4. Алхимия Алой Ртути (1/2)
…С каждым днем мир все больше сходил с ума. Тогда я даже не понял, что произошло. Просто почувствовал сильнейшее возмущение астральной энергии. Игнорировать было нельзя, и пришлось отправиться туда… На том месте, где разошлись наши дороги в прошлый раз, я их и обнаружил. Честно признаться себе, сперва мне почудилось, что это Тени вышли из мрака. Больше никем другим вообразить то желтоглазое существо я попросту не смог. Но внезапно Тень, обычно промышляющая при помощи клыков, швырнула в меня чем-то, чуть не срезавшим ухо. Спасла меня лишь реакция, появившаяся за годы салочек с Тенями. В этот момент плащ незнакомца, весь покрытый грязью, развернулся, и я увидел у него на коленях девушку. Лишь через несколько секунд я узнал ее, до того изменили черты лица мертвенная бледность и холодная маска покоя. Но все-таки это была она. Рыжая ведьма. Эйра.
― Что с ней произошло? Ты позволишь мне помочь ей? – спросил я у ее спутника. Пришлось снова выдержать испытание обжигающим взглядом. Я уже было хотел отвести глаза, но тут он, видно, что-то для себя решив, поднялся с земли и, отойдя от девушки на несколько шагов, встал поодаль. Одна рука незнакомца легла на ножны клинка, неоднозначно намекая на то, что ненужных действий лучше не совершать, вторая же сбросила капюшон. Тут я остолбенел окончательно.
В двух шагах, многозначительно на меня косясь, стояла ожившая статуя храма древних. Нет, вру, даже древним не удалось передать всего величия расы, представитель которой стоял сейчас передо мной. Хотя, может я и преувеличиваю, все-таки первый раз в жизни судьба сводит меня с самым что-ни-на-есть настоящим эльфом.
Конечно, прежде всего, все внимание привлекали к себе глаза, слегка раскосые, невероятно желтого цвета, словно глаза хищника. Пепельно-серая гладкая кожа, изящные черты лица. Стриженые пушистые иссиня-черные волосы, густой шапкой скрывавшие длинные заостренные уши. Никаких украшений или талисманов, лишь дорогой клинок в серебряных ножнах со странной гравировкой. Одежда и плащ же выглядели так, словно эльф с неделю шатался под проливным дождем.
― Ты собираешься ей помочь или как?! – заметив мой взгляд, рыкнул ?высокородный?. Даже я заметил, каких усилий стоило ему не сорваться на крик. Про себя лишь отметил, что заговорил эльф на чистом коэранском[5] языке.
Не мешкая более ни секунды, я бросился к Эйре. Она тоже была с ног до головы мокрой, но не только от влаги. Всю левую половину ее рубашки пропитала кровь. Только не это! Без колебаний я разорвал тонкую ткань. Нет, пронесло… Рана, скорее всего от стрелы, была куда выше сердца. И из этой раны до сих пор сочилась кровь… Проклятье! Сколько же крови она потеряла?!
― Эй, ты! – крикнул я неожиданному охраннику, забыв про всю его породистость,― сколько крови она потеряла?
― Не знаю,― прозвучал приглушенный ответ через некоторое время. ― Я шел за ней по следу поискового амулета. Когда я нашел ее, за ней уже тянулся кровавый след.
― Стрелу ты вырезАл? ― Вместо ответа кивок.
Ни на что не надеясь, я попробовал ?позвать? ее душу. В свое время это помогало, но только с теми, кого я хорошо знал… Зов захлебнулся. Не веря самому себе, я повторил попытку. То же самое.
― Проклятье! – процедил я сквозь зубы. ― Ее душу что-то держит.
Или кто-то… По спине против воли пробежала дрожь. Даже десять с лишним лет спустя я хорошо помнил, кто и, главное, зачем блокирует доступ к духу. Это значило лишь одно – у Эйры есть шанс.
― Эльф! Слышишь меня? У тебя есть нож?
Остроухий моментально насторожился и недоверчиво посмотрел на меня. Но сейчас было не до игры в гляделки.
― Хочешь, чтобы она выжила? Давай сюда нож или еще что-нибудь острое! Она потеряла слишком много крови, и душа не может вернуться обратно.
Эльф уставился на меня, словно я был полоумным фанатиком, сбежавшим из дома Блаженной Терезы[6].
― Я смогу поместить в ее тело чужую кровь! И она выживет! Теперь терять нечего, уж поверь мне!
Все так же, не произнося ни слова, эльф подошел ко мне. В руке его блеснул кривой охотничий нож… Вот демон, и кто ж меня за язык тянул… Но предполагаемый убийца совершенно спокойно прошел мимо меня, на ходу закатывая рукав куртки. Только тут до меня дошло, что он собирается делать.
― Стой! Уж не знаю, чем ты так ей обязан, но смешение человеческой и эльфийской крови наверняка ее убьет!
Нож опустился, едва поднявшись.― Что же ты предложишь? – наконец решив заговорить со мной, спросил эльф.― Твой клинок остр, я знаю это, эльф. Я чувствую металл. Моя кровь больше придется ей по вкусу, эльф. Поверь, не только ты ходишь у нее в должниках…
― Если ты спасешь ее, я останусь в вечном долгу перед тобой, целитель,― ответил тот.
― Я хочу попросить тебя лишь об одном – если всё… получится, как должно, она никогда не должна узнать об этом. Я не хочу связывать ее свободу обязательством крови. Поклянись.
― Даю слово, целитель.
