Часть вторая. Враги? (1/1)

Раз-два. Вдох. Три-четыре. Выдох. Пять-шесть. Удар. И ещё. И ещё. Бить, бить, бить. Молотить, пока хватает сил. Молотить, пока не рухну от усталости. Молотить, пока костяшки пальцев не сотрутся до кровавых мозолей. Раз-два. Вдох. Три-четыре. Выдох. Пять-шесть. Удар. И ещё. И ещё. Бить. Беспощадно. Безжалостно. Беспрерывно. Раз-два. Вдох. Три-четыре. Выдох. Пять-шесть. Удар.Останавливаюсь только тогда, когда с набитой камнями ткани начинает капать. С отвращением смотрю на свои разбитые в кровь кулаки. Проклятье! Да, я добровольно выбрал такую жизнь. Добровольно покинул Ад. Добровольно ушёл в мир людей. Но эта слабость меня бесит! Всего каких-то десять часов тренировки — и тело требует хотя бы минуты передышки. Проклятье! С разворота бью самодельную грушу ногой, вкладывая в удар всю злость и досаду на себя самого и свою слабость. Демону-одиночке нельзя быть слабым! Чертыхаюсь сквозь зубы от не очень сильной, но всё-таки ощутимой боли в ступне. Хромаю к валяющемуся в углу матрасу. Буквально падаю на него. Телесные повреждения меня не волнуют. Через пару-тройку, максимум пять часов всё восстановится. Не останется даже намёка на царапины, ссадины, мозоли и прочие прелести жизни в мире смертных. Устало прикрываю глаза, отрешаясь от саднящей боли по всему телу. Чувствую, что на губах тут же появляется полубезумная усмешка, полная горечи. Потому что каждый раз, стоит лишь закрыть глаза дольше, чем на миг, появляется она. Мой Ад. Мой Рай. Моё проклятье. Моё исцеление. Моя боль. Моя доза обезболивающего. Мой ангел. Моя Лили.Горечь сменяется болью. Боль — нежностью. Нежность — отчаянием. Отчаяние — любовью. Любовь — снова горечью. Сколько времени прошло с того дня? Не помню. Усмешка превращается в оскал. Я умею врать. Очень хорошо умею. Но только не себе. Не помню? Бред. Всё я отлично помню. Знаю. Чувствую задубевшей в бесконечных боях шкурой, которую, казалось, невозможно было пробить. Невозможно? Очередная иллюзия. Вдребезги разбитая наивным взглядом детских глаз на идеальном личике. Ровно сто восемьдесят один год, два месяца, три дня, семь часов и пять минут назад разбитая. Да, именно так, до минуты. Я высчитал время в тот же день, когда летел, захлёбываясь собственными слезами. Наверное, тогда я плакал первый раз за всю свою немаленькую жизнь. И в последний. Только усмешка. Только непробиваемый панцирь цинизма. Только презрение ко всему и ко всем. Защитные реакции, не более. А под этим всем — пустота и не желающие отпускать глаза...Переворачиваюсь на бок, лицом к стене. Я боролся. Пытался забыть. Вернулся домой. В Ад. Носа оттуда не казал, считая, что так быстрее смогу выкинуть её из своего внезапно обнаружившегося на месте куска изо льда и камня сердца. Первые лет пять даже искренне в это верил. Ещё с десяток уже не так искренне. И ещё пять с небольшим уже просто жил, плывя по течению. Не отпустила. Не захотела отпустить. Что бы я не говорил — во рту неизменно появлялся привкус имени, похожего на перезвон колокольчиков. На кого бы не смотрел — везде видел её черты. Ну как можно увидеть лицо самого прекрасного существа на свете в уродливых мордах низших демонов?! А я видел. И медленно сходил с ума. Пришёл к выводу, что в прошлой жизни совершил какой-то очень тяжкий грех. Дополнил нехилым таким багажом в этой. И вуаля! Расплата нашла злодея.Потом меня пинками погнали обратно к людям. Типа надоело растрачивать мои, прямо скажем, немаленькие таланты на просиживание штанов в родной Преисподней. Даже отряд выделили. А я вроде командира. Как же мне тогда хотелось дойти до самого Люцефера, плюнуть ему в рожу, бросить меч и уйти. И дошёл бы. Если бы не одно маленькое такое но: эта сволочь обреталась неизвестно где. В том смысле, что никто не знал, где он живёт и чем занимается в свободное от шабашей и оргий время. Никто. Даже самые приближённые. Вот такое вот гадство.