Глава 17 "Вечер пиратских легенд" (1/1)

Коннор вышел на палубу и огляделся. Уже почти стемнело и команда ?Бриллианта?, почти в полном составе, собралась на берегу возле большого костра и негромко тянула какую-то старую матросскую песню. На палубе оставалось лишь несколько вахтенных. На юте стоял тот самый Джереми Питт, и, облокотившись на перила, тихо мычал себе под нос ту же мелодию, что распевала команда на берегу.- Извините, мистер Питт, - обратился к нему Коннор – Вы случайно не знаете, где сейчас может быть Румейса?- Да она, наверное, на камбузе, помогает Бену, мастер Коннор. – Приветливо кивнув, ответил тот. – Или в лазарете. Доктор Бронсон сегодня целый день какие-то свои снадобья готовил, может и наша хатун там.

- Спасибо, мистер Питт. – Вежливо ответил Коннор и поспешно направился на камбуз. Но на камбузе он нашел только Бенджамена, который сообщил ему, что Румейса в лазарете – помогает доктору готовить его зелья. Метис, поблагодарив улыбчивого кока, направился в лазарет. Подойдя к двери, он несколько секунд помялся в нерешительности, но потом, собравшись с духом, все же тихонько постучал.- Да-да, войдите! – раздался мягкий голос доктора Бронсона. Войдя в лазарет, Коннор увидел доктора в белом переднике, который тщательно размешивал в большой стеклянной миске маленькой деревянной палочкой какую-то, очевидно, только что приготовленную мазь. Румейса, тоже в чистом белом переднике, разливала по небольшим склянкам какой-то светлый отвар, приятно пахнувший травами.- Добрый вечер, мастер Коннор! – поприветствовал его доктор. – Чем могу быть полезен? Неужели рана снова беспокоит?- Добрый вечер, доктор, - немного смутившись, ответил Коннор – Нет-нет, не беспокойтесь, все в порядке. Я… я просто…- Тогда, вероятно, Вы ищете мою бесценную ассистентку, не так ли? – ласково улыбнулся доктор, а Румейса покраснела, как спелая вишенка. – Ну что ж, Румейса-хатун, я думаю, на сегодня хватит. Мы и так неплохо потрудились. Оставь все, я сам здесь закончу. Спасибо тебе, ты мне очень помогла.- Как скажете, доктор Бронсон-бей. – Застенчиво сказала девушка, отставляя в сторону склянки с отваром.- Отдыхай, моя девочка. – Доктор вновь улыбнулся – Если хотите, можете сходить послушать байки старого Огла. Он там, у костра. Я знаю, что ты, Румейса, любишь слушать этого старого болтуна.- Спасибо Вам, Бронсон-бей, – улыбаясь, ответила Румейса, бросив смущенный взгляд на Коннора. – Тогда до завтра. Доброй ночи Вам.- И вам, молодое поколение, доброй ночи! – шутливо ответил доктор, приветливо кивая Коннору.- Доброй ночи, доктор! – улыбаясь, кивнул ему в ответ метис. Румейса тем временем сняла передник и подошла к Коннору. Тот открыл перед ней дверь лазарета, и она тихо проскользнула в коридор отсека. Коннор закрыл дверь и, обернувшись, увидел ее встревоженный взгляд.- Что-то случилось, мастер Коннор? – тихо спросила она. – Вы искали меня…- Да ничего не случилось, Румейса. – Поспешил успокоить ее Коннор – Просто я узнал, что мы остаемся здесь еще на пару дней. Капитан сказала, что они нашли пробоину и течь в одном из трюмов.

- Да, я уже знаю, мастер Коннор. – Застенчиво потупилась девушка, но индеец заметил мягкий счастливый блеск в ее глазах, а по ее губам скользнула радостная улыбка.- Ну, конечно! – недовольно пробурчал Коннор, но потом тоже смущенно улыбнулся: - Тогда, может… хочешь, снова сходим завтра на то место, на уступе? Щеки Румейсы снова покраснели, и она чуть кивнула.- А что там доктор говорил про этого Огла? – поспешно спросил Коннор, стараясь спрятать радостную улыбку.- Огл-бей знает очень много разных историй и старых легенд. И мне правда всегда очень интересно его слушать. – Смущенно ответила Румейса. – У него настоящий дар рассказчика.- Ну, тогда, может, действительно сходим послушать? – предложил Коннор – У меня в команде тоже есть такой сказочник – мистер Фолкнер. Посмотрим, чьи сказки интереснее. Девушка тихо засмеялась и согласно кивнула.- Хорошо, мастер Коннор. Я только узнаю, не нужно ли чего Госпоже и…- Я думаю, твоей Госпоже сейчас ничего не нужно. Она в своей каюте, беседует с моим отцом. – Презрительно пробубнил Коннор, нахмурившись. – Наверное, тоже рассказывает ему какие-нибудь сказки.- Не надо так, мастер Коннор. – Мягко укорила его Румейса. – Вы не знаете, как дороги ей. Для Госпожи каждая минута, проведенная рядом с Вами и Хэйтемом-пашой, должно быть, на вес золота! Я не знаю, что такого ужасного она могла рассказать Вам, но поверьте, мастер Коннор, она не заслужила, чтобы Вы так говорили о ней.Даже если она и совершила когда-то что-нибудь плохое, то, наверняка, она сделала это не просто так. И, к тому же, все это было очень давно.

- Ладно-ладно, Румейса! – примирительно сказал Коннор – Я уже понял, что ты всегда на ее стороне.- Она спасла мне жизнь и все это время заботилась обо мне как мама, – грустно улыбнулась девушка – Я никогда не смогу отблагодарить ее за это.- Ну… - метис замялся – Ладно, извиниза мои слова.

- Вам не за что извиняться, мастер Коннор. – мягко произнесла Румейса.

