Глава 14. На пороге рассвета (2/2)
Змееуст начал лихорадочно нашептывать другие заклинания, но Фирг с недюжинной силой трепал его, как куклу, раз за разом выбивая из лёгких воздух и не давая закончить плетение слов. Слизерин чувствовал, как гнев внутри кипит и клокочет, разъедает барьеры и проникает в самые глубины, с таким трудом замурованные прежде. Сквозь щели и трещины – пока крохотные, но постепенно расширяющиеся, ползла тьма, жаждая подчинить волю и силу, разум и чувства.- Прекрати это сумасшествие! – выкрикнул Слизерин, сам толком не понимая, к кому именно он обращается.Фений снова совершенно по-магловски ударил его, а потом проревел раненым животным и пнул на землю.Маг упал, перекатился и вскочил снова на ноги. Тьма бурлила в нём, придавая силы и питая магию.В мгновение ока путы обернулись змеями и покинули запястья, мигом бросившись к нападавшему. Бриан захлебывался скулежом и поочередно бросался то на Фирга, то на Слизерина, и последний метнул в животное усыпляющие чары и повернулся к фению, готовый отразить атаку. К удивлению, зельевара, воин не попытался хоть как-то одолеть веревки-змеи – он лишь отскочил в дальний угол, выставил меч и палочку, готовый обороняться, и принялся сыпать проклятьями в адрес противника. Змееуст изо всех сил боролся с внезапно вырвавшейся тьмой, жаждущей умыться кровью обидчика, тянувшейся вырвать его строптивое сердце и скормить ярости. Он сжал ладони, до крови впившись в них ногтями, погасил зародившиеся тёмные чары на кончиках пальцев, посмотрел на перекошенное от смеси ужаса и ненависти лицо Финнгрифа и вскинул руку вперёд. Глаза Финна казались больше обычного, а зрачок почти затопил всю радужку. Казалось, глазами воина на колдуна смотрит сама тьма. Не дожидаясь, когда буйство противника снова сменит страх, змееустпризвал палочку и громким высоким голосом властно произнёс:- Volo ut legitur mens tua! Lego mens! Lego mens! Lego mens!*Неестественно блестящие глаза распахнулись шире, и зельевар погрузился в поток сознания фения. Бурная река неслась дикими пенистыми лошадьми, сметая всё на своём пути и грозя растоптать Слизерина. С трудом лавируя между ошалевшими скакунами, зельевар прислушивался к гомону мыслей Финнгрифа, набатом громыхающих в шуме белой воды:?Убить!?.?Он уничтожит род!?.?Он заодно!?.?Он сам такой же, как и тот!?.?Убить!?.?Растопчет, раскрошит наши черепа!?.?Он опасен и силен, он враг!?.?Убить!?.?Отравлен сам и отравил её!?.?Убить!?.?Или убьёт тебя!?.?УБИТЬ!?.Задыхаясь, чувствуя, что тонет в потоке, попадает под нескончаемые копыта бесчисленных коней, Слизерин вынырнул из сознания Финнгрифа. Взмахом руки заставил верёвки-змеи застыть в сантиметрах от покрывшегося испариной воина и всмотрелся в него, силясь поймать взгляд. Тот в ужасе крутил головой вокруг, будто видел что-то, недоступное глазу зельевара.
***Фирг сам не мог понять, что именно случилось.Он осматривал дом в поисках каких-нибудь сведений о смерти жителей деревни: случайную пометку, не до конца нацарапанную руну, безграмотное предложение на народной латыни –что угодно, что могло бы пролить свет на их умерщвление. В какой-то момент он просто услышал голос Слизерина. Фений прислушался: змееуст обращался явно не к нему: он говорил на змееречи. Финнгриф обернулся к магу и увидел, что тот стоит к нему лицом, вытянув вперёд костлявую белую руку. У его ног медленно чертил узоры змеиный клубок. Красные глаза с тонким вертикальным зрачком воин с изумлением увидел и у рептилий, и у самого змееуста. Тот разомкнул губы, и изо рта показался длинный раздвоенный язык.
- Кровь Гриффиндора, мои дети… Она вознесет нас выше самозванца!Зельевар плотоядно улыбнулся и вдруг отвернулся. В эту минуту воин, напрочь забыв о мече, бросился вперёд, лихорадочно бормоча заклинание огненного бича. Он скрутил Слизерина и обвил его запястья магическими путами.
- Я убью тебя! –шипел маг, вырываясь из плена, но Финнгриф цепко схватил его и наносил удары, пока не потерял чувствительность рук.