И что все так любят причислять меня к чужим отраслям магии?! Может, повесить на грудь табличку ?я не маг!??! Ну ладно еще эта парочка, но ведь и в Управлении измывались как хотели, чуть только шаманом не называли! И за что так нас, алхимиков, не жалуют…
Додумать я не успел, как ощутил сильный удар по правому плечу. Сперва я даже подумал, что эльф промахнулся и саданул тупой стороной меча, но, дотронувшись до предплечья, ощутил на пальцах влагу. Лишь тогда пришла боль, огненным хлыстом выбившая невыносимо яркую вспышку…
Мне, должно быть, очень сильно везло, но за свои почти два десятка я, по сути будучи солдатом, ни разу не получал сильных ранений. Возможно, это было потому, что, в какую бы команду я ни попадал, большей частью находился в резерве как телепортист. Так что самой крупной травмой за все время службы был подбитый самой Вилееной, уже не помню за что, глаз…
Придя в себя после первой вспышки, я как мог сконцентрировался. Капли крови перестали бездумно орошать землю и начали собираться дюймах в десяти над землей, словно какая-то невидимая плоскость преградила им путь. Кровавые полоски растекались в разные стороны, замыкаясь в круги, соединенные цепью линий и знаков. Я не вмешивался в танец крови, лишь в самом начале задав направление. Да и сил, честно говоря, на это уже не оставалось. Я едва держался на ногах. Нет, все-таки алхимия Алой Ртути[7] чересчур сильна для меня…
Наконец, круг замкнулся. Теперь он просто медленно вращался в воздухе. В центре его загорелась та самая руна, похожая на зеркало, что была выбита в скале. Руна Ветра. И… круг обрушился. Светящиеся почему-то золотом линии и руны оплетали тело девушки, въедаясь в кожу, оставляя несмываемый рисунок. Порождение рун дважды вспыхнуло и исчезло, словно не было ни Алой Ртути, ни золотого плетения. А вместе с ними погас и окружающий мир…* * * * *…Я так и не понял, от чего очнулся – то ли от особенно сильного болевого импульса, то ли от очередного кошмара. Но этому ?что-то? удалось моментально пробудить мое сознание. С трудом открыв глаза, я попытался оглядеться. Не скажу, что получилось, но все же кое-что обнаружилось. Намокшая от крови повязка на моей руке. Алая Ртуть за прошедшее время и не подумала остановиться, но механизм алхимического поглощения, который я все же успел сплести перед падением, работал исправно. И, хоть и ощущение было не из приятных, смерть от потери крови мне не грозила.
Однако попытка подняться на ноги ничем хорошим не увенчалась,― земля, словно во времена больших расколов, ходила ходуном под ногами. Удержался от падения я лишь благодаря помощи эльфа, так, кстати, и не назвавшего мне свое имя, который весьма бесцеремонно схватил меня за воротник куртки. Воротник, уже как минимум год державшийся только на алхимии, угрожающе треснул, и остроухому пришлось меня отпустить.
― Побереги силы, целитель,― неожиданно первым заговорил эльф. ― Ты потерял много крови.
― Да уж поменьше, чем она,― умышленно пропустив предупреждение мимо ушей, я снова поднялся и, опираясь на плечо воина (хотя, если быть честным, больше желтоглазый походил на мастера-вора… но в то же время меч вместо лука… как же все запутанно…), потихоньку направился к поваленному дереву – самому близкому к той точке, где лежала Эйра. Девушка уже не была такой бледной, как поначалу, но все равно пока тело оставалось безжизненной оболочкой. Кто бы там ни был, он все еще не хотел отпускать душу.
― Да, и завязывай называть меня целителем. До целителя мне, как тебе до некроманта,― за столь непочтительное сравнение я удостоился хмурого взгляда в свою сторону,― я самый обыкновенный алхимик. Расс.
― Сор,― ожидаемый список званий и титулов за именем не последовал,― алхимик, говоришь? Ты не из Колыбели,― эльф предпочел назвать свой мир на кирианский манер. Я неуверенно кивнул. Раскрывать свое происхождение пока не хотелось, но, демон знает, что тогда придет ему на ум… ― В нашем мире последние Мастера Алмазной Пыли[8] были уничтожены двести лет назад,― заметив мой недоуменный взгляд, счел нужным пояснить Сор.
Уничтожены… Пожалуй, грех жаловаться на судьбу. Мне еще крупно повезло, что я родился в мире, считающем алхимию банальным источником телепортов… Нехватка сил, вытекающих вместе с кровью из глубокого пореза в плече, снова дала о себе знать, и, не выходя из этих малоприятных мыслей, я вновь провалился в сон…* * * * *…Сон и быль перемешались. Сила стремительно утекала вместе с кровью через незаживающую рану, а для того, чтобы остановить кровь магически, не хватало сил. Замкнутый круг. Ладно еще печать поглощения не давала Алой Ртути покинуть тело.
Не знаю, сколько раз я уже проваливался в забытье и сколько раз выныривал из него. По словам эльфа, с момента их появления здесь прошло около четырех дней. Но я уже ни в чем не был уверен после того, как узнал у него соотношение дат. Июль, 503 год от раскола миров… Демон побери, значит, все мои расчеты неверны! Один цикл в мире Грани – как минимум двое суток. С момента моего исчезновения прошло не полтора года, а три с лишним… И итого мне уже двадцать с половиной лет… Через полгода я имел бы полное право претендовать на одно из кресел придворных магов Аэрнии… Как говорится, последнее слово всегда за Предвечной Душой.