Глава 23: Зверь выходит из моря (2/2)

- Когда говорят об аде, то придумывают пытки, огонь, лёд... ничего этого нет. Там только темнота... и Голова. Лицо. Мистики прозревают, что главная, величайшая радость рая - созерцать лицо Творца. Единственная мука ада - смотреть, как из бездны навстречу тебе прорастает... врастает в тебя... иное лицо. Ты смотришь в него... желаешь отдать всё, что есть, лишь бы суметь отвернуться... но у тебя уже ничего нет. Миллионы лет оно смотрело в меня... а потом позади раздался голос. Темноволосая девочка позвала меня, и я смог отвернуться. Мы долго, очень долго шли... время там идёт иначе, чем здесь... а потом я проснулся. Мне говорили, что я спал четыре года, а потом проснулся... но мне кажется, что всё вокруг - лишь сон. Всего лишь сон, снящийся Голове.

Мальчик смотрел на серую гладь воды.

- Голос Головы - это то, что кажется тебе шумом. Ты знаешь, что она от тебя хочет?

Сателла, помедлив, кивнула.

- Мир, в котором не будет злых людей. В котором не будет грешников. В котором... не будет... не будет никого.Голос Иешуа, когда он заговорил снова, был столь странным, что Сателла обернулась, чтобы посмотреть на брата Розетты.- Однажды наш ад покажется нам почти раем... это самое страшное.Почему-то женщине показалось, что мальчик, стоящий рядом с ней в сером плаще, плачет, но если так оно и было, то сразу прошло. На лице апостола промелькнуло хищное выражение.- Нас пришли убивать. - Прошелестел тихий голос Иешуа. - Будет забавно.С возвышения женщина видела, как появились кольца света, и из них вышли пятеро. Расстояние было большим - больше двух сотен метров, но разглядеть их она смогла. Хроно, Розетта, Левап, Эзраэль и Азмария. Сателла нахмурилась - зачем было сюда тащить девочку? Впрочем, это было почти неважно. Она поняла, наконец, почему она оказалась у Айона. Ей вспомнились слова, которые она раньше читала, но не понимала. Теперь она их поняла.Человек остается человеком: неприязнь к неправде в нем неискоренима. Когда нас уже будет тошнить от мелких скучных частых полуправд – в каждой конфессии, в каждом человеке свои – тогда предложат нам взамен супернеправду. Одну, глобальную, мощную, яркую. Последнюю.Глядя на отряд доброхотов, явившихся сюда в твёрдой уверенности, что именно они-то и спасут человечество, женщина иронично хмыкнула. Да, она сделает всё, что должна, но сначала нужно было расплатиться по долгам прошлого. Вытащив два драгоценных камня - синий и красный, она со всей силы бросила и в сторону реки. Когда-то ей их дала Флоретта, желая подбодрить сестру после очередного выговора со стороны родителей. Подарила их за несколько дней до катастрофы. И, в результате, сразилась с Айоном, имея только один новый камень, призвать из которого смогла лишь маленький меч. Долгие годы Сателла корила себя за то, что приняла этот подарок. За то, что сестре пришлось сражаться с демоном имея в руках почти что игрушечное оружие...Один из камней упал в воду, второй застрял траве у самой кромки воды... неважно. Свои счёты с прошлым она свела.***В центральном парке Сан-Франциско, у озера Стоу Лейк, возникли кольца света, из которых телепортировалсь бравая пятёрка героев. Серая земля острова с зачахшей травой, сбросившие листву деревья... люди - их было множество, казалось, они что-то делали, но вокруг компании царила пустота. Словно бы какая-то завеса отделяла их от тех, кто собрались здесь. Или наоборот... они были здесь бесконечно чужими.- Они здесь. Иешуа Кристофер и Сателла Хавенхайт. - Произнёс ангел. - Они готовы к встрече и не будут сожалеть о наших жизнях.От услышанного в сердце Франсуа вспыхнули гнев и горечь.- Зачем, Сателла? Что ты делаешь? - Прошептал Франсуа. - Она делает ту же ошибку, что и её сестра - отвергает свою человечность. И ради чего? В их так называемом "мире" не будет никакой свободы для людей! Чёрт!- И снова предатели в наших рядах. - Глаза Розетты недобро блеснули, она крепче сжала пистолет.- Успокойтесь. - Вдруг командным тоном заявил Эзраэль, подняв руку в направлении друзей. - Слепая ярость нам тут не поможет. Мы должны сохранять хладнокровие, ибо мы не знаем, что они нам приготовили. Рассредоточиться! Я пойду впереди. Хроно и Розетта по бокам, Франсуа замыкает, дабы обеспечить безопасность тыла. Думаю, их главная цель - Азмария. Защищаем её!- Понял! - Отозвался Франсуа, с серьёзным выражением лица приготовившись к худшему. - Я сделаю всё возможное, чтобы мы остались живы после этого.Небольшой отряд медленно двигался вперёд, люди со стигмами на руках смотрели на них, но ничего не делали. Вернее, все, кто был на острове, смотрели только на них. И бездействовали. Даже Сателла с Иешуа.- Иешуа Кристофер, Сателла Хавенхайт, - заговорил ангел, когда их отряд приблизился к крылу будущего храма, единственному месту, которое успели здесь построить. - Я призываю вас: сдайтесь нам, и всё обойдётся без ненужного кровопролития. Это безумие зашло слишком далеко, чтобы мы оставались равнодушны. Пожалуйста, выслушайте меня - ещё не поздно одуматься и найти новый жизненный путь, где вы будете счастливы без этой войны. Мы не хотим сражаться с вами. И я всё ещё надеюсь, что где-то в глубине вашей души остался голос благоразумия и совести!Ответил Эзраэлю Иешуа.- Я слышал тебя, ангел. И знаю всё, что ты можешь сказать. И то, что не можешь. Если ты пришёл со словами, они - пыль на ветру.- Мы пришли сюда не за очередными пророчествами и загадками от тебя, дитя. Этот культ пора остановить, а всем этим людям - осознать, что они делают. Также как и вам. И мне нужен прямой ответ - обойдётся всё миром, и вы уйдёте от Айона, или нам придётся добиться восстановления равновесия силой? Или ты хочешь сказать, что твой ответ будет скорее ощутим в действии, нежели на словах, раз ты не искушён в том искусстве, что глаголю я?Пока велась напряжённая беседа между ангелом и падшим апостолом, Франсуа обменивался хмурыми взглядами с Сателлой, в душе проклиная её за её ошибку."Ты вообще осознаёшь, что делаешь? Ты сейчас похоже на безвольное малое дитя! Это твой ответ? Это твоё желание прожить достойно свою жизнь?"- Добивайся. - Иешуа улыбнулся, завернувшись в одежду. Не смотря на то, что Сан-Франциско был значительно южнее Нью-Йорка, дыхание приближающейся зимы уже ощущалось и здесь.- Он сошёл с ума! - Возмутился Франсуа, поражаясь такому наплевательскому отношению Иешуа. - Не говорите мне, что мы пришли вести с ним переговоры. Так мы ничего не добьёмся. Посмотрите на него - это просто избалованное дитя, которое с радостью поломает любые игрушки, которые ему дадут в руки.Иешуа молчал.