- Так мы идем? – чувствуя себя немного неловко, спросил индеец. Девушка застенчиво кивнула. Они поднялись на верхнюю палубу, спустились по трапу и не спеша пошли к костру, вокруг которого собралась команда ?Бриллианта?. Матросы пели уже какую-то новую песню, но когда Коннор и Румейса подошли ближе, песня прервалась, а со всех сторон послышались радостные приветствия.- Вот и ты, наконец, наша принцесса! Папаша Огл уже весь извелся. Видно, язык у него так и чешется какую-нибудь небылицу рассказать, да без тебя не начинает! – пробасил улыбающийся Волверстон, и неожиданно дружелюбно добавил:– И Вам добро пожаловать, мастер Коннор! Присаживайтесь! Матросы дружно захохотали, поглядывая на Огла, и потеснились, освобождая для них место. Благодарно кивнув, оба устроились у костра.- Ну давай, Огл – доставая бутылку рома и передавая ее Оглу, сказал Волверстон. – Расскажи-ка нам что-нибудь из твоих баек. А то песни горланить уже надоело.- Да… - посмеиваясь, ответил Огл. – Певец-то из тебя, Волверстон, как из вороны соловей. Команда вновь разразилась дружным хохотом, а Волверстон смущенно фыркнул:- Да ладно вам…А помнишь, Огл, как еще на ?Арабелле?, наша капитан, бывало, запевала что-нибудь, а мы подхватывали?- Были такие времена – со вздохом проговорил Огл, отхлебывая из бутылки и передавая ее дальше по кругу.- Капитан?! – не сдержал удивления Коннор.- Да, мастер Коннор. – Кивнул Огл. – Голос-то у нее хороший был, красивый. Да только… почитай уж пятьдесят с лишком лет его никто не слышал. Не поет она теперь с нами, не хочет.- Почему? – изумленно спросил метис.- Душа у нее не поет, мастер Коннор. – Вздохнул Огл, а остальные сочувственно закачали головами.- Ладно тебе тоску наводить, Огл! – вмешался кто-то из команды – Лучше расскажи что-нибудь, да пострашнее. Снова раздался дружный смех. Коннор и Румейса переглянулись и тоже тихо рассмеялись.- Ладно, так и быть, салаги, – начал Огл, довольно посмеиваясь – Расскажу я вам про остров Саратан - таинственный остров-призрак. Эту историю мне рассказал помощник капитана Мартинеса с ?Инфанты? и клялся, что все это правда. Он говорил, что довелось им самим тот остров повидать, да, видно, берег ?Инфанту? Господь, сумели они унести ноги, правда, некоторые матросы так и остались там на веки вечные. Ну, значит, так….Остров этот лежит в Карибском море, да только где именно - никто точно сказать не может. Одни говорят – у берегов Гаваны, другие – у Соленой лагуны, атолком никто не знает. Да только все как один говорят, что остров Саратан заманивает к своим берегам проходящие корабли. Идет себе корабль своим курсом, и вдруг… Поднимается, ни с того ни с сего, сильнейший ураган.Ураган тот мачты в щепки ломает, паруса на лоскуты рвет, кое-кого и за борт смыть может, с курса корабль собьет и тут же стихает. Ну, корабль, ясное дело, ремонтироватьнадо, да только никакой суши поблизости не видно, причалить-то некуда. А потом, братцы, наступает полный штиль. И несколько дней стоит тот штиль, пока не закончится на корабле вода и еда, а команда от жажды и голода страдать не начнет. Так и дрейфует корабль помаленьку, потерянный да поврежденный. И вот, через какое-то время, замечает дозорный землю, а точнее остров. Ну, команда, конечно, радуется, причалить спешит, чтоб на ремонт встать и запасы пополнить. Сходят они на берег, и кажется им, что остров этот – земля обетованная! И зелень на нем густая, и цветы самые красивые и душистые, и ручьи с пресной водой, а вода - как слеза, чистая. Вокруг дикие сливы, орехи, да ягоды всякие растут. Да только есть там одна странность - на острове том ни единой твари живой нет. Ни птиц, ни животных - никого. Только пауки.- Пауки? – с дрожью в голосе переспросила Румейса.

