юноша? Почему не принцесса?Ниилит хмыкнула от досады, что друг явно не разделяет ее точку зрения:
— Не знаю. На мой взгляд, у твоей матери возникла серьезная проблема с головой, – она замолчала, потом все же выразила свои сомнения. – Ты видел эту девушку, Аарон? Как такая может быть матерью избранного? Если в ее жилах и течет кровь драконов, она разбавлена настолько, что не имеет силы!Аарон подошел сзади к креслу Ниилит и положил руки на плечи старой подруги.— Нили, я слишком хорошо тебя знаю. Скажи, чего ты хочешь добиться этим браком? Всего лишь увеличить долю драконьей крови в жилах избранного или, использую родственное влияние, взять его под свой контроль и вырастить такого ?спасителя?, каким он нужен именно тебе?— А если и так, то что? Я всего лишь делаю то, чего хотели от меня и мои родители, и мой муж, и старая Кая – забочусь о своем народе. Если это поможет нам восстановиться…— В пророчестве ясно сказано, что это должно быть свободное решение избранного. И от него будет зависеть не только судьба расы драконов, но и судьба всего мира…Ниилит устало уронила голову на руки. Она знала, все прекрасно знала. Но она же не собиралась делать этого ребенка своим рабом! Она лишь дала бы ему навыки и знания, столь ему необходимые и… Да, внушила бы правильные жизненные приоритеты. Но выбор все равно был бы за ним.Аарон слегка массировал ее плечи и, как будто догадываясь о ходе мыслей подруги, говорил:— Моя мать призывала нас оставаться безучастными. Неизвестно, какое влияние мироздание сочтет чрезмерным. Лучше не рисковать.— Да что вы заладили: ?избранный, избранный?! Может быть и это пророчество – бред сумасшедшего, и нет никакого избранного, и не будет! – в голосе владычицы сквозили раздражение, усталость и тупая боль, граничащая с обреченностью.Аарон резко встряхнул ее за плечи, в его голосе появились резкие, даже сердитые ноты:— Не говори так, Нили. Мы должны верить. Это пророчество – единственная надежда на возрождение драконов!Ниилит с потрясением обернулась к изобретателю. Ее взгляд вновь приобрел осмысленность и уверенность:— Верить… Полагаю, это все, что нам остается. А что предлагаешь ты?— Рассказать принцессе всю правду о пророчестве, связанном с ее будущим сыном и народом драконов. Раскрыть ей глаза на истинную силу лимийской короны…— Это безрассудно! Это все равно, что вложить в ее руки ключ к безраздельному могуществу. Это…Видя волнение женщины, жрец поспешил остудить ее пыл:— Успокойся, Нили, — мягко попросил он. – Ты переоцениваешь опасность. Могущество для нее недоступно. Так же, как и для нас, — слова жреца заставили владычицу успокоиться, ярость в ее глазах сменилась грустной задумчивостью. – Кроме того, — поспешил закрепить свою победу жрец. – Она даже не знает где дверь, которую нужно открыть.— В твоих словах есть смысл, — ответила Ниилит. — Хотя мне трудно примириться с тем, что придется упустить возможность самой воспитать избранного.— Это лучше, чем вести двойную игру, — покачал головой Аарон. – Особенно с судьбой. Она такого не прощает.— Вероятно, ты прав…Договорить Ниилит не успела. В комнату ввалился (иного слова и не подберешь) его высочество принц Гивен, свежим синяком на скуле являя присутствующим красу своих оттенков. Его потрепанный вид кричал о недавно пережитой взбучке, волосы более напоминали воронье гнездо, а сам он слегка пошатывался, как матрос на палубе.— Матушка, — он поклонился Ниилит. – Боюсь, мое задание провалено…