46. Неразделимы. (2/2)
В первое мгновение я по инерции просто хватал воздух, не решаясь даже открыть глаза.Как-то медленно, шаг за шагом мир вокруг меня начал оживать. Я ощутил себя сначала как живое существо в пространстве как таковом. Границы постепенно расширялись, и вот я уже понимаю: я – это я, я на полу, в зале, рядом ренси, он держит меня за руку, за стенами все так же шарится ветер и снежинки все так же шелестят, обновляя сугробы…Боли больше нет, она исчезла. Только бес и я – только мы. С каждым новым ударом сердца, бес, словно феникс возрождаясь из пепла, занимая в моей душе положенное ему место, снова заполняет меня силой и желанием жить. И действовать.
Целенаправленно. Жестко. Безжалостно.С ярко-белой холодной яростью, застившей глаза, подморозившей страх, совесть и рассудительность. Вперед!Мне нет дела до усталой улыбки ренси, которая тронула его губы, когда я остановил на нем уже вполне осознанный взгляд.-Продолжим,- произнес ренси, прислушиваясь к чему-то внутри себя. - Тебе нужно быть в другом месте, верно?До чего же люблю своего старика.
Одним словом он умудряется вернуть меня в реальность, вырвав из несвойственного мне состояния ясности и невозможного спокойствия. Пугающего спокойствия, я бы сказал. Не мое это, вот так механически крошить все и вся. И не бесово тоже.До чего же сейчас хочется его стукнуть! Гад желтоглазый!!!Легко поднявшись с пола, я подхватываю шест. Мыслей нет. Осталось желание действовать, но слава богам, уже не такое кристально чуждо-ясное, а мое родное, необъяснимое, порывистое иазартное. Мы, а не нас. Я так решил, хоть еще пока не знаю, как мы этого добьемся.Но русские не сдаются, и деревья умирают стоя. Так что пока все по сценарию и согласно канонам…
Приглашающий жест ренси и я рвусь в бой. Слишком много времени на него затрачено, чтобы оставить неоконченным. Слишком многое осознано, и теперь самое время все устаканить по полочкам. «Солдат спит – служба идет», так и у меня: тело действует, а голова живет по своим правилам. Так же как и сердце. Я вообще, похоже, со своими органами не дружу…Радует, что не нужно мне больше слушать и прислушиваться. Сосредотачиваться, разрываясь на части. Мое тело здесь и сейчас, а бес там и тоже сейчас. Но он еще и тут, в моей груди. Бьется размеренно и с силой. Он тут, в моей голове, больше не мечется и не пугает меня своим ледяным упорством. Ярость притихла, обоими отложенная на потом. Теперь одна мысль, одно стремление. Оказаться в одном «здесь» или одном «там» - вместе.Чисто механически я отмахиваюсь, уворачиваюсь и уклоняюсь от мощных и сложных атак ренси, одновременно фиксируя в мозгу движения (как бы на всякий случай), я просто жду удобного момента для одного решающего удара. Шест мелькает так быстро, так близко… Учитель – мастер, и он, наконец, увидел то, что так долго от меня ждал и добивался. Его рубящие сверху вниз, хлещущие сбоку и подсекающие по ногам удары сыпятся как из рога изобилия, словно и не мы вовсе тут пляшем вторые сутки кряду. Широкие замахи позволяют ему гонять меня и так и эдак, но ведь у меня есть цель. Она определена, и путь к ней не так долог теперь, как казалось еще полчаса назад. Именно поэтому я, наконец, перестал думать и стал действовать. Я блокирую, парирую и отвожу, вращаюсь юлой по кругу, петлей, восьмеркой, прыгаю и стелюсь по полу змеей. Не зря же бес тратил столько времени на мою подготовку. Теперь, когда все сложилось как надо – все работает как надо.
Но я не покину этот дом, пока не уложу ренси на лопатки.Я готов.И ренси понимает это в тот миг, когда пропускает мою подсечку, не успев отреагировать. Всего лишь тот самый миг и он на полу.Условие выполнено.
