Слушай своё сердце, Шифу (1/1)

ШифуВозраст (в истории): 12 летУчитель:?—Должность: —*** Кто успел заметить, насколько часто мне приходилось одёргивать Воина Дракона, как только ему взбредало в голову сказать или сделать что-то крайне нелепое? Спешу подметить, что ?много раз??— это ещё слабо сказано. Отрицая догадки панды о моих экстрасенсорных способностях, говорю: в этом нет ничего сверхъестественного. Я всего лишь научился видеть его намерения и желания наперёд, дабы предотвратить лишний повод покраснеть от стыда. С одной стороны, это может звучать смешно и глупо. Но с другой… Это чистая правда и в этом нет ничего невозможного. Когда-то я сам был таким же и, хочу сказать, даже хуже. Пережив, с горем пополам, переходный возраст и совершённые ошибки, довольно легко находить их у остальных, а ещё проще, когда ошибки идентичны твоим.*** Бодро забежав на кухню, сметая пару стульев в сторону, я увидел ту самую цель, ради которой рисковал здоровьем. Километраж, длиной от Дворца до кухни с задачей ?хоть бы не увидели?, я не смог бы пробежать с той же скоростью даже сейчас, являясь мастером кунг-фу. Потому что, чтобы взять и у бежать из-под носа Угвэя во время его петиций?— нужно иметь долю неадекватности, а в возрасте двенадцати лет у меня этой неадекватности было хоть оторви, выкинь, и раздай соседям. Печенье, моему ?двухметровому росту? на зло, лежало на самом верху деревянного шкафчика в большой стеклянной банке, чья крышка даже издалека выглядела очень надёжно закрученной. Терять веру в свои силы я не собирался, ибо пути назад уже нет. Если и получить выговор за побег, то хотя бы с печеньем во рту. Нормально подумать над способами добычи лакомства не было времени и неважно, что мой конкурент по скорости?— старая черепаха. Я быстро перетащил валявшийся стул поближе к шкафчику, взобрался на него; стоило кончиками пальцев коснутся баночки, через миг её и след простыл. Шок и удивление меня не настигли, то как данные фокусы я видел по сотню раз на день. —?Во-первых,?— спокойно начал Угвэй, стоя у меня за спиной с желанной банкой в руках,?— некрасиво с твоей стороны убегать во время разговора. Поставив банку на стол, сказал Угвэй, подняв на меня уже не на шутку сердитые глаза. А я, как свинья последняя, и близко не чувствовал терзания совести за невоспитанный поступок. Краснеть как-то не получалось, а страх смотреть Угвэю в глаза и вовсе не спешил появляться, к моему удивлению. —?А во-вторых, сладкое в больших количествах противопоказано настоящим воинам кунг-фу. —?чуть строже обычного сказала черепаха, разворачиваясь спиной, чтобы уйти из комнаты. Как только его вид скрылся в пространстве коридора, я со всей ненавистью пробубнил себе под нос, крепко сжимая кулаки: —?Дурацкая черепаха. —?сквозь зубы выпалил злющий я в спину Угвэя,?— Когда уже папа вернётся?!*** Сейчас, когда я уже стар, а Мастера Угвэя давно нет в живых, не могу перестать краснеть, вспоминая это. Почему? Потому что я прекрасно понимаю, что он тогда всё услышал, и помнил до конца своих дней.*** А я, словно окаменевший, оставался на месте, просверливая взглядом дверной проем, где только что стоял ненавистный Угвэй. От количества кипящих в голове мыслей, мозг предпочел бы свариться в собственном соку, чем перебирать каждую из них. ?Этот дряхлый старик настолько заигрался в моего дедульку, что перестал замечать элементарную грань.??— одна из подобных размышлений. А ведь и правда, Мастер Угвэй много чего запрещал мне делать. Ходить одному по деревне нельзя, ибо я тут недавно появился, территории не знаю и, в общем, меня могут украсть. Поднимать что-то тяжелее килограмма тоже нельзя, а то вдруг так случится и эта штука приплющит меня к земле. Еду готовить, что я умел с малых лет?