Пора в путь-дорогу (1/1)

—?Эй, фриц, вставай, слышишь? —?его трясли за плечо,?— Как же там… steh auf, ясно?Герберт чуть не закричал. Едва удержался от того чтобы заговорить по-русски.—?Ich bin krank! Mich muss behandelt werden. Zu behandeln! Verstehst du? Zu behandeln!—?Щас я тебе такой баханде устрою! А ну вставай, твой мать!—?Что здесь происходит?! —?их прервал русский врач.—?Да, фрица забираю. Командир приказал.—?Значит так, молодой человек,?— русский врач выглядел разгневанным,?— В таком состоянии вы его никуда не повезёте.—?У меня приказ,?— начал было солдат.—?У вас приказ его замучить в дороге? Вы его понесёте? Потому что ноги у него скорее всего распухли, и сапоги он надеть не сможет. Босиком поведёте? И далеко ли он у вас дойдёт?—?Самойленко! —?в дверь зашел командир разведчиков,?— Долго тебя ждать?—?Да, вот, товарищ доктор не отпускает… —?стал оправдываться боец.—?Тобой не доктор командует, а я. Живо тащи фрица в машину.—?Так ведь…—?Без разговоров!—?Молодой человек, вы его убить хотите, или он вам живым нужен? —?вмешался доктор.—?А в чем дело?—?Дело в том, что его сапоги для ходьбы не годятся. Он просто их не наденет. Ноги распухли от обморожения. Если вы поведете его без обуви, он умрет у вас к вечеру. Или к утру. Вам ясно, молодой человек?—?Ну, так… —?командир разведчиков крепко выругался, затем скомандовал,?— Самойленко! Раздобудь фрицу валенки.—?Да где ж я…—?Да где хочешь! Приказ ясен?—?Так точно,?— уныло ответил солдат.—?Выполнять!—?Сколько возни с тобой,?— командир разведчиков зло посмотрел на Герберта. Тот сжался ещё сильнее, хотя казалось дальше некуда.Русские солдаты вышли, доктор наоборот, подсел рядом на стул, позвал медсестру. Когда сняли повязки, он осмотрел раны и кисти руки и ступни, действительно распухшие и неестественно красные.—?Забинтуй, пожалуйста, Лизонька,?— врач встал со стула. Он вздохнул, посмотрев на Герберта, и перешел к следующему раненому на осмотр.Спустя час русские солдаты ввалились снова. В руках того, которого звали ?Самойленк? были валенки и ватник.—?Вот, одевай,?— Самойленко положил ватник на стул и поставил валенки рядом с кроватью.—?Kleiden Sie sich. Sie kommen mit uns,?— командир разведчиков обратился к Герберту.—?Wohin? —?он постарался, чтобы в голосе звучало меньше паники.—?Nicht zu viele Fragen zu stellen,?— отрезал разведчик,?— Самойленко, помоги ему одеться.Преодолевая себя, Герберт медленно поднялся, выпрямившись на койке и свесив ноги на пол. Самойленко наклонился и помог ему натянуть его собственные шерстяные носки поверх бинтов, а потом добытые валенки. Рубашка была на нём надета. Он сам надел китель, шинель и предложенный ватник, шапку. С рукавицами ему снова понадобилась помощь. Перебинтованными пальцами было сложно с ними справиться.—?Спасибо, товарищ доктор,?— командир разведчиков пожал руку врачу. Герберта вывели на улицу. Перед медпунктом стоял автомобиль-фургон. Судя по дымящейся трубе над крышей, фургон отапливался.Герберт немного расслабился. Ему не придётся идти самому и не придется жутко мерзнуть.Только выйдя за дверь, Герберт почувствовал, как мороз буквально вгрызся в руки и ноги миллионами крошечный зубов. Аж слезы навернулись на глаза.—?Ну все, Самойленко, отправляйся,?— обратился командир к своему подчиненному,?— За фрица?— головой отвечаешь!—?Есть, товарищ командир!Герберта втолкнули в фургон. Там было очень тесно, но хотя бы тепло. Половина фургона была заставлена кассетами с плёнкой. Тут же стояла кинокамера. Человек, находившийся в фургоне, очевидно, был военным корреспондентом.