Глава 7 - Цирк.... (1/1)
По острым иглам яркого огня Бегу, бегу, дорогам нет конца, Огромный мир замкнулся для меня В арены круг и маску без лица.АрлекиноНа море Клуб свиданий отдыхал уже пять дней. За это время многое произошло, но кое о чем не знает никто, кроме Анны-Марии и Кёи…Закатное солнце… Красное, как кровь… Не со смертью ассоциировался этот цвет у Анны-Марии. Любовь, страсть, счастье… Об этих вещах и думала девушка, любуясь бухтой в последних лучах уходящего дня.
Красивая — днем, волшебная — ночью, свежая — утром, незабываемая — вечером…Впервые увидев эту картину три года назад, Райс влюбилась в это место.
Не знаю, что красивого Лира находит здесь ночью… Закат — самое красивое время…Мечтательная и романтичная, она не могла не думать о прекрасном принце на белом коне, который непременно полюбил островитянку в этой бухте и увезет ее с собой в великолепный дворец… Где обязательно есть важный официальный советник и красивый тайный, который полюбит девушку и похитит ее у короля… Островитянка, конечно же, будет ненавидеть советника и всячески ему язвить, но, в конце концов, она полюбит отважного юношу.Жаль, что я так не смогу…Кёя… Честный, холодный, постоянно ищущий выгоду… Третий сын в семье, бесплатное приложение к старшим… Одинокий… Скрывающий за холодной маской боль и разочарование… Сколько усилий он прикладывает, чтобы быть оцененным по достоинству, стать полноправным членом семьи Отори. Независимый. Надежный. Загнанный в четкие рамки приличий. Это его стихия. И в этом его шарм.
Как же я хочу приблизиться к твоему сиянию, быть замеченной тобой. Чтобы ты посмотрел на меня не как на клиентку, а как на девушку… Свою девушку…Когда я рассказала об этом сестре, она лишь прикрыла глаза и произнесла странную фразу:— Уже.— Что ?уже??— Сама посмотри. Ты очень наблюдательна, но не видишь тех чувств, что скрываются за маской безразличия и отчужденности…— Э?— Аристократы, — тяжело вздохнула сестренка и внимательно посмотрела на меня. — Поговори. Если боишься признаться, понемногу уменьшай расстояние между вами. Стань ему другом и опорой.— Это я и делаю с самого первого дня, — закричала я на нее. — И ты тоже аристократка. Твой род почитаемее моего, между прочим.— Сестренка, просто скажи ему о своих чувствах или похорони их глубоко-глубоко. Ты не хуже меня знаешь, что брак не по расчету в нашей среде — огромная редкость. И тебе тоже найдут жениха. Порядочного, хорошего, заботливого и честного. Для него ты должна стать примерной женой и, если не последуешь моему совету, не сможешь этого никогда сделать. Подумай.— А ты? — неожиданно для себя спросила я.Сестренка долго молчала и, когда я была готова сдаться и уйти, она ответила:— Я не до конца уверена в своих чувствах. Даже если это любовь, я уйду, не попрощавшись. Он будет счастлив и без меня, — немного задумалась и поправилась: — Особенно без меня. Не нужно рушить его жизнь из-за секрета моей семьи. Так будет лучше.— Ты уверена?— Да. К тому, в отличие от тебя, я могу не бояться по поводу свадьбы.— Почему?— А Итэль зачем? — рассмеялась сестренка и я вместе с ней.Парадокс… Анна-Мария старше, но, из них двоих, Лира поддерживает сестру, дает хорошие советы. Почему?Не задерживаясь на этой проблеме, мысли летели дальше… И, все равно, возвращались к Кёе.Наверное, они с Ренге будут замечательной парой. Ренге прилетела из Франции, только для того, чтобы его увидеть. Образ Кёи для нее был взят из дейт-симов, где Кёя — добрый, чуткий, понимающий… Реальность оказалась другой, но девушка не уехала. А почему? Потому что она полюбила реального Кёю. Я — холодная, воспитанная в строгих традициях. Я не умею выражать свои эмоции. Я — просто бездушная машина. И я не могу признаться в своих чувствах ему. Может, свести их вместе: Ренге и Кёю…— Он будет рад, — произнесла вслух девушка, не замечая высокого темноволосого юношу, который при этих словах болезненно скривился?И правильно. Зачем ей — такой живой и красивой — я? Надеюсь, с тем парнем она будет счастлива?, — думал Кёя, наблюдая за девушкой, что заняла все его мысли. После энергичного и беззаботного Тамаки, Анна-Мария — первая, кто смог пробиться сквозь его броню.
Такая красивая…Дни летели за днями… Двое влюбленных смотрели на закаты и не догадывались, что счастье так близко. Нужно сказать лишь слово, сделать первый шаг.Они не знали, что за ними наблюдаются три пары внимательных глаз: две — с отстраненным любопытством: ?Чем все это кончится?? и одна — с любовью и пониманием.В четверг Лира сказала Отори нечто странное:— Подойти и скажи. Все будет хорошо.— О чем? — удивился Серый кардинал— Она ждет твоего первого шага.В том день, Кёя впервые приблизился к Анне-Марии и заговорил с ней. Легко и непринужденно они лавировали среди тем, ни на шаг, не приближаясь к главному и единственно интересному.
