15. С первым снегом (2/2)

-Тоска и безумие, увы, две самые естественные вещи в моем неестественном состоянии… - бросил ему вслед Йорис, вновь заходясь в приступе жуткого, каркающего смеха.

Только в кабине лифта, что с черепашьей скоростью ползла вниз, Герхард почувствовал, как же ломит в висках, как же стучит сейчас его сердце. В голову настойчиво лезли мысли одна другой страшней - и первое место занимали даже не те, что были посвящены их весьма вероятной близкой гибели.

Действительно ли он сейчас обратился за помощью ко злу меньшему, чем то, чьей зыбкой тени он так испугался? Действительно ли он сможет не жалеть об этом после?

Если Двенадцатый и близкие ему по силе твари действительно найдут в тех далеких горах таящийся ужас из бесконечно далеких времен, кто может поручиться, что тот не уничтожит их всех и, решив более не скрываться, не выйдет на волю? Вероятность этого ужасала, но ничуть не меньше, чем иная. Что если Прародитель, известный тем, что хранит у себя далеко не одну грозную реликвию Предков, воззвав к сородичам и объявив очередную охоту, одержит верх? Что, если сегодня он подсказал Твари из колонны, как стать еще сильней?

На ум пришла старая цитата из Маркса, которой когда-то, еще в Вене, наградил его Татарьев.

В политике ради известной цели можно заключить союз даже с самим чертом - нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя (9).

Лондон.

Ранним утром, еще дома, он снова видел сон - второй за последние три года, с жалким промежутком в полмесяца. Весь какой-то зыбкий и неровный, тот походил на изрезанную каким-то безумцем кинопленку, которую после склеили на скорую руку и забили в проектор, не особо заботясь о чувствах зрителя. Возможности проснуться, как и в прошлый раз, не представлялось - пусть даже почти каждая секунда, проведенная на этой бешеной карусели смутных образов, потаенных страхов и обрывков воспоминаний, была, казалось, совершенно нестерпима. Словно кто-то спеленал его дьявольски прочной сетью и волочил по острым камням, срывая с тела кожу, тащил от одного давно отошедшего в историю кошмарного обрывка действительности до другого - и их череде не было видно ни края, ни конца.

Солнце над цепью гор. Красноватое, лишенное теней, зарево. Едва слышное дыхание ветра в тихой, безмолвной долине. Молочно-белый туман над змеей вьющейся меж невысоких холмов рекой… Он медленно подходит к креслу, что выставлено на террасу. Заглядывает в лицо сидящему там существу, всего за одну ночь навсегда ставшую чем-то меньшим, чем человек. Эти пустые глаза, больше подходящие кукле, эту бессмысленную улыбку, что не спадает с бледных губ уже третий день, он не может забыть и поныне. Голова забившегося в кресло ребенка медленно покачивается, словно в такт какой-то неслышной мелодии.

-Ролант?

Он зовет его - как и всегда, когда приходит этот сон. Как и всегда, он раз за разом твердит его имя, но все тщетно - ни тени отклика, ни щепотки понимания. Только блаженная улыбка бесконечно полого теперь создания, из которого разом выдавили все, что когда-то было его сутью.

Твой брат не справился, Каранток. Он все еще помнит, как вынес его на руках из того места. Все еще помнит, как тот кричал, пока не сорвал голос начисто, не обратил его в жалобный, полузадушенный хрип. Помнит залитые странным светом безумные глаза, выпростанные вперед руки, словно пытавшиеся нащупать спасительную опору. Лицевые мышцы беспрестанно сокращались, тело с ног до головы неистово билось, будто бы заключенная в нем душа отчаянно желала уйти на волю. Желала сбежать от чего-то, на что человеческому существу было слишком страшно смотреть… Теперь, похоже, ей это, наконец, удалось.

Твой брат не справился. Мы умертвим его завтра на закате. Приготовься. Ты пойдешь следующим. Годы, прошедшие с того вечера, так и не сумели ничего излечить - каждый раз, когда ему вновь доводилось встречать Роланта, с губ срывались одни и те же слова. Всегда одни и те же.

Былых решений, впрочем, нельзя было переиграть - и неважно, сколько бы кошмаров он прожил, за них каясь. Неважно, сколь сильно он желал, чтобы тогда, в тот давным-давно сгинувший в прошлое миг, в который им был задан вопрос, у него хватило смелости вызваться первым. Неважно, сколь сильно он желал, чтобы эта частичка его души омертвела, наконец, как многие другие до нее - она все еще сопротивлялась, нагло игнорируя груз прожитых лет.

Приходи к нему сны чаще, чем раз в несколько лет, он бы, несомненно, уже давно совладал с этой задачей, уже давно бы окостенело и навечно застыло все, что еще выводило его порою из равновесия. А так - он не мог того не признать - каждый удар, наносимый из прошлого, сполна оттачивала, наливала силой внезапность. И лишь потому сейчас, когда с момента пробуждения минуло больше, чем полдня, до края наполненного делами, он все еще чувствовал, что не до конца вытряс из себя всю эту шелуху. Все еще чувствовал, что не до конца проснулся.

Пробираясь скудно освещенными коридорами - час назад все крыло лишилось электричества, и довольствоваться обитателям Башни оставалось лишь теми крохами, что небрежно кидало им сквозь мутные, запыленные стекла, уже готовое вот-вот закатиться солнце - лорд-надзиратель Каранток Блеквелл старался как можно надежнее отгородиться от совершенно непозволительных в данный момент времени мыслей. Пытался он также и не налететь ни на кого впотьмах - это бы, несомненно, стало последним штрихом к почти уже завершенной картине его колоссального раздражения, выпустить которое, увы, было пока попросту некуда. Два мага, встретившись с ним на лестнице, поспешили уступить дорогу - пробормотав нечто отдаленно похожее на приветственные слова, Каранток быстрым шагом направился вверх, преодолевая по две ступеньки за раз.

У дверей собственного кабинета лорда-надзирателя уже ждали: Грегори Маршалл, развалившись на дубовой скамье, лениво потягивал недорогую сигаретку. Завидев будто бы выпрыгнувшую из-за ступеней огромную черную шляпу, а следом, с разницей в несколько мгновений - и все остальное, запечатывающий охотник вскочил на ноги, умудрившись упустить тлеющий окурок на ковер. Сопровождаемый мрачным взглядом лорда-надзирателя, Грегори затушил тот сапогом - и чуть улыбнулся:

-Добрый вечер, сэр. А вы, однако, задержались. Я надеюсь, все в порядке?

-Большой совет - дело не из легких, - пожал плечами Каранток, проходя к дверям и отпирая, один за другим, замки - как видимые глазу, так и сотканные из крайне неприятных чар. - Уверен, вы знаете одну шуточку, популярную среди нижних чинов… Маршалл, довольно быстро понявший, на что намекает его непосредственное начальство, только усмехнулся, отметив, что Каранток, по крайней мере, не успел еще уморить в себе чувство самоиронии. Два башенных лорда, как поговаривали, способны были насмерть перегрызться даже по такому ничтожному вопросу, как что и в каком порядке подавать на обед - когда же в один разнесчастный зал набивали всю верхушку Ассоциации, атмосфера там - Грегори нисколько не сомневался - накалялась настолько, что преисподняя, поставь ее кто рядом для сравнения, без помех сошла бы за курорт.

-Всего два голоса “против”, плюс к тому трое воздержались, - бросил лорд-надзиратель, проходя в кабинет, швыряя шляпу ровнехонько на штырь вешалки и быстро прикрывая дверь за вошедшим следом охотником. - Иначе говоря, за войну выступили почти единогласно. Это сошло бы за осколок чуда, если бы не та бойня, которую нам преподнесли русские. Пролитая кровь обладает удивительным свойством объединять…садитесь, Маршалл, садитесь. Нам с вами есть о чем побеседовать.

-Рискну предположить, что речь пойдет о последних…неудачах, - осторожно произнес маг, опускаясь в предложенное ему кресло.

-Скорее, о позорном провале, - разместившись за столом, раздраженно бросил Каранток. - Если, конечно, вы стерпите то, что я называю вещи своими именами.

-При всем уважении, сэр, прошло только пять дней… -Не “только”, а “уже”, Маршалл, - вздохнул, явно с трудом сдерживаясь, лорд-надзиратель. - Впрочем, я стремлюсь придерживаться реалистичных точек зрения. Если за пять полновесных суток мое ведомство в полном составе не справилось с задачей, тому есть только два объяснения. Первое, не особо меня радующее, заключается в том, что кое-кто разучился работать, засиделся на своих местах. И, как неизбежное следствие, очень скоро с них полетит… -Парни из Могилы ведь тоже ничего не добились, - успел заметить Грегори, вовсю используя образовавшуюся паузу. - Почти единственная наша надежда была, как вы, наверное, помните, на те образцы крови, но все что удалось сыскать их тварям - оставленную на берегу одежду, которую ею измазали по полной программе. Он, все-таки, не дурак… -Зато с успехом выставил ими нас, - резко ответил Каранток. - Что ж…перейдем ко второму объяснению, Маршалл - вам лучше уповать на то, что в конечном итоге я приму именно его…если, конечно, вы заинтересованы и дальше хранить свою должность за собой, а свою голову в целости. Кай давно уже за пределами города. Уж не знаю, какой дьявол помог ему пережить это купание, но, похоже, раны существа были не настолько тяжелы, как бы нам того хотелось. С учетом того, что мы проверили всю реку за первые два дня, не найдя ничего, кроме той самой одежды, о которой вы в очередной раз соизволили упомянуть, тварь уцелела - сомнений в этом у меня практически нет. И, наскоро зализав раны, проскользнула через нашу блокаду - в первые сутки, не могу не признать, та была весьма далека от идеала… -Иначе говоря, пока что будем считать его живым, - покачал головой охотник. - Не видел тела - не спеши хоронить, и все такое прочее… -Вопрос этого существа я буду считать закрытым тогда и только тогда, когда его прах будет запаян в приготовленный мною сосуд и замурован на максимально возможной глубине, - сцепив пальцы, подался вперед лорд-надзиратель. - Не раньше. Но распылять наши и без того изрядно поредевшие силы на дальнейшие поиски, особенно сейчас, мы попросту не можем себе позволить. И причиной тому не только грядущая война.