- Да, вот именно, избалованное дитя. - Ледяным голосом произнесла Розетта. Она была... совершенно другой. Несколько минут созерцания ненавистного существа изменили её. Вся жизнь ушла из неё, перетекла в глаза. Только они выделились на бледном лице. - Дитя, для которого люди и всех их чувства - всего лишь игрушки. - Продолжила девушка. - Игрушки можно сломать, но и поломанные они могут отомстить... А ты, Сателла. - Она в упор посмотрела на каменную колдунью. - Предательница и дезертирка. Мне стыдно, что вы были моими товарищами.Каменная колдунья хмыкнула, высокомерно посмотрев на Розетту.- Кто бы говорил. - Бросила Сателла. - Слушаешься во всём этого шута... - её взгляд скользнул по Левапу, - и ангела смерти, который управляет вами всеми. Azrael, тень Азраила, имя твоей славы, с которой ты пришёл в мир людей.Её взгляд скользнул по Эзраэлю, в нём отразилась на мгновение какая-то запредельная боль, но страсть тут же потухла.- Он уже убил больше людей, чем тот, в белом. "Ради общего счастья, конечно!" Что скажешь, я вру? - Обратилась она скорее к Левапу, но Иешуа добавил её вопрос тихими: ''Да-да, нет-нет. Прочее от лукавого''.Эзраэль собирался выговариться в праведном гневе, но его вовремя удержал Франсуа, взяв слово на себя.- Я скажу - да! Ты теперь врунья похлеще, чем я в свои годы на служении этому ублюдку! И никого он не убил! Эти люди по-прежнему в коме и ждут своего часа пробуждения, когда они осознают свои грехи и поймут, что были не правы в своей жизни, причиняя боль и неудобства невинным. А даже если бы убил - невиновных он никогда не трогает! Ты же тоже ненавидела этих криминальных мразей, разве я не прав? И взглянем правде в глаза - ты не имеешь права швырять грязью в лицо, когда сама уже в ней по локоть! Чем ты прославила свой род? Тем, что стала подстилкой для демонов?Когда Левап договорил, Сателла хмыкнула. Потом, спустя несколько секунд, рассмеялась.- Вы только послушайте, что он говорит... - она обращалась, по-видимому, к Розетте и Хроно, хотя и не глядела на них. - Рука руку моет! Вот шут появляется, имея за собой угнанный поезд, десятки вырезанных людей, сожранный отряд экзорцистов... но потом появляется ангел, который твердит - "Шут ни в чём не виноват, это всё не он!" Но проходит несколько дней, и уже сам ангел вырезает тысячи людей... и что говорит шут? "Невиновных он не трогает!"... да, конечно, "а если и вырезал десяток-другой тысяч криминальных мразей" в городе, то это ничего, мир и без них обойдётся преспокойно. Рожей не вышли! Не место им в новом, чистом мире!Сателла засмеялась. В её смехе было что-то отчаянное, болезненное.- Айон лучше. Он не врёт своим. И не называет подлость и мерзость – дружбой.- Заткнись!!! - Тело Франсуа вдруг охватило сияние, излучая доселе невиданную силу. - Я сыт по горло твоим самолюбивым тоном презрения! Всё, что я делал тогда в поезде – это защищал Азмарию!!! - Во весь голос завопил француз. - И если ты так и не поняла этого, я заставлю тебя открыть глаза на суровую правду жизни!!!Казалось, ещё секунда, и вот-вот пройдёт что-то неизбежное. Но Эзраэль остановил полудемона, когда был тот в миге от убийства.- Франсуа, остановись! Что ты задумал? Контролируй себя!- Не мешай мне! - Воскликнул француз, ослеплённый злостью. - Я обязан наказать её за высокомерие и честолюбие! Она переступила все черты дозволенного, и ты знаешь это как никто другой!!!- Опомнись, глупец! Ты себя слышишь? Это не ты! Мой друг никогда бы не опустился до такого глубокого отчаянья и не дал бы волю эмоциям. Они специально пытаются вывести тебя из терпения, играя на твоём прошлом!Как это ни странно, но эффект от слов ангела тут же дал о себе знать - на мгновение Франсуа замер на месте, немного пробудив своё сознание и рациональное мышление.- Но даже если так... Я всё равно должен что-то сделать! Я не могу оставить это безнаказанным!Иешуа улыбался, слушая этот диалог. Его руки чуть-чуть изменились.- Ваши сердца взвешены. И найдены лёгкими. - Тихо произнёс он, обращаясь к Левапу и Эзраэлю. После чего атаковал француза. Чёрные руки, словно бы возникшие в воздухе вокруг мальчика, вцепились в человека.У Франсуа на дальнейшие разговоры не хватило времени. Заметив опасность, надвигающуюся на них со стороны тёмного апостола, француз перешёл к решительным действиям.- Эзраэль, назад!!!Понимая, что никто кроме него уже не сможет защитить друзей, Франсуа оттолкнул Эзраэля и прыгнул вперёд, принимая на себя удар падшего апостола. Он готов был пожертвовать собой ради друзей, ради существования мира! Яркое сияние охватило всё его тело, когда жажда сердца полудемона слилась с желанием его меча. Все на несколько секунд зажмурились, а потом перед ними предстал живой и невредимый Франсуа. Ослепляющая вспышка, став для него щитом, пронеслась по всему острову. Переводя дыхание и собрав свою волю в кулак, француз смахнул пыль с одежды и поправил галстук.- Знаешь, я слышал эти слова раньше. И лёгкое сердце не означает, что я слаб духом или готов сдаться. Я, как и мои друзья, буду биться до конца!- Бейся. Только с кем?Только небесный свет мог погасить тьму. Энергия Левапа смешалась с миазмами чёрных рук, преломила их... и разлилась по острову. Эзраэль и Хроно кое-как защитили Розетту и Азмарию. Вокруг... вокруг них были вывороченные деревья, тела крестоносцев, лежащая навзничь с опалённым лицом Сателла...- Ты так ничего и не понял о себе... ни в ком из людей нет настоящего света. Тем более в тебе. - Иешуа это почти прошептал. - Всё кончилось так, как и должно было кончиться.