Он понимал, что держит опасную змею, возможно, даже более гибельную, чем сам Мерлин.И в этот же момент фения охватил страх. Неистовый ужас от осознания, кого они все пригрели на груди, сколько они ему открыли и насколько доверились. Он пнул врага подальше от себя и бросился в дальний тёмный угол, что есть силы ударив по пути обезумевшего Бриана, пытавшегося вцепиться ему в ногу. Змееуст поднялся в полный рост – казалось, его тень затопила всю комнату –и наслал клубок гадов на Финна. Алые змеиные глаза полыхали огнём, из клыкастого рта лилось шипение, и Фирг понял – это его последние минуты. Он должен был убить тварь, обезопасить Гриффиндоров, не дать Слизерину объединиться с Мерлином, но вместо этого чудовище убьёт его. Оно, совсем потерявшее человеческий облик, смотрело на него, приковывало к полу одним взглядом. Змееуст выбросил руку, призвал своё оружие. Змеи принялись плясать вокруг воина, не нападая, выжидая чего-то. Испуганный донельзя, почти забывший от страха и отчаяния, как дышать, мужчина заглядывал в глаза рептилий и читал в них свою смерть. Неожиданно прямо в его голове раздался громоподобный голос зельевара:?Я не причиню вреда, полоумный!?.Фений поднял взгляд на мага и, готовый драться до последнего, до хруста в суставах сжал меч. Алые глаза смотрели на него с презрением и гадливостью, раздвоенный язык трепетал, шипя что-то рептилиям. Финн верил глазам, но вместе с тем не мог не верить тому, что слышит в глубине сознания:
?Что бы ты ни видел, это ложь. Иллюзия. Морок!?.Змееуст с плавностью пресмыкающихся скользил по полу, подбираясь всё ближе к воину. Послушные его шипению змеи всё уже сжимали кольцо вокруг пленника. Рычавший как безумный до этого Бриан кулем лежал у двери.?Он спит. По-настоящему спит, и никому не добраться до его сознания, как до твоего. Понимаешь, Фирг??.Колдун вскинул руки к потолку, и над ними зажглись световые сферы – с десяток, не меньше. Но шары были не привычными отстраненно-спокойными светильниками, нет. Финн видел: на этот раз в них заключено живое пламя, поразившее инферналов и теперь готовое сожрать его тело.?Даже желай я твоей смерти, я не смог бы тронуть кровь Грифона?, - голос Слизерина в голове фения звучал спокойно и осторожно, - ?Подумай сам, я столько месяцев провёл наедине с Атхен. Неужели я не нашёл бы способа умертвить её, желай я этого на самом деле??.Раздвоенный змеиный язык заклинателя гадов последний раз скользнул вдоль губ и исчез, сменившись обычным, таким же, как у самого Финна.?Разве человек вроде меня, положивший жизнь на собрание и сохранение родного острову наследия, пустил бы всё прахом ради преходящей власти и скоротечной славы??. Слизерин замер, огненные сферы приблизились и опустились к голове Финнгрифа.?Разве ты бы в здравом уме набросился на врага, как какой-то магл, врукопашную? Разве, желай я убить тебя, ты был бы до сих пор жив??.Глаза змееуста вдруг потеряли свою красноту, став привычного серого цвета.?Разве я жил бы столько лет затворником, проклиная себя и делая всё возможное для приближения часа, когда Годрика можно будет пробудить??.
Зрачки мага снова стали круглыми. Человеческими.?Разве брауни – Кама, Майл – не почуяли бы во мне ложь, зло, тайный умысел и вред для Гриффиндоров??.С глаз фения будто опала пелена. Шары света были привычных бледноватых оттенков, будто в сферах бились не привычные тонкие свечи, а далекие отблески лучей солнца. Слизерин – обычный, хорошо знакомый воину Слизерин, сероглазый, черноволосый, с острым, но человеческим языком - стоял перед ним, раскинув руки не в пафосной атаке, а в осторожном прошении. Он медленно снял перчатку, закатал рукав мантии, показывая Финну здоровую, не пораженную язвами и гниением кожу, и протянул ему ладонь.- Я, может, и чудовище, Фирг, - с пергаментно-бледным лицом сказал змееуст, - но я не враг. ***Воин дрожащей рукой сжал ледяную даже сквозь перчатки ладонь старшего мага, и тот помог ему подняться. Собрав волю в кулак, он на трясущихся ногах дошёл до мешков с сеном и рухнул на них без сил.- Что это было? – слабым шепотом поинтересовался воин.- Магическая закладка. Очень мощная, но несколько… неаккуратно выполненная. Кто знает, возможно, поспешность сыграла своё дело. Ты ведь явно видел и слышал что-то иное, не то, что происходило в действительности?Фений сделал несколько глубоких вдохов, отёр пот со лба всё ещё трясущимися руками и уставился в пол:- Ты был полузмеем. Красные глаза с вертикальными зрачками, раздвоенный язык. Вокруг тебя был целый выводок гадов, ты управлял ими… Ты сказал, что кровь Гриффиндоров поднимет тебя выше самозванца.Слизерин нахмурился, припоминая последнее путешествие в Элладу, немного помолчал, а потом сказал:- Этого ты боялся, верно? Недоверие, опаска, сомнения, страхи…- Внезапно объявившийся Слизерин в разгар змеиной чумы на острове – очень странная фигура, - кивнул Фирг. – Да и ты сам не особо пытался хоть как-то расположить к себе.Змееуст равнодушно пожал плечами.
- Спасибо, - неожиданно сказал Финн.
Зельевар поморщился:- Я себя спасал.- Ты бы мог меня убить.- Нет, не мог.
Под тяжелым взглядом Слизерина воин умолк ненадолго.
- Как... как ты это сделал? – прохрипел он наконец. – Как пробился сквозь такой мощный… реальный морок?Слизерин взглянул на мужчину. Прикрыл на секунду глаза, вспомнил, как из подобного кошмара в земле эллинов его вырвал полный страха и мольбы голос Атхен, который он и сейчас, казалось, эхом слышал где-то глубоко в себе, усмиряющий внутреннюю тьму и безоговорочно верящий в змееуста,и ответил:- Магия и многие десятилетия её изучения.