-Каковы же иные причины?

-Все довольно просто, Маршалл - если вы заставите свою разленившуюся голову хоть немного работать, то и сами поймете, насколько. Раненый - куда большая обуза для врага, чем убитый, но в данном случае все еще интереснее. Тот отряд, который работал в Ширнессе, эти так называемые “Черные стрелы” - ушли живыми, и я отдельным приказом запретил даже пытаться их преследовать.

-Я помню, - кивнул Грегори. - С ними был Прародитель… -Дело не в нем. С ними было кое-что более существенное, Маршалл - правда. Правда, на которую их глаза раскрыл наш чешский герой. Правда о том, что Кай вел их на верную смерть - а завершись их операция успехом, смерть та пришла бы уже за всем человечеством. Мы позволили им отступить, даже позволили забрать в качестве доказательства одно из тех безумных устройств, которые едва не стали причиной начала нового Ледникового периода на Британских островах… - Каранток холодно улыбнулся. - И теперь они, я в этом не сомневаюсь, уже принесли эту правду домой. Кай, быть может, все еще существует, но даже он не смог бы их опередить, не смог бы успеть задушить эту самую правду в зародыше, - лорд-надзиратель чуть помолчал, прежде чем продолжить. - В лучшем случае их организация сейчас тонет в бесконечных внутренних разбирательствах и чистках, в худшем же - там царит полнейший хаос. Так или иначе, нам есть чем воспользоваться… -…если их руководство вообще прислушается к тем, кого мы отпустили, - задумчиво произнес Маршалл. - Быть может, их просто взяли, да и расстреляли к чертям за провал.

-В таком случае Директорат являлся бы стадом непроходимых кретинов, - пожал плечами Каранток. - Что, разумеется, тоже было бы нам на руку, - сдернув с рычага телефонную трубку, лорд-надзиратель набрал номер, состоявший всего лишь из трех цифр. - Лесли, две чашки чая, пожалуйста. И желательно не тех помоев, что здесь взяли моду подавать в последние месяцы, - вернув трубку на место, маг поднялся из-за стола, принявшись мерить шагами кабинет. - Итак, Маршалл. Касательно Кая распоряжения будут следующими. Сегодня же снимаем с поиска все группы, кроме одной, максимум - двух…пусть возвращаются к делам, что пришлось бросать ради этого дурацкого празднества, будь оно неладно. Меня также настойчиво просили перебросить всех свободных людей на охрану отдельных лиц из числа лордов и членов их семей - есть предположение, что тех, чьи рода уже понесли потери в ходе этой русской…авантюры, могут попытаться добить.

-И сколь длительной будет стража? - поднял глаза на лорда-надзирателя Грегори.

-Месяц, может, два, - бросил в ответ Блеквелл. - Мне это самому не по душе, как вы можете догадаться, но если чьи-то розовые очки лопаются, то, как правило, стеклами внутрь. С появлением Кая, пусть даже о его истинной природе осведомлены единицы, многие лорды почувствовали себя смертельно уязвимыми…говоря проще - у доброй половины тех, с кем я сегодня имел честь беседовать на большом совете, поджилки ходуном ходят. И нет, я не смогу снова приставить вас к леди Митик, можете даже не просить. Вы нужны мне здесь, и будете нужны мне на войне, Маршалл. Если, конечно, не побоитесь сунуть голову в самое пекло… -Обижаете, сэр, - чуть улыбнулся Грегори. - Разве по мне похоже, что я готов пропустить такое представление?

-По вам похоже, Маршалл, что в последнее время вы слишком расслабились, - проворчал Каранток. - Будь Кай мертв, мы бы сейчас…впрочем, оставим Кая в покое. Мы, так или иначе, добились цели - он лишен власти над своей организацией, а на краткий срок или же навечно - зависит уже от того, поверят ли русские своим друзьям, что лили кровь в Ширнессе. Церковь начала заниматься проблемой Ленинградского Клуба куда раньше, чем мы, так что черновые планы вторжения уже в обработке. Теперь в эти самые планы входит не только Могила, но и мы - и хорошо бы нам вписаться туда половчее… - маг осекся, заслышав за спиной тихий скрип. - А, Лесли, вот и ты. Благодарю… Невысокая девушка, оставившая на столе натертый до блеска поднос с двумя кружками, весьма быстро ретировалась - будто бы почувствовав, что влезла в самое сердце чрезвычайно важного разговора. Затворив за ней дверь и вернувшись за стол, лорд-надзиратель, пригубив горячий чай, продолжил:

-Делегация Атласа нас покинула уже на второй день после этого…праздничка, и никаких вестей от них пока что не поступало. Полагаю, они, как и всегда, изберут нейтралитет, но существует вероятность, что ему предпочтут старый добрый удар в спину. У них не хватит сил, чтобы в открытую соперничать с нами или Морем Бродяг, да и участие во вторжении выбивалось бы из их стиля…но вот попытаться перехватить терминал по пути, когда мы уже его добудем…нет, на это они определенно могут пойти.

-Могу я поинтересоваться, сэр? Как именно мы собираемся отбить это существо у Церкви? - Маршалл осторожно взял свою кружку, чувствуя, как в пальцы забирается едва терпимый жар. - Если материалы, которые вы спустили мне днем через Ларби, правдивы, Святой Престол собирается нагнать такую тьму бойцов, что… -Наш экспедиционный корпус будет состоять из половины Батальона, - холодно произнес Каранток. - Плюс добровольцы, которых поведем мы, разумеется.

-Но Могила… -Задача, разумеется, будет не из простых, - вздохнул лорд-надзиратель. - Сброд из Моря Бродяг. Псы Церкви. В дальней перспективе - Атлас. И дьявол знает, кто еще - ведь информация уже давно могла утечь на сторону … - Каранток отхлебнул чаю. - В этой игре у каждого за спиной будет нож, и как только с русскими будет покончено… -Иначе говоря, победит тот, кто выгадает лучший момент для предательства, - усмехнулся Грегори. - И сумеет сполна отыграть свои карты.

-Грубо, но верно, - кивнул Блеквелл. - Я, разумеется, уже заготовил пару сюрпризов…Атлас. Единственное окно было распахнуто настежь - но ночь, уже успевшая спеленать все кругом своим неизменно черным, с прорехами в виде редких звезд, покрывалом, отчаянно не желала разродиться хоть бы самым жалким подобием ветерка. Трех кондиционеров вполне хватало для того, чтобы одуряющая духота не могла установить в помещении свои порядки, но порождаемый ими шум, сливаясь с утробным, монотонным гулом всех прочих машин, был, в общем-то, ничуть не лучше.

Тейя научилась не замечать всего этого - голоса машин давно стали неотъемлемой частью ее жилища, и вряд ли бы она сумела, например, толком заснуть, исчезни в одночасье все эти столь привычные звуки. Тоскливая колыбельная, которую день ото дня завывала занимающая большую часть покоев аппаратура, ее вполне устраивала - в конце концов, настоящих ей от рождения не приходилось слышать.

Вынырнув из крохотной душевой кабины, Тейя остановилась у запотевшего зеркала над раковиной, словно в полусне провела по тому влажной рукой, сдирая с поверхности туман. Бессмысленно уставившись на собственное отражение - словно бы ища в нем нечто новое - она поймала себя на том, что тихо улыбается неведомо чему. Наверное, это чувство стоило считать если не радостью, то по меньшей мере облегчением - Лондон, запомнивший ее под именем Хром, остался бесконечно далеко позади, остался там и весь тот мир, который ей куда привычнее было познавать, не покидая родных стен. Завернувшись в измятый, царапающий кожу халат, провидец первого круга Тейя Кру прошествовала в комнату, коснулась утопшей в стене ручки, легкий поворот которой разнообразил темные тона несколькими полосками чахоточного света. Четыре монитора, загнанные в стенные ниши, изливали неровные, до краев полные ядовитой синевы пятна на жемчужно-белую плитку стен, что укрывала от ненужных взглядов невообразимой древности камень. Чувствуя, как тело ее постепенно начинает вспоминать, что на свете, к сожалению, есть такая вещь, как озноб, Тейя присела на краешек кровати, стянув с мятых подушек нечто, похожее на безнадежно спутавшуюся массу мерцающих водорослей. Конструкция из эфирной нити в ее руках довольно быстро обретала подобие структуры - и еще быстрее сливалась с телом: полупрозрачные волоски ныряли под кожу и еще глубже, тотчас же соединяясь с сетью, внедренной в тело Тейи, когда последней исполнилось пять. Подобное воссоединение всегда сопровождалось приятным покалыванием и скользящими по телу волнами тепла - прикрыв глаза, Хром часто-часто заморгала, формируя посредством несложных мыслеобразов необходимые команды для пробуждения коллектива. Убедившись в том, что все работает исправно, она обратила свой взор на свежий комплект форменной одежды - и, не особо торопясь, принялась облачаться в привычные изумрудные тона.