— Уже так поздно, — обратила внимание на окружающую действительность.— И, правда, — согласился с ней Кёя. Сейчас или никогда! — Я хочу тебе кое-что сказать… Пожалуйста, не перебивай меня, — Как же сложно говорить… Что-то мешает. Парень шумно вздохнул воздуха и на выходе резко произнес: — Ты мне нравишься!На большее его не хватило. Тряпка! Как тебе можно доверить управление компанией, если ты так мнешься! Тряпка! Тряпка! Тряпка!Самое тяжелое — признаться, самое ужасное — ждать ответа. Ведь человек может не ответить и оборвать все связи.Он сказал, что я ему нравлюсь! Вроде все хорошо! Можно легко сказать в ответ, что он мне тоже! Так почему воздуха не хватает, и слова застывают в горле?Решившись, девушка поднялась на цыпочки и легко прикоснулась своими губами губ Отори.Их никто не увидел, кроме блондинки смотревшей с пониманием и безграничной нежностью. Она никому не расскажет. Потом девушка резко отошла от окна, уселась за стол, и карандаш ловко забегал по бумагеДни летели в безудержном веселье…Зной... Тяжелый воздух еле заходил в легкие. Духота висела в воздухе и никуда от нее не спрятаться. Сил не было даже дойти до холодильника.— Скучно, — протянули близнецы, сидя на мягком диване в малой гостиной.— Ага, — протянула Лира.У остальных просто не было сил для разговора. Хлопнули входные двери, и в комнату зашла Харухи. Она ходила за покупками.— Вот, — протянула девушка пестрящий яркими буквами листок Тамаки.— Что это? — спросила Лира.— Тут написано…
— Завтра будет первое представление в цирке на центральной площади, — быстрее за Суо, прочитал листовку Хикару.— Это может быть интересно, — открыла глаза Лира. У девушки была странная привычка закрывать глаза перед тем, как сказать что-то важное. Но сейчас, Лира настолько устала, что глаза слипались сами по себе.— Решено: мы идем! — даже жаре не под силу сломить Суо Тамаки.— Ого! Да здесь целая ярмарка! — восхищенно разглядывала центральную площадь Лира.— Ты никогда не была на ярмарке? — удивилась Харухи.Лира помахала головой:— Мне не разрешали ходить в такие места.
— Почему? Ведь это весело! — громко спросил Суо.— Это был строжайший запрет! — пожала плечами Лира.— Чего стоим? — спросил кто-то из близнецов.— Пошли веселиться!Лира не ошиблась. Это действительно была ярмарка, полная ярких огней, веселых аттракционов и вкусной еды.Ночью прошел дождь, поэтому можно было не беспокоиться из-за погоды, а веселиться от всей души.— О! А ты ловко стреляешь, Кёя, — протянула Анна-Мария, и, с издевкой, добавила: — Но нет так хорошо как Лира.— Сестра! — раздраженно посмотрела на нее Лира, но, кажется, не обиделась. — Так не честно!— Покажи, — протянул перезаряженный пистолет Хани.Лира обреченно взяла в руки оружие и подошла к стойке. Анна-Мария хитро улыбалась.— Что такое? — спросила смущенно Харухи. Такой Райс никто еще не видел.— Стрельба и интриги — коньки моей младшей сестренки, но я никогда не видела ее стрельбу. Итэль говорил, что она может с завязанными глазами попасть в летящую монетку, — улыбнулась Анна-Мария.— Э? — все, кто это услышал, стояли в глубоком шоке.— Ничего подобного. Выиграла я парочку соревнований по стрельбе… И что? — недовольно спросила Лира, нажимая на курок.Дзинь! Дзинь! Дзинь! Дзинь! Дзинь!Все пять пуль попали точно по дальним движущимся мишеням.— Сугой! — выдохнули все.— Вот ваш приз, юная леди, — сказал продавец, протягивая большого пушистого медведя.— Хороший мишка, — тоном знатока сказал Хани.— Метко, — обронил Мори.— Пошли дальше? — спросила полностью смущенная девушка.Дальше были сладости…
Глаза Хани засверкали при виде этого великолепия. Здесь было практически все: и засахаренные яблоки, и сладкая вата, и вагаси, и моти, и амидзю, и данго, и таяки, и ботамочи, и…
Проще сказать чего тут не было, и что Хани вместе с Лирой не смогли попробовать. Остальные хосты и Анна-Мария тоже кое-что пробовали, но они никак не сравняться с двумя главными сладкоежками.Когда надо было уходить, Мори молча потащил упирающихся любителей сладкого, ревевших вслух.Только возле гоночной трассы те успокоились и то — только для того, чтобы посмотреть на гонку близнецов. Уж не знаю, кто из них победил, но повеселились ребята здорово.Потом катались на цепочке, где близнецы закрутили бедного милорда настолько, что он отходил еще долго.Самыми веселыми были горки! Резкие спуски и крутые виражи! Накричались от души.Тамаки и Харухи трясло, поэтому решено было пойти на представление. Тем более что оно начиналось.— Поспешите, заходите! Всем веселья и радости доставим! Лучшее представление в стране! — зазывал клоун.— Так уж и лучшее, — пробурчал Тамаки.— Конечно! Заходите и вы сами все увидите! — с радостной и широкой улыбкой на лице закричал клоун.Места у всех были рядом, только вот двоим нужно было есть выше. На эти места отрядили Отори и Анну-Марию. Лира, немного бледная, сидела рядом с близнецами. Справа от девушки сидел Тамаки в неизменных белых одеяниях, Мори в темно-синем и Хани в нежном красном костюмчике.
