Perdu - Притаившийся (1/1)

Голова нещадно гудела и, если бы я мог, я бы расколол её на две части, чтоб посмотреть кто прошёлся внутри ломом. Болело так же всё тело, будто кровь прогрызала себе путь по сосудам, а не просто текла по ним. Открыть глаза было немыслимой роскошью сейчас. Я просто не мог понять, где они.. Ещё как-то странно подо мной что-то трясётся.Трясётся?Ах, да.. Я же в машине. Ану удалось словить попутку. Только где этот испанец учился водить? Мы же не по горному хребту едем..Сильный толчок заставил моё тело подпрыгнуть на сиденьях. Это было ужасно неприятно, учитывая моё нынешнее состояние, поэтому, глаза я всё же снизошёл открыть. Изображение поплыло и мне пришлось моргнуть раз десять, чтоб настроить резкость. А сфокусировать взгляд удалось только на спинке сиденья перед носом. Машина ходила ходуном так, будто водитель был полнейшим психом. Но два психа для одной машины — это слишком много..

Куда это нас успело вообще занести?Я попытался сесть и первые две попытки кончились тем, что от сильной тряски я едва не протаранил затылком окно. В третий раз я додумался зацепиться за сиденье и мой взгляд упёрся прямо в лобовое стекло. Сказать, что вид метавшейся из стороны в сторону двойной сплошной меня удивил, не сказать ничего. Только после очередной встряски я удосужился посмотреть на водителя..Сильная рука, сжимавшая окровавленное горло уже посиневшего испанца с закатившимися глазами, сжалась ещё сильнее и до меня донёсся хруст шейных позвонков. От этого звука захотелось сбежать. Слышать, как ломается человеческая шея было невыносимым. Но ещё более невыносимым было осознание совершения фатальной ошибки. Мне НЕЛЬЗЯ было идти на крышу.

Мой взгляд против моей воли скользнул вдоль руки, чтоб подняться по плечу, шее и наткнуться на совершенно расслабленное выражение лица рыжего безумца. На меня смотрели смеющиеся тёмно-синие глаза, в которых играло спущенное с поводка безумие. Была отдана команда "фас".

Как-то отдалённо я услышал глухой стук — Ан отпустил уже безвольное тело водителя и тот упал на руль. Машину резко повело в сторону, из-за чего я упал обратно на сиденья, больно ударившись локтём о дверь. Всего несколько секунд мне потребовалось, чтоб осознать всю неправильность положения. Без водителя машина потеряла управление и если Ан не возьмётся за руль, то мы разобьёмся. Что-то мне подсказывало, что делать этого он не собирается.. В своей догадке я убедился, когда он начал перелезать через сиденье, перебираясь ко мне. Я вжался в трясущуюся боковую дверь, желая быть сейчас где угодно, но только не здесь.

Я дёрнулся в сторону, когда Ан полностью оказался на задних сиденьях. Сейчас в его глазах я не видел ничего, кроме безумия. Как тогда в коридоре. Но даже тогда безумие было контролированным. Сейчас его ничего не удерживало. Ещё одна встряска толкнула Ана на меня, но я заметил, что он и не особо пытался удержаться на месте. Мой затылок встретился со стеклом и оглушительный раскат боли на миг выбросил меня из реальности. Жаль, что на столь короткое время..Обнаружить на своём горле окровавленную руку, перекрывающую доступ к кислороду, когда неуправляемая машина несётся по дороге, рискуя разбиться о ближайший столб или дерево.. Это ненормально. Но я сам в это ввязался.— Ан.. — прохрипел я, приоткрыв глаза, чтоб увидеть отсутствующее выражение лица и почти стеклянные от безумие глаза напротив — Отпусти..Конечно, он не отреагировал. Рука на моём горле сжалась сильнее, впиваясь ногтями в кожу. Я чувствовал металлический запах чужой крови, хотя многие утверждают, что кровь для людей не пахнет. Я чувствовал, как эта самая кровь стекает по моей коже, за ворот куртки.. Боже, её так много!— Ан!.. — я закашлялся, когда воздуха не хватило, чтоб договорить.— Тиа.. — голос Ана будто вибрировал.Я закрыл глаза, чтоб не видеть его, но это мало помогло. Я чувствовал его тело, вдавливающее меня в дверцу, руку в крови на моём горле и дыхание где-то в районе шеи.. Голова начинала кружиться в то время, как горло гореть. Если раньше мы не разобьёмся, то Ан меня задушит.. Заканчивать так же, как и водитель, мне крайне не хотелось.

