Пролог: Я согрешил (1/1)
5 марта. 1900 год. Бостон, штат Массачусетс, США. Полночь.На взгляд простого и оттого немного суеверного сельского жителя эта ночь прямо-таки обещала быть неспокойной. Несмотря на то, что было безоблачно, и луны на небосклоне не наблюдалось. А осиротевшие без неё звёзды вместо того, чтобы блеском своих мерцающих огней компенсировать отсутствие малого светила, как-то трусили и прятались в сумрачное покрывало ночи. Кроме того, наблюдательный фермер отметил бы, что, несмотря на всю тусклость освещения, ложившиеся на землю тени были густыми и угольно-чёрными, а присмотревшись к ним, увидел бы ещё одну странность: время от времени те словно бы оживали, начиная дергаться и кривляться. И, отметив всё это в своём весьма практичном и немного приземлённом уме, навряд ли бы покинул в эту ночь дом – разве что затем, чтобы провести эти неприятные часы в ближайшей церквушке.Однако все эти страхи были свойственны лишь жителям сельской местности: в городе недостаток звёздного света с избытком компенсировался светом искусственным, и горожанам просто незачем было смотреть на небо. Вот и по улицам Бостона люди беззаботно гуляли, решая свои бесчисленные проблемы и невзгоды. Кто-то, засидевшись на работе, возвращался домой, кто-то вышел дежурить в ночную смену, а были и такие, кто просто решил развеяться, размять ноги на свежем воздухе, не обращая внимания на тёмное время суток. А зря – ведь в большом городе воришки и бандиты были намного опаснее всех самых тёмных предзнаменований.Однако даже худшие из бандитов не были самым страшным из того, с чем мог столкнуться неосторожный человек даже в современном городе…
В доме одного из кварталов Бостона жила молодая девушка по имени Кейт. В ту ночь её родители мирно спали, в то время как сама она ещё только готовилась ко сну и, следуя традиционному правилу, читала ?Отче наш? на латыни.Окончив молитву, в конце которой была просьба о защите от лукавого, девочка приготовилась читать молитву к ангелу-хранителю. Однако в доме начали происходить странные вещи. Запертая на ключ дверь внезапно распахнулась и громко хлопнула, что заставило взрослых проснуться и пойти выяснять, что же случилось. Кейт тоже услышала шум внизу (на звук выбитой двери сложно не обратить внимание), но продолжала молиться. До тех пор, пока её не заставили вздрогнуть жуткие крики родных, сквозь которые прорывался голос постороннего.
- Сюрприз!- АААХХ!!!- Нет, дорогой! Нет!!!- Беги...- Стой на месте! И тогда обещаю, твоя смерть будет быстрой!!!Услышав страшные и тревожные звуки борьбы, девушка быстро спряталась под кровать, натянув одеяло поближе к полу. Не прошло и несколько секунд, как крики были слышны уже на лестничном подъёме в комнату Кейт. Это кричала её мать! Она всеми силами пыталась защитить дочь, даже если это невозможно.- Нет! Нет!! Нет!!! - кричала она, когда неизвестный преследователь, убивший её мужа, настигал её.И только она успела открыть дверь в спальню, как на глазах её дочери матери вышибли мозги выстрелом из револьвера. Эта была первая смерть, которую девушка видела так близко, но странное оцепенение, охватившее её, когда всё это началось, не давало по-настоящему поверить в реальность произошедшего. Лишь сердце сильнее забилось от страха, да она сама ещё глубже забилась под кровать. Однако всё это было бесполезно - через несколько секунд в комнате показался и сам виновник этого кровавого торжества.С виду этот хладнокровный незнакомец был одет как настоящий джентльмен. У него на ногах были чёрные туфли, а сам он был наряжен в деловой элегантный костюм: чёрные штаны и пиджак со строгим галстуком. Единственным отличием бандита от джентльмена было то, что на его голове была такого же цвета маска, и поэтому его лицо толком невозможно было разглядеть за исключением глаз и губ. Однако и это невидимое из-за ткани лицо показалось девушке ужасным и отвратительным: даже малые грехи калечат и душу, и внешность, что уж говорить о таких как убийство!? В правой руке он держал стволом вверх револьвер, из дула которого шла тонкая нить дыма. В левой же руке, спрятанной за спиной, убийца держал окровавленное лезвие ножа-бабочки…Первое, что сделал этот тип, войдя в помещение - это с насмешкой посмотрел на свою предыдущую жертву и начал вдоль и поперёк изучать комнату своими яркими,пропитанными нечеловеческой ненавистью глазами. Если бы только девушка, наблюдавшая за ним через щёлку, могла увидеть весь тот ад, что горел в них, каким бы глупым и нелепым показалось бы ей её собственное укрытие! Одеяло и кровать не могли защитить даже от обычного убийцы, что уж говорить о демоне!А именно им, одной из тех гадостных теней, которые просачивались из преисподней в искалеченный и больной мир людей, и был вошедший в комнату незнакомец.После минуты ожидания, словно бы вдоволь насладившись страхом жертвы, он, наконец, подошёл к кровати, тяжело и хрипло дыша – почему именно это показалось девушке самым страшным, напомнив какую-то адскую воронку из тёмных снов. Но дальше незнакомец не продвинулся. Пару мгновений он постоял возле её убежища, а затем развернулся и зашагал к лестнице. Кейт даже выдохнула от облегчения.
