Глава 5 - Старый враг (1/2)

Счастье осталось в прошлом,Нет его больше. Знаешь,Если мечтаешь о большем,Нужно пройти по краю.Я вот решился однажды,Жаждой любви томимый...Дымом всё стало. Страшно,Жизнь пролетела мимо.

Кровью мой путь отмечен,Вечен мой цвет страсти —Красный. А вслед за встречейВремя пришло расстаться.Илосович Стейн, непроизнесённое вслух.

С раннего утра Валет Червей усиленно упражняется с мечом, восполняя пропущенный день, когда он ни разу не прикоснулся к оружию. Алиса крепко спит, и Стейну совсем не хочется её будить. Он уже не спешит быстрее отправиться в дорогу, понимая, что скоро его вновь ожидает одинокий путь изгнанника.Валет прекрасно знает — раньше ли, позже ли — ему всё равно не избегнуть этого пути. Перемирие, установившееся между ним и Алисой, представляется Стейну хрупкой иллюзией, которая будет разрушена, как только девушка встретит своих старых друзей. Но он слишком увлёкся своей неожиданной ролью проводника в Стране Чудес.И Стейн убеждает себя, что у него просто много дел, за которые нужно взяться именно сейчас, пока девушка ещё спит. Он успевает почистить меч, привести себя в порядок и нарвать яблок неподалёку, когда Алиса, наконец, просыпается.— Доброе утро, — произносит Валетгораздо дружелюбнее, чем вчера. — Снова в путь?Пока они подкрепляются оставшимися с вечера грибами и свежими яблоками, Алиса размышляет о том, как всё-таки странно каждый раз складывается её судьба здесь. Когда-то она считала, что Страна Чудес ей приснилась, потом пришлось сражаться с Бармаглотом, спасая Нижний Мир от тирании Красной Королевы. Но представить, что она будет мирно завтракать на берегу озера с тем, кого прежде считала своим врагом, девушка, конечно, не могла. «Безумное всё же место, — в который уж раз думает Алиса, — но если все лучшие люди безумны, как говорил отец, наверное, то же можно сказать и про целый мир?»— О чём задумалась? — выводит её из размышлений вопрос Стейна.— Просто в очередной раз подивилась тому, как странен этот мир.— Вот уж точно, — бормочет мужчина, — странен, если не безумен.Они отправляются в путь, но идут не слишком быстро, и совсем не из-за усталости. Стейн не торопится, понимая, что вскоре он опять останется один, а Алиса с нескрываемым восхищением оглядывается по сторонам. Ведь прежде настороженность в отношении Валета, ожидание подвоха мешали девушке оценить красоту Восточноземелья по достоинству.«Как говорил Чешир, здесь все не в своём уме, — вспоминает Алиса, — и природа, очевидно, тоже». Кажется, что лес был посажен безумным садовником, в порыве вдохновения смешавшим все возможные виды деревьев — здесь и тонкие вербы, и величественные дубы, их сменяют стройные вязы и пушистые ели; Алиса устаёт удивляться подобному многообразию.Ничуть не меньше и различных цветов. Некоторые походят на те, что растут в Верхнем Мире, другие же выглядят совсем диковинными. Восточноземельные цветы не разговаривают, что даже радует девушку. Во-первых, у неё никогда не получалось толкового разговора с этими капризными созданиями. Во-вторых, раз уж цветы не говорят, их с чистой совестью можно сорвать, чтобы сплести себе венок.Стейн молча наблюдает за девушкой, сегодня он обходится без язвительных замечаний. Алисе приходит в голову шальная мысль сделать венок и для него, однако она удерживается от воплощения этой идеи. «Тэрренту венок подошёл бы больше», — думает девушка, и тут же укоряет себя за то, что сравнивает — пусть даже случайно — двух мужчин между собой.

Чтобы отвлечься от смущающих её мыслей, Алиса начинает расспрашивать Стейна о Нижнем Мире.— И почему каждый раз, когда я попадаю в Страну Чудес, здесь лето? Тут совсем не бывает зимы?— Здесь время течёт по своим правилам, — пожимает плечами Валет. Их сегодняшний путь так легко можно счесть за прогулку, но невозможно никуда деться от ощущения неизбежности скорой разлуки.Он даже думает, что, может, им и вовсе не стоило встречаться. «Теперь меня будут сопровождать воспоминания о ней», — размышляет Стейн. Впрочем, нельзя отрицать, что эта память куда приятнее той, что преследовала его последнее время.— А зима здесь бывает? — интересуется Алиса.— В этих местах обычно нет, но я слышал, что на следующий день после воцарения Белой Королевы выпал снег.