Мальчик исчез.- Нет! Это невозможно! Как?! - На лице француза проступила гримаса ужаса. Он опустился на колени, не желая верить в реальность происходящего. - Почему?! Почему ты всё это делаешь, ублюдок?! В тебе нет ни капли совести, и ты убиваешь их всех с удовольствием. И всё ради каких-то грехов? Тебя так заботит прошлое?!Если Айон и слышал Левапа, то ответом ему было молчание. Безмолвие восточного аскета, равнодушно взирающего и на жизнь, и на смерть, на страдание и обретение.***Азмария горько плакала над падшими. Сердце девочки разрывалось от неизбывной тоски. Молитва звучала тихо, почти неслышно, без ожидания чуда. Азмария молилась и за своих, и за чужих. Смерть всех сравняла. А ещё ей было страшно от того, что человек, которому она больше всех доверяла, попался в сети самообожествления...Сателла была ещё жива. Злая сила не убила её сразу, быть может, желая насладиться мигом торжества... женщина видела, что тьма не обманула, она подарит ей то, что обещала... абсолютную свободу атома в бесконечности пустоты. И всё же Айон посмеялся над ней. Убил её руками шута...Опалённые веки женщины чуть приподнялись, когда она услышала тихое пение Азмарии. Их глаза на мгновение встретились.- Вспомни обо мне... хоть раз... - Прошептала заклинательница камней. - Когда будешь с Распятым в раю...Иной мир, на грани которого Сателла находилась весь последний день, не стал дожидаться окончательной смерти её тела. Сквозь дневной свет проступили сумерки, серые деревья проросли из земли, серый поезд, едущий непонятно куда, серое купе, желающее поглотить всю её вечность...***Азмария вздрогнула, услышав эти слова. Несколько секунд она стояла рядом с телом Сателлы. Каким-то особым чувством она поняла, что женщина уже мертва, но ей было страшно отойти... хотелось защитить хотя бы тело. Но были и другие. Живые. Её мысли снова вернулись к Франсуа."Надо попытаться его спасти. Неужели он не видит? Что мне сделать для этого, Господи?"