На этот звук демон среагировал быстрее молнии и, резко обернувшись к кровати, со всей яростью отбросил её в сторону. Кейт инстинктивно вскочила, собираясь броситься в сторону, но убийца схватил её за горло. Дуло пистолета оказалось приставленным ко лбу девушки.- Попалась! - коварно усмехнулся демон. - Такая маленькая, а уже может помешать планам моего господина. Но я это быстро исправлю!Cняв предохранитель и перезарядив револьвер, злодей приготовился отправить на тот свет ещё одну невинную жертву. Сердце юной Кейт забилось в бешеном темпе, но, уже спустя некоторое время, на душе у неё стало спокойно.Почему? Сама бы она потом сказала, что в тот страшный миг внезапно поняла всю правду слов одного старого монаха: ?Что смерть? Если Бог хочет, чтобы я жил, кто же меня убьёт? Если Бог хочет, чтобы я умер – зачем же мне жить??Со всей остротой во внезапном прозрении девушка поняла, что жизнь её – отнюдь не в грязных руках убийцы, одна из которых как раз сейчас сжимала её горло, не давая дышать, а другая наводила на лоб пистолет. Демон хочет забрать её жизнь? Если так надо – пусть берёт её. Вот только...- Зачем? - Еле слышно прошептала она.Демон остолбенел, услышав слабый голос той, которой не полагалось говорить.
- Зачем ты это сделал? Зачем ты их убил, если твоей целью была именно я? Зачем... зачем ты делаешь зло себе? Мне... мне жаль тебя. Хочешь убить – убей, но разве тебе станет лучше? Твой Творец однажды отвернётся от тебя, и тогда тот, кому ты служишь – предаст тебя, предаст и погубит, также как предаёт и губит всех своих слуг. – Она говорила и говорила, зная, что в любой момент всё может окончиться, что её могут заставить замолчать – но убийца медлил. Тени прошлого скользили перед окрашенными кровавым цветом глазами...Что поразило демона в этих словах? Даже он сам не смог потом бы толком объяснить это. Светившееся чистотой лицо девочки? Её грустный голос? Всё это было важно, но было и что-то другое, выше, не принадлежавшее, быть может, ни самому Левапу, ни Кейт. Словно бы что-то живое, не до конца ещё съеденное его грехами проклюнулось в его душе в тот миг.?Когда-то я был другим...?
***...Яркое, солнечное, летнее утро, не жаркое, но ещё дышащее остатками росы и вспоминающее ночную свежесть и прохладу.Большая, наполненная спешащими по своим делам людьми площадь одного из пригородов Бостона. Десятки, сотни по-разному одетых людей. Взгляд буквально терялся в разнообразии лиц и одежд.Итак, посреди всех этих спешащих по своим делам людей стояла темноволосая девочка, с лёгкой зачарованностью глядя не на лица людей – впрочем, для неё они были чистыми и красивыми, - а на каменное здание католической церквушки, венчавшее собою эту площадь. Яркий, золотой крест реял так высоко-высоко над землёй, под самым небом, таким глубоким, таким светлым и ясным! Она не замечала ни бедных, обшарпанных стен, ни покосившегося порога – только этот летящий в бесконечной выси над землёю крест. И показалось ей, что словно бы белоснежный голубь пролетел рядом с ним, затмив собою солнце, явив высь большую, чем само голубое небо. И мгновение то замерло для неё, став тысячей лет, а вся прошлая жизнь, по сравнению с этим мгновением – как один день.Но и эта тысяча лет закончилась, прошла, кто-то толкнул её, прокричав сердито: ?Посторонись!? Но девочка не обиделась, лишь посмотрела на невольного обидчика с улыбкой и приложила палец к устам. В присутствии Бога не кричат.И пожилой мужчина, издёрганный делами и оттого окрысившийся на неё, почтительно замолчал неожиданно даже для самого себя.