Глава 4 (1/1)

Как только пришлые ступили на главную улицу города, что кольцом огибала пещеру, поселение пробудилось, словно ото сна: люди не просто выглядывали в окна, а буквально вываливались из дверей, подбегая ближе, чтобы получше их рассмотреть.С не меньшим интересом вертели головами и члены экипажа ?Бетти?. Отовсюду на них глядели бледные, болезненного вида люди, с полупрозрачными глазами и бесцветными волосами. Облачены они были в примитивные одежды и обувь, в туалетах женщин не было и намека на незамысловатое украшение – ни заколки, ни резинки, ни шпильки, не говоря о кольцах, бусах или сережках. Правда, у некоторых представительниц слабого пола на запястьях левой руки тускло поблескивала медная проволока. Видимо, так они давали понять, что связаны узами брака.– У них нет электричества в принципе! – шепнула Линдси в самое ухо Фатту, приподнявшись на носки, чтобы больше никто не услышал. – Везде горят факелы и масляные лампы.– Я заметил. У них много чего нет, я смотрю.– Бедные люди...– Кто их знает? Может, они счастливы.– Даже не знаю. Слушай, Шу, можно я буду все время тереться вокруг тебя? Ты не подумай, ничего эротического, просто мне не нравится, как смотрит тот парень, – девушка легонько кивнула в сторону Стеро, который периодически окидывал ее пронзительным взглядом. – Как его там?– Это твой поклонник. Мне откуда знать? – пожал плечами Фатт, жестом предлагая взять его под руку.– А вот мне не до шуток, – надула губы Торон.– Не злись, я согласен. А тебе не кажется, что я смотрюсь намного старше тебя?– Ой, старик нашелся! Мне тоже, между прочим, уже не семнадцать лет.– А сколько?– А то ты не знаешь!– Не помню.– Двадцать восемь.– Нет, ничего у нас не выйдет! – вдруг покачал головой Шу, отстраняя ее руку от себя.– Не поняла?! Чего это?! – прошипела Линдси.– Я с такими старухами не связываюсь...– Что?!– Ладно, Линд, ну пошутил я! – рассмеялся ее выражению лица грузчик, вновь беря за руку и притягивая к себе. – Не вырывайся, говорю! Не то придется тебе тереться о Ленса или Рихтера. А возле последнего это опасно, он во всем видит эротический подтекст.– Ты прощен, – тут же отозвалась девушка, вплотную прижавшись к нему.– Хватит! – процедил сквозь зубы Гласс, идя следом. – На вас уже все таращатся. Не привлекайте к себе еще большего внимания!– Куда уж больше?! – пожал плечами Фатт. – Они и так нас всех пожирают глазами.– Вот именно это мне и не нравится. Особенно как смотрит на Линдси тот парень, Стеро, кажется.– Я что тебе говорила! – ткнула в бок Шу девушка, а затем вновь повернулась к старпому. – Не переживай, у нас с Фаттом все схвачено!– Да? – округлил глаза Гласс. – Это как?– Увидишь.– Только в губы целовать меня не разрешается даже тебе, поняла? – усмехнулся грузчик.– А если за деньги?– А сколько дашь? – так же шутливо спросил он.– Ах ты шлюшка!– Каждый крутится как может. Не так ли ты заметила по поводу бабки с Нессы?– Ой, заглохни!– Закройтесь, оба! – вновь напустился на них Ленс, не желая даже вникать в суть спора. – Вы похожи на пожилую семейную пару...– В таком случае я требую развода! – вопросительно уставился на Торон Шу, ожидая ответа.– Хрен тебе! Ты дал согласие, вот и терпи.– Проходите в дом, – послышался громкий голос Дебона Кьяви, который открыл перед гостями города дверь в одно из зданий.Команда корабля вошла внутрь и очутилась в довольно обширной комнате, посреди которой стоял длинный стол со стульями по периметру, а в углу теплилась жаровня.За ними проследовал сам Кьяви, его сын Стеро, а также две женщины – одна постарше и пониже, и девушка – тонкая как тростиночка и довольно высокая.– Асья, приготовь нам перекусить. Кания, принеси в дальнюю спальню сухую одежду и полотенца, – распорядился Кьяви, а затем указал пришлым на дверь, что вела вглубь дома. – Пойдемте, я проведу вас в комнату, где вы сможете переодеться, пока ваша одежда обсохнет.– Спасибо за гостеприимство, – сказал Келлан Адамс, следуя за мужчиной. – Я даже не представляю, как вас благодарить.– Лучшей благодарностью будет объяснение о цели вашего визита. Поделитесь?– Несомненно.Компания остановилась у крайней двери в конце коридора.