—Как странно.— Он растаял на следующий день, — объясняет Валет, — с тех пор и ведут новый отсчёт времени в её королевстве. Сейчас как раз близится середина лета.— А у нас времена года сменяют друг друга в строго определённом порядке.— Не пытайся понять Нижний мир логикой Верхнего, — улыбается Валет.— Но ты говоришь — новый отсчёт времени идёт в Королевстве Мираны, значит, есть и другие?— Сколько угодно.Алиса понимает, как много она ещё не знает об этом мире, но тем больше новых открытий он сулит.— Ты собираешься отправиться в одно из этих королевств? — спрашивает девушка.— Очевидно, что да, — отвечает Стейн, хотя и сам пока не представляет, куда именно пойдёт. Более всего ему сейчас хочется просто отдохнуть. «Доведу её до замка, — решает он, — и вернусь к озеру».Валет и сам не осознаёт, что начинает стремиться туда, где они какое-то время были вдвоём. А Алиса с удивлением понимает, что уже привыкла к его компании. «Никогда бы не подумала, — размышляет девушка, — что смогу переменить своё мнение о нём. Может быть, ему, как и Ирацибете, просто не хватало любви?»Но мысли о любви кажутся Алисе слишком тревожными. Мечтая о своём возвращении в Страну Чудес, она думала, прежде всего, о Тэрренте, о своём обещании не забывать. «Ох, что-то я совсем запуталась», — сокрушается девушка. Чем ближе возможная встреча, тем больше она нервничает, и уже не так торопится в замок Белой Королевы.— Передохнём немного? — Алиса с надеждой оборачивается к Стейну, надеясь, что он ей не откажет.

Валет соглашается, старательно изображая равнодушие — мол, если тебе так хочется, то я, так и быть, не стану никуда спешить. Он начинает снова чистить свой меч, хотя в этом нет совершенно никакой надобности.«Мужчины всегда преисполняются такой важности, когда дело касается оружия», — думает Алиса, сдерживая улыбку. Впрочем, такое отношение кажется ей правильным.— Ты весьма уважительно относишься к оружию, — отмечает девушка.

— Оно обладает собственной душой, — серьёзно говорит Стейн. — Каждый клинок по-своему уникален. И если один меч делает своего обладателя смелее и благороднее, то другой всюду сеет смерть и разрушение.

«Однако ответственность за наши поступки — на нас самих», — с горечью осознаёт Валет Червей. За долгие годы службы Красной Королеве он отвык от того, что принято называть голосом совести, и теперь пробуждающееся чувство вины ощущалось весьма болезненно.

— Оружие даёт тебе власть, а власть опьяняет, — то ли объясняет, то ли оправдывается Стейн.— Я знаю, — признаётся Алиса, и поясняет, в ответ на его удивлённый взгляд: — В тот миг, когда я опустила Вострый меч на шею Бармаглота, я почувствовала, что такое власть над чужой жизнью.— Ты на этом и остановилась, — успокаивает девушку Стейн. — А вот Ирацибета не смогла остановиться вовремя. И я не смог. Я принял выбранный ею путь, проложил его своим мечом. Так я и стал таким, какой я есть сейчас.«И если ты думаешь, что сможешь измениться, то ты безумнее и Шляпника, и Мартовского Зайца вместе взятых», — убеждает внутренний голос.— Никогда не поздно всё изменить, — возражает девушка.— Ты так говоришь потому, что пытаешься во всём видеть хорошее, но этот путь ведёт к разочарованиям.— Я так говорю потому, что сама однажды изменила свою жизнь, — серьёзно объясняет Алиса, и Стейну на миг хочется верить, что и он сможет. Надо ведь просто начать всё заново, с чистого листа.А потом он вспоминает о том, что оставил за собой. Кровь, смерть… три трупа в заброшенном замке среди Диких Земель. «И ты думаешь, что можешь быть рядом с ней?» — сам себя спрашивает Стейн. «Хватит оттягивать неизбежное», — Валет Червей решительно поднимается на ноги, чтобы продолжить путь.— Отдохнула?— Да, пойдём, пожалуй, — соглашается Алиса. Она понимает, что Валет вновь уходит от темы, но надеется, что её слова всё же заставят мужчину задуматься. «Может, просто никто не протянул ему руку помощи, когда он в этом нуждался, — размышляет девушка, — вот и сейчас он не готов поверить».Несколько минут проходят в молчании, а потом Алиса вновь спрашивает:— Знаешь, что меня удивляет?— Что же? — спрашивает Стейн, который привык уже, что эту девушку удивляет очень и очень многое. «Забавное качество, если задуматься», — решает он.— Мы идём уже третий день, но до сих пор никого не встретили, хотя это место так чудесно. Я бы не отказалась жить в таком лесу.— Ах, да, — понимает Стейн, — я же так и не рассказал тебе про грядущий праздник. Вероятно, туда все отправились.— Что за праздник?— Заметила, что сегодня утром было теплее, чем вчера? Завтра и вовсе будет самый тёплый и самый светлый день в году, и даже ночью будет также тепло, как и днём. Это праздник середины лета.Алиса кивает. «Что-то вроде летнего солнцестояния» — решает она.— Насколько мне известно, Мирана этот праздник всегда любила, — объясняет Валет.— Кстати, а откуда ты про него знаешь? — интересуется Алиса.— В Королевстве Червей его тоже когда-то отмечали, — отвечает Валет. «Где оно, то королевство», — с внезапной ностальгией думает он.— Неужели?— Ещё при Красном Короле. Он вообще любил праздники. Даже слишком, по-моему.— Разве можно слишком любить праздники? — удивляется Алиса.— Из-за того, что подданные постоянно веселились, некому было дать отпор врагам. Да-да, в этом мире не всё так радужно, как ты себе представляешь, и врагом может быть не только чудовище вроде Бармаглота, но и внешне благожелательный сосед. Со стороны Белой Королевы не очень-то разумно позволять всем своим подданным покидать пределы страны ради праздника.— А кого ей сейчас опасаться? — возражает Алиса, с подозрением взглянув на Валета.— Меня ей бояться нечего, — усмехается Стейн, — я лишь рыцарь без госпожи. Но наш мир полон опасностей, — он касается шрама, — ты просто ничего о нём не знаешь.— Ты это уже говорил, — хмурится девушка. «И всё-таки с ним безумно сложно, — вздыхает она, — он так мрачно смотрит на мир».— И ещё раз скажу. Предупреждён — значит, вооружён.— Да я уже вооружена, забыл? — Алиса показывает на ножны с кинжалом, которые висят у неё на поясе. — Но он мне так и не пригодился для сражения.— Думаю, и не пригодится уже, мы ведь почти дошли.Валет ещё не знает, насколько он ошибается. Ирацибета любила мрачно шутить, что, если есть меч, то есть голова, которую срубят с плеч. И Стейну иногда казалось, что оружие само ищет противника.

