Утренние поцелуи (1/1)

— Не притворяйся, что спишь, — сказал Чу Юань, не отрываясь от документов, которые просматривал.Черт возьми, подумал Дуань Байюэ. Он подождал еще несколько секунд и уже собирался перестать надеяться, что его любимый подойдет к нему, когда услышал скребущий звук, с которым ножки стула проехались по деревянному полу, сопровождаемый мягкими шагами. Он решил продолжить притворяться спящим. Дуань Байюэ почувствовал, как рядом с ним прогнулась кровать, и приложил дополнительные усилия, чтобы его дыхание не сбилось. Он сделал небольшое движение за закрытыми веками, чтобы создать впечатление, будто все еще находится в царстве снов. Но это не одурачило Чу Юаня, и, честно говоря, Дуань Байюэ не думал, что тот поверит в его игру.Князь Синаня почувствовал, как теплое дыхание коснулось раковины его уха, и оно вызвало непроизвольную дрожь в позвоночнике.— Я что, должен помочь тебе проснуться~? , — голос Чу Юаня был похож на теплый мед, такой же мягкий и сладкий, а дразнящая нотка в голосе его любимого императора почти заставила его губы изогнуться в улыбке.Чу Юань медленно провел губами по мочке уха своего возлюбленного, оставляя незаметные, нежные поцелуи вдоль линии его челюсти, прежде чем, наконец, коснуться губами мягких, словно лепестки сливы, губ Дуань Байюэ. Ему ничего не стоило быть немного смелее, когда солнце едва успело взойти, его князь все еще ?спал?, а следы их любви не успели высохнуть на коже.Чу Юань прервал этот крошечный контакт, который едва ли можно было назвать поцелуем, но для Дуань Байюэ этого было слишком мало и более чем достаточно, чтобы прервать его фальшивый сон. (Он прекрасно осознавал, что попадается в ловушку Чу Юаня. Честно говоря, ему было абсолютно все равно.) Он потянулся за губами, которые совсем недавно касались его, вытянул руку, чтобы притянуть своего любимого ближе, и опрокинул его на кровать, впиваясь в мягкие губы.Сначала раздался ужасно смущающий стук, с которым столкнулись их зубы, поистине унизительный для них, делающих это уже бесчисленное количество раз. Чу Юань захихикал, и сердце Дуань Байюэ пропустило удар от этого мелодичного звука. Чу Юань мягко обхватил лицо своего любимого ладонями и приблизился к его лицу так, чтобы в этот раз их губы наконец соединились в поцелуе. Губы Чу Юаня были потрескавшимися, но такими сладкими и совершенными, что Дуань Байюэ в очередной раз подумал, что сможет с легкостью потеряться и утонуть в любви, наполняющей его с каждым дарованным ему поцелуем. Дуань Байюэ протянул руку к лицу своего любимого, большой палец ласково погладил розовую, покрытую румянцем щеку, наслаждаясь теплом, исходящим от кожи под его пальцами. Чу Юань провел языком по нижней губе Дуань Байюэ, прося разрешения углубить поцелуй, и мужчина покорно разомкнул губы. Дуань Байюэ протянул руку и запустил ее в темные волосы любимого, его ловкие руки с наслаждением играли с гладкими прядями, накручивая их на кончики пальцев. Он дернул за них, вырывая из Чу Юаня резкий вздох. Тот лишь игриво ущипнул своего любимого за бок, заставив его выгнуться под ним, и провел языком по его нижней губе. Император взял лицо князя Синаня обеими руками и ласково прикоснулся пальцами к его тонким скулам. Он так хотел, чтобы это продлилось чуть дольше, чтобы он мог просто потеряться в этом моменте, во вкусе Дуань Байюэ и в жаре его прикосновений. Чу Юань вынужден был напомнить себе, почему они должны остановиться сейчас. Почему это не могло продолжаться вечно.У них была работа, которую обязательно нужно было сделать.Верно.С сожалеющим вздохом он начал отстраняться, но все же позволил своему любимому прихватить свою нижнюю губу зубами. Тот на мгновение прикусил ее, прежде чем Чу Юань смог подняться и сесть на краю кровати. Он посмотрел на Дуань Байюэ, на то, как его темно-каштановые волосы разметались по подушке, губы стали влажными и опухшими от утренних поцелуев, а глаза наполнились той нежной и теплой любовью, которую он всегда испытывал, когда смотрел на Чу Юаня.— Ты уже проснулся? — спросил Чу Юань, поправляя свои волосы. Его голос был спокойным и царственным, как и подобало императору, но прекрасный алый румянец на его щеках выдавал его.Дуань Байюэ что-то задумчиво промычал и застенчиво улыбнулся. Он протянул руки над головой, изгибаясь в спине, и выдавил низкий хриплый стон. Князь Синаня внутренне улыбнулся тому, как глаза Чу Юаня проследили за его движениями. Как румянец расцвел на его лице с удвоенной силой.— Не знаю. Думаю, я еще не до конца проснулся. Может поцелуешь меня еще раз, чтобы проверить наверняка?Чу Юань закатил глаза, фыркнув, и его явно не беспокоил тот факт, что эти действия были абсолютно неприемлемы для его статуса. Он знал, что рядом с Дуань Байюэ не услышит ни осуждений, ни запретов. Его любимый любил и желал его таким, каким он был.— Не испытывай свою удачу, — сказал Чу Юань, проводя рукой по лбу своего любимого, прежде чем изящно встать. Первые лучи утреннего солнца начали просачиваться через окно, создавая сияющий ореол вокруг лица императора, заставляя его выглядеть еще более неземным, чем он всегда был, и Дуань Байюэ в который раз понял, что для этого человека он сделает все, что угодно.Они смотрели друг на друга еще мгновение, не говоря ни слова, но слышали все, что повисло в пространстве между ними. Чувства, о которых они оба знали и которые разделяли, отражались в их глазах, наполненных бесконечными морями обожания, бесконечными галактиками любви.Момент разрушился, когда Чу Юань протянул руку, чтобы убрать прядь волос за ухо князя Синаня.— Теперь вставай.Прошелестев одеяниями, Чу Юань вернулся к своему столу и документам. Дуань Байюэ улыбнулся, смотря на то, как он уходит.— Как прикажет мой император.