Торопиться и правда было некуда - коснувшись еще не наступивших минут, Тейя уже знала, что гость чуть опоздает. Да и будь иначе - поистине обнаженной она ощущала себя вовсе не без этой ткани, которая в любую, даже самую страшную жару приятно холодила кожу, а без коллектива, без всех тех, кто давно уже сроднился с нею, кто делил с ней память и тело, кто направлял, поддерживал, страховал… А вот и долгожданный скрип дверей - секунда в секунду. Покончив с одеванием, Тейя вновь немного подкрутила выключатель, прибавляя света - пусть и помнила прекрасно, что этот гость был далеко не той породы, которая спотыкается впотьмах о порог, а после еще и умудряется запутаться в свисающих с потолка проводах, почти придушив себя в итоге. Одна мысль о том, что будь на то желание гостя, она бы вовсе не почуяла его приближения - если бы не прощупывала, конечно, ежесекундно ближайшее будущее - уже была неприятна сама по себе, но следом шло соображение еще более пугающее. Будь на то нужда, гость бы определенно нашел подходящий ответ на все ее искусство - и, как и бесконечно многим из ее племени, Тейе было весьма неприятно столь часто встречать живое напоминание о том, что и ее силы имеют свои границы.

Шаги приближались. Окинув взглядом весь тот хаос, что царил в комнате, Тейя вздохнула: она уже слышала ехидные замечания гостя касательно всего этого беспорядка - пусть даже этот самый гость еще и не успел войти и вымолвить хоть слово. Прикрыв дверь в ванную комнату, Хром подошла к окну, легонько касаясь рамы - отверстие тут же оказалось запечатано толстым, прокаленным чарами, грязно-темным стеклом. Удовлетворенно улыбнувшись, Тейя дотянулась - одними лишь мыслями - до полусонной, как и она сама, системы безопасности, заперла небрежно оставленную нараспашку дверь и запечатала все помещение вглухую - наружу, пусть шансы подобного и были ничтожны, не должен был выбраться ни единый звук.

Шаги за спиной. Не двигаясь с места и даже не оборачиваясь, Тейя продолжала меланхолично изучать темное стекло, чуть вздрогнув - весьма примитивный, но, увы, совершенно необоримый рефлекс - когда на ее плечи опустились знакомые руки.

-Ну здравствуй, - влилось ей в ухо - если постараться, то в этом веселом, с хрипотцой, голосе можно было уловить нотки глубоко запрятанной усталости. -Нет нужды ко мне прикасаться, - безразлично произнесла Хром, все еще стоя без движения. - Нам обоим это прекрасно известно.

-Быть может, я успел забыть… -Но это не так, - покачала головой Тейя. - Кроме того, я знала о том, что данная попытка вывести меня из равновесия будет обречена на провал еще до того, как у тебя оформилась первая мысль о том, чтобы ее предприня… Гость рывком развернул ее к себе.

-Могла бы хоть разок подыграть, - устало улыбнулся он, выпуская провидца и чуть отстраняясь.

Гость был на полголовы выше ее - стоя так близко и не поднимая глаз, Тейя могла лишь изучать его скверно, явно наспех выбритый подбородок и горло: ни в том, ни в другом, в общем-то, не было ровным счетом ничего интересного, кроме пары старых, едва видимых уже шрамов. Скользнув взглядом чуть выше, по обветренным губам и смуглой коже, Хром встретилась, наконец, с его глазами - черными, блестящими словно у змеи продолжающими, казалось, насмехаться над чем-то даже сейчас, когда остальное лицо хранило спокойное, почти что скучающее выражение. Растрепанные смоляные волосы свалялись и спутались, будучи вдобавок припорошены пылью, песком и бетонной крошкой - похоже, до покоев Тейи гость добирался через закрытый на ремонт участок, не пожелав тратить время на обходной путь. Тело худощавое и гибкое, пусть и не такое иссушенное, каким кажется на первый взгляд, застегнутая на две верхние пуговицы ношеная рубашка веселенькой расцветки, равно как и запыленные брюки - два болезненных удара по строгим правилам внутренней жизни академии, отступать от которых, презрев обязательную для всех форму, очень мало кто мог себе позволить.

Одно из таких исключений сейчас и стояло пред провидцем, вовсю ухмыляясь - пересчитать обитателей Атласа, которые не почувствовали бы хоть самый слабый укол страха, завидев этого человека на своем пороге, можно было по пальцам - и, скорее всего, одной руки. К слову о руках - выбор одеяния без рукавов был, определенно, либо ошибкой гостя, либо очередным плодом его бесконечной наглости: на обозрение были выставлены не только очередные старые шрамы, но и многочисленные следы от уколов - некоторые были совсем свежими.

-Ты звала меня, - произнес гость, отступая еще на шажок и окидывая комнату цепким взглядом. - Ну и бардак …нет, не подумай чего лишнего - я сам существо не особо прихотливое, но тут только тому и сидеть, у кого по жизни “все предопределено” на правах девиза. Я серьезно - за порог только ступил, так сразу во что-то вляпался… -В коридоре? - пробормотала Хром. - Я знаю. Это просто протекший хладагент.

-А ей и нормально, - хмыкнул гость. - Ну да ладно. И зачем же милая Тейя меня к себе пригласила? Если ради генеральной уборки, то вынужден отказаться - убираю я обычно несколько иначе… -Иерархи заключили, что твои методы воздействия вновь могут оказаться полезными для скорейшей корректировки уравнения, над которым я работаю в настоящий момент, - чуть помолчав, выдохнула Тейя. - Я должна осуществить передачу всех необходимых инструкций и… -Слушай, может, отрубишь коллектив? - гость придал своему лицу страдальческое выражение. - Когда вы соединены, с тумбочкой и то веселее болтать… -Вынуждена отказать. Его мощности в настоящий момент… -…нужны тебе, как телеге пятая нога и хвост, - фыркнул гость. - Но ты уже так приварилась к этим мертвякам, что клещами не отдерешь. И вот эти люди еще меня укоряют за всякие там зависимости. На себя бы посмотрели - бревнышки-то вон как хорошо из глазок лезут… -Я была бы рада, если бы мы перешли к… -Кстати, как тебе вольный воздух? - вновь перебил Тейю гость. - Давай, расскажи-ка мне, видела в Лондоне что-нибудь интересное?

-Не знаю. Я работала.

Гость закатил глаза.

-И чего меня, спрашивается, за компанию с вами не отрядили? - вздохнул он, прохаживаясь по комнате. - Хотя ясно, почему - я бы дело сделал, а не топтался на месте… - пробормотав что-то сквозь зубы, гость повалился на кровать, не оставив Тейе иного выбора, кроме единственного в комнате стула. - Я слышал, Башня как всегда мордой в самую грязь вмазалась?

-И, как всегда, утерла ее столь быстро, что нам попросту не осталось, за что зацепиться, - покачала головой Тейя. - Глаза Башни уверяет, что эмиссар мертв, но иерархи знают, что это не так. Я знаю, что это не так. Его присутствие, как и прежде, невозможно осязать привычным путем, но косвенные признаки по-прежнему продолжают активно проявляться.

-Так я за ним отправлюсь? - рассматривая потолок, небрежно бросил гость.

-Мне известны далеко не все подробности, - поднявшись со стула, Хром медленно подошла к одной из стенных ниш, вытащив оттуда продолговатый металлический футляр, опечатанный двумя бумажными лентами. - Иерархи уже передали мне список объектов, требующих твоего немедленного воздействия… - швырнув футляр на кровать, Тейя без спешки вернулась на свое место. - Все необходимое записано на одноразовый эфирный носитель, настроенный на конкретного адресата. Данные не подлежат трансляции, но доступ к ним сохранится на все время контакта. После отделения от нервных волокон мозга структура данного носителя самостоятельно разложится в течение минуты.

-Приму к сведению, - криво улыбнулся гость, подтянув к себе футляр. - Я так понимаю, работать мне придется отнюдь не по русским, так? Будь дела проще, вы бы не стали так трястись над тем, что останется в моей головушке, если меня вдруг повяжут… -У иерархов возникли определенные затруднения, - нехотя проговорила Тейя. - Своего рода…помехи.

-А вот это уже интересная песенка, - сев на кровати, гость подтянул под себя ноги и занялся футляром. - И на чем же наши умники надорвались?

-О планетарном терминале, я полагаю, тебе уже известно?

-Обижаешь, - фыркнул гость. - Правда, только верхами, но все же… -Церковь занялась проработкой его проблемы куда раньше, чем ветви Ассоциации. Иными словами, сразу же после нас, - медленно проговорила Хром. - Но мы, пусть и начали куда раньше, очень скоро утратили всякую возможность взаимодействия. Интересующий нас участок системы координат был просто-напросто отрезан от нашего влияния. Терминал все еще функционирует, тому есть документальные подтверждения. И тем не менее, даже объединенные усилия всего коллектива иерархов ничего не дали.

-Он что же, существует и не существует одновременно? - недоверчиво поинтересовался гость.

-Церковь предоставила нам доступ к информации, которая помогла пролить свет на данную проблему. Русские использовали некое чрезвычайно сложное устройство, попросту выведя терминал из доступных для восприятия областей. Невозможно воспринять то, чего в мире попросту нет. Согласно позднейшим выводам аналитического отдела, терминал в настоящее время отрезан на всех уровнях… -И ни один провидец в мире, как бы не тужился, тут ничего не родит, - на обветренных губах гостя заплясала кривая улыбка.

-Даже воля мира не в состоянии взаимодействовать со своей частью, которую более не ощущает. Блокада практически совершенна, - Тейя вздохнула. - Именно это и послужило основным источником затруднений, которые появились у иерархов в настоящий момент. Мы знаем о готовящейся военной операции, мы знаем практически все о силах, что примут в ней участие, но в уравнении отсутствует важнейший для нас элемент и до отключения устройства, так называемой Клетки Безмолвия, его попросту невозможно туда подставить. В картине остается чрезвычайно много пробелов, а вычисление результата по одним только косвенным данным в настоящей ситуации нас попросту не может удовлетворить, во всяком случае - в той мере, чтобы решиться на полноценное воздействие в союзе с силами Церкви и Ассоциации… Улыбка гостя словно бы надорвалась, будучи не в силах больше держаться на лице. В следующее мгновение он уже вовсю хохотал, откинув голову назад и вцепившись пальцами в простыню.

