Свидание четырнадцатое. ?Стань у окна, убей луну соседством? (1/1)

В новогоднюю ночь учащихся в общаге традиционно оставалось немного?— все старались уехать домой, отожраться, наконец, на мамкиных харчах за череду бесконечных дошираков и роллтонов. Ждали дома и Федю.А Феде долг велел оставаться в общежитии. У Феди разве что глаза не скосились от вранья, когда он доказывал матери, что никак не может приехать?— вот прямо тридцать первого числа в восемнадцать часов ноль минут у него зачёт. Ну не мог он бросить Витю. А Вите нельзя было волновать бабушку и являться к ней на костылях, поэтому Витя тоже сдавал зачёт. Прямо следом за Фёдором тому же вымышленному сучьему преподавателю. Петя же остался принципиально, чтобы не спускать глаз с предмета обожания.За столом собрались втроём. Петька нервно косился на Фёдора, но не орал — Витя оскорблений в адрес своего доброго ангела не оценил. Да и страстных Петиных признаний не оценил: обозлённо зыркал на горе-ухажёра и категорически отказывался отвечать взаимностью.Два месяца Петя таскался за Витей, пытаясь выпросить прощение и благосклонность. Витя фыркал и воротил нос, но Федя видел, как раз от раза фырканье становится тише, а взгляды заинтересованнее?— Петя был парнем вполне интересным, и только оттоптанная Султановым Витина сексуальность этого не замечала. Потом Петя наступил себе на горло и пришёл к Фёдору за советом, Федя для порядка поизмывался, уяснил дислокацию и позвал третьим ?сдавать зачёт? в новогоднюю ночь.И теперь с грустью смотрел на переглядки: у самого сказочника на личном фронте была оглушающая тишина. Поняв, что долго и плотно общался с Сергеем в интернете, он недрогнувшей рукой послал Лиса в чёрный список, а на все попытки выловить и поговорить в реале лишь мотал головой и проходил мимо.—?Да не верю я тебе! Тебе ведь просто вожжа под хвост попала, потому что тебя заинтересовали и не дали! Отомстить хочется? Камеры-то приготовил?Никакие заверения, что Сергей осознал и исправился, на сказочника не действовали. Да и кто бы поверил?Через какое-то время Султанов отстал. И на душе у Феди воцарилось серое и удовлетворённое результатом уныние. Он?— молодец, он всё сделал правильно.Султанов стоял под окнами общежития и тоскливо смотрел на светящееся окно. Пора было признаваться, что он влюбился. В этого нищего, тощего, гадкого, зловредного, нахального, самовлюблённого, красивого, умного, волшебного, неповторимого… Потому в праздничную ночь Сергей вместо того, чтобы веселиться, мёрз под окнами общаги. Если крепость не сдаётся, значит, будет штурм.Султанов задумчиво оглядел пожарную лестницу. Потом осмотрелся окрест. Ага.—?Эй, бро, помоги, а? Подсади. Меня коменда выгнала, там без меня, поди, уже всё бухло вылакали. Я заплачу.Спешащий мимо парень проникся и, крякнув от натуги под немелким телом сиятельного Султанова, обеспечил ему доступ к вожделенной лесенке?— совершенно не подумав, что плату надо было брать вперёд. Подсадил и, судя по вытянувшейся морде, понял, но потом махнул рукой?— надо иногда помогать просто так.—?Спасибо, парень! —?Султанов, опасно цепляясь за железяку одной рукой, выудил из портмоне купюру и сбросил непрактичному помощнику.—?Да тебе спасибо. С наступающим! —?Резко повеселевший студент вприпрыжку понёсся прогуливать ?благодарность?.А Султанов, подёргав лесенку и немного побаиваясь сорваться, полез вверх. Пыхтя, перевалился на балкон и тронул дверь. Нет, не свезло?— закрыто. Зато имелась совершенно старорежимная форточка. И она как раз была открыта?