Глава 2 "Прошлое и будущее" (2/2)
- Ну, вам все нравится? - Хакан вернулся, довольно потирая руки.- Фатмагуль, может, ты хочешь как-то по-другому расставить столы? – обратился жених к девушке.- Нет-нет, и так очень хорошо. Вот только… - Фатмагуль замялась, не желая обидеть хозяина.- Говори, невестка, это же твоя свадьба! - Хакан слегка нахмурился - мало ли чего захочет невеста.
Когда он только открывал свое дело, отец Мустафы ссудил ему кругленькую сумму и отказался брать ее назад, когда Хакан был в состоянии это сделать. Тогда с него и было взято слово: ?Когда мой Мустафа решит жениться, и, если меня уже не будет на этом свете, прошу тебя, устрой праздник, достойный моего льва?. Эмин, слава Аллаху, жив и здравствует, а вот пора возвращать долг, кажется, настала.- Я бы хотела сплести цветочные гирлянды, - робко продолжила Фатмагуль,- и развесить их над столами, можно?- Конечно, будет очень красиво! – обрадовался хозяин.
- Еще, я могу помочь на кухне, - предложила невеста.- Ну уж нет! – вскипел Мустафа, - чтобы потом все говорили, что моя невеста сама готовила в день своей свадьбы?- Но я бы хотела такой торт, с черным и белым шоколадом, я знаю, будет очень вкусно.- Такой, какой был на помолвке Яшаранов? – Мустафа сунул руки в карманы и губы изогнулись в презрительной усмешке, - ну, извини, может, ты и платье хочешь такое же, какое будет у их невестки? И дом? Что-нибудь еще, султанша**?- Эээ… - Хакану не понравилось, как потемнели глаза у парня, и он примирительно хлопнул в ладоши, - давай сделаем так, невестка, ты напишешь рецепт и проследишь, чтобы на моей кухне все приготовила так, как ты хочешь, договорились?Фатмагуль радостно кивнула, и через минуту уже семенила вслед за Мустафой к его старенькой машине. Всю дорогу до дома между молодыми людьми висело глухое молчание.- Мустафа, хватит, не делай так.- Как?- Вот так. За что ты разозлился на меня?- Я не на тебя разозлился, а на себя. Ты стоишь сотни таких девчонок, как эта невестка Яшаранов. Думаешь, я не хочу устроить тебе такой праздник? Они на свою помолвку потратили в сто раз больше, чем мы потратим на свадьбу.- Ну и что? У них так, у нас по-другому. Мне вообще не нужно это торжество. Давай просто распишемся. Наш дом уже готов, хоть завтра пойдем туда и начнем жить.- Чтобы дать повод твоей невестке*** позорить меня потом на всю деревню? Мы сыграем свадьбу и пригласим всех наших друзей и родственников. И за платьем в Измир съездим, я тебе обещаю, - Мустафа не мог долго злиться на свою Фатмагуль, и его взгляд, до того прикованный к дороге, скользнул по ее коленям.
- Мустафа, перестань, не надо, - девушка сбросила руку жениха и одернула юбку.- Тебя больше не доставали предложениями о работе из поместья? - спросил Мустафа после некоторого молчания.- Нет. На следующий день после помолвки снова приехал управляющий Яшаранов и предложил брату и невестке поставлять в поместье молочные продукты. Невестка хотела, чтобы и я согласилась пойти работать к ним на кухню, но ты же не разрешаешь, - Фатмагуль вопросительно посмотрела на жениха.- Еще не хватало! – возмутился Мустафа, - я сам буду зарабатывать, а ты можешь заниматься рукоделием дома. Тебе не надо работать. Еще скажут, что я не могу сам семью содержать.
- Это не постоянная работа, только когда вся семья там.- Говорю же, нет! Ты не будешь никому прислуживать, чтобы ни говорила твоя невестка. Больше она не может приказывать тебе. Тем более, они здесь редко бывают, не чаще одного-двух раз год, так ведь?
- Я тоже так думала, но сегодня, когда мы входили в гостиницу брата**** Хакана, я точно видела одного из них, - Фатмагуль внезапно вспомнила то, что так ее удивило, и чем она хотела поделиться с женихом.- В гостинице брата Хакана? - уточнил он.- Да, но у него другая фамилия. Кажется, он родственник их невестки. Мунир-бей*****.
- Как странно, - задумчиво произнес Мустафа, - я точно знаю, что вся семья уехала в Стамбул.Фатмагуль лишь пожала плечами, радуясь, что очередная гроза в синих глазах Мустафы миновала. А он твердо решил вернуться в гостиницу после того, как доставит невесту домой.Фес, Марокко Дядяи Али, посмеиваясь в белоснежные усы, хитрым взглядом окинул домочадцев. Казалось, бури прошлого навсегда оставили его гостеприимный дом, крыша которого больше не грозила обрушиться на голову. Теперь ее подкрепляли две колонны. Первая из них - его обожаемая жена Зораиде, в которой он нашел все радости и блага земного мира. А вторая - поутихший темперамент его племянницы Жади.
Когда женщина обрела столь желанную свободу, миражи и призраки прошлого окончательно покинули ее. Она, наконец, убедилась на собственном опыте в том, чего дядя Али не мог втолковать ей на протяжении пятнадцати лет: Восток и Запад находятся в одном мире, но никогда не смогут ужиться в одном доме. Любовь к Лукасу манила Жади как запретный плод, а в реальности принесла больше разочаровний, чем радостей.