- Да, принцесса моя. Пауки. Огромные, черные. – Огл показал руками размер пауков, и Румейса поежилась, невольно придвигаясь ближе к Коннору. - Говорят, что это они и съели всех зверей и птиц, когда-то водившихся на острове. Пауки эти живут, поедая друг друга, но могут полакомиться и людьми, к своему несчастью, высадившимися на суше. Коннор с улыбкой взглянул на Румейсу.- Не бойся, это же просто сказка! – прошептал он ей на ухо. Она едва заметно вздрогнула и смущенно улыбнулась.- Я знаю, мастер Коннор – так же шепотом ответила она – Просто… Огл-бей так рассказывает… Коннор с большим трудом поборол желание рассмеяться и кивнул. Он вынужден был признать, что мистер Огл действительно талантливый рассказчик.- Так вот, высаживается, значит, команда, жажду да голод утоляет, да снаряжает отряд в разведку, чтоб остров обследовать. – Продолжил Огл -Обойдут разведчики остров, а потом докладывают, что есть на острове большая скала, а в этой скале – пещера, да только окутана та пещера какой-то синеватой дымкой, а когда ближе к ней подойдешь – слышится оттуда странный звук, как будто рычит кто-то. И если найдется какой смельчак, что пойдет в ту пещеру – твори молитву за упокой. Ни один оттуда живым не вернулся! Говорят, сокрыты в этой пещере сокровища несметные, да вот только охраняет их какое-то чудовище, а что за чудовище – никто так и не знает. Ну, подумают матросы, да плюнут на эту пещеру и начинают потихоньку корабль латать.А к вечеру, значит,на берегу костер разведут – еды приготовить, да согреться. И тут-то самое страшное и начинается. Начинает вдруг земля под ногами дрожать, а со всех сторон пауки начинают к людям подбираться. А потом… откуда ни возьмись туман начинает остров окутывать. Сначала легкой дымкой по земле стелится, а потом все гуще и гуще становится, все выше и выше поднимается. И если вовремя не убраться оттуда – беда! Уйдет остров Саратан под воду и всех, кто на нем останется в морскую пучину утащит. Повезло команде ?Инфанты?, капитан Мартинес раньше слыхал об этом острове и понял, куда их судьба забросила. Они быстро на корабль рванули, отчалили, да на всех парусах, какие были, давай ноги уносить. И вовремя. Спустя какое-то время, оглянулись они, а острова-то и нет. Только огромный водоворот на его месте остался, чуть и их не утащил, да успели они уйти. Некоторые говорят, что на самом деле Саратан – это не остров, а спина огромного кита. И когда моряки костер на берегу разводят, то жар от него жжет ему кожу, и он под воду уходит, а за собой огромный водоворот оставляет, да вот только правда это, или нет – никто не знает. А то, что остров под воду уходит – это истинная правда! – Огл замолк на минуту, набивая свою любимую трубку табаком, а потом, состроив зловещую физиономию, закончил свой рассказ так: -Да, много нашего брата-моряка погубил остров-призрак. И никто не знает, где в следующий раз тот остров появится, и какой корабль снова в свои сети заманит.Вот так-то! Несколько минут царила тишина, которую прервал Волверстон:- Брехня! Если остров под воду уходит, как тогда пауки-то не тонут? Как же они тогда под водой живут? И вся команда дружно покатилась со смеху. Огл рассмеялся вместе со всеми.- Не знаю. Живут как-то! – весело сказал он.- Расскажите еще что-нибудь, Огл-бей! – улыбаясь, попросила Румейса. – Только не про пауков. Тем временем кто-то протянул ей уже полупустую бутылку и она, качнув головой и поморщившись, передала ее Коннору. Тот хотел было передать ее дальше, но могучий бас Волверстона остановил его:- Нет, мастер Коннор, так не годится! Один глоточек за знакомство с командой обязательно надо выпить! Обычай такой, Вы разве не знали? Команда снова захихикала, но не насмешливо, а, скорее, дружески. Со всех сторон послышались подбадривающие возгласы. Коннор неуверенно глянул на Румейсу, но она только улыбнулась и развела руками.- Всего один глоточек, мастер Коннор – уговаривал Волверстон и Коннор неожиданно решился. Он храбро сделал хороший глоток, но от крепости напитка у него перехватило дыхание и он, закашлявшись, поспешно передал бутылку Волверстону.- Вот так, мастер Коннор – одобрительно улыбнулся тот и неожиданно провозгласил: – За здоровье нашего мастера Коннора! С этими словами он поднес бутылку к губам и, отхлебнув порядочный глоток рома, только крякнул. Передав бутылку дальше, он протянул метису руку:- Вы уж извините меня, мастер Коннор. Ну, за то, как я с Вами тогда в форте…- Ничего, Волверстон… - сконфуженно произнес индеец. – Да и Вы меня извините, за то, что я Вас… по голове...- Да ладно, это ерунда! Забудем. Но тогда нам с Вами надо бы еще по глоточку – за примирение. Верни-ка нам бутылку, Бэйнс!- Нет, пожалуй, мне достаточно… – попытался возразить Коннор, но Волверстон изумленно глянул на него.- Да за примирение же, мастер Коннор! Один глоток и все! – с этими словами он отсалютовал Коннору бутылкой, первым отхлебнул и, поморщившись, передал ее Коннору. Тот снова взглянул на Румейсу. Она сочувственно на него посмотрела, но едва слышно шепнула:- Наверное, так положено, мастер Коннор. Вы только чуть-чуть отпейте и он от Вас отстанет. Коннор со вздохом принял бутылку, сделал небольшой глоток и с шумом выдохнул. Волверстон довольно хлопнул его по плечу:- Вот и славно! – он заразительно расхохотался и вся команда, включая Коннора и Румейсу, последовала его примеру.- Смотри, Волверстон, кэп тебе за такие дела… - наставительно произнес Огл. Тот внезапно замолк и смущенно пробормотал:- А что тут такого-то? Хотя, знаете, братцы, что-то я устал сегодня. Пойду, пожалуй, всхрапну часок-другой. Всем доброй ночи, джентльмены! Моя королева! – он картинно поклонился Румейсе и, кивнув Коннору на прощанье, поспешил к кораблю. Некоторое время стояла тишина, а потом раздался взрыв громкого хохота.- Ишь как побежал! Боится наш Нед капитанской кары! – давясь от смеха, произнес светловолосый Уилл, которому Коннор передал бутылку.- Ты тоже не больно-то увлекайся! – строго одернул его Огл. – А то и тебе влетит! Тот только отмахнулся, быстро сделал глоток и передал бутылку дальше. Огл вздохнул и покачал головой, а потом с ласковой улыбкой взглянул на Румейсу:- Так ты, значит, хочешь послушать еще одну сказку старого Огла, моя принцесса? Та застенчиво кивнула и улыбнулась.- Ну так и быть. Для тебя, моя маленькая - хоть звезду с неба! Я рассказывал тебе о Дэйви Джонсе и морской богине Калипсо? – спросил Огл. Румейса отрицательно качнула головой и с чисто детским любопытством уставилась на Огла. Коннор тоже заинтересованно взглянул на него. Такой байки он еще не слышал. Но тут со всех сторон послышались страдальческие вздохи:- Да мы уже тысячу раз это слышали, Огл! Расскажи что-нибудь новенькое!- А ну цыц! Моя девочка хочет послушать эту сказку, значит, так и будет! – строго оборвал их Огл -Кому неинтересно – могут идти спать! Раздалось беззлобное ворчание и, постепенно, число собравшихся вокруг костра заметно поубавилось. Остались только Огл, Румейса, Коннор, Уилл и еще несколько молодых матросов. Пока Огл раскуривал свою трубку, к ним присоединились Джереми Питт, повар Бенджамен и Николас Дайк. Раскурив трубку, Огл протянул руку за бутылкой, но она оказалась уже пуста. С жалобным вздохом он отставил ее в сторону и молча оглядел всех присутствующих. Коннор поймал себя на мысли, что ему нравится сидеть здесь, у костра, слушать байки Огла и он подумал о том, что надо бы и со своей командой иногда устраивать такие вот посиделки. К ночи стало заметно прохладнее, и он чувствовал, что сидевшая рядом Румейса немного дрожит. Сам он особого холода не ощущал – по венам разлилось приятное тепло от выпитого рома, но в спину ему дул прохладный ветерок с моря. Он придвинулся к девушке чуть ближе, и робко шепнул:- Ты замерзла? Она смущенно потупилась и прошептала в ответ:- Немножко. Я, наверное, схожу за пледом… - но она не успела договорить, как им обоим на плечи легла теплая шерстяная ткань, а над ухомКоннора раздался чуть насмешливый голос:- Вы тут всю ночь мерзнуть собираетесь? *** Как только дверь каюты закрылась за метисом, капитан и Хэйтем заговорщицки переглянулись, а на губах обоих появилась одинаковая лукавая, но теплая улыбка.

