6 (1/1)

Выходные промелькнули со скоростью света, и попав в понедельник в главный корпус, Тул почувствовал себя чуть не знаменитостью. Со всех сторон на него посыпались люди, с которыми он где-то в чем-то участвовал. Руководитель студии подсунул ему запись минусовки, Нэн, с которой он пел, попросила обменяться номерами и при этом так загадочно улыбалась, что Тулу стало не по себе. Капитан команды по баскетболу сообщил, что тренировка будет в два, и тоже потребовал контакты для общего чата. За пятнадцать минут Тул получил чуть ли не годовую норму общения. Сумку оттягивал пресловутый доклад, и еще надо было успеть найти профессора, который его примет. Это оказалось не так просто, потому что тот тоже участвовал в организации предстоящих мероприятий и передвигался между учебными корпусами со скоростью истребителя.В перерыве между неучебной деятельностью Тул еще умудрялся что-то отвечать, зарабатывать баллы к сессии, записывать, спрашивать и получать знания. Вертелся как белка в колесе и, как и всякий нормальный студент, только и мечтал об обеденном перерыве. В столовой он вспомнил недобрым словом Марка, наобещавшего золотые горы и свалившего в закат. Затолкав в себя полторы порции не самой вкусной, зато сытной еды, Тул направился в студию: Нэн слезно просила подойти. Судя по ее тону, случилась чуть ли не катастрофа, и спасти ее мог только один человек на земле. В итоге выяснилось, что она всего лишь не сообразила, как победить допотопный принтер и распечатать текст совместной песни. Тул проявил все свои сверхспособности, вставил правильно бумагу, сделал несколько копий, чтобы наверняка, а потом слился от перспективы дальнейшего общения: уж больно недвусмысленно Нэн хлопала ресницами и вертела перед ним своими прелестями. Благо, был достойный повод – тренировка.

До спортзала Тул добрался одним из последних, хотя даже пробежался, чтобы успеть вовремя. В раздевалке уже было пусто. Переоделся он быстро, но заковырялся в шнурках, потому что поленился вставить их накануне. Он слышал, что кто-то вошел, но поднял голову не сразу, а когда все же распрямился, то увидел сначала крепкие волосатые ноги, потом тугую, вызывающе обтянутую боксерами задницу, широкую, рельефную спину и наконец подозрительно знакомый затылок. Тул закашлялся – ему нравилось то, что он видел. Преследовавший его всюду обладатель спортивного и невероятно притягательного тела обернулся и мило произнес:– О, привет, – озорно подмигнул и добавил, – конфетка.– Макс! Не называй меня так! – возмущенно прошептал Тул.Он запоздало сложил в голове дважды два, вспоминая, что вчера мельком видел Макса во время отбора в состав, успел проглотить глупый вопрос: "Что ты тут делаешь?" – не счел нужным проявлять вежливость и поспешно покинул раздевалку. Тренера еще не было, поэтому кто-то разминался, но основная часть бесцельно болталась, знакомилась и обменивалась шутками и новостями. Тул приступил к разогреву, но слово за слово оказался втянут в разговор и так увлекся, что даже не сразу понял, что общается в основном с успевшим переодеться Максом. Его это так поразило, что он подавился собственным смехом: с Максом было легко и как-то уж больно правильно, словно они были знакомы всю жизнь.

От необходимости оправдываться за возникшую неловкую паузу Тула спас подошедший наконец тренер, который сразу же взял их в оборот: представился сам, со всеми познакомился, по-доброму их подколол, мгновенно втерся в доверие, создав о себе ложное впечатление очень мягкого человека, и всерьез начал их гонять, словно они собирались не на любительский матч, а как минимум на чемпионат мира.

Тул выдохся в первые же полчаса: он давно не тренировался и к тому же постоянно отвлекался на Макса. Борьба с собой выматывала даже сильнее, чем упражнения. У него словно развился нервный тик. Тул честно отворачивался в противоположную сторону, а через несколько минут ловил себя на том, что опять любуется мощными, уверенными движениями, каждое из которых было наполнено дикой необузданной энергией. Макс действительно хорошо играл, чертовски гармонично смотрелся в спортивной форме и выглядел как человек, оказавшийся в своей стихии. Ему невероятно шли сосредоточенное лицо и легкость, с которой он перемещался по залу.Под конец тренировки Тул едва переставлял ноги и даже допустил мысль, что переоценил свои силы. Хотелось поскорее скинуть насквозь пропитавшуюся потом одежду и ополоснуться. В животе булыжником лежал обед. Тул поморщился, жалея, что так плотно поел, присел на скамейку, чтобы перевести дух и не толпиться в очереди в душной раздевалке: душевых кабинок было всего три.– Держи, – возле лица возникла бутылка с водой.Тул удивленно распахнул глаза, приоткрыл рот и посмотрел на идеальные, обхватившие пластиковое горлышко пальцы и невольно подумал, что тому, у кого такие руки, многое можно было бы позволить.

– Что это?– Вода? – Макс улыбнулся. Тепло и так красиво, что у Тула от смущения заполыхали уши.– Зачем?– Пить? – Макс разулыбался еще шире.

– Спасибо, не надо, – Тул отодвинул бутылку, почувствов раздражение вперемешку с волнением: Макс явно наслаждался тем, что загонял его в краску.

– Возьми. Ты очень бледный. Ты должен заботиться о себе лучше, – бутылка глухо стукнулась о скамейку рядом с ногой, – Тул.Собственное имя, произнесенное почти около уха бархатным голосом, произвело впечатление выстрела.