Попробовав оттолкнуть от себя Ана, я сделал только хуже. Он так сильно вжался в меня, что у меня захрустели кости.— Тиа.. — Ан слегка ослабил хватку и я прерывисто вдохнул воздух, тут же закашлявшись — Спаси меня..Я резко открыл глаза, почувствовав, что опора сзади исчезла. Послышался оглушительный скрежет прямо надо мной и сбоку. Звон разбившегося стекла на миг перекрыл все остальные звуки, а затем шею сзади и скулы обожгло болью. Как в замедленной съёмке я наблюдал за тем, как уходит куда-то в сторону крыша машины и сменяется предрассветным небом, как резко Ан подаётся вперёд и обхватывает меня под спину, тут же немыслимо изворачиваясь в воздухе, от чего небо исчезло.. Я видел перед собой только его огненные волосы и вцепился в его плечи, потому что ощущение невесомости меня пугало. Мы летели и это сводило с ума..Очнулся я от сильного удара о что-то твёрдое — дорогу, наверное — и громкого скрежета металла по камню. Тело Ана, на котором я теперь лежал или, скорее, к которому был прижат тисками, даже не вздрогнуло, а я вжался в него сильнее, зажмурившись.

Ещё удар и скрежет уже не прекращался. Я не открывал глаз, представляя, что всё это кошмарный сон и я проснусь в своей постели. Для этого нужно только открыть глаза..

Скрежет смолк, но я не шевелился.— Тиа? — Ан приподнялся на локтях.Я едва смог оторваться от него. Дыхание сбилось, перед глазами плясали какие-то странные пятна, а голова кружилась, как после трёхчасового абонемента на карусель. Избегая смотреть в глаза Ану, я решил, что стоит посмотреть что, всё таки случилось. Первое, что меня поразило, это дверца от машины, на которой сейчас лежал Ан. А ещё то, что мы, похоже, проехали на ней по дороге. Я невольно посмотрел на крепления, вырванные едва-ли не с корнями.Где-то за моей спиной послышался грохот, но я не обернулся, подняв взгляд на Ана. В синих глазах плескалась грусть и отголоски того безумия, что едва не убило меня. Грусть.. кто бы мог подумать, что это чудовище может грустить!.. Я попытался отстраниться от Ана, но его руки всё ещё удерживали меня за спину. Я чувствовал одну между лопаток, а вторую на моей пояснице. Я сидел у Ана на коленях и это не доставляло удовольствия. Кроме того, меня уже начинало колотить — первый шок прошёл и по плану сейчас должна быть истерика. Этого допустить было нельзя..

— Отпусти меня.. — проговорил я.Мой голос звучал хрипло и горло ужасно жгло, но это не остановило. Я всё ещё чувствовал на шее чужую кровь и её нужно было смыть, пока меня не вывернуло наизнанку от того, что кожу начинает противно тянуть. И это было, пожалуй, ещё не самым худшим. "Самым" было то, что я чувствовал недвусмысленную твёрдость внутренней стороной бедра. Этот чёртов ублюдок возбудился из-за убийства?! Из-за чужой крови?!..— Тиа.. — Ан рывком прижал меня к себе и селЕго лицо оказалось на уровне моей шеи и кожи коснулось что-то влажное. Я услышал треск ткани и только, когда спину опалил холод, понял, что Ан порвал на мне куртку. Шею опалило дыханием.— Не двигайся, иначе я прокушу тебе горло. — сказал Ан, забираясь руками под мою куртку.По телу пробежал холодок, когда он начал вылизывать мою шею. Я зажмурился и постарался отрешиться от происходящего, чтоб меня не вывернуло прямо здесь. Он слизывал кровь того мужчины! Его язык плавно скользил по коже, изредка вместе с губами. От каждого прикосновения к моей шее я начинал дрожать от отвращения в его руках. Хотелось убежать, спрятаться, только бы не чувствовать этого.. Ан высвободил одну руку из под моей одежды и резко схватил меня за волосы на затылке, заставляя откинуть голову назад. Перед глазами возникло небо и верхушки деревьев. Шеи снова коснулся влажный язык и мне захотелось кричать от беспомощности. А голос срывать смысла не было. Тот испанец мёртв, а вокруг никого. Я даже не знаю, где мы сейчас. Я отключился и, похоже, проспал всю ночь. И всю ночь я ехал в одной машине с психом и ни о чём не подозревающем человеке, который умер только по моей вине. Нельзя было идти на крышу, нельзя было поддаваться на уловки.. нельзя..Внезапно исчезнувшие с моей спины руки позволили мне упасть и я благополучно встретился затылком с твёрдой дорогой. Моя многострадальная голова и так гудела, как проклятая и ещё один такой удар должен был обеспечить мне сотрясение. Я развалился на дороге, тяжело дыша. Тело сотрясало крупной дрожью и хотелось сделать хоть что-то, чтоб убрать напряжение из мышц, которые буквально сводило судорогой. Я позволил себе лишь один короткий всхлип и перевернулся со спины на бок, пытаясь приподняться на вдруг ослабевших руках. Со стороны Ана послышался тихий, сытый смех. Я коротко посмотрел на него, сразу же отвернувшись, чтоб двойная сплошная не встретила мой вчерашний ужин. Лицо Ана было перепачкано в той крови, что он слизал с моей шеи. Я и сам, наверное, выглядел неважно. Во всяком случае, по ощущениям было именно так.

