Часть вторая: Взрослый Генрих. 1. Игра теней (1/2)
- Твой хозяин здесь, в Лондоне? – спросил Хэл у Бардольфа, комкая злосчастное письмо.- Да, милорд.- Где он сегодня ужинает? Что, старый боров по-прежнему кормится в своем старом хлеву?Бардольф кивнул.- На старом месте, милорд, в Истчипе.Хэл задумчиво потер подбородок.- Ужинают с ним какие-нибудь дамы?- Нет, ваша светлость, - ответил за Бардольфа мальчик-паж, - только старая миссис Куикли да еще миссис Доль Тершит.- Это что еще за тварь? – хмыкнул принц.- Она приличная дама, сэр, родственница моего хозяина, - ответил мальчик.- Она такая же ему родственница, как приходская корова городскому быку, - поморщился Хэл, потом рассмеялся. - А не накрыть ли их нам за этим ужином, Нед?- Я ваша тень, милорд, - с готовностью отозвался Нед, - я последую за вами.***Вот и все, будто не было только что этого лживого письма и последовавшего за ним тяжелого разговора. Не было этого незнакомого леденящего оттенка в голосе Хэла, когда он спросил:- Но неужели, Нед, ты так забылся? Ты хочешь женить меня на своей сестре?Нед, чуть ли не впервые в жизни растерявшийся от этого вопроса, все же нашел в себе достаточно мужества (или нахальства) чтобы ответить.- Пошли господь девчонке не худшую участь, но только я никогда этого не говорил.Он с досадой вспомнил теперь свою неискреннюю заискивающую улыбку при этих словах. Вот так, не виноват, а чувствуешь себя виноватым. Потому что не смог справиться со страхом, а раз боишься, значит, точно виноват. Виноват он, конечно, может, и был в чем, но испугался не того, что может из-за этого случиться, а того долгого холодного взгляда, которым Хэл наградил его. Словно мечом рассек от макушки до пяток.«И ты такой же, как все? – спрашивал этот взгляд. – Ничем не лучше Фальстафа?»
Нед старательно растягивал губы в улыбке, в то время как его собственные глаза, устремленные на принца, были полны отчаянья. Непонятно, поверил ли Хэл этому взгляду, и какое решение он принял про себя насчет недовой верности и преданности. Он лишь небрежно махнул рукой и изрек одну из тех поучительных фраз, на которые в последнее время стал большой искусник.- Однако мы, как дураки, теряем время даром, а души мудрецов, витая в облаках, смеются над нами.
А потом они лежали на стропилах, наблюдая за Фальстафом, и, казалось, все было, как раньше. Хихикали и обменивались язвительными замечаниями по поводу развернувшейся у них на глазах пьяной трактирной потасовки. А потом Фальстаф уединился с «миссис Тершит»; весьма потасканной, но еще привлекательной особой, обладательницей густой черной шевелюры, подпорченной несколькими проплешинками. Она и Фальстаф расположились на кровати в центре комнаты, прямо под тем местом, где устроились Хэл с Недом. Нед, вовсе не был уверен, что это стоит видеть. Впрочем не открылось бы их глазам ничего особо такого, чего бы они и раньше не видели. Им случалось и дальше заходить в своих проделках над сэром Джоном. Правда, раньше Нед никогда так рьяно не желал того, чтобы толстяк наговорил каких-нибудь гадостей о принце. Чем похабнее, тем лучше. Он даже пальцами постукивал от нетерпения. И на самом деле тот зашел уже слишком далеко, тискаясь со своей девкой. Правда, больше всего похабностей Нед услышал все-таки о себе. В том числе и такое, от чего хотелось скрежетать зубами в бессильной злости.
- Давайте отколотим его на глазах у этой блудницы? – прошептал он на ухо принцу.
Тот наблюдал за происходящим сквозь щели деревянного настила с отвращением, но и с каким-то странным интересом.- Смотри, этот истасканный старикашка заставляет чесать себе затылок, как попугай, - сказал он.- Разве не чудно, что желание на столько лет переживает силу? – фыркнул Нед.- Поцелуй меня, Доль, - прогнусавил Фальстаф снизу.- Сатурн нынче в соединении с Венерой, - покачал головой Хэл. - Что говорит на этот счет календарь?- Ты только притворно ласкаешь меня, - вздохнул Фальстаф.- Ей-богу, я целую тебя от всей души, - уверяла Доль.- Стар я стал, стар...- Ты мне милей всех этих паршивых юнцов.А ведь она еще молода и недурна собой, подумал Нед с некоторым удивлением. Разве что неряшлива и нечесана. И что она так льнет к этой развалине? Денег она от него все равно не дождется. И она как будто совершенно искренне говорит все это и ласкает его. Хотя кто их знает, этих шлюх. Может, она и искренна в своих уверениях. С каждым из своих дружков.
- Какой материи подарить тебе на юбку? – благодушно осведомился Фальстаф. - Я получу деньги в четверг, а завтра у тебя будет новый чепец, - он снова вздохнул. - Ты забудешь меня, когда я уеду.- Ей-богу, ты доведешь меня до слез, если будешь говорить такое. Чтобы я хоть раз нарядилась до твоего возвращения!
Нед решил, что это пора заканчивать. Не хватало еще наблюдать за развязкой этого представления!