-Великолепно, - едва ли не всхлипывая со смеху, прохрипел он минуту или две спустя. - Просто великолепно. Высший класс, ребятки… -В данной ситуации отсутствуют детали, заслуживающие подобной эмоциональной реакции, - угрюмо произнесла Тейя.

-Нет, ты только подумай, - продолжал заливаться гость. - Раньше сама Земля по мере сил прикрывала своего ребеночка, так ведь? Но вы по крайней мере знали, что он где-то да есть. А теперь…выходит, что посадив его в эту самую Клетку, русские похерили все ваши уравнения, его включавшие? Перемешали все, что строилось на годы, если не больше, вперед?

-Пусть в использовании подобной лексики и отсутствует необходимость, полагаю, существо вроде тебя могло бы охарактеризовать возникшую ситуацию и таким образом, - уныло кивнула Хром. - Нахождение планетарного терминала в Клетке не позволяет иерархам выработать лучшую стратегию взаимодействия… -Дьявол, да тому, кто сочинил эту машину, я бы орден выдал! - гостя все никак не желало отпускать. - Хоть кто-то сбил немного спесь с нашего старичья. Дай-ка мне додумать - небось, как только терминал “исчез”, у них уже во всех местах раззуделось, а теперь, как настало время на войну собираться, так и вовсе… -Невозможность точного решения… -Да понял, понял уже, - наконец, отсмеявшись, гость около минуты переводил дух. - Могу представить себе, на что это похоже. Веками жить на одном том, что глядишь дальше прочих, а теперь - на-ка в стенку посмотри. И ни черта кроме той стенки не увидишь, хоть тряпицей глазки три, хоть в утиль неси. Там-то, к слову, им всем и место, кто своей черепушкой думать разучился. Ну вот и кушайте теперь, смотрите не обляпайтесь. Так что порешили-то? - закончил он уже более серьезным тоном.

-Атлас воздержится от полноценного воздействия, - наградив гостя хмурым взглядом, произнесла Тейя. - Слишком велики риски.

-Ну еще бы, когда неясно, куда соломку стелить. Иерархи, небось, сейчас мечутся, как куры, которым головки порубали?

-Полагаю, данную метафору можно признать относительно уместной.

-А что директор?

Тейя чуть улыбнулась, дав гостю понять, что оценила шутку. Директора академии испокон веков были и оставались самыми заурядными политическими куклами, пригодными чаще всего лишь для того, чтобы кому-то улыбаться да жать чьи-то руки - но то, что делалось официально, никакой роли никогда, разумеется, играть не могло. Каждый из этих магов хорошо знал - хотел он того или нет - что подчинен одному из сокрытого в самой непроглядной тени коллектива иерархов - или даже просто какому-нибудь талантливому провидцу из первого круга. Каждый из них знал, что судьба его, рассмотренная, обработанная и расписанная иерархами до мельчайших подробностей еще до его рождения - судьба разменной монеты, которой без сожалений расплатятся за чужие ошибки, и лишь считанные единицы находили в себе силы с тем бороться, хотя бы попытавшись перестать служить ходячей бутафорией. Жизнь подобных смельчаков, как правило, не была особо долгой.

-Иерархи запланировали ограниченное воздействие, - проговорила Тейя. - Я не занималась ни вычислением, ни обработкой данной ситуации, но могу предположить, что они намерены ждать, пока планетарный терминал не будет освобожден. Следовательно… -…мне поручено подготовить почву, - кивнул гость, вскрывая, наконец, футляр и вытягивая оттуда крохотную, с его палец размером, катушку эфирной нити. - Давай-ка поглядим, как именно. Не поможешь?

Тейя не двинулась с места. Вновь разродившись полным притворного страдания вздохом, гость принялся осторожно распускать катушку, укладывая тонкую, способную, казалось, порваться от малейшего усилия, нить меж собственных волос. Закончив - процесс занял чуть более пяти минут - он весь как-то подобрался, и, прикрыв глаза, что-то пробормотал, едва шевеля губами.

-Интересно, - спустя еще несколько минут выдохнул гость. - Мне… -Я не имею права знать об этом, - резко произнесла Тейя. - Ты не должен продолжать. Угроза, которой мое знание может подвергнуть… -…сложно чему-то угрожать, будучи запертой в четырех стенах, - отмахнулся гость, распахнув, наконец, глаза. - Тебе надо почаще… -Ты же знаешь, что это невозможно.

-Знаю, - неожиданно грустно вздохнул гость, впрочем, почти сразу же заставив себя вновь нацепить кривую улыбочку. - Ты лучше послушай, чего ко мне в головушку натекло. Ваши умники, не имея возможности сделать достоверный прогноз, просто-напросто прикинули все доступные им цифры. Сравнили потенциал сторон и разместили участников будущей заварушки по степени вероятности их победы.

-Вполне разумное решение, - пожала плечами Хром.

-Как я уже сказал, тебе надо почаще бывать там, за оградой, - невесело усмехнулся гость. - А уж их и вовсе туда стоит за шкирку выволочить. И без машин, без коллективов, без всего, чем они обрасти успели…глядишь, тогда у кого-то в голове и проклюнется… -Что?

-Что есть вещи, которые в цифры не уложишь. И умей вы их встречать лицом, не тряслись бы, как сейчас. А ведь трясетесь, а ведь боитесь. Атлас никогда не ошибается, так ведь? И ради того, чтобы так и осталось, все, что вы сейчас можете - на задах ровно сидеть, да серьезные рожи давить. Атлас никогда не ошибается, верно. Потому что когда он чувствует, что может в ту ошибку вляпаться, так вообще дела не начинает, страшно ему, бедненькому… - поднявшись с кровати, гость направился куда-то к окну. - Сделать прогноз не вышло, так они просто пару дремлющих агентов растолкали. В Башне, в Церкви…знают теперь, какими путями добычу кто повезет. Знают, куда ударить. Мне вот Могила досталась… -Хочешь сказать, что… -Они, похоже, намерены изучать терминал не у себя дома. Не хотят понапрасну рисковать своей самоходной каменюкой - добраться-то до нее сложно, это да, но и сбежать, если что пойдет не так, будет ни разу не проще, - гость на миг закусил губу. - Косс Риддер. Маг, чье судно должно будет принять терминал где-то в Северном море. А мне, похоже, предстоит найти его посудину в ближайшую пару недель…кстати говоря, - он снова улыбнулся. - Ты давно зарывалась в свое будущее? -Последний раз - не дальше трех дней. А что… -О, тебе понравится, - рассмеялся гость, вновь повернувшись к Тейе. - Похоже, кое-что изменилось, причем совсем недавно, иначе бы ты уже это уловила. Тебе ведь еще не передали, так?

-О чем ты?

-Твоя маленькая прогулка еще далека от завершения. Согласно тому, что только что вытряхнули в мой несчастный мозг, иерархам нужен отвлекающий маневр. Кому-то придется помелькать немного пред глазами у наших бравых крестоносцев. Как я уже сказал, моя миссия - заняться комитетом по встрече от Моря Бродяг, но до того я должен сопроводить одну важную особу на сборный пункт сил вторжения. Мои поздравления, Тейя. В Лондоне тебе не повезло, быть может, Копенгаген больше понравится?Лондон. Без четверти двенадцать на часах. Спрятав последние за рукавом, лорд-надзиратель Каранток Блеквелл, даже не пытаясь скрыть раздражение, в который уже раз позволил руке нырнуть в карман, вытягивая оттуда портсигар. Запалив уже третью сигарету за последний час, маг перевел взгляд с безлюдной тропинки на грязный, заболоченный пруд, тешась размышлениями, сойдет ли тот за место упокоения для Маршалла или же нахал, позволяющий себе опаздывать на целых полчаса, все же заслуживает чего-нибудь поинтереснее. В Ричмонд-парке Карантоку нравилось решительно все, кроме того факта, что заповедник был открыт для посещений - и пусть даже он и забрался сейчас так далеко от мест, которые обычно предпочитали отдыхающие, одна только мысль о том, что и здесь, явившись ранним утром, он когда-нибудь обнаружит очередное поле для гольфа или что похуже, была неприятна почти что до боли. Надо будет выкроить время и подумать, как отогнать отсюда всю эту публику - развести, допустим, здесь для начала каких-нибудь особо заразных клещей… Шорох листьев еще не успел до конца отзвучать, а лорд-надзиратель уже поднялся со скамьи, резко оборачиваясь - по одной из тропинок, что вела к облюбованному магом закутку, приближался приземистый, коротко стриженый человек в тяжелом кожаном плаще. Остановившись на секунду для того, чтобы чуть приподнять шляпу, он шагнул вперед, застыв в полуметре от мага - и голосом, что мог потягаться в своей холодности равно с сегодняшним ветром и местными водами, проговорил, едва отделяя друг от дружки тонкие, словно резиновые, губы:

-Лорд-надзиратель.

-Майор, - столь же холодно кивнул Каранток.

Майор Амброс Кутрик, старший офицер Батальона - обязанности свои он исполнял все то время, пока кто-либо из правящей семьи не пользовался древним правом лично вести в бой отборных башенных убийц - шагнул чуть ближе, небрежно махнув рукой в сторону скамьи.

-Я помешал вашему отдыху. Приношу свои извинения.