Однако не только он один обратил внимание на витавшую в облаках девушку – за ней наблюдали ещё одни глаза, на первый взгляд – насмешливо равнодушные. Но их можно было назвать и очень злыми, потому что никакая злоба не сотворит столько зла, сколько делает его каждый день равнодушие.Наблюдателем был высокий, смуглолицый, беловолосый мужчина примерно тридцати-тридцати пяти лет, в роскошной белой одежде, смотревший на происходящее с балкона здания мэрии. Рядом с ним стоял ещё один человек, в котором внимательный наблюдатель, без сомнения, узнал бы гостя, который пришёл той страшной ночью к Кейт.- Видишь ту девочку? Да-да, с тёмными волосами, в белом платье. – Проговорив это с ленцой, одетый в белое улыбнулся. – Убей её для меня.Спутник молчал, лёгкое сомнение омрачило его лицо, но высказать его он так и не решился, просто поинтересовавшись:
- Она повредит нашим планам?Впрочем, даже этот невинный вопрос вызвал у беловолосого что-то вроде ехидного смешка.- Левап, Левап... – проговорил он с сочувственно-презрительной интонацией. – Ты столько времени знаешь меня, а так и не понял, кто я и чего я хочу... впрочем... – прикрыв глаза, он снова улыбнулся. – Ты поймёшь, зачем это было нужно, как только выполнишь... мою просьбу. Обещаю.На этом он замолчал, чуть наклонившись и подставляя своё красивое, аристократическое лицо свежему ветру. Ничто не доставляло ему такого удовольствия, как смотреть на такие вот площади, на такие вот городки. Каждая перемена, каждое новшество здесь радовало его душу. С каждым годом этот мир нравился ему всё больше и больше.***Первый этап эксперимента Шейдер закончился, и юный Левап пробовал свои силы, стоя на песке пляжа западного побережья США.Сконцентрироваться, пожелать... от напряжения Франсуа весь вспотел, зажмурил глаза... когда он приоткрыл их, большой, в два обхвата человеческих рук булыжник, на который он направил свою руку, даже не сдвинулся. Только на его поверхности появилось чёрное пятно.Рассердившись, он пнул его ногой, но ничего путного не вышло – стало настолько больно, что Франсуа запрыгал, держась за ногу.?Ты... ты... ты не камень даже!!! Я тебя!!!?Снова направив руку на камень, Левап сосредоточился, сжал зубы, весь затрясся...Из его руки вылетела молния, камень вздрогнул, пошатнулся... и так и остался стоять.Однако неудача не обескуражила мальчика - он уже знал, что операция, произведённая над ним - лишь первая из шести. Он ещё станет по-настоящему сильным! И тогда, тогда... он... он убьёт...- Убьёшь меня? - Прозвучал за его спиной спокойный голос.Позже Левап узнал, что скрыть мысли от Айона, если уж ты попал в его сети, почти невозможно - но в тот, первый день, мальчик едва не умер со страху. Ведь он мечтал именно об этом: однажды он сможет! Он убьёт человека в белом!-Что ж, шанс у тебя и в самом деле будет. Но только один. Ошибёшься, и я убью тебя. - Глава грешников усмехнулся. - Впрочем, надеюсь, ты поумнеешь. И эта печальная судьба тебя не коснётся. - Закончил Айон, глядя на небесный свод.***Тем временем его рука с револьвером ослабела и начала трястись, а со лба побежал пот, пропитывая собою шёлковую ткань маски. Он ощутил что-то вроде шума - словно бы тысячи голосов зазвучали в его голове. Нестерпимая головная боль, пытающаяся помешать сосредоточиться и подумать... зачем, зачем... зачем он живёт, где то, ради чего стоит жить, где то живое сердце, которое только и может иметь силу? Марионетка в руках своего господина, компенсирующая отвратительное бессилие перед ним издевательствами и убийствами людей...