Неожиданно пришёл ответ. Шаг требовалась сделать серьёзный, даже жестокий, но девочки решила, что пройдёт и через это, если только так можно спасти Франсуа.- Прости, но нам... нужно расстаться. - Сказала она, подойдя к Левапу. - Я не хочу, чтобы ты защищал меня, чтобы ещё раз... повторилось что-то подобное. - Она обвела рукой поле несправедливой битвы.- Ты думаешь, это что-то изменит? - Франсуа даже не повернулся к Азмарии. В его голосе звучало отчаяние. - Эти смерти... Они никогда не прекратятся... пока жив он!- Но ведь дело не только в нём... Мы говорим, будто можем спасти мир сами, без участия Бога, а это неправильно. - Вместо "ты", которое было более уместно, девочка сказала "мы". - Мечом можно победить силу, но разве им вычистишь тьму из души? Я... я просто хочу, чтобы ты понял: не всё мы можем.- Я знаю. Но если не мы, то кто? Кто будет спасать невинных людей от всего этого зла? Хотим мы или нет, можем или нет - всегда обязаны быть те, кому не всё равно, и кто не будет сидеть сложа руки. И, говоря по правде, даже Всевышний не всесилен, раз он позволил распять его сына Иисуса Христа. Я это говорю, потому что иначе быть не может. Подумай об этом, Азмария: если бы я тогда не действовал, сидел бы себе в монастыре и лил слёзы из-за того, что тебя уволокли оттуда, стояла бы ты сейчас передо мной?

Девочка отвернулась.- Ты не понимаешь... Не говори так про нашего Спасителя! Это Он позволил тебе спасти меня. Пути Господни неисповедимы. А теперь отойди от меня, не искушай.- Искушать? Не надо думать, что я одержим или что-то в этом роде. С тех самых пор, как я перестал быть человеком, я потерял многое. Так что не стоит на меня серчать, если в душе у меня мало веры. Возможно, если бы не та злополучная ночь с моими родителями, кто знает, как могло бы всё обернуться... Я уже не знаю, хотел бы я их видеть снова в живых или нет? В последнее время я вообще не знаю, чего я хочу. Как будто... я умер ещё тогда в далёком детстве, и от меня осталась лишь оболочка.Азмария ничего не ответила, она смотрела на убитых. "Этот путь мне придётся пройти одной. Розетта, Хроно... Где они? Словно потерялись".Франсуа вновь заговорил, нарушив неловкую тишину.- Не пойми меня неправильно, Азмария. Я не пытаюсь сделать из себя Спасителя, Мессию или что-то вроде героя. Нет... Мне это не к чему, и я не тщеславен. Все эти вещи лишь втаптывают тебя в грязь, не давая подняться вверх к тому, к чему ты стремишься всем сердцем. Как я уже сказал, я не знаю ради чего мне жить и к чему мне стремиться. Вернее, для меня всё в тумане, пока существуют эти порождения тьмы, что разрушают жизни других, как разрушили мою... и Сателлы. Лишь одно я знаю наверняка: я обязан взять это бремя на себя. Бремя того, кто будет защищать других и бороться со злом несмотря ни на что. По крайней мере, я хочу, чтобы другие не повторили моей судьбы. Это нелегко, но другого выбора у меня нет.***Розетта хмурилась, наблюдая за происходящим вокруг. Трупы, вывороченная земля, разрушенные здания, дороги... А виновник всего этого молиться с лицемерным видом. "Сателла была права, называя его вестником ада". Лицо её всё больше мрачнело и, наконец, она выкрикнула:- Если ты и дальше хочешь слушаться своего психованного ангела и вырезать всё, что движется, тебе туда, а нам туда! - она решительно указала пистолетом сначала в одну, затем в противоположную сторону. И пусть она обращалась к Левапу, взгляд её остановился на Эзраэле.- Я здесь не причём. - Тихо произнёс Эзраэль. - И чтобы вы не думали, Розетта Кристофер, ваши выводы чересчур поспешны и не обоснованы в виду ваших юных лет. Даже я сам не знаю, в каком направлении идти, чтобы найти логово этого страшного зла - тьма заполонила мой взор так, что я толком не могу разглядеть, что происходит в городе святого Франциска.- Значит, юна? Между прочим, Христос сказал: "Будьте как дети", - подбоченясь, парировала девушка. - Можете говорить, что хотите. Мы с Хроно уходим, - демон уже стоял рядом. - Азмария, ты с нами?Девочка бросала тревожные взгляды в сторону Франсуа и заламывала руки. В её лице отразилась внутренняя борьба.

- Ты действительно готов идти по своему пути, несмотря ни на что? - Обратилась она к нему. - Даже если будут страшные жертвы?У Франсуа тряслись руки, он не знал, как ему быть. С одной стороны, он не мог смотреть на то, как умирают вокруг него люди. Но с другой, если он перечеркнёт всё и пойдёт сражаться с Айоном один, он будет обречён на гибель. Да и так ли его заботила его собственная жизнь? Вряд ли. Но он понимал и боль в душе Азмарии...- Я... я не знаю. - Голос Франсуа был сух, однако в нём можно было различить горечь. - Я не могу больше смотреть на это, ничего не делая. Столько жертв, и ради чего? Даже если бы я и хотел отступить, обратной дороги для меня уже нет. Судьба всё решила за меня ещё в тот злополучный день. И моя душа не будет знать покоя, пока живы все эти твари. Я так и ощущаю в себе... этот ураган эмоций, который не приносит мне ни одного ясного решения. Всё в плотном тумане. Ни единого луча света...- Выброси свой меч. - Решительно сказала Розетта. - Он убивает тебя. Тогда мы останемся.- Она права. - Вступила в разговор Аз. - Этот меч... он не от Бога.- Тогда откуда он упал вместе с Эзраэлем? - Вдруг запротестовал Франсуа, оборачиваясь к ним. - И убивает в каком смысле: завлекает во тьму? Даже если так, я никогда не поддамся ей! В душе меня и так давно убили, сделав в своё время бездушной марионеткой, какими были и сёстры Хавенхайт.- Тем не менее... - Вдруг вступил в разговор Эзраэль. - Пандемониум каким-то образом пытается на тебя воздействовать через это оружие. Пока ты не переосмыслишь своё существование и свои стремления, нельзя сказать наверняка, что носить его с собой безопасно.Пребывая в глухом молчании, Франсуа посмотрел на ангельский клинок в упор, не видя в нём признаков ярких бликов сияния."Пожалуйста, скажи мне, что ты не несёшь мне гибель. Ты не можешь... - Мысленно начал общаться француз с клинком. - Ты же хочешь защитить меня и помочь мне побороть это зло. Разве не так? Не слушай Пандемониума. Он падшее существо, хоть и был твоим собратом. Ты выше этого. Я хочу помочь людям. Помоги и ты мне. Пожалуйста, если хочешь исполнить свой долг, помоги мне очистить мир от последствий того, что сделал Айон и ему подобные."В ответ на мольбу хозяина меч слабо замерцал.- Да как же ты не понимаешь, что проблема в самом мече?! - Внезапно вспылила Розетта. - Ты уже и шагу без него ступить не можешь!