-Ничего страшного, - натянув на лицо самую теплую из всего набора фальшивых улыбок, Каранток повторил приглашающий жест Кутрика. - Присаживайтесь. -Благодарю, - маг опустился на скамью. - Полагаю, ни у кого из нас нет желания делать вид, что сия встреча - плод случайности, не так ли?

-Полагаю, что это было бы неуместно, особенно сейчас, когда все мы по самую макушку в делах, - усмехнулся, садясь рядом, Блеквелл. - Так чем же я обязан?

Амброс молчал, словно бы собираясь с мыслями. Взгляд этого низкорослого типа был начисто лишен даже самых малых крох тепла и света, да и само лицо - не вызывало особого желания в него подолгу вглядываться. Похлопав по карманам плаща, Кутрик собирался было запустить в один из них руку, но лорд-надзиратель уже раскрыл со щелчком свой портсигар. Пробурчав что-то невнятно-благодарное, маг закурил - и, несколько утомительно долгих затяжек спустя, наконец разродился парой рубленых фраз:

-Слышал, вы собираетесь лично участвовать в операции.

-Слух вас не подвел, - кивнул Каранток, ожидая продолжения.

-Я, конечно, не могу вам приказывать, но думал побеседовать с вами на этот счет, - выдохнув дым, сухо проговорил Амброс. - Не поймите меня неправильно, будь ситуация иной, я был бы рад вашей помощи, все были бы рады. Но ваши люди в большинстве своем - одиночки, а многие из добровольцев, которых вы собираетесь взять, и вовсе друг с другом могут оказаться незнакомы…не мне вам говорить, что так дела не делаются. Особенно когда Башня недавно…дьявол, давайте будем откровенны - чуть не лишилась всего руководства.

-Иначе говоря, вы просите меня остаться дома? - усмехнулся лорд-надзиратель.

-Именно, - мрачно кивнул Амброс. - При всем уважении, то, что затевается - дело Батальона. Позволю себе провести небольшую аналогию. Полицейским силам не следует заниматься работой армии…особенно когда у них самих работы по горлышко. Понимаете, о чем я?

-Прекрасно понимаю, - Каранток сбил на землю пепел. - Но, увы, согласием вас порадовать не смогу.

-И почему же? - лицо Кутрика осталось непроницаемым.

-Потому что содеянное русскими, содеянное этой…тварью, которой и имени-то нет, кроме того, что изошло из старой сказки, я не могу оставить без ответа. Никак не могу, и, думаю, вы должны меня понять… - маг вздохнул. - Тварь все еще может быть жива. Я не смог взять его здесь… -…и потому стоит оставить это дело нам.

-Напротив, - покачал головой Каранток. - Я привык заканчивать начатое. Можете считать, что мой визит в Ленинградский Клуб будет завершением лондонской операции, если вам так будет спокойнее… -Вас ведь заботит отнюдь не Кай, не так ли? - поднял глаза Амброс. - Все дело в терминале, я знаю… -Было бы по меньше мере глупо притворяться, что его судьба меня не волнует, не так ли? - лорд-надзиратель пожал плечами. - Если его не угробили русские, то несомненно угробят в Море Бродяг, Атласе…я уж молчу про то, что ожидает терминал, попади он в лапы Церкви. В одном, я думаю, мы с вами точно сойдемся - мы должны обеспечить сохранность этого существа любой ценой.

-И потому я бы просил вас… -Нет. Эту просьбу я при всем желании выполнить не могу.

-Я же, со своей стороны, никак не могу вам воспрепятствовать, - сухо произнес Кутрик. - Но могу…скажем так, напомнить кое о чем.

-И о чем же? - предельно вежливо поинтересовался маг.

-Я, разумеется, не могу вам приказывать. Но верно и обратное. Когда начнется вторжение, ни у кого из нас не будет времени на разрешение разнообразных…конфликтов юрисдикций. Потому предлагаю договориться здесь и сейчас. Я не буду рассчитывать на вашу помощь, пусть и буду ей рад. Вы, в свою очередь… -Каждый сам по себе, - улыбнулся Каранток. - Мне подходит.

-Ваш выбор, - придавив сапогом небрежно брошенный под ноги окурок, Амброс поднялся на ноги. - По крайней мере, я рад, что мы все прояснили заранее.

-Рад не меньше вашего, - спокойно ответил лорд-надзиратель. - Не волнуйтесь, роль балласта я, так и быть, не сыграю… -Мои волнения проистекают совсем из иных причин, - проворчал Кутрик, пожимая протянутую руку. - Всего хорошего.

Маг удалялся довольно быстро - потеряв его из виду, лорд-надзиратель решил не утруждаться выискиванием кутрикового силуэта среди деревьев: уж если в чем Каранток и был уверен относительно Амброса, так это в том, что последний не станет прятаться где-нибудь неподалеку и подслушивать. А раз так… -Можете более не прятаться, Маршалл.

От чахлого деревца - одного из тех, что торчали по ту сторону пруда, на сплошь усеянном гнилой листвой холме - отделился нечеткий поначалу силуэт. Осторожно двинулся вперед, приобретая все более и более человеческие очертания.

-Вы рисковали, - мрачно произнес Каранток. - Его следящие поля всегда активны. Еще на сантиметр ближе и… -Риск отсутствовал, сэр, - улыбнулся охотник. - Во-первых, мне прекрасно известна величина их охвата - этого типчика я изучил вдоль и поперек уже давно. Во-вторых, внешнее поле регистрирует одни только сердечные ритмы. Свой я бы приглушил, а на случай чего… - Грегори разжал кулак, и на листья с влажным звуком шлепнулся какой-то стремительно чернеющий комок.

-И чье… -Оленье, сэр, - пожал плечами Маршалл. - Их тут полно бегает. Чего от вас хотела эта бартомелойская псина?

-Пытался отговорить от участия в нашем маленьком походе, - Каранток подарил охотнику очередной тяжелый взгляд. - Тщетно, разумеется. Держу пари, на этом Амброс не остановится.

-Я приготовлю что-нибудь на его счет, - упав на скамью, бросил Грегори. - Можете не волноваться.

-И не собирался. Волноваться тут нужно вам, Маршалл, как безнадежно опоздавшему. И вам же лучше, если… -Во искупление своей вины спешу поделиться хорошими новостями, - перебил мага Грегори, вытягивая из кармана крохотную полоску бумаги. - Телеграмма от Олафа, сэр. Могила встала на якорь в Скагерраке.

-Группа готова? - впившись взглядом в бумажку, пробормотал лорд-надзиратель.

-Ждут только вашего приказа.

-Хорошо, - опустив телеграмму в карман, маг повернулся к Маршаллу. - Сегодня же передайте - пусть выступают.

-Будет сделано, - Грегори чуть помолчал, прежде чем продолжить. - Мне следовало отправиться с ними, сэр.

-Не говорите чепухи, Маршалл. Мне не нужен скандал в случае провала, а если в числе тех, кого повяжет их служба безопасности, окажется аккредитованный охотник Часовой Башни, он попросту неизбежен. Нет, нам сейчас стоит положиться на Олафа.

-Я боюсь, что помилование и закрытие его дела может оказаться недостаточно весомым стимулом… - задумчиво проговорил Грегори. - Нет, я, конечно, не забыл про иные наши…методы страховки, но что если он решит рискнуть?

-Не думаю, Маршалл. У Могилы тоже есть что предъявить этому прохвосту - лучшее, на что он может надеяться, так это на то, что они прикончат его быстро и относительно безболезненно. Что же до остальной троицы…уж поверьте, те, кого я подобрал, ценят свою жизнь слишком высоко, чтобы предпочесть слабый шанс договору, заверенному на Метках. Они не предадут.

-Но вот справятся ли с делом… -Не вижу смысла гадать. Мы сделали все, что могли, и теперь можем лишь ждать результата. Шанс, подобный нынешнему, представляется дьявольски редко - и я не намерен упустить ни секунды из того времени, когда эта чертова скала будет в пределах досягаемости. Довольно ожиданий. Довольно планов, которые, вызревая долгие годы, как вся та затея с домом Вайтль, умудряются до основания прогнить. Довольно игр. Группа Олафа преуспеет. Они принесут мне корону.

-Господа, постойте, пожалуйста.

Они уже подходили к машине, когда позади раздался этот голосок. Женский, чуть хрипловатый, чуть нервный - обладательница его явно торопилась, малость глотая слова. Каранток, обернувшись так резко, что вынужден был прихватить рукой шляпу, дабы та не сорвалась с головы, хмуро уставился на невысокую девушку в потертой кожаной куртке - в правой руке она сжимала чемодан, бывший ничуть не новей.

-Лорд-надзиратель Блеквелл? - тихо, но вполне отчетливо проговорила та. - Это ведь вы, верно?

-Допустим, - медленно произнес Каранток, едва заметно кивнув Грегори - тот, сделав еще менее уловимое движение головой, полез за руль. - А вы, прошу прощения…

-Агнесс Гилмур, сэр, - несколько нервно ответила обладательница чемодана. - Четвертая в роду своем.

-Рад за вас, - холодно ответил маг. - Буду рад еще больше, если вы сообщите мне, как именно вы нас нашли и с какой целью.

-Я… - отбросив лезущие в глаза светлые волосы, Агнесс чуть помолчала, по всей видимости, собираясь с духом. - Прошу меня простить, но я за вами проследила. Вернее сказать, за вашим спутником… -Все интереснее и интереснее, - лорд-надзиратель выстроил на губах подобие улыбки. - И для чего же вам то понадобилось?