— Ха-ха.. — Ан посмеивался, всё ещё лёжа на дверце — А ты слаще этой крови, Тиа.. Как неожиданно, малыш! Я-то думал, что ты горький, как ранняя вишня..Меня передёрнуло от этого сравнения и одновременно придало сил. Я смог сесть, но на этом геройствовать закончил. Голову повело ноющей болью и едва снова не встретился ею с дорогой. Меня удержали за плечи и, чёрт побери, я был благодарен Ану, что он это сделал!— Кажется, ты слишком часто бился головой. — голос Ана звучал насмешливо.Его пальцы коснулись моего затылка и я нечленораздельно простонал "прекрати". Эпицентром боли как раз и оказался затылок. И там, судя по ощущениям, было мокро. Кровь..— Полежи немного. — Ан осторожно опустил меня обратно на дорогу, а сам встал.Я не стал смотреть, куда он идёт, а лишь прикрыл глаза и попытался представить, что я парящая над цветком бабочка, собирающая пыльцу.. Так отчим учил расслабляться своих пациентов. И как не кстати это мне помогло.. Но не прошло и пяти минут, как моё только что сотворённое умиротворение разбили чужие руки. Прикосновения Ана теперь вызывали в моём теле только отвращение и я всё никак не мог отделаться от мысли, что я грязный.. грязный так, что не отмыть. Ан приподнял меня, обхватив под спину и закутал в какой-то плед, пахнущий бензином, салоном машины и дымом. Я прерывисто вдохнул влажный воздух и стиснул зубы, чтоб сдержать рвотный позыв. Чтоб не думать о теле того мужчины, всё ещё находящемся в разбитой, по видимому, машине, я стал мысленно считать быстрые удары своего сердца. Оно билось слишком быстро. И затылок начинал болеть сильнее. Особенно остро я почувствовал боль, когда к нему прижалось что-то прохладное. Почувствовался запах спирта и кожу головы запекло. По крайней мере, заражения у меня не будет. Уже радует. И кровь остановится.Ан поднял меня на руки и я невольно уткнулся лицом в его грудь, чувствуя себя так паршиво, что словами описать было невозможно. Меня начал колотить озноб и это было отвратительным в купе с болью в затылке, накатывающей минутами тошнотой запахом крови, который будто въелся в мою кожу.