В мир людей меня всё-таки выгнали. Вместе с так называемым отрядом. И поставили задачу: найти, убить и принести кровь как минимум десяти ангелов. И параллельно развлечься. То бишь делать с людишками всё, что угодно. Ловить. Мучить. Убивать. Терзать. Насиловать. И так далее и тому подобное. Как с куклами. Веселитесь, дети, они всё равно ничего не чувствуют. Я как ошпаренный сбежал с первой же "вечеринки". Просто не смог там присутствовать. С отвращением вспоминал о собственных "забавах", по сравнению с которыми все выходки этих сопляков были невинными шалостями маленького ребёнка. Дьявол, да меня чуть не стошнило тогда!Усмехаюсь и снова переворачиваюсь на спину, уставясь в потолок. Видимо, сегодня день воспоминаний. Что ж, я не против. Всё равно сопротивляться бесполезно, это я уже понял. Память — в принципе особа несговорчивая. А у меня так вообще случай запущенный. До неприличия даже. Так что едем дальше.На чём я остановился? Ах, да. Я не мешал им развлекаться. Но сам в этом не участвовал. Я тогда не верил, что это из-за неё. Думал, что просто отвык от людей. Ага, как же. Я же уже говорил, что не умею врать сам себе? Вот и тогда не смог. Да, это всё было из-за неё. Я начал меняться из-за неё. Ради неё. Смешно. Я же никогда её больше не увижу. А какая, к дьяволу, разница, увижу или нет? Да никакой. Она изменила меня. Навсегда изменила. И исправить этого нельзя. Да я и не хочу.Мы выслеживали ангелов долго. Нашли быстро. Сразу пятерых. А вот выслеживали, наблюдали, выжидали долго. Года два, наверное. Но оно того стоило. Нас было десять, включая меня. По два на каждого. Мы не беленькие чистоплюи с крылышками. Мы демоны. Словосочетание "честный поединок" для нас абсолютно пустой звук. Естественно, что я взял в напарники самого толкового из этих идиотов. По минутам расписал план действий. Даже короткую воодушевляющую речь произнёс, ха. И что же? Да ничего! Я не смог! Снова не смог! Просто не получилось ударить это доверчиво и кротко смотрящее на меня существо. Прямо как она. Нет, это был парень. И он близко на неё не походил. Но этот взгляд... Короче, я не смог. Помню ошарашенное выражение лица напарника и удивление ангела, когда я, ухмыляясь во всю пасть, ударил не его, а собственного "собрата". Он даже меч поднять не успел. Щенок, что ещё сказать. Я не сказал тому Светлому ни слова. Прямо как ей. Просто развернулся на сто восемьдесят градусов и ушёл. Мне предстояло успеть прибить ещё восьмерых юнцов, мнивших себя непобедимыми и бессмертными...Мне удалось выставить всё так, будто мы попали в засаду. Почему выжил я один? Так они же салаги. Их порубили в капусту в первую же минуту. Как я прорвался? Понятия не имею. Вынесло как-то. Повезло, наверное. Да и мечник я далеко не из худших. Почему нет ангельской крови? Да забери вас Преисподняя, вы хоть представляете, что такое отряд из десяти хорошо обученных боевых ангелов?! Хоть примерно можете вообразить, что там творилось?! Молчите? Правильно молчите. Потому что не можете. Потому что вы штабные крысы, никогда даже тренировочного оружия в руках не державшие, не то что настоящего. Мне повезло, что я жив остался! Какая, к дьяволу, кровь?! Лишь бы ноги унести!Отстали от меня быстро. Скорее всего, кто-то о чём-то всё-таки заподозрил. Не удивлюсь, если даже большинство. Ладно. Я их убил. А доказательства? Что? Ах, нету? Так я пойду, да? Вот спасибо! "Спасибо", я, конечно, не говорил, меня бы за такое просто испепелили на месте. Но примерно так всё и происходило. Кстати, именно тогда я заметил, что это самое "спасибо" не вызывает во мне почти никакого неприятия, когда как раньше, стоило только забыться и подумать, резко заламывало виски и ещё несколько часов не отпускала тупая головная боль...