Вас тоже не любят родители? (1/1)

Как немного мне тогда было лет, и как сложно сейчас вспоминать те события.Я родилась одиннадцатого ноября, и клянусь, лучше бы я погибла еще внутри своей матери. Лучше для нее, для отца, для меня.Ах, конечно, он же мне не отец. Впрочем, стоит начать все с начала.***- Можно мне с тобой, Эллин?- Нет, нельзя, сиди дома и нос не высовывай.- Ну пожалуйста...- Ложись спать, Джим! И без разговоров.Его сестра уходила, поздно вечером, в ночь, одна.- Ты бросаешь меня на них, да?- Поверь, уж лучше они, чем те, к кому я сейчас иду, - в ее голосе проскочили нотки раздражения.- Тогда почему ты ходишь к ним?Остановившись над полусобранной сумкой, с теплой кофтой в руках, готовая в любой момент засунуть ее внутрь, девушка на секунду замерла. Они кинула взгляд на брата и тихо сказала ему, не успокаивая, ровным тоном, ведь она не могла допустить, чтобы он пошел за ней:- Потому что... мне уже нечего терять. Мне хуже не будет. Спать, Джим! И если увижу, что ты идешь за мной, я все расскажу им.Засунув в сумку кофту, она нагнулась к восьмилетнему мальчику, чмокнула его в щеку и без слов вылезла в окно.Хлестал холодный ночной ветер. Была середина января. Плечо отдавливала ручка тяжелой сумки. На тот момент девушка еще была девочкой, ей было девять лет, а в место, куда она направлялась не стоит соваться даже взрослым. Но для нее гораздо более невыносим был дом. Главное, чтобы брат не пошел за ней. Главное, чтобы он был в безопасности. Она отвечает за него, и если с ним случиться что-то, в первую очередь не простит это себе. А им все равно.- Эллин, мы тебя ждали, - кивнула ей девушка.Шел снег. Девушке было шестнадцать лет. Ее звали Ив. Шел снег, а она стояла в черной бархатной мини-юбке на тоненькие капроновые колготки и улыбалась своей коварной улыбкой. Достав пачку Честерфилда, черного, она вытащила длинную сигарету и протянула нашей героине. И та взяла, взяла, как брала уже много раз.Щелчок зажигалки. Слабый огонек. Едковатый дым. На огонь падает снежинка - это красивое, трогательное зрелище. Картина смерти маленькой капельки в огне, который исчез лишь по велению пальца Ив. Одного пальца.Кашель и тошнота уже не подходят к горлу. Она выдыхает тускло-серебристый дым. Она бросает взгляд на подружку, спрашивающую загадочно, тихо:- Ну что? Сегодня готова?Она не готова. Но она кивает. Это не ее выбор, и она идет.Ив берет ее за руку. Кожа у подружки холодна, как лед. А улыбка ее еще холоднее, и мурашки проходят по коже при взгляде на ее лицо, вытянутое, с жестокой ухмылкой.***Эта трусливая женщина что-то лепетала ему, и было стыдно осознавать, что женщина - ее мать. Девушка прислонялась спиной к стенке коридора, и вслушивалась в голоса в кухне. Ей было все равно, что там произойдет. Пусть хоть убивают друг друга.- Дорогой, это всего лишь зарисовка, я не думала это продавать...- Ты вообще не думаешь, дура! Я тащу тебя и твоих паршивых детей! А ты соизволь быть благодарной мне за это! Твоя Эллин и гроша ломаного не стоит, а малыш-Джим похож на немощного щенка, знаешь, таких топят!Она ничего не говорила в оправдания детям. На кухне слышались рыдания и звон посуды. Хлопнула входная дверь.- Не суйся туда. Пойдем.Девушка берет маленького брата за руку. Он не сопротивляется, он похож на марионетку, куклу и его действия зависят лишь от ее поступков.- Они опять там, да?Глупый вопрос. Глупый мальчик. Героиня лишь качает головой.- Ты сегодня опять уйдешь?Она не отвечает. Она знает продолжение этого разговора.- Пора вырасти, Джим. Перестань быть маленьким. Не цепляйся за меня во всем. Ты мешаешь мне.Она говорила это холодно, не глядя на брата. Так надо. Просто так надо, и с этим ничего не поделаешь. Это слишком тяжело понять. Это не надо понимать.Слезы, всхлипывания. Жалкое нытье. Сощурив глаза, девушка кидает взгляд на мальчика и отворачивается. Главное, чтобы ты жил, малыш. Даже если тебе придется жить без меня. Он же убьет меня, а ты не должен стоять у него на пути или быть со мной заодно. Ты должен жить. Сам.В этот момент, по сюжету, ничего не должно происходить. Так не бывает. Но в комнату открывается дверь.- Вы, паршивые отброски, ничего не делаете, опять?!Он брызжет своей слюной. Холодный стойкий взгляд девушки выдерживает его. Средний палец показан, но не ему, а за не видной спиной.