-Уверяю вас, намерения мои чисты. Если вы позволите мне сказать, я…я родом из Кентербери. Второй ребенок в семье. Мне оказали милость, позволив в ней остаться и обучаться наравне с наследником при условии, что с моей стороны не будет предъявляться никаких претензий на Метку, а при достижении совершеннолетия я уже найду себе работу в Ассоциации и навсегда покину дом, - переведя дух, Гилмур быстро продолжила. - Филиал, в котором я обучалась, нашел для меня дело и я служила им в течение пяти с половиной лет… -Боюсь, все еще не понимаю, какое это имеет… -Сэр, - девушка шагнула вперед, заглянув на мгновение магу в глаза. - Пять с половиной лет я выполняла работу, сходную с той, которой занимаются ваши люди. Мне случалось также оказывать посильную поддержку охотникам из вашего штата. Ваш спутник должен меня знать. Мы встречались три года назад в Испании. Если быть еще конкретнее, то в Вальядолиде… -Вы слышали, Маршалл? - наклонился к машине Каранток. - Вы узнаете эту особу?

Грегори высунулся из окна, бесцеремонным взглядом ощупывая их собеседницу. Возраст определить сходу не получалось - согласно наблюдениям охотника, существовал период, в который некоторым женщинам на глаз можно было одинаково уверенно дать от двадцати до начала третьего десятка. Росточка небольшого, но сложена вполне гармонично, если не обращать внимания на излишнюю худобу. Никаких украшений, одежда совсем простая, по лицу отчетливо читается усталость - и, быть может, нехватка еды или сна. Что же еще…разве что небольшой шрам на верхней губе… Последний и решил дело - охотник, расплывшись в улыбке, выскочил из машины.

-Еще как узнаю, сэр! - расхохотался он. - Вы ведь помните то дельце с Ричардом Сото? Ну, который… -…чуть вас не прикончил и сделал беднягу Эстефи инвалидом до конца дней? - задумчиво произнес Каранток. - Так это она была с вами третьей?

-Точно так, - кивнул Грегори, наблюдая за тем, как в глазах девушки начинает разгораться сильнее до того едва тлевший огонек надежды. - Приставили к нам набираться опыта, я уж думал, что снова чьей-то нянькой работать придется, так вот, не угадал ни черта. Это она нащупала выход из блокады Сото. Честно вам скажу, я бы сам лучше не сыграл.

-Любопытно, - лорд-надзиратель снова повернулся к Агнесс. - Что ж, если уж Маршалл вас припомнил, это что-то да значит. Так какое же у вас ко мне дело?

-Сэр, - Гилмур нервно сглотнула. - Вы, конечно же, в курсе, что филиал в Кентербери был практически уничтожен в ходе этого безумного вторжения русских…потребуются десятилетия, чтобы хоть как-то возместить ущерб. Но ничто уже не вернет павших, - еще один шаг вперед. - Сэр, я давно жила одной мечтой - служить когда-нибудь под вашим началом. Все, кого я там знала, мертвы, а семья во мне вовсе не заинтересована. Мне…мне больше некуда идти. Я…я проделала весь этот путь, чтобы простить вас принять меня в штат.

Взгляд Карантока остановился, став еще холоднее, чем прежде. Встретившись с его глазами, Агнесс, выдержав с полминуты напряженной игры в гляделки, вынуждена была сморгнуть и чуть дернуть головой в сторону.

-Я не уверен, что вы до конца представляете, о чем просите, - мрачно произнес лорд-надзиратель. - Быть может, у вас и есть какой-то опыт, но его явно не достанет, чтобы вы могли вот так, запросто, стать одним из… -Я полностью отдаю себе в том отчет, сэр, - прервала его Гилмур. - Но я и не смею вас просить о должности запечатывающего охотника. Я лишь прошу позволить мне сражаться рядом с вами, и, если вы вдруг сочтете, что я подхожу…я… - окончательно захлебнувшись в собственных словах, Агнесс замолчала, уткнувшись взглядом в землю.

-Маршалл, - маг повернулся к Грегори. - Ваше мнение?

-Предельно честное, как и всегда? - улыбнулся охотник. - Больше ищейка, чем убийца, это я вам сразу скажу. Но свое дело знает, можете мне поверить. Личное дело подгоню вам уже сегодня, если хотите.

-Сделайте такое одолжение, - бросил Блеквелл. - Итак…Гилмур, я спрошу еще раз, чтобы быть уверенным, что я правильно вас понял. Вы хотите быть в составе нашего отряда, который отправится в скором времени в Союз?

-Так точно, лорд-надзиратель, сэр!

-Тогда вот вам первый приказ - говорите чуть потише, - уже значительно теплее, чем раньше, произнес Каранток. - Маршалл… -Да?

-Под вашу ответственность. Найдите ей место, а мне - ее личное дело. Будет весьма неплохо, если мы… -Спасибо! - вновь почти выкрикнула Агнесс, заставив лорда-надзирателя поморщиться. - Я вас не подведу, сэр! Я… -Тише, умоляю вас, тише, - простонал Каранток. - И забирайтесь-ка уже в машину - думаю, вам не стоит лишний раз напоминать, что на счету у нас каждый день, если не каждый час. Не мы одни готовимся ко вторжению - наши…друзья на службе Святого Престола тоже, как вы можете догадаться, не теряют даром время…США, штат Аризона. “Всенощная”. Его втащили в зал на двух тяжелых цепях и бросили на пол, со всей силы засадив меж лопаток железным жезлом. Его заставили склонить голову, впечатав лицо в холодные старые камни. Где-то там, за спиной, захлопнул двери караул и раздался повелительный окрик. Не дав и лишней секунды на то, чтобы подняться, они вновь натянули цепи, потащив его вперед.

Руки были скованы за спиной, горло сжимал изрытый мерцающими письменами ошейник. Два десятка бойцов держали его на прицеле с того самого момента, как тело его, облаченное в изодранную покаянную рубаху, показалось в дверном проеме. Троица с обнаженными мечами печатала шаг впереди, закрывая собой тех, кто сжимал цепи, еще трое или четверо оставались за спиной, время от времени ударяя жезлами по плечам - каждый раз, как только им казалось, что он пытается встать.

Труднее всего было сдержать смех. Ужас всего этого мяса, набившегося в скудно освещенный зал, как в бочку, он чувствовал столь же хорошо, как и кровь на собственных распухших от побоев губах.

Позади вновь пролаяли команду. Жезлы в который раз отработали по спине, заставив его уткнуться носом уже не в пол, но в пыльный ковер.

-Поднимите его, - прогудело нечто огромное, восседающее впереди.

Тянуть за цепи уже с другой стороны не пришлось - он сам вскинул голову, без страха разглядывая гору плоти в форменном облачении. Находя заплывшее жиром лицо, с которого свисало вниз никак не меньше шести подбородков. Заглядывая в маленькие подслеповатые глазки.

Улыбаясь.

-Санкрайд Фан, - великий магистр Теофиль Орельен Лесаж попытался сомкнуть руки на своей необъятной груди, но попытка сия была обречена на провал с самого начала. - Знаешь ли, почему ты здесь?

-Потому что твои мальчики наконец сыскали дверь, в которую ты пропихнулся, бочка сорокаведерная? - выгнулись в улыбке окровавленные губы.

За спиной вновь замахнулись - он это почувствовал. Но удар так и не был нанесен - его остановила, застыв в воздухе, жирная ладонь магистра.

-Не стоит, - затряслось лицо Лесажа, выдавливая наружу измятые, изжеванные слова. - Он так шутит. Однако, то, что он содеял недавно, было шуткой весьма скверной…я спрошу еще раз, Санкрайд - почему ты здесь?

-Придавил пару протестантских гнид, велико дело… - сплюнув кровь на пол, прорычал Фан. - Им все равно в аду гореть, пусть хоть поживее туда… Магистр тяжело вздохнул - лицо его при этом вновь заколыхалось.

-Ты не просто покинул вверенный тебе пост и напал на представителей Церкви Англии, которых Башня с таким трудом смогла уговорить прибыть на организованную нами встречу, - пробасил Лесаж. - Ты умудрился…Лоран, сколько там… -Двое были убиты на месте, - медленно произнес стоящий по правую руку от магистра тощий тип. - Еще один скончался в больнице, из оставшихся одному он высадил глаз, а другой - отхватил руку… -Я надеюсь, Санкрайд, тебе есть что сказать в свое оправдание?

-Как невозможно существование между нами и сыновьями сатаны, так невозможно и допустить, чтобы племя нечистых размножалось впредь, - прохрипел Фан. - Это вам должно оправдываться! Вам, а не мне! Вы собирались пойти на сговор с еретиками!

-Кретин несчастный, - вновь подал голос магистр. - Известно ли твоей дурной голове о предстоящем походе?

-Да уж не меньше, чем одному комку сала! - рявкнул храмовник. - Но если ты думал, что я позволю заключать пакты с раскольниками и нечестивцами… -Кретин, - повторил Лесаж. - Известно ли тебе, как именно собирались мы использовать их силы? Знал ли ты, какую роль предназначал им епископ Юлиан Верт? Ведомо ли тебе, ничтожный, что пройди все удачно, сумей мы сейчас договориться, во время вторжения им досталось бы самое трудное дело, что их трупами мы проложили бы свою дорогу к победе? Задумывался ли ты об этом, когда бросался на послов, как бешеная шавка?

-Воинство Христово не нуждается в подобных союзниках! - Фан дернулся вверх и вперед, натягивая цепи до предела. - Отомкните мои кандалы, верните мне меч - и русские безбожники умоются кровью еще до рассвета!

-Нет, Санкрайд, нет, - в который раз вздохнул Лесаж. - Своего меча ты более не увидишь. Я пощадил тебя когда-то, поскольку всегда уважал твое мастерство, но и моему терпению проложены границы. И свершив эту резню, ты их перешел.

-Я-то хоть хожу, - хмыкнул Фан. - А вот ты у меня покатишься.