Я ушёл. Плюнул на всех и на всё и просто ушёл. Любимый меч пришлось оставить в Аду. Это было оружие демонов и его нужно было хоть изредка подпитывать кровью. Желательно ангельской, но и людская допускалась. Я мог бы без особого труда раздобыть для этой цели донорской крови из любой больницы, но... Нет, я не собирался "исправляться" полностью. Не собирался отказываться от своих сил. Не собирался переходить на сторону Света. Но и в Преисподней оставаться больше не мог. Было жаль расставаться с верным мечом, который был со мной большую часть жизни, но и только. Смешно сказать — я жалею только об оружии. Семей, равно как и друзей, у демонов не бывает. Естественно, что и из этого правила есть исключения. Но они, как водится, только и делают, что это самое правило подтверждают.Идеальным вариантом стал мир смертных. Я осел в каком-то не слишком развитом технологическом мирке и... Исчез. Растворился. Перестал существовать. Выпал из реальности. Превратился в планктон, если угодно. Жил? Нет. Существовал. Все эти полторы сотни с лишним лет я просто существовал. Какое-то время пытался топить себя в алкоголе. Хрен. Оказалось, что демоны пьянеют только от вида крови. Не могу сказать, что мне никогда не хотелось схватить какого-нибудь человечишку и рвать, рвать, рвать тёплую податливую плоть руками и зубами. Хотелось. И даже очень часто. Другой вопрос, что я НЕ мог это сделать. На физическом уровне не мог.После периода запоев начался период наркомании. Я нюхал и кололся первой же попавшейся под руку дрянью. Без всяких усилий получал лучшие и чистейшие наркотики. Такие, что любой наркоша с зависти бы проткнул себя иглой собственного шприца. Это было лучше, чем алкоголь. И даже приносило временное облегчение. Но всё равно надолго меня не хватило. Просто однажды тело отказалось принимать всю эту старательно мной запихиваемую в него дрянь. Оно у меня умное. Не то, что я...После наркотиков настало время подвигов на сексуальном поприще. Хождение по бабам, грубо говоря. И не только по бабам. Чёрт, да я даже примерно не представляю, в скольких борделях тогда побывал. Скольких девушек, женщин, парней и мужчин затащил к себе в постель. Стал роботом, которого создали для одной-единственной определённой задачи. И он, робот то бишь, эту задачу успешно выполнял. До поры до времени.Для чего я всё это делал? Тупой вопрос. Чтобы забыть. Или хотя бы не вспоминать. Проклятье! Не глядя, бью кулаком в стену. Со всей силы. А сила у меня далеко не маленькая даже сейчас. Так что пара хлопьев штукатурки, слетевших с потолка, меня ничуть не удивляют. Плевать. Забыть? Не вспоминать? Ха, ха и ещё раз ха! Это невозможно. Слышите, вы, там, наверху и внизу? Слышите? Нет? Так я повторю. НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО. Абсолютно. Совершенно. Она отравила меня. Проникла в меня. Пропитала меня. Собой. Каждую клеточку, каждую молекулу, каждый атом. Она — часть меня. Стала такой в те самые проклинаемые мной на все лады несколько минут.Сжимаю зубы. Переворачиваюсь на живот. Утыкаюсь лицом в тощую до безобразия подушку. Хочется кого-нибудь убить. Уничтожить. Разорвать на части. Всё равно, кого. Лишь бы снять это чёртово напряжение. Лишь бы избавиться хотя бы от толики боли и отчаяния. Но это тоже невозможно. Я не могу убивать без причины, просто так, ради удовольствия. Теперь не могу. Глупо. Дьявол, как же всё глупо...Писк будильника. Я сажусь и смотрю на циферблат. Да, пора. Я не говорил, что последние лет десять-пятнадцать развлекаюсь подпольными боями без правил? Нет? Вот теперь сказал. Это забавно. И помогает расслабиться. Самую чуточку и совсем ненадолго, но это всё равно лучше, чем ничего. Я даже стал чем-то вроде местной знаменитости. Ну ещё бы. Куда людишкам тягаться против пусть и ослабевшего, но всё-таки демона? Бедные они, бедные.