Когда они с принцем рухнули внезапно со стропил рядом с кроватью, Фальстаф как будто совсем не смутился их неожиданным появлением. Перевернулся на живот, чтобы разглядеть их и захохотал.
- Ба! Ты, должно быть, незаконный сын короля! А ты не брат ли Пойнса?- Ах ты, карта греховных земель, какую жизнь ты ведешь? – воскликнул Хэл.Фальстаф торжественно положил руку на голову Доль.- Клянусь бренным телом и зараженной кровью этого создания, я рад тебя видеть, непотребный и безумный отпрыск царственного древа.- Что такое, жирный дуралей? - надулась Доль. - Плевать я хочу на тебя!Принц расхохотался, и Неду это совершенно не понравилось.- Милорд, он увильнет от наказания и обратит все в шутку, если вы не отколотите его сгоряча, - напомнил он.Принц бросился на Фальстафа, словно действительно собирался его отколотить. Нед рухнул рядом. Кровать, с трудом выдерживающая вес четверых, а вместе с Фальстафом и всех семи, протестующее заскрипела.- Ах ты, грязная куча сала! – Хэл уселся на Фальстафа верхом и, вцепившись ему в горло, попытался встряхнуть. - Что за пакости ты говорил обо мне при этой честной, добродетельной, благовоспитанной даме?Доль, которая подразумевалось под этой лестной характеристикой, ее вряд ли расслышала, так как оказалась зажатой между принцем, Недом и Фальстафом и отчаянно ворочалась. Видимо, принц показался ей вызывающим наибольшее доверие из всех троих, поэтому уклонившись от объятий Неда, она уткнулась лицом в шею Хэла и ласкательно о него потерлась.
- Я и не подозревал, что ты все это слышишь, - заявил Фальстаф, как ни в чем ни бывало.- Я заставлю тебя сознаться, что ты умышленно оскорбил меня, как и в тот раз, когда бежал от меня во время ограбления, - настаивал принц, машинально обнимая Доль в ответ на ее нежничанье.- Я тебя не оскорблял, Хэл, клянусь честью, и не думал оскорблять, - гнул свое Фальстаф.- Как это так - не оскорблял? – возмутился Нед.- Не оскорблял, Нед, уверяю тебя, - бубнил толстяк, - вовсе не оскорблял, достойный Нед. Я говорил о нем дурно при падших созданиях, чтобы эти падшие создания не вздумали его полюбить. Делая это, я поступал как заботливый друг и верноподданный, и твой отец должен быть благодарен мне за это. Никакого оскорбления, Хэл, никакого, Нед, уверяю вас, дети мои.Нед с досадой чувствовал, что желанное отмщение снова ускользает от него, Фальстафу вот-вот удастся развеять принца очередной дурацкой шуткой. Да и Доль, прильнувшая к нему, мешала выражению праведного гнева.- Сознайся, что сейчас только из страха, единственно лишь из трусости ты оскорбляешь эту достойную даму, чтобы примириться с нами! – сказал Хэл уже почти дружелюбно. - Это она-то падшее создание? И твой паж тоже падшее создание? И честный Бардольф, у которого нос так и пылает рвением, тоже, по-твоему, падшее создание?Нед, устроившийся рядом с Доль и принцем, ткнул Фальстафа ногой, пытаясь спихнуть его с кровати.- Отвечай, гнилой пень, отвечай.Фальстаф, почувствовав себя на твердой почве, сполз все же с кровати и пустился в привычное словоблудие.- Дьявол отметил Бардольфа неизгладимой печатью, и лицо его служит Люциферу плитой для поджаривания пьяниц. Что касается пажа, то, хотя ангел-хранитель еще не совсем его покинул, дьявол порядком его одолевает.- Ну, а женщины? - принц притянул Доль к себе, словно желая разглядеть ее как следует.
- Одна из них уже давно в аду и поджаривает там бедных грешников, - не замедлил откликнуться Фальстаф. - Что касается другой, то я ей задолжал и не знаю, попадет ли она за это в ад.Принц все еще держал Доль в объятьях. Она наклонилась к его лицу так близко, будто собиралась поцеловать.- Вы, сударыня... – пробормотал он, отстраняя ее.
- Что скажете, ваша светлость? – живо отозвалась она.- Его светлость хочет сказать такое, против чего возмущается вся его плоть, - буркнул Фальстаф, неприязненно наблюдая за ними.Принц не ответил, устало откинувшись на подушки. Доль прикорнула у него под мышкой. Нед приподнявшись на локте, созерцал эту идиллическую картинку, с трудом удерживаясь от желания пинком отправить Доль вслед за доблестным сэром Джоном.- Как плохо вяжется эта праздная болтовня с вашими доблестными трудами на поле битвы! – заметил он мстительно. - Скажите мне, много ли на свете молодых принцев, которые вели бы себя так, как вы сейчас, если бы отец их был так тяжело болен?Хэл, продолжая тискать Доль, посмотрел на него задумчиво.- Сказать тебе кое-что? - спросил он у Неда.- Только, пожалуйста, что-нибудь хорошее.- Ничего, переваришь, - равнодушно уронил Хэл. – Сойдет для такого заурядного ума, как твой.- Ладно. Постараюсь выдержать удар, который вы мне готовите.