- Похоже, моего сына не слишком расстроило Ваше известие, Мадам – сдерживая смех, произнес Хэйтем. – По всей вероятности, здешний климат благотворно на него влияет. И вообще… Обычно он не имеет привычки откладывать вопросы на потом.- Перестань язвить, Хэйтем. – Тоже еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, с мягким укором сказала капитан. – И не вздумай смеяться над ним.- Да я и не думал, Мадам – не выдержав, все-таки рассмеялся Хэйтем. – Неужели Вы и вправду считаете, что я стану…- Конечно, я так не думаю, Хэйтем. – Ласково посмотрела на него капитан. – Я знаю, что ты не будешь смеяться над ним и над его чувствами. Это я так… для порядка.- Если говорить откровенно, Мадам, я очень рад, что у моего сына появился, наконец, шанс изменить что-то в своей жизни. – Задумчиво проговорил Хэйтем и, с едва уловимой горечью, добавил: – Кто знает, может, хотя бы ему удастся стать нормальным мужем и отцом?- Не говори так, Хэйтем. – Тихо сказала капитан. – Не знаю, как насчет мужа, а вот шанс стать настоящим отцом есть не только у него. У тебя тоже еще есть такой шанс. Я уже говорила тебе об этом. Ты еще можешь попытаться, ведь, несмотря ни на что, вы тянетесь друг к другу, как отец и сын. Конечно, у вас было слишком мало времени узнать друг друга лучше, но… Если ты позволишь, мой мальчик, я скажу тебе, что я думаю об этом. Хэйтем прошелся по каюте, потом вновь уселся на кушетку, внимательно посмотрел на нее и согласно кивнул.- Прошлое изменить нельзя, Хэйтем, и ты это знаешь. Ты много лет даже не подозревал о существовании Коннора, а он рос, ничего не зная о своем отце, кроме имени. Когда он попал к Ахиллесу, тот рассказал ему, что его отец – Великий Магистр Ордена тамплиеров, враг, которого он, Коннор должен уничтожить собственными руками, но сейчас речь даже не об этом. Вы долгое время не знали друг друга, и я понимаю, что между вами не может быть той любви, которая есть между другими родителями и детьми. Такой любви, как та, которую ты питал к Эдварду, а он – к тебе. Но у вас есть кое-что другое, Хэйтем. У вас есть взаимное уважение друг к другу. Коннор уважает тебя, хоть и пытается это скрыть за резкими словами и недовольными гримасами. – Она чуть улыбнулась – И ты тоже уважаешь его. Уважаешь его убеждения, хоть и считаешь их наивными, уважаешь его за независимый характер и стремление к свободе, хоть и понимаешь, что это и создает ему трудности на пути. Ты сам знаешь, что мои слова - правда, хотя, конечно, можешь отрицать это, если хочешь.- Не хочу. – Грустно улыбнулся Хэйтем.- Вот видишь, мой мальчик. – Ее глаза лучились теплом и лаской – Вы уважаете друг друга, а это уже немало. Вы беспокоились друг за друга, когда оказались здесь, хотя и ни за что не признаетесь в этом. Доктор Бронсон сказал мне, что первый вопрос, который ты задал ему, когда пришел в себя, был о Конноре. Да и Коннор расспрашивал его о тебе. И это тоже немало значит, Хэйтем. И кто знает, возможно, это и есть тот фундамент, на котором вы могли бы попытаться построить свои отношения отца и сына. Признаю, что это будет нелегко, но если вы оба захотите этого, то сможете преодолеть все трудности. Ему придется учиться доверять тебе и прислушиваться к твоим словам, а тебе придется учиться принимать его таким, какой он есть, потому что воспитывать его уже, увы, поздно.– Капитан едва слышно вздохнула. Она немного помолчала, но потом заговорила снова:- Вы разные, Хэйтем. Вы были воспитаны в разных условиях, в разной культуре. У вас разные взгляды на эту жизнь, разные характеры. Коннор - нетерпеливый, порывистый и сначала делает, а потом уже думает. Ты же никогда не был таким, даже в юности.Коннору порой не хватает того, что всегда было у тебя – мудрости и проницательности, но он еще молод и, возможно, это еще придет к нему. А ты, мой мальчик, слишком уж разочаровался в жизни, в людях. Я не могу винить тебя, ведь у тебя было на это достаточно причин, но все же… Никогда нельзя терять надежды, Хэйтем, нельзя дать живому огоньку твоей души угаснуть, иначе ты не сможешь идти вперед и жить дальше. Жить, а не существовать, Хэйтем! Капитан снова замолкла на минуту, а потом, подойдя к Хэйтему, присела рядом, ласково взяла его за руку и легонько сжала: - Но, в то же время, Хэйтем, вы очень похожи. Может быть не внешне, хотя… и здесь между вами есть определенное сходство, но все же он, вероятно, больше похож на мать, верно? – она тепло улыбнулась, а Магистр утвердительно кивнул - Вы похожи в другом. Вам обоим нелегко пришлось в жизни, причем ваши испытания начались с раннего детства, и, увы, продолжаются до сих пор. И вы оба смогли выдержать все, что выпало на вашу долю, оба стали сильными мужчинами, опытными бойцами. Вы никогда не сдаетесь на милость судьбы, всегда боретесь до конца, никому не показывая своей слабости. И я несказанно горжусь вами обоими, мой мальчик! И я уже не раз говорила тебе, что верю в то, что вы сможете вместе найти какой-нибудь компромисс.- Не знаю, получится ли, Мадам, - вздохнул Хэйтем– Но… может Вы и правы и попытаться действительно стоит. Он тоже легонько пожал ее руку в ответ и неожиданно улыбнулся:- Кстати, я ведь совсем забыл!Я хотел бы забрать свой дневник, если Вы не возражаете, Мадам. Ее лицо озарилось мягкой и ласковой улыбкой. Капитан поднялась со своего места, прошла к шкафу в углу и через несколько мгновений достала дневник и черный футляр с клинком.- Держи. Но скажи мне вот что, почему ты не пользуешься этим клинком? – ласково спросила она. – Он не нравится тебе, или..- Он очень нравится мне, Мадам. – Поспешил успокоить ее Хэйтем – Просто я берег его, как память.

