Всё, что осталось - это молиться (1/2)
Андерс добежал до выхода из Клоаки, но резко остановился, внезапно пораженный очевидной мыслью. Лечебница - он не запер её! Любой может войти и увидеть! План церкви, плотно закупоренные склянки с взрывчаткой - всё осталось там, на самом виду. Целитель развернулся и помчался обратно. Десять минут, его не было всего десять минут - за это время ничего не должно было случиться! И не случилось, слава Древним Богам - лечебница пуста, всё лежит на столе, как и лежало. Целитель быстро запрятал обратно в тайник взрывчатку и скрученный в рулон план церкви, а затем пошел прочь из лечебницы, не забыв тщательно запереть дверь.Гаррета дома не было.
Андерс сел на диван в гостиной, приготовившись ждать, Дар нагло улегся рядом и положил тяжелую голову ему на колени.- Ничего, Дар. Мы подождем. Подождем Гаррета.
Андерс гладил и гладил мабари по загривку, теплая шкура под руками успокаивала. Дар слегка шевелил ушами. Вечер сменился ночью, ночь сменилась днем, Дар куда-то уходил, потом снова возвращался, Андерс тоже вставал, сам не помнил, зачем. Минуты то медленно текли, то срывались в галоп, солнце неслось с востока на запад, луна замерла недвижимо, а потом просто рассеялась в утреннем свете.Ночью Андерс бродил по Тени в надежде увидеть Гаррета. Тот же должен был спать, верно? Значит, теоретически они могли встретиться и поговорить. Андерс строил в Тени новые реальности - их дом, поместье Хоуков, номер Варрика в "Висельнике", свою лечебницу, домик в Лотеринге, знакомый по картине монны Леандры. Гаррет мог оказаться в любом из этих мест, но его не было. Утро вырывало Андерса из сна, и он продолжал ждать Хоука наяву.- Он не придет, Дар, ты тоже понял это?
Андерс никогда не думал, что у собак могут быть такие печальные глаза - огромные, темные, тоскливые...
- У меня еще есть немного времени...Еще немного времени на безнадежное ожидание, чтобы увидеть в последний раз, в последний раз коснуться.Андерс встал с дивана, ноги затекли. Он прошел на кухню - окно было распахнуто, как всегда. Оставалось еще пятнадцать минут до времени, которое он сам себе назначил. Посаженные Оливией и Мерриль розы уже цвели. Время летит так быстро...
"ПОРА""Да"Целитель снял с пальца кольцо, положил его на подоконник."Гаррет, прости"Дар ткнулся ему носом живот.- Пойдем, Дар. Поживешь пока у Варрика. Или у Мерриль. Пока хозяин не вернется.
Мабари тихо заскулил, лизнул его ладонь, а потом развернулся и пошел к выходу.
Целитель совершенно не помнил прошедший день. Кажется, Дар остался все-таки у Варрика, гном его о чем-то спрашивал, Андерс отвечал, кажется даже впопад, потому что Варрик удовлетворенно кивал, забирая пса. Андерс отнес Лирен весь запас целебных зелий, который у него оставался, сложил в ящик для пожертвований последние медяки. Наверное, Лирен обрадовалась, потому что впервые поцеловала его в щеку. Она тоже ничего не заподозрила.
Вечером Андерс сложил в сумку приготовленную взрывчатку. Справедливость гудел в голове, и целителю казалось, что если бы дух мог, он бы уже прыгал вокруг него от нетерпения, как ожидающий праздничного фейерверка мальчишка. Ближе к полуночи Андерс переоделся в черную мантию, также обрезанную наподобие куртки, как и старая. Он терпеть не мог мантии в пол, принятые в обществе, хотя это теперь было неважно. В назначенный час целитель вышел из лечебницы и уверенно двинулся к церкви, прячась от патрулей и бандитов в темных нишах и закоулках. Луны не было, звезды, наверное, скрылись за тучами, ночью не разобрать. Просто темно, хоть глаз выколи, и это хорошо, это играет Андерсу на руку.
До церкви он дошел благополучно - Древние Боги благоволили ему. С трудом открыл тяжелую дверь, проник внутрь. Усмехнулся статуе Андрасте, величественно возвышающейся в самом центре: "Ты взлетишь первой",аккуратно заложил взрывчатку у её подножья. Андрасте взирала укоризненно, целитель небрежно похлопал её по подолу бронзового платья и пошел к лестнице, ведущей в подвал. Он все верно рассчитал, взрывом разрушит фундамент и несущие стены, церковь взлетит на воздух ранним утром, забрав с собой Владычицу, святых братьев и сестер, и с десяток вездесущих храмовников.