Сейчас лучше молчать. Не говорить ни слова, и он уйдет. Но слезы Джима все портят. Его рыдания вслух.- Она говорит, что я ей не ну-ужен... - протягивает мальчик.- Конечно, поганец, ты никому в этом мире не нужен, потому что ты никто! Понял, никто?- Заткни свой рот.Она знала, что за этим последует. Но она не даст своему братику быть растерзанным под этим взглядом. Лучше она. Не он.- Кто слово тебе давал, грязная лесбиянка?Так не может говорить ни один отец. Наверное. А он мог.Она закрывает глаза. Не видеть его пьяную рожу, красную, как у рака. Но раки не бывают пьяными.- Ты не имеешь право говорить так.- Имею! Я твой отец, паршивка!Она сжимает кулаки. Она знает теперь, что уйдет и этим вечером. Она знает теперь, что будет уходить часто.***Она не любит смерть. Ей просто нравится смотреть, как умирает природа. Ей нравится отколупывать краску от дерева. И она никому не обязана платить за то, что получает удовольствие так, как хочет его получать. Ведь она не нарушает законы.- Девочка, ты хочешь быть с ней, будь, - слышит она голос.Не твое это дело, наркоман... но она молчит и не отвечает. Она знает, что во всем должна быть осторожность.- Боль умирает с той же красотой, что и деревья?Этот задумчивый вопрос принадлежит нашей девочке. Ей уже десять. На ее глазах стареет дерево, которое она знает с рождения. Дерево - друг. Единственный друг.Она не ждет ответа. И не дожидается его. Она кидает взгляд на парня перед тем, как встать с холодной травы. Она уходит.Не ей жить в этом мире счастливо. Так почему надо терять возможность что-либо улучшить? Девушка мрачно закуривает. Дым заполняет ее легкие. Она даже не помнит о том, где взяла эту сигарету. А качели на детской площадке, скрипя, качаются под одним ее взглядом.Ее пустой взгляд ничего не выражает. Ее слезы никто не видит. Она свободна сейчас делать то, что хочет.- Я люблю тебя, Ив.Она слышит шаги со спины. Она не оборачивается, но знает, кто это. В ответ на ее слова раздается прохладный смех. Ее шеи касаются холодные руки. В ее ухо проникают звуковые волны - шелестящий шепот.- Дурочка... чтобы жить и развлекаться, любить не обязательно.Почему она так холодна? Она не дает девушки пустить тепло в свое тело. Она замораживает ее. Холодные голубые глаза, ледяная бледная кожа, шепот, от которого хочется спрятаться. Ее губы приятно щекочут ушко при словах. Ее белые волосы спадают на плечо, с плеча на локоть...- Это не любовь, малышка... ты никто для нас, какое бы место в твоей жизни мы не занимали. Нам всем просто... хорошо вместе.Ив отходит, а девушка даже не оборачивается. Не смотрит на нее. Затушив в песке окурок, она встает с края песочницы.- Уйдешь из моей жизни?Она спрашивает это так же, не глядя. Как наивен еще детский разум. Ив лишь смеется.- Если попросишь.Каким предательским оказывается мир в ее глазах. Как больно иногда воспринимать его серьезно. Она не попросит, и обе понимают это. В этом сейчас и заключается сила подружки, не ее.- Нельзя путать страсть и страх, малышка. Это два разных слова.С этими словами уходит девушка. Она является для нашей героини взрослой и недоступной. Она старше на семь лет. Она образец всего, чем не хочет быть девушка, но стремиться к этому.Она лишь смотрит ей спину. В эту стройную спину, женственные плечи, длинные изящные ноги. Она боится стать такой, но знает, что станет.***- Что лучше, малыш, насилие или смерть?- Смотря... какое насилие.- Бытовое. Ты предпочел бы смерть или жизнь здесь?Их взгляды встретились. Мальчик был напуган вопросом сестры. О, глупый, она не собиралась его убивать.- Почему... ты спрашиваешь?- Просто ответь.Он задумался. В его маленькой головке происходил обмен мыслями. О, Джимми, Джимми... Ты слишком маленький еще для такой жизни. Но ты не видишь жизнь сестры. И не дай свет тебе ее увидеть, потому что это сведет тебя с ума. Ты такой невинный ребенок, тебе так мало достается... ведь она готова взять весь удар на себя,чтобы ты не пострадал. Но она не супер-герой, и она ломается. А ты не понимаешь этого. Как же ты глуп, но что взять с ребенка?- Эллин... ведь эта жизнь когда-нибудь закончится? Ну... мы же когда-нибудь уйдем от них, да?Она отсутствующим взглядом смотрела в окно. Она не видела ничего там, просто ей надо было куда-нибудь деть глаза. Она не будет врать. А зря.