— также запрещено. Уж извините, старикашка думал, что я сожгу себе шерсть к чертям. Даже прогулки у персикового дерева мне были недоступны, так как это обрыв, бла-бла-бла, упаду, бла-бла-бла, никто мои крики о помощи там не услышит. А тут ещё и печенье нельзя. Одно. Жалкое. Печенье. Внутренний контроль эмоций сдал свои позиции, в результате чего, я что есть силы закричал: —?Почему я здесь?! —?осыпал я этим вопросом ближайшие сто метров, который эхом разносился ещё дальше,?— Почему не приходит отец?! —?прибывая в такой ярости, мне хотелось разнести эту кухню (Что-то у Шифу прям какая-то страсть к разносу этой бедной кухни, нет?)?— Почему за мной ухаживает старая черепаха?! —?продолжал кричать я, а слёзы всё ближе и ближе накатывались. Замученный непониманием, с кучей вопросов и растерянностью, я устремил взгляд на выход из комнаты. —?Зачем мне это чёртово кунг-фу? Я не хочу… Не хочу… —?шептал я, глотая слёзы, которым удалось добежать до уголков моих губ. Не выдержав моральной нагрузки, мне захотелось сбежать. И я сбежал. Вопреки указаниям Угвэя: к тому самому персиковому дереву. Я безнадёжно встал на самый край скалистого холма, посмотрев в беззаботное небо; и почему-то так хотелось закричать, чтоб содрогалась земля, а отец услышал мои мольбы о помощи. Но голос, после нескольких минут недавнего крика, отказался подчиняться моим правилам. Слёзы бешеным ручьём лились из моих глаз, капали на землю, часть впитывалась в одежду, создавая дополнительный дискомфорт. Обычные всхлипы перешли в такую истерику, что между ними я не успевал набирать воздух и терял сознание. В конце концов, я смог успокоиться и задремать прямо у ствола персикового дерева. Здесь я чувствовал себя под какой-то защитой. Даже когда кора ствола царапала спину через ткань, это не помешало мне продолжать спать и наслаждаться снами. Я видел отца, родной дом, могилу матери, побег от разгневанных жителей, свои любимые книги. Сам того не зная, я жутко дёргался на яву. Случилось бы непоправимое, если бы не Мастер Угвэй, вовремя оказавшийся рядом. Я так сильно ворочался во сне, что перекатился и свалился с обрыва. В итоге, я был пойман закрученным концом посоха Угвэя за воротник одежды. Бережно поставив меня на землю, Угвэй развернулся ко мне спиной, явно не желая смотреть на такое эгоистичное создание, которое породила вселенная. Как только до моего мозга дошла информация о том, что сейчас могло произойти, я со всех сил закрыл рот обеими руками, чтобы просто не запищать истерическим криком от ужаса, что держался на грани выхода наружу. Ноги, как и остальные органы, резко переключились, начав жить своей жизнью и работать в разнобой. Потеряв контроль над телом, я громко свалился на колени перед Мастером Угвэем и не стесняясь рыдал себе в одежду. Моя шерсть впитала в себя такое количество слёз, что мной можно было вымыть полы в Зале Героев несколько раз. Пальцы, намертво сжимающие ткань воротника, начало сводить от боли. А как же стыдно было поднять глаза, кто бы знал. Даже если придется смотреть только на спину Угвэя. —?Я беспокоюсь за тебя не с целью задеть твои чувства или навредить. —?сказал Угвэй, всё так же стоя ко мне спиной. Таким беспомощным я ещё никогда себя не чувствовал. Даже во время наших с отцом неудачных побегов, где всё могло закончился обезглавливанием, я не был так напуган, как сейчас. Моё тело, укрытое мурашками и холодным потом под слоем мокрой шерсти, тряслось, будто в конвульсиях. По приказу своего сердца, которое нуждалось в поддержке взрослого, я собрал все отчаяние и смелость в кулак, и подполз к Мастеру Угвэю. Совершив глубокий вдох, я уперся лбом в бок панциря Угвея, и разревелся ещё пуще прежнего. Всё на что меня хватило?