- Не всё, что падает с неба от Бога. - Философски заметил Хроно.- Не убивайте... - Вдруг прозвучал чей-то искажённый голос.Услышав это, Франсуа на мгновение пришёл в замешательство, не понимая, откуда доносится звук.- Этот голос... Он доноситься из меча! - Поражённо воскликнул Эзраэль.- Не убивайте... - Молящим голосом завопил меч. - Я не враг.- Никто и не собирается тебя убивать или разбирать. - Фыркнула Розетта, подозрительно оглядывая ещё одного болтуна. Работая экзорцистом, она и не такое видела. Маленькая статуэтка могла оказаться демоном.- Значит, ты боишься смерти? - Спросил Хроно, словно обдумывая какую-то мысль.- Нет. - Отрицательно ответил меч, вернув своему голосу нейтральные тона. - Я не боюсь умереть, чтобы защитить жизнь своего владельца. Но не сейчас. Я хочу исполнить долг, возложенный на меня. Я знаю, что зло не дремлет и пытается достичь души юного мастера. Во чтобы то ни стало, я этого не допущу!- Теперь я убеждён, что если ты и дух, то тёмный. - Нахмурившись, произнёс Хроно. - Только высшим демонам присущ страх смерти.- Думай что хочешь, но тьму я презираю всем сердцем и душой. Как и в тебе, демон. - В голосе меча отчётливо читалось презрение и неприязнь к Хроно.- Я, по крайней мере, не выдаю свою тьму за свет.- Судя по тому, что ты в этом мире совершенно недавно, ты вряд ли можешь в совершенстве осознать понятия света и тьмы. Так или иначе, всё относительно. Но одну скажу точно - если бы во мне была тьма, мой владелец уже давно бы сошёл с ума.- Эм... Спасибо? - В недоумении проговорил Франсуа, поражаясь характеру своего меча.- У нас больше нет времени на дальнейшие распри. - Встрял в беседу Эзраэль, напоминая, что у них осталось не завершённое дело. - Что бы ни случилось, прямо сейчас мы обязаны держаться вместе перед лицом общего врага человечества.- Я согласен с этим, друг Эзраэль. - Одобряюще ответил меч. - Должен сказать, я очень рад, что ты спас меня тогда при разрушении моей оболочки у фонтана. Я не ожидал от тебя ничего другого, мне известно твоё милосердие и самопожертвование ради других.- Кристиан? Невозможно! Мы думали, ты погиб ещё в Великой Войне.- Как видишь, погибло лишь моё тело. - Спокойно ответил меч. - Однако моя душа застряла в этой оболочке, и у меня не будет возможности воскреснуть в другом теле, пока я не отплачу долг службой своему владельцу.- Пойдёмте. - Обратилась Азмария к Розетте и Хроно. - Если однажды ты перестанешь слушаться их... Мы будем ждать тебя, Франсуа.Троица направилась искать выход с площади. То есть место, где не придётся перешагивать через трупы.

- Сателла... её надо похоронить. - Задумчиво сказала Розетта. - Нехорошо оставлять её так.Хроно, приняв демонический облик, снял с себя плащ, завернул в него тело каменной колдуньи и с этой ношей пошёл дальше, к мосту, где стояла машина ордена.***- Почему? Почему некоторые люди не могут понять того, что мы изо всех сил стараемся спасти их мир от гибели? - С грустью вопросил Эзраэль, когда троица покинула их. - Мы не несём в себе тьму, как они думают! Они даже не взрослые, чтобы это понять!

- Далеко не многие могут понять искренность наших намерений, мой друг. - Поделился нравоучением меч. – То, что ты продемонстрировал после того, как усыпил многих преступников вечным сном за их непоправимые деяния, которые они совершали на протяжении своей жизни... я не скажу что это был тёмный путь, но и не самый лучший. Мы теперь даже не можем воскресить павшие невинные души, что загубил этот демон.- Аххх! Я уже устал всех вокруг уговаривать и умолять о помощи. Я уже давно не малое дитя, чтобы настаивать на чём-то и просить за кого-то. - Терпение Франсуа вконец истощилось. - Раз мне не верят, я сделаю всё сам. И плевать, что обо мне думают - эгоист, раб тьмы и прочая чушь. Я делаю всё это не ради внимания или дешёвой показухи. Главное, чтобы мир остался самим собой. Я намерен покончить с этим раз и навсегда!- Франсуа! Не делай глупостей. В одиночку ты не выстоишь. – Но, несмотря на все старания Эзраэля отговорить француза, тот был непреклонен.- Да? В таком случае, скажи это лучше им. Уверен, они будут рады узнать о моей судьбе. Прощай, Эзраэль. - С этими словами Франсуа зашагал по направлению к недостроенному зданию храма, твёрдо намеренный выйти из этого победителем или умереть, если того потребует судьба.- Это же безумие! Кристиан, не говори, что ты его поддерживаешь.