Молча подаю руку учителю, помогая подняться. Слов не нужно, мы оба знаем, что я уже не здесь. Удержав мою ладонь, ренси с улыбкой вкладывает в нее «дарующие».Благословение получено…Сорвавшись с места, я помчался в направлении, в котором смутно ощущался мой бес. Сразу взяв быстрый темп, я бежал ни о чем не думая, стремясь лишь двигаться еще быстрее.
Люди, бродящие в зимних сумерках как сонные мухи, не ставали мне препятствием, я их просто не замечал, сметая с собственного пути. У меня была цель, и оказалось что я – целенаправленный гораздо страшнее, решительнее и действеннее меня – испугавшегося.Падающий снег иногда застил глаза, но ведь я смотрел на дорогу не ими. Я летел на крыльях, ага, любви… и еще беспокойства и дикого страха. И желания, наконец, прижать его к себе и во всем убедиться натурально-материально.Увидел его издалека. Резко, почти больно.Он шел медленно, но уверенно чеканя шаг. С левого плеча свисала спортивная сумка, которая заметно замедляла его передвижение.
Вместо того чтобы рвануть к нему навстречу, как это сделало чуть не выпрыгнувшее из грудисердце, я заставил себя притормозить. Не отводя от него взгляда, я двинулся навстречу. Шаг – ия замечаю круги под глазами, и едва заметное прихрамывание на правую ногу, еще шаг – вижу, как тяжела его ноша, и так же тяжел его взгляд. Едва заметно качнув головой, он запретил мне приближаться, но разве ж я смогу удержаться теперь, когда он так близко? Все таким же медленным шагом я целенаправленно двигался вперед, чтобы пройти мимо, чиркнув плечом по плечу и едва успев чуть коснуться его руки кончиками пальцев. Тепло от соприкосновения, от его близости, пусть такой недолгой, заставило сердце стучать еще быстрее, разгоняя по телу кровь. Оно дало мне сил пройти дальше, до остановки, и вскочить в маршрутку, следующую додома.
Естественно, сидеть дома и ждать его я не смог. Просто не выдержал тишины, давящей на нервы. Я сидел на лавке у подъезда и от беспокойства лепил снежки.Я знал, что он будет хитро петлять по городу, очень постаравшись никого не привести к нашему дому. Знал, что ждать беса придется долго. Но ведь я выдержал два дня, что для меня каких-то пару часов… Ведь я уже знаю, что все нормально. Ведь чувствую его нетерпение и одновременное желание соблюсти его самолично придуманные правила безопасности.Наконец он показался.
Конечно, гораздо раньше я ощутил его близость – именно это меня заставило вглядываться в зимнюю непроглядную темень.Не дожидаясь, пока он поравняется со мной, молча поднявшись, я двинулся к подъезду, потом к лифту. Единственное что удержало меня от того чтобы броситься его обнимать и ощупывать на предмет повреждения то, что этим бы я не ограничился. Он пришел, онвыбрался…
Он вернулся.
Моя любовь. Судьба. Половина моего сердца.Бес шагал за мной.
В полной тишине, не смея касаться друг друга, мы добрались до квартиры. Погремев ключами, я открыл дверь… и едва я успел сделать шаг, как был уже прижат к стене в прихожей.
Бес рванулся ко мне так стремительно, так отчаянно… У меня не хватило ума, сил и желания сопротивляться. Напротив, прильнув к нему, я попытался обхватить его всего, прижаться всеми сразу, слиться с ним воедино. Так, как должно быть… Хотел передать ему сил, новообретенных знаний, счастья от осознания того, что я смог, я дождался… Меня трясло и перетряхивало, и пальцами, немеющими от ощущения тепла желанного тела, я пытался впиться в него так, чтобы невозможно уже было нас разделить.Но едва коснувшись моих губ, заметив, как я рванулся поймать своими его дыхание, Мир вдруг тихо так, душераздирающе всхлипнул и сполз по мне вниз. Обхватив мои колени, он уткнулся в них носом, едва слышно бормоча одно и то же.-Не уберег… не смог… не простишь…