— так это сквозь истерику прохрипеть: —?Простите… Что сразило меня наповал, так это реакция черепахи. Мастер Угвэй нежно прижал меня к себе своей правой ладонью, отдавая своё тепло и немую поддержку. Но он чувствовал, что я не до конца сказал предложение, поэтому, перебивать не стал. —…мастер. Выдавить из себя это слово было сложнее всего. Но я не мог спорить со своим сердцем, которое требовало именно такого поворота событий. Склонившись перед Угвэем и назвав его Мастером, я безвозвратно, но осознанно выбрал ту дорогу, которая и сделала меня тем, кем я являюсь сейчас. Я был готов забыть о своём прошлом, и передать грядущее будущее в те надёжные руки, которые однажды сохранили мне жизнь. Стоя у ворот, ведущих в Зал Героев, я не переставал вытирать остатки слёз. Хоть и имел я внешний вид, будто меня переехала тележка, на душе было поразительно легко и свободно. Цепь, которая сковывала меня и моё прошлое, навсегда оборвалась и не тянула обратно. Желание вернутся домой?— вернутся к воровству, упало в ту самую бездну, и, к счастью, не было спасено Угвэем. —?Мастер Угвэй, я должен… Потерпеть наказание. —?осмелившись нарушить неловкую тишину, сказал я рядом стоящему Мастеру, что тихо любовался Долиной Мира с высоты и поглощал лёгкими свежий воздух. —?Я повёл себя так отвратительно, что не смогу смотреть вам в глаза, если вы не… —?и, естественно, случилось то, что я обожал в Мастере Угвэе за все годы обучения. Он мастерски перебивает. —?Я тебя понимаю, Шифу. И совсем на тебя не обижаюсь. —?одарив меня широкой улыбкой, сказал Угвэй,?— Но, запомни… Став настоящим воином, у тебя не будет времени колебаться между тем, что хочешь и тем, что нужно. —?напоминая за случай с печеньем, которое мне есть не стоило, сказал Угвэй. —?Извините меня. Я просто до сих пор не могу поверить, что правда не нужен отцу. —?отводя от него стыдливые мокрые глаза, признался я. Некоторые маленькие паузы между нашими репликами тянулись отвратительно долго. В детстве, во время волнения, я не знал куда деть конечности, чтобы чувствовать себя увереннее. Спрятать руки за спину, в карманы, скрестить на груди. Мне всегда хотелось закрыться от внешних факторов влияния на меня. Но тогда, во время разговора, пришлось терпеть лютый дискомфорт, чтобы не выглядеть вновь перед Мастером Угвэем сопливым мальчишкой. Хотя, именно таким я и был. —…к сожалению, я ничего не могу сказать тебе по этому поводу. Я не знал твоего отца, и утверждать, какой он, даже несмотря на его поступок, не могу. Наступила очередная пауза. Раздражающая пауза. —?Но я могу сказать одно точно,?— уверенно сказал Угвэй, кладя свою правую ладонь мне на левое плечо,?— Ты должен благодарить родителей за то, что унаследовал у них добрейшее сердце. Когда никого не будет рядом, а жизнь покатится по кривой дорожке, помни, что твой главный советчик не я, не разум, а сердце. —?опустив ладонь с моего плеча на область сердца, ласково сказал Мастер Угвэй. —?Да, Мастер,?— согласился я, от волнения заведя руки за спину… (думаете, откуда привычка взялась?) —?Наказывать я тебя не собираюсь, но для профилактики, Шифу,?— повеселел Мастер, подводя меня ближе к краю огромной лестницы,?— Посчитай-ка, пожалуйста, количество ступеней у этой лестницы. Как раз у тебя будет достаточно времени подумать о том, готов ли ты принять новую жизнь. Забавно то, что Угвэй до самой смерти любил передразнивать моё выражение лица в ту самую секунду.Вот бы Мастер знал, как сейчас мне не хватает его твердой руки у себя на плече.