-С меня довольно твоих дерзостей. С меня довольно крови, которую ты льешь всюду без малейшей нужды. С меня довольно… -Что, толстячок, решил, наконец, докончить старое дельце? - оскалился храмовник. - А не забоишься?

Лесаж вновь чуть шевельнул рукой. Тощий тип, что стоял по струнке справа от магистра, казенным тоном заблеял:

-Санкрайд Фан. Сообщаем вам, что все ваши звания, ваши заслуги, равно как и все ваши права члена ордена бедных рыцарей Христа и Храма Соломона, посвященного в Восьмое таинство, с настоящего момента аннулированы. Отнятое у вас сегодня, равно как и ваше оружие, не может быть возвращено вам иначе как согласно прямому распоряжению текущего великого магистра ордена, - тощий прокашлялся. - Вы не извергаетесь из Восьмого таинства сегодня, поскольку великий магистр Теофиль Орельен Лесаж в бесконечной милости своей готов даровать вам еще один шанс на прощение былых прегрешений, если вы возьметесь за новое дело и выполните его, явив нам достойный образец смирения… -Покороче давай, горлопан, - хрипнул, не меняясь в лице, Фан. - В какую задницу вы меня теперь забьете?

-Орден ссылает вас в Японию, где вы будете приписаны к архидиоцезу Токио, конкретнее - к церкви Святого Игнатия Лойолы… -Доброе дельце, - улыбка вновь наползла на лицо храмовника. - Давненько не потрошил этих островных дегенератов… -…а вот и ваша цель на ближайшие годы, - тощий, вытянув из кармана небольшую фотографию, швырнул ту вниз - карточка, немного покружив в воздухе, спикировала под ноги Фану. - Знакомьтесь, Аяка Сайо.

-Мелковата еще, но на часок, думаю, хватит… - Санкрайд вдруг осекся. - Стойте-стойте! В каком это смысле - на годы? Что вы там плетете?

-Сия несчастная сиротка, единственная уцелевшая из своего магического рода, отныне переходит под ваше наблюдение и вашу охрану, - с каждым новым словом лицо Фана вытягивалось все сильнее. - Если с ее головы упадет хоть один волосок, вы будете тут же отозваны из страны, выведены из-под Восьмого таинства и казнены как самый обычный убийца.

-Вы…вы… -храмовник, казалось, задыхался - хотя никто даже и не думал вновь натягивать его цепи. - Вы не посмеете! Да я ей шею сверну, как только… -Вы отказываетесь? - безразличным тоном вопросил Лоран. - В таком случае, я полагаю, мы можем казнить вас уже сегодня… -Хранить жизнь какой-то грязной язычницы? Мне? Мне? - Санкрайд рванулся вверх и вперед, кинулся, напрочь позабыв о цепях, прямо туда, где восседал магистр - путь ему немедленно преградила троица воинов. - Пустите меня, ублюдки! Я выпущу из этого борова весь жир вместе с кровью!

Обруч, что сковывал горло храмовника, заполыхал куда ярче, чем прежде. Успевший уже каркнуть первые строфы заклятья, Фан захлебнулся всем, что шло следом - а мгновение спустя уже завыл в голос от хлынувшей в тело боли. Голова Санкрайда затряслась, словно у какой-то игрушки, сквозь дрожащие губы наружу хлынула пена. Покачнувшись, храмовник повалился к ногам ближайших рыцарей, продолжая что есть силы сучить скованными конечностями по холодному камню.

-Мы закончили, - прогудел Лесаж. - Уведите его.

-Но… -Все в порядке, - забулькал великий магистр. - Он получил задание. Он смирится. Смирится, если хочет когда-нибудь вновь взять в руки свой меч.

-Тебе лучше…расплавить…его… - едва слышно прохрипел Фан, протягивая скрюченную руку в сторону Лесажа. - Послушай…меня…и запомни…если ты…вернешь его…мне… -Убрать эту падаль! - вновь проблеял Лоран. - Вы слышали приказ!

Зазвенели, натягиваясь, цепи.

-…однажды он…вскроет…твое жирное брюхо… Хрипящее тело довольно быстро скрылось за дверьми. Дождавшись, пока те будут надежно затворены, великий магистр ленивым жестом подозвал Лорана. -Мой самолет уже готов?

-Со вчерашнего дня.

-Прекрасно, - удовлетворенно пробулькал Лесаж. - Распорядитесь насчет второго обеда. Мы вылетаем в Копенгаген завтра утром.

-Будет исполнено, - тощий храмовник несколько нервно кивнул. - Если мне позволено будет заметить, этому безумцу совершенно зря сохранили жизнь.

-Не в моих правилах разбрасываться столь ценными инструментами. Прискорбно, конечно, что вместо протестантских выродков потери понесут наши воины, но вряд ли это помешает нам победить, - жирное лицо великого магистра затряслось, словно студень - улыбка, которую тот силился произвести на свет, напрочь потонула в складках сальной кожи. - Глупец Юлиан воображает, что терминал будет принадлежать ему, думает, что может нам приказывать. Но когда волки Верта сдуют крышу с домика, всех поросят разделаю я… По многочисленным подбородкам Лесажа побежали ручейки слюны. Выражение предельного отвращения так и просилось на лицо, но Лоран сдержался. В конце концов, он давно уже привык.

Арма, Северная Ирландия. Подземелье с низким сводчатым потолком, что опирался на полусгнившие балки, явно требовало ухода - нет, скорее молило о нем. Старые камни стен были укрыты выцветшей, истлевшей почти до конца тканью, краска на тяжелой железной двери давно потрескалась и облупилась. Из проделанных то там, то здесь отверстий вырвался теплый, затхлый воздух, распространяя удушливый смрад плесени и сырости - словно этого мало, свою лепту спешил внести угарный дым и запахи десятков пережженных трав. Откровенно говоря, здесь вообще едва можно было дышать. Но - это лорд-надзиратель Каранток Блеквелл понимал со всей болезненной отчетливостью - некоторых гостей нельзя было принять, как водится, в своем рабочем кабинете, некоторые гости требовали соблюдения совсем иных приличий.

Ритуал уже подошел к концу - и сейчас оставалось лишь ждать. Усталый взгляд мага то останавливался на уродливом каменном алтаре, то скользил по брошенным у дальней стены проржавевшим цепям. Год за годом давал он себе слово, что уже скоро вышвырнет их вон, расплавит, зароет - но все никак не мог заставить себя решиться.

Иногда Карантоку казалось, что где-то там еще можно было отыскать пятна его крови. И крови Роланта, конечно же.

Тихий, едва доступный уху шепот заставил мага отбросить прочь все свои пространные размышления - глаза же его теперь неотрывно наблюдали за участком стены чуть повыше того места, откуда были выдраны цепи. Сквозь щели, бывшие не толще волоса, в зал сочилось нечто, далеко не сразу соизволившее принять один из цветов, что был способен воспринять человеческий глаз.

Весь букет мерзостных запахов, наполнявших подземелье, не мог тягаться с новым - вряд ли вообще существовали когда-либо слова, чтобы в достаточной мере описать этот смрад, бывший стократ хуже любой вони разложения. У Карантока перехватило дыхание, к горлу подступила тошнота - но, как и множество раз до того, маг совладал с собою, даже не сдвинувшись с места. Впереди, на расстоянии вытянутой руки от него, гость ткал самого себя - одного этого зрелища было бы достаточно, чтобы смутить более слабый разум. Пред глазами лорда-надзирателя словно бы повторялась вся работа по сотворению человека - но каждая ступень ее была теперь столь непотребна, столь неестественна, что великого труда стоило не отвернуться в ужасе от этого воплощенного греха. Каранток наблюдал за бешеными скачками между всем доступным гостю многообразием форм, андрогина, раскалывающего себя на два пола, человека, сходящего до зверя, и зверя, что прятался под маской человека. Вереница рождений и смертей окончилась, выплеснув в мир налитую чернотой фигуру - но тьма ее была не той тьмой ночи, что оставляла глазу лишь смутные очертания предметов, а отчасти прозрачной, позволявшей не только видеть все до боли отчетливо, но даже смотреть сквозь кожу и плоть, сквозь внутренности и кости. Слабый намек на ту форму, что сейчас воплотилась пред магом, можно было отыскать в древних скульптурах и изображениях, слишком отвратительных, чтобы их удалось бы передать словами - и едва преобразование, наконец, завершилось, гость почтительно поклонился: не магу, но тому, кто был с ним с детских лет.

Fear Doirche явился.

-Король мой, - прошелестела тень, распрямляясь.

-Какие вести, Скворец?- сбежали с губ Карантока чужие слова.

-Колыбель уже готова. Как только дитя будет с нами, мы начнем ритуал, - тень чуть скользнула вперед. - Но ваш венец…вы еще не возвернули его?

-Потомков укравших копье постигла кара. Потомки укравших доспех ныне служат мне. Укравшие венец вскоре его лишатся. Им не избегнуть своей участи, как не избегнуть сему миру нашей власти.

-Как и всем иным, король мой. Но молю вас, поспешите - никто не признает вас, покуда венец не отвоеван. Сосуд ваш ручается, что все пройдет как должно?

-Я уверен в том, - впервые с самого начала разговора Карантоку было позволено испустить свой собственный голос. - Они проникнут в Могилу и добудут корону для нас… - тело мага чуть вздрогнуло, когда свои права на него вновь заявил другой. - Дитя будет нашим. Через него мы пленим его мать. И сей спелый плод спадет, наконец, в наши руки… -Королева моя страшится нового провала, - вновь зашелестела тень. - Ожидание утомило ее, а очередное поражение приведет в ярость. Она велела передать вам это… Тень ступила еще ближе, вновь согнувшись в поклоне и простерев к магу руки. На раскрытых ладонях ее блеснуло прекрасное кольцо. Материал этот был похож на серебро, но не имел с ним ровным счетом ничего общего.