Необходимая жертва ради великой цели.Андерс спустился в подвал, выпустил маленького светлячка, чтобы осветить себе путь. Тьма стояла кромешная. Он подошел к нужной стене и только взял в руки очередную склянку с взрывчаткой, как упал, словно парализованный. Склянка покатилась по полу, тихо звякнула, ударившись о что-то металлическое. Собственное тело перестало слушаться, целитель лежал безвольно на каменном полу и мог только смотреть, как защелкиваются на его запястьях и щиколотках антимагические кандалы.А потом зажгли факелы. В круг света выступил Каррас, Андерс видел его всего один раз, но запомнил на всю жизнь дикий взгляд и жестокую ухмылку. О Каррасе ходили легенды, как о самом беспринципном ублюдке на службе у Мередит. А также самом умном и осторожном. Сочетание этих качеств делало его едва ли не опаснее всего храмовничьего Ордена в Киркволле.- Мессир целитель из Клоаки, добрый и милосердный, вздумал отправить на воздух самое святое, что есть в этом городе!Каррас кривил губы в злорадной ухмылке, глаза, неестественно голубые от чрезмерного употребления лириума, лихорадочно блестели.Справедливость метался в теле Андерса, но не мог пробиться - слишком много "тишины" было обрушено на одного мага. Чудо, что он вообще остался жив. Каррас пнул целителя сапогом в живот, а он даже не смог застонать от боли. Губы не слушались, рот не открывался, он с трудом дышал и глядел на Карраса так, словно пытался сжечь его взглядом. Все пошло не так, совсем-совсем не так! Андерс провалил самое важное дело в своей жизни, зря предал Хоука. Он - гребаный неудачник; ему самое место на плахе.- О! - Каррас наклонился и рывком приподнял целителя, схватив за пряжку на воротнике мантии. - Я же не сказал вам самого главного, мессир целитель! Никто не узнает, что вы пытались взорвать церковь! Никто не догадается, что вас поймали! Никакого общественного резонанса, какая досада, не правда ли? Вас усмирят завтра вечером,и вы отправитесь в качестве раба прямиком в Антиву! Там очень любят красивых светлокожих мужчин...Каррас провел свободной рукой по лицу Андерса, коснулся пальцами губ, раскрыл его рот.- Белые зубы и все целые - такая редкость в наше время. - Радостно заявил он. - Вы определенно будете пользоваться успехом в антиванском борделе. Мессир целитель, вам должно это льстить! Хотя к тому времени вам уже будет все равно, с такой-то печатью во лбу...Каррас рассмеялся собственной шутке и бросил целителя на пол.- В Казематы его. В нижний подвал. - Приказал он и вышел, чеканя шаг.К Андерсу подошли два храмовника. Три других оставались в стороне. Один из подошедших был невероятно высок, даже выше Хоука, а размаху его плечей позавидовал бы воин кунари.- Я один его утащу, - сказал высокий храмовник, приподнимая целителя и забрасывая его на одно плечо, словно тюк с репой. Остальные четыре рыцаря окружили его, освещая дорогу факелами.- Андерс, я вытащу тебя, - прошептал Карвер, бережно таща свою ношу. - Клянусь, я не знал, что здесь будешь ты! Какого хера ты вообще полез взрывать церковь? Я думал, все это просто шутка, чтобы достать моего благочестивого братца. И где Гаррет?
Андерс не смог даже замычать в ответ. Слабый огонек надежды стал разгораться в его груди.- Ёлки-палки, ты же не можешь сейчас говорить! Ладно, сейчас тебя закуют, Андерс, но я придумаю, как тебя вытащить!Андерс бы улыбнулся, если бы мог. Для Карвера нет слова "невозможно". И он так по-юношески уверен в себе...***Ему заковали руки и ноги, подвесили в десяти дюймах от пола. Кандалы не сняли, хотя даже стены здесь были напитаны антимагической защитой. Что ж, это в некотором роде даже льстило - его определенно боялись. Андерс дернулся и прикусил от боли губу. Плечевые суставы выворачивало, тяжелые кандалы тянули вниз. Казалось, каждый мускул разрывался на волокна. Целитель то и дело терял сознание от боли. Справедливость совсем ослаб без подпитки магией, и вскоре Андерс перестал его чувствовать. Он потерял счет времени, а в темнице не было окон, чтобы следить за солнцем или звездами. Наверное, прошло совсем немного, его же обещали усмирить через сутки. Вся надежда была на Карвера. Младший что-нибудь придумает, он вытащит его. Нельзя думать, что что-то пойдет не так, потому что усмирение - это хуже смерти, это потеря собственной души. Как церковь может одобрять ритуал потери души - не понять ни одному магу.По стенам лилась вода, уходила в дырки в полу, с потолка мерно падали капли, звонко ударяясь о какой-то металлический лист. Андерс стал раздумывать о его предназначении - все лучше, чем снова и снова прокручивать в голове последний разговор с Хоуком и свою позорную неудачу.Карвер вошел в темницу бесшумно, Андерс вздрогнул от неожиданности, от этого движения еще больше заломило плечи.- Я достал целую гребаную кучу ключей! - Сообщил Карвер ликующим шепотом. - Пришлось разговаривать лично с Мередит! И не только разговаривать! - Губы младшего сами собой расплылись в веселой ухмылке. - Только ты не подумай ничего такого, я всего лишь целовал её руки!- Я и не думаю, - слабо улыбнулся в ответ Андерс. - А как мы будем выходить?- С боем, само собой. В крайнем случае погибнем оба. Все лучше, чем усмирение, верно? - Карвер достал ключ от кандалов. - У меня три склянки с лириумом - моя норма на месяц. Хватит, чтобы восстановить твои силы и вытащить Справедливость. А уж Дух повеселится на славу!С этими словами Карвер попытался провернуть в скважине ключ. Тот не поддавался. Карвер нецензурно выругался, прикладывая немалое усилие. Ключ звякнул и сломался.В тишине раздались редкие хлопки.- Браво, Карвер Хоук!В темницу ступил вездесущий Каррас. Андерс обреченно закрыл глаза. Это конец. И, что хуже всего, Карвер подставился из-за него.- Самонадеянный пацан, ты думал, что Мередит настолько глупа, что позволит тебе стащить нужные ключи?Карвер бешено зарычал, выхватывая из-за спины свой огромный меч.- Клянусь, я убью тебя, тварь! - Закричал он, бросаясь на храмовника. Тот молниеносно подставил щит под удар. Карвер был больше и сильнее, но Каррас был опытным и хладнокровным бойцом.Он успешно прикрывался щитом до тех пор, пока по его сигналу в темницу не ворвались еще пять храмовников и попытались скрутить Карвера. Тот отбивался, как загнанный в ловушку зверь.- Не убивать, не убивать! - Орал Каррас. - Этот сукин сын нам нужен живым!