Жутко болела голова. Зачем? Зачем бороться, сражаться? Убить девочку - и головная боль тут же пройдёт, тоска в душе уляжется, всё снова станет правильно и нормально...Через эту боль демон ощутил, что его судьба решается сейчас, что у него, наконец, появилась свобода выбора... а сил на это не было. Только злоба и бешенство от бессилия.- ААААААХХХХХ!!! – оттолкнув от себя Кейт и лихорадочно нажимая на курок револьвера, Левап сделал множество выстрелов.Раздался громкий визг, но не из-за того, что девочку изрешетили пулями. Они лишь продырявили кровать, но самой девочке показалось, что стреляют в неё...Но потом наступила тишина, столь резкая, что даже жутко стало. И потому Кейт не спешила открыть глаза, но когда она, наконец, это сделала, то увидела, что демон всё ещё здесь, но уже не нависает над ней адским изваянием, а просто стоит, весь какой-то жалкий и скорчившийся, тупо нажимая на курок своего револьвера и не замечая, что там уже закончились патроны.Наконец, он заговорил:- Будь ты проклят, Айон, со своими злобными планами. Я не могу так больше жить! Убивать чуть ли не каждый день ради служения такому чудовищу, как ты! Отстань, выйди из меня! – Затем демон поднял голову и, устремив болезненный и молящий взор на девочку, обратился к недоумевающей Кейт. - Послушай меня! Я больше так не могу... не могу и не хочу! Убей... убей меня. Помоги, если ты сможешь это сделать, прошу, избавь меня от страданий! - С этими словами грешная душа протянула юной девушке револьвер. Все мысли, все чувства Левапа сосредоточились на нём, как на вожделенной мечте избавления, отдавая его, демон забыл даже о том, что патроны уже кончились. - Я думаю, моё оружие прекрасно подойдёт для восстановления справедливости. Я убил твоих родителей, ты убьёшь меня! Ну, скорее!!!Слыша эти мольбы о прекращении мук, Кейт внезапно почувствовала, что этот демон не такой как все остальные! Когда-то родители и даже настоятели церкви говорили о том, что демоны - самые злые монстры из глубин ада, у которых нет души, жалости и сострадания к людям. Она помнила это и верила им. Но этот... внезапно она поняла, что перед ней не демон, а человек. Просто человек, как и она.- Я не могу! Нельзя! - Решительно отказалась Кейт. - Разве обязательно умирать, чтобы сделать доброе дело? Попробуй, хотя бы...- Я... я попробую... Прошу, избавь меня от влияния господина! - немного облегчённо произнёс демон, забрав пистолет у Кейт.
Он встал на одно колено перед своей недавней мишенью, чью жизнь ещё пять минут назад он хотел забрать. Теперь он понял... понял, что именно имел в виду Айон, прося убить её.- Я не могу... я не... – Но страх внезапно ушёл, и поднявшаяся на ноги юная Кейт осторожно подошла к демону и прикоснулась ладонью к его лбу, начав читать молитву о прощении грехов.- Владыко Господи, поскольку и забыть свои прегрешения есть грех, то он во всем согрешил Тебе, Единому Сердцеведу; Ты и прости ему все по Твоему человеколюбию; тем-то и проявляется великолепие славы Твоей, когда Ты не воздаешь грешникам по делам их, ибо Ты препрославлен во веки. Аминь.После того, как она закончила молитву, яркий свет полился откуда-то сверху на демона. Нет, это была не реакция нечистой силы на освещение ламп, это был знак свыше! Всевышний услышал молитву юной девочки и решил пощадить грешника, дав ему шанс на перерождение. Этот свет так окутал демона своими лучами, что Кейт невольно прикрыла руками глаза, чтобы не ослепнуть. А когда свет мгновенно исчез, словно его и не было, юная Кейт обнаружила, что демон без сознания лежит на полу.Очнувшись от этого странного для него обряда, первое, что он решил - это отвезти Кейт в Магдалинский Орден, чтобы там её приютили, так как родители Кейт были убиты, а сам он вряд ли мог научить её чему-нибудь доброму. Отдав девочку на попечение местному настоятелю, демон исчез. Он решил вернуться к Айону, чтобы уже в своём новом качестве начать следить за ним и отомстить, когда это станет возможно.***- Я выполнил ваш приказ. - Сказал Левап, обращаясь к Айону.- Правда? - Переспросил глава грешников, глядя на своего воспитанника. - И что, она мертва?- Мертва. - Тихо ответил Левап.- А её родители?- Мертвы.- Даже так? - Айон рассмеялся. - Ведь я не просил тебя убивать их. Твоя предусмотрительность, как всегда, поражает. А искушений особых не было? Не убивать её, например?Взгляд грешника, казалось, пронизывал полудемона насквозь. Левап помнил, что ему ещё ни разу не удавалось скрыть что-либо серьёзное от Айона, но сейчас... сейчас та сила, которая пришла к нему на помощь там, у девочки по имени Кейт, словно бы прикрыла его невидимым щитом. И он смог впервые солгать так, что Айон поверил ему.- Были. Но я преодолел их. Я поумнел.Глава грешников с улыбкойотвернулся. Его взгляд теперь был устремлён к небу.- Рад за тебя. Значит, и ты будешь среди тех, кто войдёт в землю свободы вместе со мной.После событий в доме Кейт у ордена долго не было информации о дальнейшей судьбе того демона. Было найдено только одно упоминание о нём. Левапа видели в сиротском приюте, где росли юные Розетта и Иешуа Кристофер. Понять точно, что же именно произошло внутри здания, орден так и не смог, но факт оставался фактом - Айон так и не смог забрать брата Розетты. После чего он снова пропал и на протяжении многих лет не появлялся, пока, наконец, в один из дней 1928 года его не обнаружили на улицах Нью-Йорка…