***Пока Алиса вглядывается вдаль, пытаясь заметить замок, Стейн с грустью размышляет, что это неожиданное совместное путешествие было лучшим из случившегося с ним с тех пор, как он покинул Дикоземье.— Расскажи мне, как обычно отмечали день середины лета, — просит Алиса, прерывая наступившее молчание.— Я не знаю, — пожимает плечами Валет, — ведь я не служил Белой Королеве.— Я хотела узнать, как праздновали его в Королевстве Червей, — поясняет Алиса, — раньше.Видя искреннюю заинтересованность девушки, Стейн принимается рассказывать — сперва неохотно и довольно скупо, но постепенно увлекается и сам. Эти далёкие воспоминания не тяготят его, и Валет удивляется, почему прежде не обращался к ним, лелея в памяти лишь те события, что были или безрадостны, или привели к печальным последствиям.

Когда-то Стейн верил, что все дороги открыты, а мир наполнен радостью и любовью. Ведь он родился и вырос в Королевстве Червей, символом которого недаром было алое сердце — горячее, смелое, любящее. И юный, восторженный Червовый Валет словно всплывает из небытия, а нынешний Илосович Стейн с удивлением понимает — что-то осталось в нём от того наивного юноши. Но есть ли хоть какой-нибудь смысл цепляться за прошлое?Ответить себе на этот вопрос Валет Червей уже не успевает, поскольку ещё одно напоминание тех далёких времён неожиданно даёт о себе знать.Раздаётся стук копыт, и Алиса уже готова шагнуть навстречу неизвестному всаднику, пребывая в полной уверенности, что теперь-то наверняка увидит рыцаря Белой Королевы, однако Стейн, терзаемый смутными предчувствиями, успевает удержать её за руку.— Погоди!— Да в чём дело? — хмурится Алиса, оборачиваясь к нему, но Валет Червей смотрит не на неё. Взгляд его прикован к всаднику на вороном коне, что выступил из-за деревьев.«Этот месяц богат на встречи из прошлого», — только и успевает подумать Стейн, узнавая Пикового Валета.Выглядит тот вполне довольным и полным сил. Стейн первым делом кидает взгляд на оружие своего старого врага и делает неутешительный для себя вывод, что оно гораздо лучше его собственного.— Какая встреча! — разводит руками Пиковый. Валет Червей решительно выступает вперёд и через плечо бросает Алисе:— Уходи.— В чём дело? — девушка пытается что-то возразить, но Стейн не слушает её, сразу же извлекая меч из ножен.— Ты недружелюбен, Червовый, — качает головой Валет Пик, спешиваясь.— А ты, кажется, сменил наряд, — сквозь зубы цедит Илосович, приглядываясь к противнику. И, действительно, вместо эмблемы пик на его одежде теперь трефовая масть. Впрочем, для себя Стейн продолжает называть его Пиковым Валетом. Имени-то он не знает — да и не хочет знать.