- Это его выбор, как и выбор его друзей - покинуть Франсуа по своим соображениям. Если нам суждено погибнуть - так тому и быть. Мы хотя бы умрём не напрасно, борясь со злом и несправедливостью, а не прячась и убегая как трусы.***В том, чему предстояло быть храмом, Франсуа ждали. Правда, не совсем тот, кого ждал он. На большом тёмном камне, под мерцающим барьером сидела Шейдер, весело болтая ногами.

- Какие люди! - Весело поприветствовала она увидевшего её Левапа. - И снова с мечами! Большой Босс не придёт - занят, ужасно занят, а всё, что ему от тебя было нужно, ты уже сделал... - Она посмотрела за спину Франсуа, где лежали искорёженные трупы крестоносцев. - Пандемониум постоянно голоден, ему нужно было новое жертвоприношение. - Пояснила она для слушающих корысть Айона в произошедшем. - В общем, если вы не настолько безумны, чтобы начинать драться со мной, то можете задавать вопросы. Фирма не гарантирует ответа на все вопросы, но обещает говорить правду, правду и ничего, кроме правды! - Сказала она, насмешливо глядя на бывшего полудемона.Не смотря на свою неприязнь к ехидному профессору грешников, Франсуа встретил её без страха. Глаза француза налились злостью на бывших пленителей, и он всеми силами старался сдерживаться, чтобы не взорваться на месте.- У меня нет времени на эти игры. - С этими словами он поднял меч в сторону Шейдер, будто бы угрожая. - Где этот сукин сын, ответственный за гибель тысячи невинных жизней?Шейдер хмыкнула, разглядывая неважно выглядящего Левапа и чувствуя нарастающие колебания астрала.- Мы никогда не убиваем невинных. - Мягко поправила своё "создание" женщина. - Один раз попробовали, две тысячи лет назад, так до сих пор последствия расхлебать не можем. Но если ты имеешь в виду Большого Босса, он там. - Она махнула рукой в сторону центра города, более-менее точно указав направление.***Айон стоял в пустом холле одного из домов, чувствуя, как Голова набирается сил от жизней, прерванных "служителями" света, втягивая в себя частицы астрала, которые оставили души, уходя из тел. Нерастраченное время преждевременно ушедших из жизни, связавших свою судьбу с величайшим из ангелов.Потоки астрала, невидимые для людей, стекались к зданию и оно словно бы начало меняться, грань между Пандемониумом и миром людей в нём предельно истончилась.Все цвета погасли, осталась только дорога, ведущая в никуда, в бездну, и огни потерянных жизней, освещающих её.Айон поднял голову Пандемониум - она уже вобрала в себя энергию, рот Головы медленно открылся... сияющие потоки энергии хлынулииз неё в мир людей, обещая дать ему невиданные прежде чудеса и знамения...Глава грешников усмехнулся - тень его крыла уже легла на эту эпоху и эту страну.Оставалось лишь совсем немногое. Невидимые потоки энергии продолжали концентрироваться вокруг здания, но два мира уже разошлись и теперь он снова был в пустой комнате. На лице Айона мелькнула тень недовольства - Викар показывал ему то, что происходило на острове.- А твои друзья раздражают меня всё больше и больше... - тихо сказал он, обратившись к стоявшему около окна мальчику.Глаза Иешуа показали ему сначала Хроно, потом Розетту. Азмарию, Фиоре... мелькнула мёртвая Сателла... Воля глаз сразу же сковала не успевшую проснуться волю мальчика, и он, посмотрев в разбитое окно, направил туда руку.- Вот, посылаю ангела истребления на все пути их. Куда бы они не пошли, куда бы они не побежали от твоего лица... - Договорив, Иешуа ненадолго замолчал. - Довольно ли тебе этого, Грядущий? - Тихо спросил он у Айона.- Вполне.Пришла пора действовать. Иешуа предстоит превратить энергию жизни, бушевавшую вокруг них и принадлежавшую ему - Зверю, в бесчисленные чудеса и знамения.***- Проклятье! - Воскликнул Франсуа, почувствовав через меч, где находится Айон. - Отсюда его не достать.- Похоже, у нас нет выбора. - Произнёс дух Кристиана из меча. - Юный Франсуа, ты должен мне довериться.