Окончательно поднимаюсь на ноги. Натягиваю тяжёлые ботинки. Поверх майки балахон с капюшоном. Всё. Выхожу. На улице дождь. Опять синоптики наврали. Впрочем, как и всегда. Хотя мне плевать на погоду. Мне вообще на всё плевать. Кроме одного-единственного существа. Даже на себя плевать. Был бы человеком — давно бы сиганул с какой-нибудь высотки — и нет проблем. Но демоны, возьми на Преисподняя, так легко не умирают. А жаль. Правда жаль.Нахожу в кармане джинсов смятую пачку сигарет. Да, я курю. Не знаю, почему. Просто как-то начал и бросать пока не хочется. Вытряхиваю одну сигарету. Прикуриваю от обнаруженной в том же кармане зажигалки. Затягиваюсь. Ноги сами несут к знакомому подвалу в противоположной части города. Я мог бы доехать автобусом. Взять такси. Телепортироваться, в конце-концов. Но не хочу. Сейчас я хочу пройтись. Как обычно.Сворачиваю в очередной неосвещённый переулок. Людей не очень много даже на оживлённых улицах, а тут тем более никого. Время-то уже позднее.Я ничего не почувствовал. Не ощутил. Хвалёное чутьё даже не вякнуло. Теряю форму, господа. Они появились ниоткуда. Просто возникли. Соткались из воздуха. Ангелы всегда приходят бесшумно. На чистых рефлексах прижимаюсь спиной к стене, чтобы не дать зайти с тыла. И только потом бегло их осматриваю. На губах сама собой возникает сумасшедшая усмешка. Четверо. Надо же. А меня высоко оценили, однако. Это даже в какой-то степени лестно.-Сдавайся — девушка. Голос кажется знакомым. Напрягаюсь. Чёрт, не вспомнить. Я ведь со многими встречался. И далеко не всех смог убить. Дьявол! Этот дурацкий шлем до невозможности искажает все звуки. Не узнать.-Мечтай, Светленькая — голос звучит насмешливо. А где-то внутри поднимается волна бешеной радости. Наконец-то! Это то самое, о чём я мечтал! Они помогут мне. Они избавят меня от опостылевшего бессмысленного существования. Убьют. Я умру. Наконец-то. Надо только посопротивляться хотя бы минут пять. Для вида. А потом уже всё должно получиться само собой. Снова ухмыляюсь так, будто родился, жил и воспитывался в дурдоме. В голове промелькнула мысль о том, как же не вяжутся эти прекрасные существа с этим грязным переулком. Мелькнула и исчезла. Напрягаюсь. Они ДОЛЖНЫ мне поверить. Поверить в то, что я действительно не сдамся. Хотя, по большему счёту, так оно и есть, верно?-Ты сам избрал свою судьбу, демон — всё та же девушка. Наверное, командир. Знакомая ситуация, не так ли? Только вот роли поменялись. В её словах искреннее сожаление и сочувствие. Правильно. Так оно и должно быть. Она же ангел. Стоп! Девушка... Ангел... Приглядываюсь. Не просто ангел. Архангел... Нет! Не может быть! Этого просто не может быть! Но голос... Я всё-таки его вспомнил... Это точно... Или нет?.. А она продолжает говорить — Мне жаль. Правда — заносит меч. Остальные напрягаются, явно готовясь расправиться со мной, если что. Но я даже не думаю шевелиться. Жду традиционного вопроса. Они всегда его задают — Твоё последнее желание? — перевожу дыхание. Сглатываю. Пытаюсь унять сердцебиение.-Сними шлем — хрипло. Ну и чёрт с ним! Главное, что не дрожит. Она замирает. Явно удивлена. Но последнее желание для них свято. Даже если это желание демона. Она оглядывается на спутников. Убеждается, что они готовы. И снимает шлем. Не отпуская меча.Наверное, так вот и умирают. От шока. От радости. От нахлынувшего неизвестно откуда облегчения. От благодарности неизвестно кому. Все мои сомнения, боль, отчаяние, мысли, желание умереть, да вообще всё исчезло под этим бешеным потоком. Я сползаю по стене, не отрывая глаз от такого любимого лица. Чуть не смеюсь, когда на нём проступает такое же удивление, как и тогда. Простодушное удивление маленького ребёнка, который не понимает, почему ему не дают конфет перед обедом. Это она. Она! Вы слышите?! ОНА!!!-Лили... — шепчу еле слышно, глядя прямо в снившиеся мне столько времени глаза. И всё-таки начинаю смеяться. От...счастья?