- Это неразумно с твоей стороны, Хэйтем, но это твое дело. – Она вдруг пристально всмотрелась в его лицо. – Послушай, мой мальчик, а где твой скрытый клинок?- Наверное, остался в форте Джордж – пожал плечами Магистр. – Но теперь он все равно бесполезен, без крепления он никуда не годится.

- Тогда, Хэйтем, у меня есть для тебя подарок, если ты, конечно, позволишь. – С этими словами она подошла к висящей на стене карте. Под картой, в стене обнаружился потайной шкафчик, из которого капитан достала красивый резной ларец, украшенный затейливым орнаментом. Она поставила его на стол и поманила Хэйтема. Магистр с замирающим сердцем приблизился, догадываясь, что это те самые клинки, которые она заказала в Дамаске для его отца. Капитан откинула крышку ларца, и Хэйтем едва сдержал восхищенный вздох: на темно-алом бархате лежала пара блестящих скрытых клинков, поражающих своей смертоносной красотой. На лезвиях, тончайшей серебряной филигранью были выгравированы витиеватые узоры, а посередине имелся узкий желобок, очевидно, для стока крови. Рядом с клинками лежали черные наручи из мягкой кожи, расшитые тонкой серебристой нитью и украшенные небольшой серебряной фигуркой орла с распростертыми крыльями.- Мадам… - он не находил слов – Они… великолепны! Но… я не могу…- Хэйтем, ты - умный человек, но говоришь глупости.- Тихонько рассмеялась она. – Кому как не тебе должны принадлежать эти клинки, раз уж твой отец... Она не договорила, едва слышно вздохнув.- Я… я не знаю, как выразить… – выдохнул Хэйтем, благодарно глядя на нее.- Раз не знаешь, значит не стоит и пытаться! – задорно рассмеялась она и ласково провела ладонью по его щеке – Просто скажи, что принимаешь подарок, это и будет твоей благодарностью!

- Спасибо, Мадам! – тихо сказал Хэйтем.- Не стоит, мой мальчик. Они твои. Только их нужно попробовать в действии, ведь они столько лет ждали своего часа. Вдруг что-нибудь не так с механизмом? Через несколько минут наручи были приведены в боевую готовность. Хэйтем с трепетом закрепил их и попробовал выдвинуть клинок. Тот, как смертоносное жало, мгновенно, легко и бесшумно выскользнул из своего укрытия.- Все в порядке? –спросила капитан, с улыбкой глядя на восхищенного Хэйтема.- Да… Да, все хорошо, Мадам. Они и вправду прекрасны! – он спрятал клинок и благодарно улыбнулся.- Ну вот и хорошо. А этот клинок ты хотел оставить в наследство Коннору, верно? – спросила она. Хэйтем немного смутился:- Да, хотел. А Вы против, Мадам?- Я?! А я-то здесь при чем? – удивленно посмотрела на него капитан – Этот клинок твой, и ты вправе распоряжаться им как пожелаешь. И с чего ты решил, что я должна быть против? Коннор - твой сын, и будет вполне естественно и закономерно, если когда-нибудь этот клинок перейдет к нему. Но знаешь, меч – не совсем его оружие. Я заметила, что он предпочитает пользоваться этим своим томагавком. Она немного помолчала и грустно вздохнула:- Открою тебе маленький секрет, Хэйтем. У меня есть подарок и для него, но… не думаю, что он согласится принять его от меня. Хэйтем подошел к ней, тихонько положил ей ладонь на плечо и ободряюще улыбнулся:- Ничего, Мадам! Я уверен, что он поймет. Сейчас он, конечно, немного потрясен Вашим… рассказом о судьбе этого Анто и его людей, но я думаю, что все наладится.

- Не знаю, Хэйтем… - она благодарно улыбнулась ему в ответ. – Ведь он прав, я действительно поступила чудовищно. Но именно чудовищем, жаждущим только крови, я и была тогда. На несколько мгновений воцарилась неловкая тишина, нарушаемая только доносящимися с берега взрывами смеха.- Это уже в прошлом, Мадам. – тихо сказал Хэйтем.- Да. Ты прав. – Медленно кивнула она и тяжело вздохнула, но потом, тряхнув головой, попыталась улыбнуться: - Ладно, к черту все это! Знаешь что, мой мальчик, я думаю, что на сегодня достаточно воспоминаний и разговоров! Тебе нужно отдохнуть, ведь у тебя сегодня был длинный день, а до этого – бессонная ночь.