– Чувствуйте себя как дома. Сейчас моя дочь принесет вещи.– Еще раз спасибо.***Молодые люди вошли в небольшую комнату, сплошь уставленную деревянной мебелью ручной работы. У окна стояли две одноместные кровати, а у дальней стены – стол и три стула.Копф не долго думал и принялся раздеваться, бросая мокрые вещи на пол.– Ну ты свинья! Хоть бы подождал, когда я отвернусь! – фыркнула Торон, шокировано уставившись на механика, который уже стоял посреди комнаты в одних плавках.– А если я раздеваюсь для тебя? – нагло улыбнулся тот, а затем медленно, с дурацкой улыбкой на губах, провел рукой по накаченному животу.– Блевать! Буду блевать! – пролепетал Фатт, отворачиваясь и для вящей убедительности закрывая рот рукой, изобразив спазмы тошноты.– Тьфу, блин, Рихтер, прекращай! – отмахнулся капитан. – Я теперь спать не смогу!– Тебе совсем не обязательно думать обо мне перед сном, кэп, – был ответ. Правда, механик уже прекратил изображать из себя хастлера и принялся выворачивать штаны наизнанку.В этот момент дверь в комнату открылась, и в проеме возникла дочь Кьяви, Кания, со стопкой одежды в руках. Девушка так и застыла на пороге, прилипнув взглядом к внушительной, хорошо сложенной фигуре Копфа.К большому удивлению присутствующих, при появлении постороннего лица Рихтер встрепенулся и прижал к груди мокрые брюки, пытаясь скрыть свое почти обнаженное тело.Немая сцена явно затянулась, а потому Ленс мученически закатил глаза и громко кашлянул, словно прочищая горло.Дочь хозяина дома вздрогнула, перевела взгляд на мужчину и несколько раз моргнула. А затем быстрыми шагами подошла к столу и положила на него стопку вещей, уже не буравя взглядом полуголого гостя, после чего так же стремительно покинула комнату.– Вот скажи-ка мне, озабоченный друг мой, – повернулась к механику ?Бетти? Линдси, уперев руки в боки и недовольно сдвинув брови, – почему это ты застеснялся взгляда этой девчушки, тогда как постоянно пытаешься привлечь это?!– Да. Без природного тепла, солнечного света и постоянного свежего воздуха не может появиться здоровое потомство.– Да еще тут плохая система вентиляции. На нас это не сказывается, потому что мы пришлые, а вот все атмосферные и природные шлаки летят сюда и загрязняют воздух, что тоже приводит к мутациям, – заметил Гласс, запомнивший слова Копфа.– А почему они так странно смотрели на нас? Неужели к ним редко залетают корабли?– Еще как редко! – ответил Рихтер. – Этот парень, Кальсо, сказал, что почтовые и грузовые корабли появляются здесь всего три-четыре раза в год. И не думаю, что они всем составом шляются по городу. Сдали на руки груз и улетели по своим делам.– И выглядим мы чересчур здоровыми, большими – даже я! – загорелыми и невероятно красивыми, – заметил Фатт, натягивая хлопково-крапивный свитер.– Да, красивыми... Даже ты! – усмехнулся Копф.В ответ ему под нос был подставлен средний палец левой руки грузчика.– Ясно. Слушай, капитан, давай найдем заказчика и дадим деру. Мне тут не нравится, – плаксиво потребовала Линдси.– А кто сказал, что ради всего этого, – Шу развел руками, – стоило искупаться в подземном озере? Уж не ты ли?– Я воды наглоталась, вот и помутнение случилось. И вообще, говорила-то я о городе, а не о его странных обитателях!– Я сам хочу поскорей убраться отсюда. Все оделись? – Келлан оглядел свою команду. – Тогда пошли.***В столовой уже был накрыт стол, за которым разместились члены семьи – хозяин и хозяйка, а также их сын с дочерью. При появлении гостей Дебон встал, приглашая молодых людей сесть и разделить с ними пищу.– Спасибо! – кивнула Линдси Фатту, который принялся изображать из себя джентльмена и придвинул ей стул.Копф вскинул брови, заметив этот непонятный ему маневр, но задавать вопросы не стал, чтобы лишний раз не привлекать внимание Кании, которая старательно прятала взгляд.Когда все расселись, хозяйка дома кротко улыбнулась и предложила присутствующим прочесть молитву. Враз обитатели дома схватились за руки, а затем вопросительно посмотрели на гостей, которые удивленно переглядывались, не зная, как реагировать.– Вы не верите в Бога? – спросил Стеро, вновь прожигая взглядом Линдси насквозь.