— подслушивай на здоровье. Немного гордясь собой и представляя себя почти ниндзя, Султанов на цыпочках проскользнул в угол и замер, вытянув шею. Как хорошо, что ни у института, ни у Федьки денег на ремонт не было и старые щелястые окна так удачно прикрывались тяжёлыми длинными шторинами в пол. Султанов замер в углу преступной мышью, чутко прислушиваясь и принюхиваясь.Веселье в Фединой комнате было почему-то тихим и культурным. Поразмыслив, Сергей пришёл к выводу, что в комнате всего три человека: противный Пётр, Витя, по отношению к которому Султанов до сих пор испытывал бурю смутных чувств стыда и раскаяния, и Фёдор. Вите много пить не позволяли принимаемые до сих пор лекарства, да и не был он никогда любителем, Пётр был в процессе ухаживания, и поэтому тоже пил умеренно, дабы не быть изгнанным с позором, а Федя не пил за компанию. В комнате царил полумрак. Мерцала в углу ёлка, пахло недорогими студенческими разносолами, тихо звенели бокалы.Фёдор опять рассказывал сказку.Когда Борькина жизнь покатилась под откос? Борька иногда озадачивался этим вопросом. Выходило, что после смерти матери. Деятельная и активная, вечно спешащая, зачем она решила обогнать эту чёртову фуру? Решила проскочить. Не проскочила. И разом рухнуло всё. Не прошло и двух лет, как отец женился. Новая жена отца?— такая же деятельная и активная, как мама?— лихо навела свои порядки. И как-то само собой получилось, что Боря оказался чужим в своём собственном доме. У мачехи был свой сын, и хорошим тоном в доме стало во всём приводить его Борису в пример. Он и учился лучше, и сам в институт поступил, и не курил. А самое главное?— оказался не геем, в отличие от того же Бориса. Свою ориентацию Борька, ясное дело, не выпячивал, справедливо считая, что она никого не касается. Ну ага, сейчас. В один непрекрасный день сводный братик спалил его за взаимной онлайн-дрочкой с каким-то поляком. И, разумеется, донёс своей матери, а та?— Борькиному отцу. Отец убивать Борьку и изгонять из дому не стал (на что мачеха втайне надеялась), но сын после этого окончательно стал для него пустым местом.Второй раз Боря лоханулся, уже устроившись на работу. Специальность у Бори была вполне себе. И зарплата была хорошая. И фирма солидная. Ну на хрена, вот на хрена он на корпоративе полез целоваться к начальнику?! Ну красивый, да, а Боря на красивых мужиков дюже падок. Напрасно. Своё либидо надо было научиться придерживать. Красивый начальник оказался уродом: мало того, что уволил, так ещё и слухи про Борьку распустил. Не о том, что Боря его за задницу лапал, нет, а о том, что Боря?— хуёвый работник. Мелкая поганая месть.Бесплодно пооттаптывав ноги и после десятого собеседования поняв, что ему выдали волчий билет, Борька впал в отчаяние. С его специальностью шибко не переквалифицируешься. Да и не затеряешься?— все друг друга знают. Оставалось только повеситься. Вешаться категорически не хотелось, зато хотелось кушать. Очень. А значит, надо было хвататься за любую работу. Так и оказался Боря курьером по доставке готовых обедов-ужинов в фирме ?К королевскому столу?. Работа была тяжёлой и низкооплачиваемой. Работников нещадно эксплуатировали, впереди была полная безнадёга. И настроение было таким же мрачным и грязным, как придорожный снег.Прервав размышления о своей горькой судьбине, Боря припарковался на отведённом пятачке, вылез из машины и огляделся. Его, как новенького, отправляли в самые ебеня. И этот раз не стал исключением. Ну кто бы ещё в канун Рождества поехал в стоящий на самом отшибе профилакторий ?Подснежники?? Конечно, тот, кто боится потерять работу. Уточнив в домике администратора у зевающего охранника, где найти двенадцатый коттедж, Боря вытащил коробки со жратвой и поволокся в указанном направлении. Профилакторий не бедствовал?