- Только у меня, Мадам? – иронично изогнул бровь Хэйтем. Она тихонько рассмеялась.- Я привыкла, Хэйтем. Я часто беру ночные вахты. И, к тому же, мне еще не мешало бы выяснить, чего эти разгильдяи так веселятся. Наверняка стянули у Бена не две бутылки, а гораздо больше. Хэйтем тоже фыркнул от смеха, а она ласково ему улыбнулась:- Что ж, идем, посмотрим, что там творится! Они вышли из каюты и поднялись на ют. Увидев сидящих у костра, капитан насмешливо хмыкнула:- Ну теперь понятно! По всей вероятности, папаша Огл потчует молодое поколение своими байками. – Она хитро прищурилась. – Не хочешь послушать, Хэйтем?

- Вообще-то, я не против. – усмехнулся Магистр. – Мистер Огл когда-то рассказывал нам с Уиллом какие-то истории, но, признаюсь, я почти ничего не запомнил.- Ты правда хочешь послушать? – удивленно спросила она. Хэйтем с улыбкой кивнул.- Тогда лучше оставь дневник в каюте, не тащить же его с собой к костру. Заберешь его завтра. А я схожу за чем-нибудь теплым. Прохладно сегодня, и я думаю, что некоторые уже замерзли.– Она озорно улыбнулась и спустилась на нижнюю палубу. Вернулась она через несколько минут, в сопровождении доктора Бронсона. В руках у того было несколько тонких шерстяных одеял, а в руках капитана была небольшая холщовая сумка. Хэйтем поспешил взять у нее сумку и она, благодарно кивнув, улыбнулась и прошла в свою каюту. Вышла она в накинутом на плечи черном капитанском камзоле с серебристыми застежками.- Ну что ж, идемте, джентльмены. – Лукаво улыбнулась она. Хэйтем и доктор Бронсон с улыбкой переглянулись и последовали за ней. Подойдя ближе к костру, с той стороны, где сидели Коннор и Румейса, капитан взяла у доктора одно из одеял и накинула его им на плечи, укрывая обоих.-Вы тут всю ночь мерзнуть собираетесь? – насмешливо спросила она. Коннор резко дернулся и обернулся, а потом смущенно покраснел и благодарно кивнул. Остальные матросы, все без исключения, при виде капитананеожиданно вскочили и застыли по стойке смирно.- Да ладно… - махнула она рукой и те снова уселись по местам. – Я смотрю, у вас тут весело, вот и мы решили присоединиться.- Почтем за честь, кэп! – довольно посмеиваясь, ответил Огл –Мастер Хэйтем, доброго вечера! И Вам, док, тоже!- Всем доброго вечера, джентльмены! Румейса-хатун! – поприветствовал всех Хэйтем и слегка поклонился девушке.- Доктор, прошу Вас, раздайте этим несчастным по одеялу, иначе завтра у Вас прибавится работы. – Улыбнулась капитан, тихонько беря из рук Хэйтема сумку. Доктор Бронсон с улыбкой раздал по одному одеялу на двоих и матросы, довольно ворча, немедленно в них закутались. Капитан и Хэйтем устроились возле костра. Рядом с Хэйтемом очутился довольно улыбающийся Уилл и мужчины обменялись крепким рукопожатием.- Ну, и какую басню рассказывал наш сказочник? – с улыбкой спросила капитан.- Да вот, наша хатун хотела, чтобы я про Дэйви Джонса рассказал, да только… - Огл жалобно взглянул на капитана.- Что? Вдохновение пропало, Огл? – фыркнула она, еле сдерживая смех. Остальные же тихонько захихикали.- Ну… да… - протянул тот, с надеждой глядя на нее. Капитан укоризненно покачала головой, но потом со вздохом передала ему сумку. Лицо Огла засияло радостной улыбкой.- Спасибо, кэп! – он шустро достал из сумки бутылку рома и роздал по кругу кружки. Налив себе половину кружки, он кивнул Уиллу и тот, быстро обойдя всех присутствующих, наполнил их кружки. Хэйтем с удивлением заметил, что Уилл не обошел и Коннора, а тот, не протестуя, подставил свою кружку. Это немного насторожило Магистра, и он сразу заподозрил, что Коннор уже успел попробовать сей напиток. Он только тихонько хмыкнул, но ничего не сказал, решив понаблюдать за сыном. Наконец все приготовления были закончены, Уилл уселся на место и Огл, отхлебнув глоток рома, блаженно закатил глаза. Капитан и Хэйтем с улыбкой переглянулись, а Огл начал свое повествование:- Давным-давно это было. Жил на свете один капитан и звали его Дэйви Джонс. Был он хорошим парнем, отчаянным пиратом. Удачливым корсаром был Дэйви Джонс, да только однажды удача ему изменила. Однажды встретил он девушку, прекрасную, как заря и нежную, как лепесток цветка. Ну вот такую, как наша Румейса – добродушно хохотнул он и все последовали его примеру, подняв кружки за ее здоровье, а Румейса залилась краской смущения. Коннор глянул на нее, тоже улыбнулся и сделал маленький глоток рома. Это не укрылось от Хэйтема, заставляя его удивляться все больше и больше. Но Магистр сумел скрыть свое изумление, продолжая краем глаза наблюдать за сыном. Тем временем Огл, глотнув из своей кружки, продолжил:- Так вот… встретил, значит, ее Дэйви Джонс и влюбился в нее без памяти. И она, надо сказать, полюбила статного капитана. А девушка та оказалась не простой смертной, а морской богиней Калипсо, покровительницей моряков. И поручила она Джонсу переправлять на Ту Сторонудуши людей, погибших в море. А для этогонаделила она капитана и всех, кого он возьмёт в команду, бессмертием. И лишь раз в десять лет он имел право сойти на берег. Много лет выполнял ее поручение капитан Джонс, бороздя моря и океаны на своем ?