– Ну, это зависит от того, что подразу... – пространно начал Шу, на ходу придумывая объяснения их заминке.– Верим! – серьезно ответил Келлан, схватив за руки сидевших по обе стороны от него Рихтера и Ленса, взглядом призывая остальных замкнуть цепь.Когда все девять человек сцепили руки, склонив головы и закрыв глаза – команда решила скопировать движения хозяев дома, чтобы избежать недопонимания, – Алья заговорила тихим, проникновенным голосом.– О всемогущий Отец наш, спасибо тебе за пищу, которую ты даешь нам, за тепло и уют, за здоровье наших близких... Молим тебя лишь об одном – огради сидящих здесь от страшных умыслов и бед, которыми полнится наша земля, от монстра, что не дает покоя нашему городу, а также...При упоминании о монстре Линдси приоткрыла один глаз, немного приподняв голову, и посмотрела на капитана, который во все глаза уставился на хозяйку дома, не понимая, к чему она упомянула о каком-то там монстре. Келлан заметил движение со стороны девушки и, удивленно скривившись, пожал плечами. Торон покачала головой в ответ, решив, что это была фигура речи.– ...Аминь! – закончила молитву Алья, потому все повторили последнее слово и разорвали цепь, взявшись за приборы.Кания, следуя кивку головы матери, принялась ухаживать за гостями, предлагая откушать то или иное блюдо. Вскоре тарелки были полны еды, и молодые люди с энтузиазмом накинулись на снедь.– Что это? – спросил Фатт, прожевав кусок скользкого нечто и с трудом проглотив его, стараясь не передернуть плечами.– Вкусно, не так ли? – расплылся в искренней улыбке Дебон, с любовью и благодарностью посмотрев на жену. – Алья превосходно готовит грибы!– Грибы?.. Ах, грибы! – решил не показывать своего невежества грузчик. – Да, очень вкусно!– Видите ли, здесь, под землей, гриб – один из основных продуктов питания, потому что хорошо растет даже без солнечных лучей.– Как интересно, – сдавленно сказал Ленс, пытаясь протолкнуть в пищевод очередную ложку скользкой прожеванной субстанции, все норовившей выпрыгнуть обратно.– Ха! Вы еще не пробовали наш грибной чай! Поверьте, это нечто! – улыбнулся Стеро, с энтузиазмом поддерживая отца.– Жду не дождусь! – расплылась в улыбке Линдси, пытаясь подавить желание выплюнуть только что отправленную в рот порцию грибного паштета, который на вкус напоминал резину и ничего более.– Что еще вы выращиваете, кроме грибов, крапивы и хлопка? – решил блеснуть осведомленностью Рихтер, который, казалось, с удовольствием поглощает необычную пищу.– О, вы знаете о крапиве и хлопке?! – пришла в восторг Алья. – Вам нравятся свитер и брюки?– Очень. Они такие теплые! Я даже не представлял, что в одежде из волокон растений может быть так комфортно.– Я рада слышать. Всю одежду, что носят в этой семье, я ткала сама. А сейчас пытаюсь научить Канию этому ремеслу, ведь она уже достаточно взрослая, чтобы начать помогать мне на фабрике.– Невероятно! Вы мастерица на все руки!У Линдси и Ленса отвисла челюсть – от Рихтера сложно было добиться хотя бы улыбки одобрения, а тут такой поток комплиментов!– У вас и фабрика есть? – встрял в разговор Келлан, отложив на время вилку, чтобы лишний раз не провоцировать возмутившийся желудок.Адамс пытался сфокусировать внимание на ответе хозяина, но мысли все равно возвращались к скудному ужину.Сейчас белковые добавки показались бы разносолом! Как эти бедные люди могут жевать всю эту дрянь с утра до вечера и не корчиться в предсмертных коликах?! Господи, я начну в тебя верить, если только завтра проснусь живым!..– ...и мы должны помогать общине. Это, в первую очередь, наш долг. Вы понимаете?– Да, конечно.– А воду вы берете в том озере, где мы имели удовольствие искупаться сегодня днем? – спросил Гласс, всем своим существом желая услышать отрицательный ответ.– Да, ведь больше негде, – ответила Алья Кьяви. – На поверхности водоемов нет, одни болота.– Погодите, вы носите воду вручную? – спросил Фатт. – По дороге сюда я не заметил ни одного крана или колодца...– На краны, трубы и колодцы нужны деньги. А откуда им взяться? Мы выращиваем лишь свиней и грибы, которые реально можно на что-то обменять. А в числе предметов первой необходимости ни труб, ни кранов нет, – развел руками Дебон.