-Она желает, чтобы я призвал корабль? -Королева моя намерена лично править им из своих покоев, - едва только кольцо оказалось в руках мага, тень отступила, вновь вытянувшись по струнке. - Она желает взглянуть на мир, что противился нам так долго, на новый мир, что вскоре падет к ногам ее.

-Быть посему, - кольцо скользнуло на палец лорда-надзирателя. - Среди наших врагов нет никого, кто смог бы совладать с ним… -Король мой, - зашипела, защелкала тень. - Мы лицезрели в хрустальных кругах того, кто может стать поперек вашего пути. Туманы меж мирами все еще тесны и обильны, но нам ведомо про него. Сей чаровник столь же мал ростом, сколь велик силой…молю вас, король мой, будьте бдительны, будьте зорки и неусыпны, как прежде. Королева моя не стерпит очередной неудачи.

-Я приму твой совет, Скворец. Есть ли тебе что еще поведать мне? -Ваш сын желал вас видеть, но стены, возведенные гадким Патриком на этой земле, все еще хранят крепость, пусть вы и пошатнули, источили многие из них. Сюда ему пока что не ступить, да и я не могу пребывать здесь дольше. Мне должно отступить сейчас, король мой. Какие вести мне принести домой?

-Передай, что дитя вскоре будет принесено королеве. Скажи, что вскоре свершится слияние и Волшебная Рать вновь изольется в мир, сумевший изгнать ее на столь долгий срок. Сообщи им, что время это не прошло даром, что огнь их веры еле тлеет, что от искусства их чар остались лишь жалкие крохи, что железо в их головах давно проржавело и более не страшно нам. Добыча заждалась охотника, Скворец - вот что ты скажешь им. Этот мир отдастся нам, как и те, что были прежде… - в глазах лорда-надзирателя блеснули тусклые, болотно-зеленые огоньки. - Передай войскам, что король вскоре вернется. Передай всем, всем до единого - пусть будут наготове.Ватикан, Рим. Неугомонный дождь барабанил, сколько доставало сил, в оконное стекло. Свет в кабинете был приглушен - вполне хватало и того, что проникал снаружи. Фрески с картами морей, украшающие стены, исполинские шкафы, набитые пыльными томами и опечатанными папками. Епископ Юлиан Верт, ерзая в своем кресле, то и дело бросал нервный взгляд на застывшую у окна тощую фигуру - нечеткий силуэт, стоявший против света.

-Суверенный военный гостеприимный орден Святого Иоанна, Иерусалима, Родоса и Мальты - три сотни пятнадцать человек, - сухо проговорил стоявший у окна. - Братья и сестры немецкого дома Святой Марии в Иерусалиме - сто два человека. Военный и госпитальерский орден святого Лазаря Иерусалимского - пятьдесят четыре человека. Возрожденное российское отделение ордена Святой Марии Вифлеемской - сорок один человек. Свидетели Святой Смерти - сто тридцать семь человек. Орден Дурной головы - тысяча двести шесть. Лесаж выставил триста шестьдесят два храмовника…итого две тысячи двести семнадцать рыцарей, не считая обслуживающего и вспомогательного персонала от каждого ордена. Палаческие группы “Прах”, “Закон”, “Жатва”, “Догма”, “Скорбь”, “Завет” в полном составе, включая лучших из дома Асколь и его ветвей. Первый, третий, пятый, седьмой и восьмой агенты похоронного класса… Епископ хранил молчание.

-Я должен в очередной раз обратить ваше внимание на то, что подобных сил ради одной операции Церковь не собирала уже очень давно. В человеке, которому будет вверено командование силами вторжения, мы должны быть уверены абсолютно.

-Уверяю вас, я… -Абсолютно, - с нажимом повторил худощавый человек, делая шаг от окна.

Неяркий свет косо упал на собеседника Верта, позволяя разглядеть костистый подбородок, чуть помятый пурпурный ворот сутаны, уловить тусклый блеск наперсного креста и чуть более заметный - кардинальского перстня. Алоизио Массари, человек, что поднял когда-то Юлиана до нынешних высот, для непосвященных был известен как префект Священной конгрегации доктрины веры - этого, казалось бы, уже хватало, чтобы внушать вполне определенные чувства. Вторая должность Массари, впрочем, могла предоставить куда больше поводов для страха - субдекан тайной коллегии, второй человек в скрытой иерархии Церкви, определенно не был в числе тех, с кем епископ мог позволить себе шутить.

Особенно если он рассчитывал когда-нибудь занять его место - и продвинуться затем еще выше.

-Ассоциация собрала немалые силы, - продолжил тем временем Массари, медленно вышагивая по скользкому, натертому только что не до блеска полу. - Башня отправила в Копенгаген половину Батальона, а ее текущий лорд-надзиратель повел за собой небольшую группу добровольцев. Что касается Могилы…я полагаю, вам еще не сообщили о возникших изменениях в общем плане?

-Какого рода? - встрепенулся Верт.

-Согласно изначальному плану вторжения они должны были, скажем так, зафрахтовать для нас несколько судов, если вы понимаете, о чем речь, - кардинал Массари потер руки, словно успел уже замерзнуть. - Ситуация осложнилась тем, что в ходе той бойни, которую учинили русские Башне, под удар попали и многие из гостей Лондона. В их числе оказался, увы, и сын текущего Навигатора… Верт, не сдерживаясь, выругался.

-Почти мои мысли, - сухо продолжил кардинал. - Уж не знаю, как ему удалось убедить остальных, но в итоге верхушка Могилы решила сыграть в полную силу. Дошло до того, что они освободили из заточения Генриха Барокшмидта.

Юлиан выругался вторично.

-Так или иначе, в план были внесены изменения, - подойдя к столу, Массари положил туда распечатанный конверт. - Полюбуйтесь на это.

Епископ медленно вытянул из конверта сложенный вчетверо лист бумаги и развернул. Следующие пять или около того минут прошли в глухом молчании - слов, вне зависимости от их пристойности, у Верта попросту не было.

-Господи помилуй…что это? - наконец, кое-как выдавил из себя Юлиан.

-Они назвали его “Левиафаном”, - чуть помолчав, произнес Массари. - Проекты Барокшмидта, как вам прекрасно известно, всегда были начисто оторваны от реальности и сжирали немыслимое количество ресурсов, но в этот раз он превзошел сам себя. Радует одно - Бюро по крайней мере удалось скрыть от Перегиба факт того, что его учитель снова на свободе… -Мы…мы можем с этим что-то сделать? - слабым голосом поинтересовался Верт.

-Боюсь, что нет, - кардинал покачал головой. - Только приспособиться…если, конечно, не хотим потерять еще одного временного союзника, как уже потеряли Церковь Англии из-за выходки того полоумного. Вот только в отличие от протестантов, Могила так или иначе останется в игре, поэтому нам придется примириться.

-Это чистой воды безумие.

-Уж поверьте, нам тоже совсем не по душе тот факт, что придется идти у них на поводу. Но другого выхода попросту нет, - кардинал прикусил губу. - Но есть проблемы и более серьезного характера. Как только терминал будет захвачен, и Могила и Башня набросятся на нас. И лишь во вторую очередь - друг на друга.

-Разве наших сил не хватит, чтобы… -Все зависит от того, какие потери мы понесем в бою с русскими, - вздохнул Массари. - Не стоит недооценивать тех, кто смог захватить терминал раньше нас, епископ.

-Я вовсе не… -Решением тайной коллегии вам будет вверено командование объединенными силами Церкви, - прервал Верта кардинал. - Если вы справитесь с задачей, если доставите терминал нам, то можете рассчитывать на место в тайной коллегии в ближайшие три-четыре года. С соответствующим титулом, естественно. Возможно, мы также рассмотрим ваше…предложение о кадровых перестановках в руководстве палаческого отдела. Если, конечно, расследование гибели одной из членов триумвирата не выявит ничего, что дало бы нам повод отвергнуть эту идею, - под взглядом Массари Юлиан почувствовал себя более чем неуютно. - Вы меня поняли, епископ?

-Абсолютно, - чуть резче, чем следовало бы, кивнул Юлиан. - Но этот…этот проект…когда все будет готово?

-Работы в Скагерраке и Каттегате уже ведутся, и участие в них принимают все, без исключения, обитатели Блуждающей Могилы, - Алоизио остановился у стола, одарив епископа мрачным взглядом. - С первым снегом все будет готово для начала вторжения. А потому… Массари резким, повелительным движением простер вперед руку с перстнем. Поднял над головой Юлиана и медленно осенил его крестом, не то благословляя, не то грозя:

-Он избавит тебя от сети ловца, от гибельной язвы, перьями Своими осенит тебя, и под крыльями Его будешь безопасен, щит и ограждение - истина Его. Не убоишься ужасов в ночи, стрелы, летящей днем, язвы, ходящей во мраке, заразы, опустошающей в полдень. Падут подле тебя тысяча и десять тысяч одесную тебя; но к тебе не приблизится: только смотреть будешь очами твоими и видеть возмездие нечестивым. Ибо ты сказал: “Господь - упование мое”, Всевышнего избрал ты прибежищем твоим, не приключится тебе зло, и язва не приблизится к жилищу твоему, ибо ангелам Своим заповедает о тебе - охранять тебя на всех путях твоих. На руках понесут тебя, да не преткнешься о камень ногою твоею, на аспида и василиска наступишь, попирать будешь льва и дракона (10)… Будучи уже у дверей, кардинал Алоизио Массари обернулся - в спину ему прилетел брошенный Юлианом последний вопрос:

-Наша операция уже получила название?

-Да, епископ. Имя ей - “Метелица”.