— огромная территория позволяла гостям чувствовать себя в лесной глуши; от одного коттеджа до другого узкие тропки петляли меж вековых сосен. Ноги в тонких кроссовках мгновенно замёрзли, пальцы в перчатках перестали гнуться. Боря прищурился, увидел между веток мелькнувший огонёк и припустил туда. Ой, как же холодно!Из распахнутой на стук двери пахну?ло теплом и едой. Околевший за пару пеших минут Борька отдал заказ крепкому брюнету лет сорока-сорока пяти, получил деньги и протянул аппарат рассчитаться. Ах-ха. Связь была. Теоретически. Практически её не было. Они вдвоём сделали кругов пять вокруг коттеджа и изрядно приморозились, пока Борькин ККТ смилостивился и пискнул приёмом. Борька глянул на тропинку, ведущую к стоянке, и испытал ужас, поняв, что надо идти назад в холодную машину и пилить двадцать километров до города. Мужчина между тем убрал карточку и повернулся было уходить, но задержал взгляд на стрёмных тонких ботиночках курьера и куртке не по погоде. По замыслу владельцев бизнеса, курьеры в новогодних курточках и шапочках должны были радовать взор клиентов. Ну, может, и радовали, зато сами мёрзли нещадно.—?Чего ж ты, парень, по такому морозу в такой негодной бутафорской одежонке бегаешь? Ещё заказы есть?Борька жалобно хлюпнул носом под маской и помотал головой.—?Тогда заходи. Заходи-заходи, погреешься, горячего выпить надо, не обеднеем. Только не говори никому. У нас же типа карантин.Боря побожился, что тест сдавал буквально вчера, и нерешительно шагнул внутрь. В просторной комнате было многолюдно, на длинном и широком столе как раз расставляли Борькину доставку.—?Ух ты, Дим, ты никак Снегурочку заказал? Хорошенькая какая. Только косы нет. А! Это не Снегурочка, это Снегур! Самое оно!За столом грохнул хохот. Мужчина, приведший Борю, отмахнулся.—?Садись, грейся, не слушай этих языкатых.В тепле Борьку мгновенно разморило, стало уютно и сонно, и он просидел не пятнадцать минут, а добрых два часа. А потом у него тупо не завелась машина?— служебная рухлядь со старым аккумулятором.Добрый самаритянин, оказавшийся по совместительству начальником буровой бригады, томящейся на обсервации перед вылетом на вахту, только покачал головой.—?Эх ты, раззява! Оставайся до утра, подвинемся. Держи вискарь, теперь можно и покрепче чая выпить. Нам-то шибко нельзя?— по рюмочке, да тебе вот выдадим.Борька не стал отказываться. В большом светлом срубе, в кругу весело гомонящей бригады ему было хорошо. Он жадно слушал знакомые разговоры по своей профессии и рассматривал парней. Сам с разговорами не лез, стеснялся.Как известно, человек?— ненасытная скотина. Ему всегда и всего будет мало. Каких-то пару часов назад он мечтал согреться; согревшись, немедленно захотел есть; поев?— выпить. А вот теперь… Захмелевший от тепла и сытости Борька вертел головой, и у него захватывало дух?— ему очень-очень нравились окружавшие его мужчины. И совсем не платонически.?Сиди смирно и не отсвечивай, идиот. Один раз чужую жопу уже потрогал?,?— панически вопил голос разума. Но размягчённый Борин мозг уже утёк из головы и правильных речей не слышал.Очень глянулся бригадир Дмитрий. У Борьки подводило живот, когда он смотрел на здоровенные волосатые руки и широкие плечи. Такими руками только в бараний рог скручивать. Эх, Борька бы скрутился.Димин брат-близнец и заместитель Ян тоже вызывал желание немедленно его оседлать.Надменному начальнику склада Фёдору?— блондину с аккуратной светлой бородкой и льдисто-голубыми глазами — настоятельно хотелось отсосать.Самым молоденьким был Марат?— черноволосый и черноглазый парнишка с нежными смуглыми щеками. Слесарь. Его приятель?— спокойный и улыбчивый русак Алексей что-то шептал ему на ухо, поглядывая на Борьку и улыбаясь, а Марат заливался краской. И взглядывал жадно и жарко.