– Спасибо за вкусный ужин! – вдруг нарушил тишину Фатт, насильно проглотив последнюю ложку, чтобы не обижать гостеприимных хозяев, и отодвинул тарелку подальше.– На здоровье! Может, добавки?– Нет! Спасибо, но у меня правило – не наедаться на ночь! – на ходу придумал Шу, чтобы оправдать свой излишне поспешный ответ.– Но до ночи ведь еще так далеко!.. – недоуменно сказала Кания, забыв, что пообещала себе не заговаривать в присутствии незнакомцев, а потом сразу быстро опустила голову, потупив взгляд.– Ну, правило – есть правило, – добродушно улыбнулась хозяйка, вставая из-за стола, чтобы прибрать и вскипятить воду для чая.– Итак, давайте вернемся пока к цели вашего визита на Зим, – решил прояснить Кьяви, откинувшись на спинку стула.– Мы ищем некоего Оми Ховру. Скажите, он ведь в этом городе живет? – ответил Келлан.Гости заметили, как члены семьи Кьяви быстро переглянулись между собой, не спеша с ответом.– Что такое? – спросил Ленс, видя их замешательство. – С мистером Ховру все в порядке?– Боюсь, что вы опоздали, – ответил Дебон, заметно сникнув. – Мне жаль приносить вам такое известие... В общем, Оми, наверное, уже мертв.– Простите, я не совсем понял значение фразы ?наверное, уже мертв?, – покачал головой капитан ?Бетти?, желая услышать вразумительный ответ.– Ну, видимо, придется вам рассказать. Хотя очень хотелось избежать подобного.– Что рассказать? – не поняла Линдси.– Это будет долгая история, но я попытаюсь сократить ее для вас.– Да, пожалуйста.– Видите ли, с незапамятных времен, еще когда нашу луну только подвергли терраформации и заселили первыми колонистами, совет Нен-Кемена не удосужился проверить звезду на наличие других ?поселенцев?, которые жили тут, наверное, с самого сотворения Галактики Треугольника. Сразу обнаружить ксеноморфов не представилось возможным, и только тогда, когда луна полностью заполнилась кислородом, они стали выходить на поверхность из недр вулканов.– Простите, что значит ?ксеноморф?? – спросил Фатт, решив, что ослышался.– Это инопланетный вид представителя фауны. Переводится на единое наречие как ?чужеродная форма жизни?, – с готовностью ответил Стеро.– Спасибо за пояснения.– Судя по легендам, это были двадцатиметровые существа, с тяжелой поступью, устрашающей наружностью и таким жутким рыком, что рокот их рева сотрясал землю. Так как мы находимся в отдалении и плохо оснащены технически, помощь прибыла не скоро, а потому к тому моменту погибло очень много колонистов, – вновь взял слово хозяин дома.– Ваши предки видели этих существ? – пытался поверить в рассказ Рихтер, умело скрывая ироничную улыбку.– Да, и многие погибли, защищая свою жизнь и жизни других людей в неравном бою, – кивнула Алья. – Продолжай, Дебон.– Но, видимо, кислород плохо повлиял на организм этого ксеноморфа, потому что они стали умирать один за другим по непонятным никому причинам. И к моменту приезда спасательной экспедиции луне больше ничего не угрожало.– Военные осмотрели поверхность? – спросил Фатт.– Да. Повсюду лежали туши мертвых монстров, и в живых не осталось ни одного. Уверен, даже сейчас вблизи вулкана Имор лежат огромные скелеты этих существ, – кивнул Дебон.– Тогда я не понимаю, почему в молитве Алья упомянула этих монстров...– Видите ли, Келлан, один из них невероятным образом выжил, – ответила хозяйка дома, печально улыбнувшись.– В смысле? Он что, внезапно очнулся ото сна?!– Мы думаем, что одно из яиц, отложенных самками ксеноморфов в те давние времена, по необъяснимым причинам сохранилось в тепле вулкана и теперь, когда Имор набирает силу перед выбросом, вылупилось. Молодая особь приспособилась к жизни в новых условиях и теперь дышит вместе с нами одним воздухом, который не причиняет вреда ее организму. Тогда-то и начали пропадать жители города, но мы не придавали этому значения, так как чудовище было еще молодо и крайне осторожно.– Вы его видели? – широко распахнула глаза впечатлительная Линдси, стараясь совладать с дрогнувшим голосом.– Нет, но слышали и видели его тень.– Вы сказали, что монстр огромен, как же видели его тень, а не само тело? – покачал головой Гласс, отпивая грибную настойку.