Неделю спустя (1/1)

Почти неделя прошла с того момента, как Чен поцеловал его, но Тао не мог выкинуть этот случай из головы. Панда даже не подозревал, что юный Чондэ что-то к нему испытывает. Да ещё и слова о Лухане не давали Тао покоя. Он чётко осознавал, что Лулу действительно очень дорог ему, но впервые задумался о типе этой привязанности. Но ведь не набрался же он «голубизны» от своих друзей? Панда ни в чём не был уверен, кроме одного, - с Чондэ ему лучше пока не сталкиваться.А оленёнок всю эту неделю провёл дома. Если точнее, то в своей комнате. В полном одиночестве. Нет, конечно, по несколько раз в день заходила мама, пыталась уговорить съесть чуть больше. Да Лэй пару раз навещал.А ещё каждый день Чондэ своеобразно скрашивал одиночество старшего брата. Он немного чаще, чем обычно, язвил и хамил, да выглядел гораздо грустнее и более замкнутым. Но если бы Лу сам не знал причину, если бы сам не видел сцену, разыгравшуюся между его лучшим другом и младшим братом, разницы он бы не заметил. Зато теперь он всё прекрасно понимал. За всеми придирками, оскорблениями и бытовым шантажом со стороны Чена стояла самая обыкновенная ревность. Та ревность, что начинала сжигать и оленёнка, стоило ему вспомнить поцелуй.Лу не понял, когда именно появилось это чувство, но панда был его, и Лулу ни с кем не собирался его делить. Тем более с младшим братом – придурком.Раздавшийся телефонный звонок отвлёк его от невесёлых размышлений.- Алло, - теперь Лу не сбрасывал звонки от Тао, чтоб тот снова не начал волноваться. – Привет, панда.- Не хочешь прогуляться, оленёнок? – голос младшего был мягким и заботливым.- Хочу, но с условием, - Лухан немного побаивался озвучить свою просьбу.- Каким же? – усмехнулся в трубку собеседник.- Я курить хочу, - тон получился жалобным и плаксивым.Лу впервые закурил в двенадцать лет. Отчасти, чтобы почувствовать себя взрослым, а отчасти, чтобы развеять в глазах окружающих свой образ хорошего мальчика. Надо заметить, что курение не помогло ему ни в первом случае, ни во втором. Хорошо, что зависимости от никотина у Лухана так и не появилось. В восемнадцать лет он перестал курить регулярно, но сказать, что парень окончательно бросил, было нельзя. Лулу хватался за сигарету только тогда, когда ему было необходимо вернуть своё душевное равновесие.Тао знал об этой особенности своего друга. Мало того, он нередко составлял Лу компанию. Понимая, что может твориться в душе оленёнка, младший дал единственно верный ответ.- Хорошо, - он вздохнул. – Купим мы тебе никотиновые палочки. Только собирайся поскорее, я у тебя под окнами долго не просижу.Выглянув в окно, увидев на лавочке одиноко сидящую знакомую фигуру, Лулу тут же сбросил звонок, схватил любимую толстовку, обулся и выбежал на улицу.- Я ведь не долго? – улыбка у оленёнка получилась немного натянутой.- Ты очень быстро, - кивнул Тао. – Пошли уже.Панда встал, взял друга за руку и уверенно пошёл вперёд, сжав пальцы старшего в своей ладони.- А куда мы так бежим? – Лу действительно почти бежал, еле поспевая за длинноногим другом.- В магазин за сигаретами, - не глядя бросил тот. – А потом мне нужно будет с тобой поговорить.Лухан всё так же бежал, изо всех сил вцепившись в руку младшего, пока они не остановились у небольшого магазинчика из тех, что торгуют спиртным и сигаретами.- Эх, выпить бы сейчас… - Лу разглядывал горящую неоном вывеску. – А точнее, напиться и забыться…- Никакого алкоголя, - панда свободной рукой отвесил старшему лёгкий подзатыльник. – Мы только за сигаретами.Тао мягко освободил свою ладонь из цепких пальчиков оленёнка.- Жди тут, - шепнул младший на ухо другу и скрылся за тяжёлой железной дверью.Оленёнок и ждал. Пять минут, десять, пятнадцать…Налетевший откуда-то пронизывающий ветер проник под одежду парня, холодными струйками гоняя стайки мурашек и заставляя Лухана накинуть капюшон и буквально нахохлиться, уподобляясь воробью в морозный зимний вечер.- Бу! – раздался над ухом знакомый низкий голос, отчего мурашки побежали уже в обратную сторону.- Панда, блин! – подпрыгнул Лу и, развернувшись, увидел широкую улыбку друга.- Сам оладушка, - ухмыльнулся тот, протягивая пачку тонких дамских сигарет. – Других не было…- А ты со мной будешь? – оленёнок выхватил сигареты и тут же открыл их.- Ну, давай свою «зубочистку»…Они закурили. Лулу взял панду под руку и, вдыхая горький дым и о чём-то тихо переговариваясь, друзья пошли своим привычным маршрутом.Поначалу разговор их касался совершенно посторонних тем, но с каждым пройденным километром, с каждым глотком никотина, оленёнок всё чаще возвращался к Сехуну.- Ну, почему он так ответил? – в очередной раз, делая вдох, разъедающий никотином лёгкие, Лухан закашлялся, согнувшись пополам.- Лу, может, хватит уже курить? – Тао заботливо поддерживал старшего. – Сколько уже выкурил? Семь? Восемь штук?- Тринадцать…- Оленёнок, ты с ума сошёл! Тринадцать сигарет за полтора часа – это же почти самоубийство.- Мне не нужно моё здоровье, если оно больше никому не нужно, - Лу поднял на друга слезящиеся глаза. – И я никому не нужен! Тао, я ведь не требовал от него взаимности. Не требовал повышенного внимания в своей персоне. Нет, я просто хотел, чтобы он знал, что значит для меня. Знал, что я всегда буду рядом, буду самым верным его другом.И тут произошло то, чего Тао не видел ни разу за все тринадцать лет. По щекам оленёнка потекли слёзы, отражая неяркий свет ночных фонарей. Сначала неспешно, словно через силу, а потом будто невидимую плотину прорвало. И по лицу старшего уже бегут два полноводных ручья.- Неужели мои чувства настолько ему противны? – Лу прятал лицо в ладонях, стыдясь нахлынувших эмоций.- Нет, конечно же, нет, - панда крепко обнял друга, пытаясь успокоить. – Это он дурак, раз не оценил тебя. Не плачь, оленёнок, ты лучше, чем он может заслужить.- Да, у него не будет второго такого… - закивал Лухан, прижавшись к панде, прячась в сильных объятьях.Так они и стояли, пока всхлипы старшего не стали всё реже и не прекратились совсем.- А который час? – встрепенулся вдруг оленёнок.- Утро уже, - Тао краем глаза взглянул на часы.- Твой отец же волноваться будет, - Лулу отстранился, вытирая ладошками подсохшие слёзы. – Может, по домам? А то и мне что-то не хорошо, - Лу смутился.- Перекурил, однако, - ухмыльнулся панда. – Тогда давай расходиться?- Ага, - оленёнок только кивнул. – Спасибо, что вытащил меня проветриться.- Не за что, - Тао взъерошил волосы друга. – Спокойной ночи, оленёнок.- Спасибо, что ты у меня есть, - Лухан порывисто обнял младшего и, развернувшись, пошёл в сторону дома.- Всегда пожалуйста, - панда с теплотой смотрел за удаляющейся фигурой друга. Но друга ли?