Их коллега, тоже слесарь, Максим?— гибкий и жилистый брюнет с блядущими зелёными глазами?— в отличие от Марата не стеснялся, подливал озябшему курьеру горячий кофе и кормил шоколадом. Кофе, судя по вкусу и тому, как быстро уезжал Борис, был щедро сдобрен коньяком.Поплывшим взглядом Борька плутал по комнате, оглядывал азартно режущуюся в карты троицу специалистов по сервисному обслуживанию: Игната, Илью и Августа?— накачанных, загорелых, с разбегающимися по рукам и плечам татухами. Каждый раз, когда Борька украдкой взглядывал на них, он напарывался на чей-нибудь ответный взгляд, и каждый раз тонул, натурально тонул, как в океанских волнах, в глазах молодчиков. Этих ухарей легко было представить на лесной дороге, промышляющих разбоем и грабежом. И Борька точно знал, что ближайшее время у него будет на кого дрочить одинокими зимними вечерами. Эротическая фантазия будет в историческом антураже: одинокий рыцарь в плену лесных разбойников. Борька с трудом сглатывал вязкую слюну и закидывал ногу на ногу.Инженер Семён?— не в пример бандитской троице изящный интеллигентный мужчина в посверкивающих золотой оправой очках?— неодобрительно поджимал губы. Борька, у которого коньяка в кружке становилось всё больше, а кофе всё меньше, представлял, как хорошо эти губы смотрелись бы на его члене, а очки?— залитыми спермой.В углу меланхолично наигрывал что-то на гитаре Олег, под боком у него рубился в приставку Никита. Они едва оторвались от своих занятий, когда Дмитрий представлял их Боре. Но Боря уже решил, что они тоже вполне в его вкусе. Не всё же сладкое есть, иногда и лимончика с солью хочется.Как под гипнозом, Борька потянулся к проходящему мимо Дмитрию и сплёлся с ним пальцами. Дмитрий усмехнулся, чуть склонился.—?Сказать чего хочешь? Или… не сказать? Смелей.И Боря, зажмурившись, ткнулся губами ему в губы.?Какая глупая смерть?,?— философски подытожил внутренний голос.Каким образом Боря оказался сначала на коленях у Дмитрия, потом между Ильёй и Августом, а потом выманивающим стеснительно забившегося в угол Марата обещанием минета, он так и не понял. Словом, незадачливый курьер безбожно напился и пал в пучину порока, а гадская бригада радостно помогла ему утонуть. Дальнейшее вспоминалось как в тумане?— охренительном, тёплом, стыдном и многоруком тумане.Боря не проснулся?— Боря воскрес. Ну или почти родился заново. Ничего не соображающий, орущий недовольный комок плоти, выкинутый из блаженного тёмного и тёплого небытия в холод, не могущий ответить на вопросы ?кто я?? и ?где я??.На первый вопрос Боря ответил довольно-таки быстро. Алкогольная амнезия покачалась и отступила перед мощью Бориного разума. Ответить на второй вопрос было сложнее. Ну то есть конкретно ответить на этот вопрос Боря мог: он был в сугробе. И как и положено новорождённому?— абсолютно голым. А вот выяснить координаты этого сугроба представлялось совершенно невозможным. Во-первых, в силу врождённого географического и топографического кретинизма, во-вторых, по причине отсутствия волшебного гаджета, которому принято задавать этот чудо-вопрос. Самой же главной причиной стало то, что Борино тело как раз в этот момент с дикими воплями вылетело из сугроба и заметалось в поисках тепла. Тепло нашлось мгновенно: на плечи упала тяжёлая, блаженно горячая одёжка, Борю подхватили и затащили в дом.—?Вы что делаете, придурки?! —?Один из вчерашних знакомцев?— Алексей?— кутал трясущееся Борино тело и ругался.—?Так он не просыпался никак. А ему ехать надо. Мы и аккумулятор поставили, и машину ему завели и прогрели,?— деловито ответил на претензии Алексея Максим, и обратился к Борису:?