– Мы уже говорили, что редко выбираемся на поверхность, и даже тогда далеко от города не уходим. И в одну из таких вылазок наши связисты, которые отправились наладить связь с грузовым кораблем, услышали устрашающий рев и увидели огромных размеров тень на облаках. Чудовище двигалось медленно, оглушающе рычало, а земля под его ногами тряслась от поступи громадных лап. Связисты вмиг забыли о задании и ринулись обратно под защиту города. Мы тогда закрыли на время проход, чтобы дети ненароком не выбежали и не попали в пасть ужасного монстра.– А почему мы ничего не слышали, когда пришли сюда? Да и теплодатчик не показал присутствия чего-то большого и теплокровного, – заметил капитан ?Бетти?.– Днем оно спит, а вот ночью выбирается на поверхность из Имора в поисках пропитания, – тихо ответила Кания, поежившись.– Так, это все прекрасно, но скажите, Ховру выбрался наверх и попался? – перешел к сути Рихтер, заскучав.– Не совсем, – хозяин дома окончательно скис, понурившись. – Я еще не рассказал вам всего.– Так поделитесь.– Чудовище стало нападать на наш город снаружи, круша все на своем пути. Вероятно, оно почувствовало тепло наших тел и запах ?мяса?. Девять лет назад случился обвал главного тоннеля, который выходил на каменный лес. Это была не чистая случайность – ксеноморф обрушил его. Нам пришлось прорывать новый ход, чтобы выжить и починить один из вентиляторов, разгромленный этим существом.– И именно тогда, пока мы были в изоляции от всего мира, нашему пастырю снизошло озарение. Бог говорил с ним и приказал задобрить чудовище.– Это каким же образом? – усмехнулся Шу, окинув Алью удивленным взглядом.– Дань. Мы должны были поставлять ему съестные запасы каждый месяц. Но и на этом кара не прекратилась. Ксеноморф продолжал совершать вылазки и нападать на твердыню вулкана, постепенно разрушая поверхность.– Пастырь сказал тогда, что монстру мало четырех свиней в месяц, так как он огромен и постоянно голоден, – перебил жену Дебон. – Потому нам пришлось увеличить их количество, обделяя себя и своих детей, но еще прибавить к дани трех жителей города.– Не понял! О чем это вы?– Мы приносим людские жертвы, вот о чем мы! – вскинулся Стеро, тяжело опустив голову на грудь.– Людские жертвы?! Какой ужас! – судорожно вздохнула Торон, закрыв рот рукой.– Нам ничего не оставалось делать. И знаете, пастырь был прав. Чудовище успокоилось. Оно больше не нападает на город. Иногда мы слышим его рев и дрожание земли, и это единственное доказательство того, что оно все еще живо.– И где этот ваш пастырь?– Умер семь лет назад. Правда, с его преемниками бог пока не говорил, ведь необходимости нет – мы честно выполняем его заветы.– Заветы?! Отправлять на смерть ни в чем не повинных людей – это, по-вашему,божественный завет?– Да, Келлан...– И как осуществляется выбор жертв?– Мы тянем жребий. Каждый месяц община собирается на площади, и тогда решается, кто отправится в свой последний путь к Имору.– А потом?– Трое обреченных в сопровождении провожатых несут свиные туши к дому жрецов, где проводится ритуал очищения души. А после обряда они отправляются в сторону вулкана, чтобы никогда больше не вернуться. Провожатые же возвращаются в город.– Ховру вытянул жребий?– Да. Это произошло три недели назад.– Значит, в последующие семь дней вам придется решить, кто отправится следом? – спросила Линдси отрешенно, покачав головой.– Совершенно верно.– А вы не пробовали убить монстра? – развел руками Копф.– Шутите?! – воскликнул Стеро. – Как, по-вашему, мы сможем это сделать? У нас даже оружия нет!– Зато есть у нас!– Рихтер! – предупредительно взмахнул рукой Адамс. – Не смей...– Подожди, кэп...– Ты хочешь сказать, что сможешь нам помочь? – Кания широко распахнула глаза, воззрившись на механика с такой неописуемой надеждой, что капитан на мгновение пожалел о своем малодушии, когда хотел запретить Копфу вмешиваться в жизнь несчастных ?альбиносов?.– Ничего я не хочу сказать. Сначала надо все проверить.– Рих, нам надо поговорить! – Адамс решительно поднялся, схватив механика за плечо, и поволок в сторону той комнатушки, где экипаж совсем недавно переодевался.