— Куда ты идёшь? — спросил я, когда смог говорить, а не только бороться с приступами тошноты — Ты хотя бы знаешь, где мы?..— Я знаю, что мы уже далеко от города и этого достаточно. — отозвался Ан и я почувствовал на себе его взгляд, не открывая глаз — Тебя так заботит, куда ты попадёшь?— Меня заботит не собьёт ли тебя какой-нибудь пьяница на своей развалюхе, потому что с тобой сдохну и я. — я проскрипел это, цепляясь руками за пальто на груди Ана.Боль в затылке стала не такой тягучей, как при сотрясениях, но ужасно надоедливой и пульсирующей. Мне повезёт, если не будет трещины. А в то время, пока я рассуждал о своём черепе, руки, державшие меня, резко ослабли и я едва не свалился на дорогу. Впрочем, Ан в ту же секунду подхватил меня.— Не дерзи. — сказал он, в паузе между моим очередным прерывистым вдохом — Мне не нужна длинноязыкая ноша.— У меня есть право оскорблять тебя. — сказал я и, сделав небольшую паузу, чтоб проверить не захотят ли меня снова "уронить" и, не дождавшись подобного, продолжил: Из-за тебя мы едва не погибли, а я уже третий раз ударился головой и вот, что из этого вышло. Я не думаю, что тебе нужна.. "ноша" с сотрясением или открытой черепно-мозговой травмой. Сомневаюсь, что тебе понравится ухаживать за мной.— Закончил? — полюбопытствовал Ан совершенно ничего не выражающим голосом.Я лишь заскрипел зубами и снова затих. Боль делает меня не меньшим безумцем, чем сам Ан. Из-за неё я начинаю звереть и причинять окружающим моральную боль или, выражаясь проще, я трахаю мозги всем, кто рядом со мной до тех пор, пока меня не отрубают слоновой дозой обезболивающего или снотворного. У Ана в наличии нет ни того, ни того. Страшно представить, как этот псих захочет меня.. "успокоить".— Так куда ты идёшь? — спросил я после того, как понял, что Ан сошёл с дороги и даже с обочины.

Он шёл по мокрым листьям, а вокруг нас было немного деревьев. Но главным было то, что моё зрение, резко расфокусировавшееся, уловило огни жилого дома.— Что это? — спросил я, забеспокоившись.Если там будут люди и Ан убьёт их.. этого моя психика точно не сможет вынести.— Успокойся, с меня одного убийства за день хватит. — сказал Ан, посмотрев на меняю.На меня смотрели ничего не выражающие глаза хладнокровного убийцы со снова обузданным безумием. Он снова был относительно вменяемым и мог контролировать свои неконтролируемые желания и порывы. Это почти радовало.— Что это за место? — не унимался я.Ан досадливо поморщился, всё ещё смотря на меня. Его раздражали мои вопросы. Тогда он их ещё наслушается.. у меня их много. Очень много.— Моя личная дыра. — сказал Ан, с минуту помолчав — Тебе назвать точный адрес, чтоб при попытке дозвониться в полицию ты знал, где тебя должны искать?Я постарался посмотреть Ану прямо в глаза и ещё долго молчал, пытаясь найти в этих синих омутах что-то человечное. Не нашёл. Он не человек. Люди жестоки, это правда, но даже человеческой жестокости есть предел. И он наступил ещё тогда, когда Ан убил ни в чём не провинившегося человека, который, к тому же, согласился его подвезти. Практически, это я убил его. Я потянул за ниточку, запустил механизм, нажал на кнопку, открыл ящик Пандоры и так далее.. В общем, виновен я и только я, как бы пафосно это не звучало. И, уж не знаю, что мне могло привидеться, но глаза Ана будто указывали на эту мою виновность.. Тоже мне! Нашёлся тут судья..— Там есть горячая вода? — спросил я, закрывая глаза и затылком чувствуя усмешку Ана — Ванная, есть?— Тебя искупать, как придём? — спросил он.— Да, — я решил не отказываться, чувствуя, что сам едва-ли руку смогу поднять — и ты смоешь с меня эту кровь.Нельзя было истерить рядом с ним. Вот если он заснёт или уйдёт куда-нибудь, тогда поплачусь. Если показать свою слабость сейчас, то можно нарваться лишь на голодного зверя. Пусть думает, что я всё ещё храбрюсь, хоть этого уже и в помине нет. Я хочу сбежать от него и, что является обязательной частью плана, сдать этого психа властям. В любом виде.

— Как скажешь. — хмыкнул Ан.Он остановился, но глаз я не открыл. Я услышал, как скрипнула открывающаяся дверь, а затем почувствовал тепло отопляемого помещения. В нос ударил лёгкий запах еды и кофе. Вопреки порывам моего желудка издать голодное урчание, я снова ощутил приступ тошноты. И вжался лицом в складки пальто на груди Ана так, чтоб полностью перекрыть доступ к кислороду. Над ухом хмыкнули, но я не обратил внимания.— Твою ж мать! — резко воскликнул кто-то.От громкого голоса у меня заныли виски и в голове будто что-то щёлкнуло. Долгожданное бессознание наконец пришло и я с искренним наслаждением принял его объятья, уже отдалённо слыша чьи-то голоса и это уже ненавистное мною "Тиа"..