- О чём ты говоришь?- Если ты хочешь победить лидера грешников, ты должен бросить меня и идти с друзьями. Это единственный шанс остаться в живых. Что до меня, то я приду лишь в том случае, если вам всем станет действительно тяжело. Я не хочу разрушать доверие между тобой и остальными, раз мне не верят. Мне не в первой, когда таким существам, как мы, не верят и обвиняют во всех несчастьях. Не пойми меня неправильно: я знаю, тебе нужна сила, чтобы защитить других, а не для своих амбиций. Но сначала ты должен доказать себе, друзьям и всем остальным, что ты достоин этого.Франсуа застыл, обдумывая предложение очередного ангела. С одной стороны, он не хотел просто так бросать нового знакомого на произвол судьбы. С другой стороны, в одиночку у него было мало шансов справиться с таким могущественным врагом, как Айон. Он был готов пойти на что угодно, лишь бы остановить этот хаос и не допустить большее число жертв. Но его беспокоил один вопрос.- Думаешь... они простят меня за все промахи и гордыню?- Не будь так категоричен, Франсуа Ребилье. Если они действительно твои друзья, они всё поймут и примут тебя такого, какой ты есть сейчас. Главное верить не только в свои силы, но и в друзей тоже. Ведь в единстве кроется действительно достойное подспорье тем, кто не доверяет никому. Признаться честно, я не знаю, что нас ждёт впереди. Остаётся лишь надеяться на лучшее. Разве я не прав?- Хм... Я лишь надеюсь, что когда-нибудь всё измениться, и мне больше не придётся сражаться. Но, видимо, это будет очень долгий путь. Далеко немногие готовы принести себя в жертву ради блага других.- Ты считаешь, что тебя больше ничего не держит в этом мире?- Это сложно объяснить. Но сейчас на это нет времени. Пока мы медлим, может произойти непоправимое.- Согласен. В таком случае в добрый путь, Франсуа де Пари Ребилье. Финальная битва ожидает тебя и остальных. И кто выйдет из этого победителем, будет зависеть от действий тех, кто уже обнажил свой меч.Франсуа склонил голову перед Кристианом и медленно зашагал прочь из проклятого парка, надеясь найти тех, с кем он расстался, всё им объяснить и решить раз и навсегда, чего на самом деле он хочет, защищая других. Что движет им - жажда силы или самопожертвование, гордыня или смирение?***После того, как ангел оставил Фиоре и Кайсу наедине, они достаточно долгое время молчали. Заклинательница камней безмолвно лежала на кровати, потом, в какой-то момент, не отличающийся от прочих, она начала подниматься. Со стороны это выглядело почти страшно - её тело двигалось совершенно нечеловечески, водимое не привычной силой человеческих костей и мускул, а чем-то иным. Флоретта скинула ноги с кровати, а потом... потом остальная часть организма начала подниматься, не сгибаясь. Наконец, она поднялась. Её глаза всё ещё были широко распахнуты, но в них появилась жизнь.- Я расскажу тебе... сказку...И был день, когда пришли сыны Божьи предстать пред Господом. Был между ними и сатана. И сказал Господь сатане: "Откуда ты пришёл?" И ответил ему сатана: "Я ходил по земле и обошёл её"."Видел ли ты церковь Мою?" - Спросил Господь сатану."Разве даром праведна она? Не Ты ли оградил души от моего дыхания, распростёр небеса вверх моего крыла, ободрил людей чудесами и знамениями, поманил вечной жизнью. Но отними руку Свою от душ их, и они проклянут Тебя".Отвечал Господь сатане: "Не отдам Я тебе церкви Моей, купленной кровью Моего Сына"."Отдай мне школу одну, сними с неё покров Свой, и ни один ребёнок не возблагодарит Тебя, все пойдут за мной и ко мне".И сказал Господь сатане: "Вот они, имена и души их во власти твоей. Простри, если сможешь, крыло своё на жизнь их".И отошёл сатана от лица Господа.Договорив, Фиоре замолчала. Несколько секунд девушка глядела на единственную оставшуюся у неё руку.- За что может безымянный ребёнок благодарить Бога? Ненавидим мы зло или нет... неважно. Айон примет и нашу любовь, и нашу ненависть. Это всё равно. Нас очень мало, ещё неделю назад в живых было несколько... а сегодня, похоже, осталась только я одна. Сатана выиграл свой спор.- Неправда! Ты можешь благодарить Бога за воспоминания, за многое-многое другое... - Кайса говорила что-то ещё, обвиняя её в слабости, но слова почти не доходили до сознания заклинательницы камней.Зябко... душа озябла. Страшно, когда начинается озноб души.Радость, счастье... это были биохимические реакции, возникавшие в телах людей вследствие определённых движений души. Сами движения души она знала, но не те процессы в организме, которые люди считали чем-то очень-очень хорошим. Она помнила, как это было раньше, когда у неё ещё было человеческое тело, но это знание не достигало глубин души, лежа холодным комком где-то в памяти.Загробная жизнь? Она была лишь призраком. Куклой. Тенью. Её, по сути, и не было, и этот бледный призрак сознания должен был неминуемо распасться, едва её тело окончательно рассыплется. Неделя-две... это уже почти неважно. Если и будет какая-то радостная вечность, то вечность эта коснётся умершей девочки Флоретты... или кого-то совсем-совсем иного. Но не её. Тень, которой была она, исчезнет при первом лучике зари Царства Небесного.Она, Фиоре, была один на один с дьяволом, а это не тот бой, в котором можно было победить. Вопрос лишь в том, откуда он её съест - изнутри или снаружи. Пойдя до конца, порвав все нити рабства, связывавшие её с Айоном, она обнаружила, что так и осталась наедине со Зверем. У неё просто не было точки опоры для борьбы с ним. Любовь, ненависть, дружба, злоба... Зверь с готовностью пожирал всё.- Тебе повезло, что у тебя есть имя. Не потеряй его. - Где-то наверху раздался истошный звук сирены, послышались голоса, топот ног... Айон сделал ход и перешёл в наступление. - Прости. И прощай.Но Кайса схватила её за руку, тихо вымолвив:- Я не хочу прощаться.Серые тучи ненадолго разошлись, и из-за них выглянуло чёрное, мёртвое солнце. Айон... с ним придётся встретиться ещё раз. Но Фиоре не верила ни в победу, ни даже в мало-мальски заметный успех. Девочка, что шла с ней рядом… ?Пускай идёт?. - равнодушно подумала заклинательница камней. Ей было абсолютно всё равно. Но, может, где-то в глубине она завидовала этой девочке…***Около моста, к удивлению Розетты и Хроно, их ожидала машина ордена. При их приближении дверь открылась и из неё вышел Ремингтон.- Десять минут назад президент обратился к нации. - Начал объяснять им преподобный. - Нас обвинили в связях с демонами, подготовке государственного переворота и массовых убийствах, в число которых включили тот несчастный поезд и позавчерашнюю бойню в Сан-Франциско. В стране вводится военное положение, орден объявлен вне закона, деятельность всех католических организаций и церквей приостановлена до конца военного положения. Ватикан не оставит нас, но, боюсь, прежде чем он сможет что-то сделать, от нас уже почти ничего не останется... - В голосе преподобного прозвучала горечь. - Пока мы занимались борьбой с мелкими демонами, Айон скупал газеты, приобретал голоса сенаторов, продвигал своих людей во власть... мы заснули и проснулись в стране, которой правят демоны.Некоторое время все молчали. Потом заговорила Азмария:- Мы просили Левапа выбросить его меч... а потом... потом мы ушли, оставив его с его ангелом. Скажите, мы поступили правильно? Может быть, стоило собраться всем вместе и... и попытаться ещё раз убить Айона?Преподобный молчал несколько секунд. Небо было совершенно серым, с него заморосил мелкий, серый дождь. Серая, мутная вода озера плескалась в десятке метров... Казалось, что крыло, накрывшее собою Америку, уже проросло костьми, обросло плотью и заслонило собою небо. И в мире остались лишь оттенки серого.- Нам не обещана победа. - Наконец заговорил Ремингтон. - Нам не обещаны легионы ангелов с огненными мечами и сияющими колесницами, приходящие на помощь всякий раз, когда силы зла начинают одалевать. Нам обещано лишь то, что всякий раз, когда демоны будут думать, что сколотили для нас гроб, окажется, что они построили храм.Молчание ненадолго воцарилось над мостовой набережной, прерываемое лишь тихим плеском волн озера. Внезапно, тишину нарушил возглас, почти что крик, Азмарии:- Смотрите!Розетта с Хроно, обернувшись, увидели Франсуа, пока ещё - почти что точку рядом с линией горизонта, двигавшуюся в их направлении.- Ну, подождём его, - решила Розетта.По мере того как француз приближался к троице, они заметили, что цвет его костюма сменился с синего на траурно-тёмные цвета. И всё благодаря особенностям его маскировочного набора. Кроме виноватого взгляда на его лице ни читалось никаких эмоций - чему тут радоваться, когда повсюду преследует смерть? Наконец Франсуа остановился в нескольких шагах от компании, устремив свой взор на них.