?Хи-хи-хи. Прям флаг РФ?, — подумала Лира и, найдя взглядом сестру, пальчиком указала на них. Та понимающе улыбнулась.Вдруг свет погас и разговоры прекратились. Потом раздались редкие неуверенные хлопки, пока не зааплодировал весь зал. Только после этого импресарио вышел на арену.— Дамы и господа, мальчики и девочки! Приветствуем вас под куполом нашего цирка! Сначала я расскажу вам несколько правил поведения в нашем цирке.— Вот скукота, — обратился Хикару к Каору.— Тсс, — прижала палец к губам Харухи. — Начинается.Дядька уже закончил говорить, и на манеж вышла маленькая девочка с огромным шаром. Она вспорхнула на шар и, кружа по манежу, начала жонглировать сначала тремя, а потом постепенно увеличивая количество кеглями.Затем вышел дрессировщик с голубями, фокусник, девушка-канатоходец, пожиратель огня, силач…Кроме белоснежных голубей, участвовали и кошки, и пуделя, и борцовские собаки, и медведи, зайцы, обезьяны. Даже были змеи и крокодилы…Но не они заставили Лиру судорожно сжать руку Каору, а смешной человечек с разрисованным лицом — клоун.Пока другие искренне и звонко смеялись с его проделок, Лира все сильнее сжимала руку Каору.— Что такое? — спросил он, сверкая улыбкой.
— Ничего, — судорожно попыталась улыбнуться девушка. Даже в темноте Каору увидел насколько бледно ее лицо. — Правда, ничего.— Тогда отпусти руку, — шепотом попросил юноша.
— Конечно, — только сейчас заметила Лира и тут же разжала конечность. Каору недовольно ее потер. — Извини, — на этот раз гримаса была похожа не на болезненный оскал, а на робкую улыбку.— Ничего, — сказал Хитайчин, возвращаясь к представлению.А на арене выступали тигры…Остаток представления прошел для Лиры как в тумане. Девушка была погружена в свои мысли и после, поэтому держалась позади.Компания, довольная всем и каждым, решала: куда бы это пойти.— Клоун-тян! — воскликнул Хани.Лира подняла немного сумасшедшие глаза и, резко схватив Анну-Марию за руку, забежала в первый же поворот.Дальше, дальше. Быстрее, быстрее…В голове прочно засела картина из кошмара.— Стой! — девушку вдруг резко потянули за руку, заставляя остановиться— Что? — обернулась она к сестре. — Каору-кун? — от неожиданности Лира прибавила суффикс к имени. — А где?— Где-то там, — кивнул головой в неопределенную сторону Каору. — Второй раз хватаешь меня за руку. Почему?— Извини, извини, — жалобно зачастила Лира. — Я снова приняла тебя за другого.
— Да ничего, — повторился Каору. — А где мы?— Не знаю, — пожала плечами Лира. Ее до сих пор трясло.— Пошли, — решительно потянул Хитайчин девушку к ближайшей свободной скамейке. — Жди, — сказал он, усадив Лиру. — Держи, — протянул девушке только что купленные таяки с шоколадом— Спасибо, — тихо поблагодарила девушка.— Я заметил, что ты их любишь, — впервые в жизни он не знал, что сказать.Молча они сидели под ярким фонарем и кушали лакомство.— Что произошло? — решился спросить Каору.— Ничего, все в порядке, — как мантру несколько раз повторила девушка. Внезапно она резко повернула голову к Каору и спросила: — Можешь побыть моим братом? Недолго. Я тебе все расскажу.В глазах стояло столько страха и лишь пылало несколько искорок надежды, поэтому Каору согласился.Ей нужна моя поддержка. И только!— Все началось в мои шесть лет, — тихим голосом начала Лира, положив белокурую головку парню на колени.Для всех и для меня:Вагаси – это традиционные японские сладости, которые подают к зеленому чаю. Они отличаются от обычных кондитерских изделий тем, что готовятся исключительно из натуральных компонентовАнмидзю — это желеобразные кубики со свежеми фруктами.Ботамочи — сладкие рисовые лепешки с пастой из адзуки.Данго — небольшое пирожное вагаси из сладкой пасты анко, часто подается к столу на тонкой деревянной палочке.Моти — гладкое и тонкое тесто для этих пирожных делается из клейкого риса Моти, начинка — паста из бобов адзуки.