Дядя Али не без удовольствия наблюдал за игрой торопливых взглядов Саида и Жади, демонстративно сидящей, как можно дальше от бывшего мужа. Тот факт, что узы брака связывали их в прошлом, конечно, был известен всей семье. Если бы не твердая позиция Саида требовавшего уважения к Жади, как к матери его первого ребенка, ни старейшина его рода, Абдул, ни жена Рания, не потерпели бы присутствия "одалиски" в одном помещении с ними. Первый реагировал на Жади точно так же, как на полуголых бразильянок, встречавшихся ему в периоды кратких поездок в Рио - зажмуренными глазами и качанием головой. Вторая и вовсе делала вид, что Жади не существует, общаясь с ней в случае самой крайней необходимости. К величайшему сожалению Рании, такая необходимость настигла ее в виде помолвки Хадижи и Аббаса Анвара - сына одного их крупнейших промышленников Марокко. По началу этот союз вызывал некоторые возражения со стороны жениха - рассказы о неприличном поведении Жади, бросившей мужа ради бразильского любовника, лишь недавно сошли "с первых полос" слухов, паривших по Медине. Однако, более пристальное изучение финансового положения Саида Рашида и внимательный подсчет приданого Хадижи окончательно уверил отца жениха в том, что прошлое ворошить не стоит.
Молодые люди также не имели против этого бракаабсолютно никаких возражений. Аббасу было достаточно одной лишь фотографии Хадижи для принятия твердого и безоговорочного решения. А невеста видела в браке исполнение всех своих самых заветных желаний. И отец и подруги в один голос утверждали, что жених богат, красив и будет дарить ей много золота. Что же еще нужно для счастья?Одна лишь Жади смотрела на дочь с грустью и сомнением. Впервые услышав о помолвке, она решила воспрепятствовать ей и отговорить дочь от брака "вслепую". Но дядя Али, которому она поведала свои сомнения, тут же напомнил ей о ее собственной, незавидной, участи. Хотя Жади была довольна своей жизнью, она так и не смогла ответить на вопрос дяди Али ("если бы жизнь дала тебе второй шанс, ты бы снова отвергла Саида?") твердое и категорическое "нет".Несмотря на то, что договоренности между семьями были достигнуты, традиции надлежало соблюсти со всей строгостью, тем более что речь шла об отпрысках древнейших и уважаемых семейств Феса. Смотрины были назначены на послезавтра, и за ужином Рашиды и Аль Адибы обсуждали подробности предстоящего радостного мероприяти.- Хадижа, а ты не боишься, что твой жених окажется не таким красивым, как ты думаешь? - усмехнулась Самира, вонзив острые зубы в сочную мякоть инжира.- Никогда не пойму,почему ты так любишь насмехаться надо мной, - хмуро откликнулась Хадижа.- Давай, ты опишешь мне жениха, а послезавтра я подсмотрю, какой он, и все тебе расскажу, чтобы ты поменьше нервничала и не опрокинула на него поднос с чаем, когда войдешь в комнату.Хадижа демонстративно закатила глаза и покрутила пальцем у виска.- Давай, это весело, - не отставала Самира, - рост?Хадижа поняла, что не отделается от кузины и, немного поразмыслив, ответила:- Пусть будет высокий, как мой папа.- Цвет кожи?- Смуглый.- Цвет глаз?- Черный. Нет-нет, скорее темный шоколад.- Цвет волос?- Вот волосы пусть будут черные, немного вьющиеся и не очень короткие.- Телосложение?- Спортивное.- Поздравляю, ты только что описала нашего красавчика-турка, - сама не понимая, в чем тут дело, Самира сердито бросила недоеденный инжир на золотую тарелку и выпорхнула на балкон.Только Жади заметила эту краткую перепалку между девочками и подсела к дочери, ласково гладя ее по прямым черным волосам. Это прикосновение всегда доставляло ей удовольствие, смешанное с горечью. Сколько лет прошло, а волосы Хадижи, на ощупь, были точь-в-точь такими же, как у ее отца.- Моя принцесса, почему ты грустишь? Сегодня такой радостный вечер. Смотри, вся твоя семья здесь, отмечает твою помолвку. Разве не об этом ты всегда мечтала?-Конечно, мама. Со мной все в порядке, тебе кажется.Жади ласково, но настойчиво повернула лицо дочери и к себе и посмотрела ей прямо в глаза.- Если ты сомневаешься, то еще не поздно сказать об этом.
- Мама, о чем ты?- Моя принцесса. Если ты сделаешь не так, как хочешь на самом деле, из страха перед осуждением или из желания угодить своей семье, в конце концов, ты останешься наедине с этим выбором. И никто, слышишь, никто уже не сможет это исправить.- Мама, не волнуйся. Это то, чего я хочу. Я уверена. Жади прижала дочь к себе и облегченно вздохнула, а Хадижа взволнованно закусила губу - впервые в жизни она сказала маме неправду. Не то, чтобы девушка передумала выходить замуж, но со вчерашнего дня она перестала испытывать абсолютное и безоговорочное счастье, когда думала о будущем. Все громче, вместо мыслей о замужестве, звучали вопросы о самом женихе. Какой он? Кто он? Что любит? Что ненавидит? Будет ли оберегать ее?
Все чаще на ум приходили слова дяди Али о том, что на Востоке любовь приходит в браке. Так случилось с ним самим и с Зораиде, с тетей Латифой и дядей Мохаммедом. А у ее мама и папы - нет. Они так и не дождались любви в своем браке и всю жизнь были несчастны, пока не развелись. Что, если с ней случится также? Что, если ее мама права, и выходить замуж можно только за того, кого ты знаешь, к кому испытываешь чувства? Какого это, выйти замуж за того, в кого ты уже влюблена?