- Полагаю мне многое стоит объяснить, прежде чем вернутся к тому, откуда я начал свой путь как человек.- Ну да, ты прав, - хмыкнула Розетта. - Говори, мы слушаем. Хроно, положи пока Сателлу на землю.

Азмария устремила на новоприбывшего взволнованный взгляд.- Я не буду сейчас никого оправдывать. Ни их, ни тем более себя... - Спокойно начал француз. - Прежде всего надо всё доказать не словами, но именно делами. Я не говорю, что ангелы всегда поступали правильно, но они и не желали зла. Что до меня - мной движет сильное желание любой ценой защитить то, что так или иначе сохраняет во мне человечность - именно вы не малая причина того, кто я есть сейчас.- То есть ты выбираешь их, а не нас? - серьёзно спросила Азмария.- Если бы я выбрал их - я бы сейчас здесь не стоял. - Отрицательно покачал головой Франсуа. - Я просто хочу помочь по мере моих возможностей. Потому - я прошу у вас прощения, за все ошибки и неудобства, что принёс вам. Можете думать, что я ни на что не годен и буду лишь для вас лишь лишним грузом. Но во мне не меньше вашего горит желание покончить с этим безумием раз и навсегда. Это не легко, но отступать некуда. Либо мы будем вечно бегать и прятаться или же умрём пытаясь спасти то, что нам дорого. Всем нам при рождении этот мир дал право на жизнь и я не хочу, чтобы этим правом помыкали грешники. Мы вместе начали этот путь - так давайте же вместе его и закончим.Розетта, слушая длинную тираду Левапа, откровенно заскучала и нахмурилась, но под конец обратилась к остальным:

- Вы не против принять Левапа обратно?

Хроно пожал плечами:

- Пускай возвращается.

Азмария согласно кивнула.

- Поздравляю, ты принят. Но чур без самодеятельности, если хочешь и дальше работать в команде. Ты у нас теперь новичок, - подмигнув, девушка круто развернулась и первой зашагала к машине. Вместо веселости в этом жесте сквозила печаль и затаенная боль. Франсуа молча кивнул.