- Это будет не скоро, Джим... но ты это переживешь. Перетерпишь. И с тобой все будет хорошо. Я обещаю.- А с тобой?Она не могла дать ответ. Она сделает все, чтобы не пострадал братик. Он дорог ей, он - вся ее семья. Но могла ли она ответить, что будет с ней, используя она все средства его защиты? Ему лучше не знать. И она молчит.- Эллин, ты ведь любишь меня?- Я...Что ответить? Что ответить, чтобы он не привязывался к ней еще сильнее? Этот мальчик должен взрослеть. Весь удар падает на нее, и она выросла. А он взрослеть должен. Что он будет делать, если ее не станет? Она не знает, сколько еще ей остается жить.- Конечно. Очень сильно люблю.Она прижимает мальчишку к себе и думает, что он самый дорогой для нее на свете. Что она никогда его не оставит, хотя сколько отведено ей времени... здесь, где отчим может зарезать ее в ее же кровати, мать не поможет ни чем, она будет только смотреть, а люди, с которыми она общается... в любой момент могут выстрелить.- Не уходи к ним сегодня. Прошу.Но она уйдет. Она знает, что уйдет. Она знает, что на полпути к месту Ив будет ждать ее. Сегодня. Завтра. Каждый день. Всегда.- Не бросай меня... не бросай, хоть сегодня... хотя бы возьми меня с собой!- Перестань. Нечего тебе там делать, слышишь? Даже не думай об этом.Это для твоего же блага, мальчик. Ты просто не понимаешь. Не можешь понять.***И опять ее холодный смех. С утра. На ушко.- Отец убьет меня. Просто убьет.Короткий поцелуй в висок. Ни тебе слов, что все будет хорошо, ни предложения пойти вместе.Подружка безответственна, хоть и старше.- Мы сделали это первый и последний раз, малышка, учти... больше такого не будет, - Ив говорит сладким и нежным шепотом.- Мы расстаемся?- Мы не расстаемся. Мы просто не были вместе.Как сложно воспринимать эти слова. Как сложно думать о том, что будет дома, в который она сегодня ночью не пришла. Родители и не заметили бы, но Джим поднимает панику. Не увидев с утра в кровати сестру, он испугается за нее. А сестра сейчас находится за много километров.Через нее перелазит девушка, на минуту касаясь губами ее лба.- Понравилось? Теперь ты можешь повторить это с кем-нибудь другим.- Я хочу с тобой.- Ты так молода и наивна, Эллин. Меня не интересуют десятилетние девочки. Меня интересуют крепкие взрослые мужчины.- Но что тогда было?!Она не то что бы злиться. Ей очень больно сейчас. Ее детскому мозгу сложно воспринимать на столько серьезные вещи.Она смеется. Так смеется, что кровь леденеет.- Я же люблю тебя...- Глупо, Эллин. Все это глупо. Ты никто для меня, так ясно?Она лишь качает головой. Слова режут, как лезвие. Они оставляют царапины, раны. Они оставляют шрамы.- Думаю, тебе пора идти, малышка. Приятно провели время, да?Нет в сердце места для ненависти, когда ты любишь. Когда ты любишь такую, нет места больше ни для чего. Ни здравый ум, ни логика, ни смысл здесь не уместны. Тут место лишь одному чувству.Проходит время, чтобы собрать разбросанную одежду, одеться. Ив не предлагает ни чаю, ни кофе своей "ночной гостье".- Эллин, послушай... мы хорошо провели время, но нашим лучше об этом не знать. Мы с Алексом сегодня вечером... будем у меня дома... и поэтому если ты хоть слово ему скажешь сегодня...- Расслабься. Я не пойду. Сегодня это не моя встреча.Усмешка. Ты сама напросилась на нее.- Оу, ну как знаешь, мне же лучше. Как бы папочка тебя не убил.Она не отвечает. Пошла ты к черту, Ив. Она не хотела больше иметь с девушкой ничего общего.***Она собирала вещи. Просто не верилось, что она наконец покидает это место. Что рот отца, а вернее отчима заткнут. Что правда раскрыта. Но она уезжала, оставив братика.- Но ты же вернешься, правда?- Летом. Летом вернусь.Она обещала это. Она знала, летом придется вернуться. Это принудительно.- Я люблю тебя, Эллин. Ты же не будешь забывать меня?Она замирает над сумкой. Смотрит в его глаза.- Я тоже люблю тебя. Джим... этот год... без меня... будь взрослым. Обещай мне не делать глупостей.- Я знаю, в какой компании ты ходишь.Она вздрагивает. Пристально смотрит на брата и ждет того, что он скажет. Но он молчит.- Послушай, обещай мне... никогда ты не пытаешься попасть в эту компанию. Никогда!- Обещаю. Не забудь меня, Эллин...- Ты приедешь через год.Девушка лишь холодно отвечает ему. У нее нет сил прощаться. Она выдержит год без брата. Но брат без нее...И так она уезжает. К началу новой жизни. К началу всего.