Часть 5 (1/2)

– Уже встал? – Эрик потянулся, приподнимаясь. – Думаю, нужно вылезать из леса потихоньку и поспать уже на нормальной кровати. Шаэ? Эй, ты в порядке?Эрик подался к Шаэ и, чертыхнувшись, вернулся, натягивая штаны. Только потом повернул к себе застывшего около костра парня.

– Твою мать, ты сколько здесь сидишь, ты же ледяной, – поперхнулся рыцарь, быстро потрогав щеки и шею мага.

Маг дрогнул, глаза медленно распахнулись во всю ширь, но он не смотрел на Эрика, скорее куда-то в землю. По телу прошла судорога.– Извини. Не трогай, меня нельзя, нельзя!

Будь на месте Эрика кто-то другой, этот кто-то отодвинулся бы, испугавшийся истеричного крика и искреннего ужаса, читающегося во взгляде Шаэ. Но у рыцаря была своя точка зрения на всё, и уважение чужого пространства для страданий в неё точно не входило.– Ты чего с ума сходишь? – он встряхнул парня, поднимая его голову за подбородок, заставив посмотреть на себя. – Почему это нельзя?

– Грязь, – выдохнул Шаэ, пытаясь сжаться ещё сильнее, хотя казалось, что больше уже некуда. Он попытался и лицо отвернуть, но Эрик не дал, перехватив покрепче. Дернувшись, Шаэ сдался. – Как ты не понимаешь. Темные – живут в грязи, мы покрыты ей, переполнены – она везде. Это нормально. Мы так и должны. Это плата. За всё должна быть плата, – он зажмурился, губы задрожали, и рот искривился, будто он запихивал в себя эти слова, как горькое лекарство.

– Светлым нельзя опускаться до нас. А нам нельзя … я не хочу обманывать, мне нельзя хотеть. Нам это недоступно. Грязь должна оставаться в грязи. Грязь нужно уничтожить.

– Чего хотеть? – спросил рыцарь, легонько сжимая пальцы, чтобы парень не отвлекался.

– Тепла, – выдавил Шаэ, и будто только после этого до него дошел смысл сказанного. Он покривил душой – не совсем то хотело сорваться с языка, но и это слово в итоге показалось слишком… запретным? Парня вновь скрутило судорогой, и он дернулся, попытавшись отползти, пальцы сжались, обхватывая колени. В этот короткий миг он открылся – и тут же попытался убежать, чтобы это не успели заметить.

Фыркнув, Эрик подался вперед и поцеловал его.

Застыв в первые мгновения, не веря в то, что это и правда происходит, Шаэ почти сразу сжал пальцы, до побелевших костяшек, до боли. Он зажмурился, по телу пробежала дрожь, а потом парень обмяк. Не расслабился – пальцы продолжали судорожно комкать штанину, но, похоже, он просто не мог в этот момент контролировать всё тело.

Не разрывая поцелуя, Эрик отодрал пальцы парня от штанов и усадил Шаэ к себе на колени, обхватывая руками и прижимая. Скорее, это было сделано не из какого-то нежного порыва, а чтобы согреть – просидевший всю ночь в одной позе, маг напоминал больше ледяную статую, чем человека.

Отодвинулся Эрик только когда парень уже успокоился. С силой растер его предплечья, а потом наградил звонкой оплеухой.– Ты придурок, – констатировал рыцарь. – Ведь не спал же, да? Учти – я тебе отдыхать не дам, разве что на привале подремлешь и то немного, понял меня?Усадив помятого и ошарашенного мага в ворох одеял, рыцарь поднялся, потягиваясь и разминая затекшую за ночь спину. Он выглядел бодрым, и настолько… привычным, что и произошедшее ночью и утренний поцелуй теперь казались Шаэ каким-то странным, причудливым сном.

С другой стороны, бессонная ночь давала свои преимущества – сейчас маг не имел возможности переживать на счет чувств, эмоций и прочих глупостей, связанных с самокопанием. Единственное, что составляло смысл его существования в те моменты – были попытки не уснуть.

Впрочем, уснуть не давал и Эрик – прекрасно замечающий сонное состояние своего пленника и отвлекающий разговорами. В основном он интересовался тем, как Шаэ жил до своего темного царствования. Парень нехотя рассказывал, впрочем, иногда даже увлекаясь, когда вспоминал о каких-то приключениях с сестрой. Вот что-что, а попадать в совершенно невероятные переделки она умела лучше всего на свете.

Похоже рыцарь, пытая таким образом мага, просто ловил момент, пока парень был не в состоянии от него отговариваться, и можно было вытянуть как можно больше.

Наверное, это любопытство его, в конечном счете, и подвело. Шаэ не успел понять, что произошло, как Эрик странно дернулся, лапнув себя за бок. Когда он повернулся к магу, чтобы удостовериться, что тот в порядке, то маг увидел древко стрелы, скрывающееся сейчас в широкой ладони рыцаря.

На дорогу выбежали люди и, судя по арбалетным болтам, направленным на путников – настроены они были не очень дружелюбно.

– Кошелек или жизнь? – хмыкнул Эрик и тут же поморщился, сгибаясь. Шаэ как завороженный проследил взглядом гримасу боли, что искривила лицо рыцаря, он даже не заметил, что мужчина совсем не испуган, и что слишком спокоен для такой ситуации. Руку, потихоньку скользившую к карману, парень тоже не увидел – в тот момент для него существовала только боль, которую причинили рыцарю. Шатнувшись в седле, на мгновение теряя концентрацию, Шаэ пробормотал:– Как?

Разбойники кричали что-то о деньгах и о том, что всадники должны спешиться, но маг их не слушал. Постепенно его голос креп:– Как вы посмели?

Он почувствовал, как внутри сворачивается в тугой шар злоба. Он так много стенал от отвращения к себе, что почти забыл о своей настоящей силе – и именно это ранило того кто, уж что скрывать, стал ему дорог.

– Как вы посмели?! – крикнул он и, не обращая внимания на истеричный крик внутреннего голоса: ?Сейчас же день, идиот!?, отпустил свою ненависть на разбойников.

Эрик же, почуявший магию, поспешно пригнулся, убирая руку с меча.