— Ну, проснулся?Боря скривился и согласно кивнул. Вчерашнее вспоминалось с ужасом и чудовищным стыдом. До машины его проводил Дмитрий.Борька стеснялся и отводил глаза.—?Простите. Не говорите никому. Я просто пьяный был. Сам не знаю, как так вышло. Не сообщайте начальству,?— жалобно пролепетал он.Дмитрий насмешливо прищурился.—?Ты за кого нас принимаешь, начальству твоему стучать? И ты прости. Напоили мы тебя и выдрали, конечно, совершенно не по-джентльменски, но ты и не против был. Прям подарочек нам под ёлочку сам притопал. Жаль, что ты курьер, мы бы тебя и с собой на вахту взяли, нам как раз ещё одного не хватает?— тест у сотрудника положительный оказался. Сидим теперь, ждём, когда замену найдут. Сколько куковать будем, неясно. Счастливо, скрасил нам ночку, спасибо. Это чаевые тебе.До города Борька ехал, напряжённо размышляя. На свой этаж взлетел стрелой, выгреб из сумки с документами корочки, посмотрел допуски и схватился за телефон, готовясь пробить бюрократические препоны.Водитель заглушил машину перед административным корпусом. Борис рассчитался, вышел из неё, вытащил спортивную сумку и зашагал на ресепшен. Оформившись, потопал по знакомой тропке к домику, уединённо стоящему в соснячке. На крыльце ненадолго замер, вспоминая обстоятельства знакомства с обитателями дома. Сты-ыдно-о-о. Но такой шанс просрать никак нельзя.Хлопнула дверь. На улицу по каким-то надобностям вышел Алексей. Пригляделся и ахнул:—?Боря! Тебя в нормальной одежде и не признать сразу. Ты как тут опять?Борис неловко пожал плечами.—?Так Дмитрий сказал, что у вас недокомплект. Ему директор ваш отзвониться должен был о найденной замене. Вот. Так это я?— ваш новый слесарь по обслуживанию буровых установок.Федя перевёл дух и скосил глаза на подозрительно затихших слушателей.—?Ой. Я забыл. Мне же позвонить надо. Я недолго?— минут пять. —?И вылетел на балкон, вслепую нашарив на столе мобильник.Захлопнул дверь и тихо выругался, истерически прихихикивая. Не, он на такой результат и рассчитывал, но предполагал, что слушатели дотерпят до своей комнаты. Федя мог бы гордиться своим талантом?— не дотерпели: жадно целовались в полумраке и, кажется, этим не ограничились. Ну Витя, ну мальчик-колокольчик! Хорошо. Поспособствовать счастью хотя бы двоих?— это очень хорошо.Всё замерло за несколько секунд до полуночи. Федя зябко передёрнул плечами и грустно посмотрел вдаль: собственное одиночество в праздник, когда все должны быть счастливы и неодиноки, ощущалось особенно остро и болезненно. Сказочник творит волшебство для своих героев, и только свою сказку написать не в его власти. Сказочнику никто не обещал любви и счастья в конце истории, героем которой является он сам. Федя пригорюнился. Ничего. Сейчас. Сейчас отпустит. Два эгоиста в комнате кончат, оботрутся, воровато оглядываясь на балконную дверь, он справится со своей меланхолией, нацепит на лицо улыбку и вернётся порхать глупым, легкомысленным и жизнерадостным мотыльком. А кошки на сердце… Ну… Не первый раз, не последний. Переживёт. Фёдор поскрёб щетину на щеке?— блин, даже не побрился сегодня. А для кого? В клуб не пошёл, домой не поехал. Тоскливо дёрнул особо упрямый волосок на подбородке.—?Вот выращу бороду, выдерну тебя и скажу: ?Трах-тибидох, хочу чтобы Султанов меня любил и сию секунду оказался здесь?.Тьма на балконе пришла в движение.—?Уже, Федя.Федя подпрыгнул вверх на добрый метр и несолидно взвизгнул.Били куранты, лилось за окнами шампанское, кто-то уже взрывал первые петарды, открылась балконная дверь, чертыхнулось, охнуло, и дверь снова плотно притворилась. Маленький Принц взасос целовался с Лисом на холодном балконе и ничего этого не видел и не слышал.