Летучем Голландце?, а раз в десять лет, приплывал он на встречу со своей любимой. Но однажды она предала его, не явилась на встречу. Не дождавшись своей Калипсо, обозлился Джонс и снова ушел в море. Но теперь перестал он выполнять свои обязанности и не могли обрести покоя те, кто погиб в море. И задумал Джонс отомстить ей. Выдал он свою возлюбленную первому союзу пиратских баронов, решивших пленить её, заключив в тело земной женщины. И стала она обычной смертной. Но все равно не мог забыть ее капитан, и тогда вырезал он из груди своё сердце и заключил его в сундук, а сундук тот спрятал на тайномострове. Но он не знал, что Калипсо прокляла его за то, что не выполнял он своих обязательств, не давал покоя душам погибших моряков. Дэйви Джонс и вся команда ?Летучего Голландца? понесли наказание — стали они представлять собой нечто среднее между людьми и разными морскими тварями. Одним словом – рыбьи хари! Тут раздался дружный смех собравшихся. Даже Хэйтем не смог сдержаться. Капитан тоже от души рассмеялась, а немного разомлевший Коннор удивленно переспросил:- Кто?- Рыбьи хари! – невозмутимо пояснил Огл. – Ну, лица у них стали как у рыб и всяких там морских гадов!- А-а! – протянул Коннор смущенно, а потом неожиданно робко спросил: - А я не понял, что у этой богини тоже… ну, стала такая же рыбья харя? Воцарилась мертвая тишина. Хэйтем едва не выронил из рук кружку и оторопело уставился на сына. Несколько секунд все удивленно таращились на метиса, но потом громовой хохот прокатился по всему острову. От смеха у Магистра выступили слезы на глазах, и он едва переводил дыхание. Сидящий по правую руку от него Уилл тоже едва не захлебывался от смеха, закрыв лицо руками.Капитан же изо всех сил старалась сдержаться, лицо ее покраснело, но ее попытка провалилась, и она тоже звонко рассмеялась, уткнувшись лбом в плечо Хэйтема. Румейса тоже весело рассмеялась от всей души, невольно склонившись на плечо индейца, и Коннор, до этого смущенно смотревший на собравшихся, тоже засмеялся вместе со всеми. Когда все понемногу успокоились, Огл, утерев слезы, решил все-таки ответить:- Да нет, с чего Вы взяли, мастер Коннор? Харя-то у нее осталась самая обычная… то есть, тьфу ты, лицо! - и его слова заглушил новый приступ хохота.- Хватит, Огл! –простонала капитан, тоже утирая слезы. – Заканчивай свои россказни! Кое-как успокоившись, все снова приготовились слушать. Все еще посмеиваясь, Огл продолжил:- Ну, так вот. И стал Дэйви Джонс настоящим бичом морей и океанов. Все моряки его дьяволом считали и боялись до жути. А он и рад. Как разыграется где-нибудь шторм или буря, да попадет в тот шторм какой-нибудь корабль - ?Летучий Голландец? тут как тут. Потопит корабль, а тех несчастных, кто в живых останется, выстраивает Джонс на палубе и спрашивает, готовы ли они, мол, к нему на службу в команду пойти. Кто не соглашается, тому горло перережут, да за борт выкинут, а те, кто согласен - остаются служить на ?Голландце? и становятся такими же рыбьими харями.- Огл фыркнул от смеха, а остальные, включая и Коннора, снова рассмеялись, но уже более сдержанно. Огл отпил из своей кружки последний глоток и снова заговорил: -И срок той службы – сто лет! А как сто лет минует, все равно не отпустит их Джонс. Станут они частью корабля, в борта да в палубы как кораллы врастут и останутся они там на веки вечные. А еще, было у капитана Джонса огромное чудовище морское - Кракен. Прикажет ему Джонс, и тот любой корабль на дно в мгновение ока пустит. Хоть фрегат, хоть линейный - ему все едино. Своими огромными щупальцами опутает, пополам переломит, да утащит в пучину, только щепки на воде останутся. Вот так и творил Дэйви Джонс свои злодеяния, да только и на него проруха случилась, когда нашли капитан Воробей, да капитан Тернер сундук с сердцем Дэйви Джонса. Да только про это я вам в следующий раз расскажу. Сегодня поздно уже. Все начали потихоньку расходиться, желая друг другу доброй ночи.- Как тебе пиратские посиделки, Хэйтем? – улыбаясь, тихонько спросила капитан.- Очень… интересно – стараясь сдержать смех, ответил Хэйтем. – Признаться, я еще никогда не присутствовал на таких собраниях. Сознаюсь, что если бы заседания Континентального Конгресса проходили бы подобным образом, то я бы посещал их с бОльшим удовольствием.- Рада, что тебе понравилось. Ну ладно, идемте спать. – Она весело улыбнулась. – На сегодня достаточно новых впечатлений. Тем временем Коннор, сняв со своих плеч одеяло, накрыл им плечи Румейсы и смущенно улыбнулся:- Я, наверное, сказал какую-то глупость, да?– тихо спросил он.- Ну что Вы, мастер Коннор! Просто… смешно звучало, вот и все. – Тихо рассмеялась девушка и, взглянув на могавка, поспешила его успокоить, легонько коснувшись его руки.– Ничего страшного Вы не сказали, зато всем было весело! Не волнуйтесь, все хорошо. Она немного замялась, но потом все-таки застенчиво спросила:- Ну идемте, мастер Коннор?- Знаешь, Румейса, ты иди с капитаном и с моим отцом, а я посижу здесь еще немного, хорошо? – смущенно произнес индеец.