— Нравится? — смеётся Пиковый.

— Так вот куда ты сбежал с поля боя, — понимает Стейн.— Не очень-то хотелось сражаться со зверушкой вашей сумасшедшей королевы. Кстати, я слышал, она с некоторых пор не у дел? Но что это за прелестная девушка рядом с тобой? Мила!Валет Пик оценивающе смотрит на Алису, и Стейну не нравится этот хищный взгляд, не нравится узнавать в нём себя. Ведь практически так же он смотрел на повзрослевшую девушку, встретив её в замке Красной Королевы. Только тогда Валет Червей не задумывался о том, как он выглядит со стороны.— У нас ведь с тобой свой, незаконченный разговор, не так ли? — Стейн надеется, что Алиса сумеет найти летний замок, ведь они почти добрались до моря.Девушка испуганно переводит взгляд с одного мужчины на другого. Пиковый подмигивает ей и говорит Червовому:— Она слишком хороша для тебя, одноглазый. Но вполне подойдёт в качестве ставки на дуэли.— Хватит болтать! — отрезает Стейн, вынимая из ножен оружие. Алиса даже вздрагивает от неожиданности, столько сосредоточенной злости в его лице в этот момент.

— Беги прямо в том же направлении, как мы шли, — объясняет ей Стейн, не выпуская Пикового из поля зрения — замок должен быть на высоком холме, так что ты заметишь его издали.— Лучше посмотри, как я прирежу этого неудачника, — усмехается Пиковый, обрушивая на Червового удар своего меча, который тот с трудом, но отбивает.Стейн сосредотачивает всё своё внимание на поединке, понимая, что в очередной раз они сражаются не на жизнь, а на смерть. «Или он, или я», — говорит себе Стейн, старательно парируя все удары. Но ему ни разу не удаётся достать Пикового, зато Пиковый опять задевает его мечом по лицу — хорошо хоть, всего лишь царапина.«Но это плохой признак, — отмечает Стейн, — значит, я подпустил его слишком близко».— Я обещал тебе выколоть второй глаз, и я это сделаю! — хохочет Пиковый, понимающий своё преимущество.

«Как же надоело, что все целятся мне в лицо» — хмуро думает Стейн, пытаясь хоть как-нибудь задеть своего противника. Но предпринятая попытка зайти сбоку и выбить меч у Пикового из рук оборачивается провалом. Увернувшись, Пиковый Валет сам выбивает оружие из руки Валета Червей, и через мгновение лезвие меча упирается Стейну в шею.«Ну, вот и всё», — понимает Стейн, отчего-то не испытывая ни малейшего страха перед смертью. Он только закрывает глаз, чтобы не видеть торжествующее выражение на лице своего врага. «Надеюсь, девчонка успела убежать», — думает Валет Червей напоследок.А дальше следует звук глухого удара. Стейн, ожидавший совсем другого, открывает глаз и обнаруживает Валета Пик, лежащего на земле без сознания. Рядом стоит Алиса с какой-то палкой в руке и, кажется, она сама поражена тем, что сделала.— Беру свои слова обратно, ты настоящий воин, — произносит не менее поражённый Стейн первое, что приходит ему в голову. — Вот только с дубиной.Алиса нервно смеётся — сказывается перенесённое волнение.— Я ведь не убила его? — она осторожно склоняется над поверженным врагом.— Всего лишь оглушила, — отвечает Валет Червей. — Но почему ты схватилась за палку, когда я дал тебе кинжал?— Я не собиралась его убивать! Постой, ты же не собираешься убить его сейчас, когда он без сознания?Этот вопрос заставляет Стейна серьёзно задуматься. Соблазн слишком велик, и рука сама тянется к мечу, но строгий взгляд Алисы заставляет вспомнить о давно забытых принципах, когда ему бы и в голову не пришло не то, что убить, но даже и ранить противника, не способного защищаться. «Не знаю, почему мне хочется выглядеть лучше в её глазах? — терзается сомнениями Стейн. — Как будто это что-то изменит».Но, даже понимая и принимая то, что скоро им придётся расстаться, Валет Червей, впервые за долгое время, решает совершить благородный поступок. Хотя в глубине души он признаёт, что с куда большим удовольствием зарубил бы Пикового, не дожидаясь, когда тот придёт в себя.— Ну хорошо, — произносит Стейн, — я не буду его убивать. В конце концов, без твоей помощи я бы сам сейчас лежал с перерезанным горлом. Однако, если он очнётся, то церемониться ни с тобой, ни со мной не станет.— Но ведь должен же быть какой-нибудь выход?