- Хорошо, мастер Коннор – мягко улыбнулась девушка – Доброй Вам ночи!- И тебе. – Улыбнулся он. Румейса подошла к капитану и Хэйтему. Магистр подозрительно посмотрел на сына и тихонько проговорил:- Мадам, я задержусь на несколько минут. Может, попросить Уилла проводить Вас и Румейсу-хатун?- Не выдумывай, Хэйтем. Мы и сами прекрасно справимся, правда, моя девочка? – она озорно усмехнулась и обняла девушку за плечи. Та тоже улыбнулась, а капитан мягко добавила: - Не задерживайтесь надолго, здесь по ночам иногда бывает очень холодно. С этими словами обе направились к особняку, а Хэйтем не спеша подошел к сыну.- И как долго ты собираешься здесь сидеть? – негромко спросил он, присаживаясь рядом с Коннором. Потом он окинул метиса слегка встревоженным взглядом и тихо добавил: - Что случилось?- Ничего не случилось – буркнул в ответ тот.- Я не слепой, Коннор – спокойно произнес Магистр. – И вижу, что с тобой что-то не так. В чем дело? Коннор слегка опешил от непривычной заботы отца и неуверенно взглянул на него. Немного помявшись, он, наконец, произнес:- Я не могу встать. Ноги не слушаются. Хэйтем ошарашено взглянул на него, но внезапно до него дошло:- Ты перебрал рома? Поэтому не можешь встать? – он едва заметно усмехнулся, а метис горестно вздохнул:- Наверное… Я ведь никогда раньше не пил спиртное. Я думал, что от него голова кружится. Но голова у меня не кружится, просто ноги как будто ватные.- Ром – коварная вещь, сын! – тихо засмеялся Хэйтем, а потом с любопытством взглянул на Коннора – И сколько же ты выпил?- Всего пару-тройку глотков. – Сконфуженно произнес метис.- Для первого раза – более чем достаточно.- Качнул головой Хэйтем. – Ладно, давай руку и вставай!- Сказал же – не могу! – вспылил Коннор. – И тебя никто не заставляет помогать мне! Иди, я приду позже!- Не говори глупости, Коннор! – нахмурился Магистр. – Просто дай мне руку и попробуй встать. Тот со вздохом подчинился. Ухватившись за сильную руку отца, он кое-как сумел подняться на ноги, но тут же покачнулся и вынужден был опереться на плечо Хэйтема.- Голова закружилась… - пересохшими губами пробормотал он.- Ничего, сейчас пройдет – усмехнулся Хэйтем. – В следующий раз, сын, попробуй что-нибудь не такое крепкое, как ром. Пунш или глинтвейн, например. Ну что, готов идти? Индеец судорожно сглотнул и кивнул. Он сделал пару нетвердых шагов, и его качнуло в сторону, но Хэйтем успел подхватить его под руку.- Земля кружится – шепотом произнес Коннор.- Господи, Коннор! – раздраженно выдохнул Хэйтем, но потом неожиданно, даже для себя, тихо и мягко произнес: - Идем, я не дам тебе упасть, не беспокойся. Просто смотри вперед, а не под ноги. Коннор замер и широко распахнутыми глазами потрясенно посмотрел на отца:- С-спасибо, отец… - немного невнятно пробормотал он. Хэйтем снова усмехнулся и, поддерживая шатающегося метиса под руку, потихоньку двинулся в сторону особняка. Им потребовалось немало времени, чтобы наконец добраться до дома, где их встретила встревоженная капитан.- Боже правый! –ошарашено произнесла она. – Что… Хэйтем, что произошло?!- Все в порядке, Мадам. – Еле выдохнул Хэйтем, пытаясь одновременно удержать еле стоящего на ногах Коннора и подняться по лестнице. Кое-как им все же удалось добраться до спальни. Усадив сына на кровать и отдышавшись, Хэйтем снял с его пояса оружие и расстегнул крепленияскрытых клинков. Сложив все оружие на столе у окна, Магистр внимательно вгляделся в лицо Коннора. Тот выглядел немного потерянным и смотрел на отца мутными глазами.- Ну вот и все, сын. Теперь постарайся поспать. – тихо сказал Хэйтем.-Я… не думал, что… ты… - бессвязно пробормотал Коннор – Я… хотел же..тебя убить…и …чуть не…- Не думай сейчас об этом. Просто ложись спать, Коннор. – Хэйтем тихонько подтолкнул метиса и тот, не сумев сохранить равновесия, завалился на бок, уткнувшись носом в подушку. Магистр помог ему улечься как следует, и негромко сказал: - Спокойной ночи, сын. Индеец невнятно пробубнил что-то на своем языке и через несколько мгновений уже провалился в сон. Хэйтем некоторое время смотрел на него, а потом, качнув головой и усмехнувшись, вышел из комнаты. Он спустился вниз в гостиную, где его ждала капитан, и улыбнулся, глядя на ее обеспокоенное лицо.- Все хорошо, Мадам, не волнуйтесь. Просто…- Просто его кто-то напоил, не так ли? – тихим, но воистину устрашающим голосом, спросила она. – Хорошо, с этим я разберусь завтра. Хэйтемхмыкнул и так же тихо проговорил:- Вряд ли можно кого-то винить в этом, Мадам. Он просто никогда прежде не пробовал спиртного. Да и выпил он всего два-три глотка. Это просто с непривычки. Она помолчала с минуту, а потом ласково улыбнулась Магистру:- Ну что ж… Знаешь, сегодня нам, можно сказать, повезло. Ни ты, ни я не видели первых его шагов, не слышали первых его слов, зато наверняка будем свидетелями его первого в жизни похмелья! Хэйтем тихо рассмеялся и согласно кивнул.- Ладно, Хэйтем, час уже действительно поздний. Иди-ка и ты спать, мой мальчик.Теперь ты тоже должен отдохнуть. – Она нежно посмотрела на него. – У тебя был очень длинный и нелегкий день.- Вам тоже нужно отдохнуть, Мадам. – мягко ответил он. Она улыбнулась, поднялась с кресла и, взяв подсвечник, стала подниматься по лестнице. Хэйтем тоже поднялся следом.-Ты прав, нам обоим не помешает хорошенько выспаться. Что ж, доброй ночи тебе, мой мальчик!- И Вам доброй ночи, Мадам –улыбнулся Хэйтем. Войдя в свою комнату, Хэйтем подошел к окну и еще несколько минут постоял, глядя на ночной пейзаж за окном и перебирая в памяти события этого дня. Потом Магистр со вздохом скинул камзол и сапоги и улегся в постель. Он действительно чувствовал себя утомленным и, как только голова его коснулась подушки, сон быстро сморил Великого Магистра Хэйтема Кенуэя.