***Творец, дай мне сил! Стискиваю зубы, рукавом рубашки утираю пот со лба и в очередной раз пытаюсь достать своего напарника мечом. Куда там! Он шутя отклоняется от всех моих атак. Я даже не заметила выпада, поняла только, что если он сейчас двинет кистью — мне каюк. Ибо тренировались мы на боевом оружии.-Прости, дорогая, но ты убита — глаза лучатся весельем. Соплю обиженно, как маленький ребёнок, даром, что архангел и командир отряда. Небольшого, всего три ангела, но всё же самого настоящего. Я чуть не плясала от счастья, когда получила назначение. Смиренно склоняю голову, стараясь, чтобы острая кромка его меча не задела кожу-Простите, наставник. Я всё ещё слаба — он убирает меч и укоризненно качает головой-Не говори так. Для своих лет ты достигла очень многого. А теперь иди отдыхать, тебе на задание скоро — традиционный уважительный поклон, и я покидаю тренировочную зону, мгновенно оказываясь в своей комнате. Умываюсь, плетусь до кровати и обессиленно падаю на мягкую перину, зарываясь носом в подушку.Уффффффф!!! Так, что-то я себя совсем запустила! Надо больше тренироваться, а то скоро вообще забуду, с какой стороны за меч положено браться. Переворачиваюсь на спину, задумчиво уставясь в потолок. Каждая тренировка с наставником неизбежно напоминает о том дне. Не знаю, почему. То ли манера боя у них схожа, то ли это чувство измотанности как после трёхнедельного перелёта почти без передышек, то ли ещё что-то. Не знаю. Но факт остаётся фактом — каждый раз после боя с наставником я вспоминаю того демона. Впрочем, если быть до конца честной, я его и не забывала никогда. Забудешь такое, как же. Не сказать, что я думаю о нём ежеминутно. То есть даже не так. Я могу не вспоминать о нём долго. Недели, месяцы, год или полтора и даже дольше. Но если уж накатит, то конкретно. Не отпустит, пока детально не переживу буквально каждую секунду того боя и последующей за ним странной сцены. Почему странной? А вы видели когда-нибудь демона, который добровольно отпустит ангела? То-то же. А ещё это моё чувство спокойствия и доверия, накатившие после того, как он опустил меч. И его взгляд. И тот смех. И то, что я назвала ему своё имя. ИСТИННОЕ имя. То, которое знают только самые близкие мне существа. Для них я Лили. Серебряный ветер, если переводить. Для остальных — Рикка. Бурная речка, опять же в переводе. И вот что меня дёрнуло назвать демону, которого я видела впервые жизни и который чуть было меня не убил, истинное имя? Хватило бы и обычного. И вообще, зачем я это сделала?! С какого такого перепугу?! И почему он меня пощадил? Почему ушёл? Почему так странно смотрел? Творец, одни сплошные вопросы и ни одного, даже самого малюсенького, ответа!С того дня прошло больше полутора веков. Где-то лет сто семьдесят-сто восемьдесят. Точнее сказать не могу, не считала. Почему я после такой прорвы времени ещё думаю об этом? А вот вас бы в такое положение поставить, я бы тогда посмотрела. Кто сказал, что архангелам несвойственно любопытство? Ещё как свойственно! И ладно бы просто любопытство, с ним бы я справилась. Но это был уже личный интерес! Причём такой сильный, что сопротивляться просто не было смысла, уж себя-то я изучить успела.В первое после того случая время я по самую макушку зарылась в книги, пытаясь выискать что-то, хотя бы отдалённо похожее на произошедшее со мной, и полностью выпав из реальности. Причём меня интересовал не столько сам факт отпущения демонами ангелов, сколько отношения между ними же, встретившимися и по каким-то причинам друг друга не поубивавшими. Именно поэтому объектами исследований в первую очередь стали дневники, какие-то записи, описания жития и т.д. и т.п. И что вы думаете? Ноль. Пусто. Без-ре-зуль-тат-но. Ничего подобного либо никогда не происходило, либо тщательно скрывалось. Не знаю, к какому варианту я склоняюсь больше.Потом я на какое-то время об этом забыла. Всё-таки он не хило меня покалечил и надо было восстанавливаться. Просиживать штаны за книгами и разгадыванием головоломки стало просто некогда. Поиски возобновились только где-то через год, но уже в другом направлении. Теперь я доставала расспросами всех знакомых мне ангелов и архангелов постарше, которые видели самого Творца и по сравнению с которыми я дитё неразумное. Не поверите — даже до пары-тройки серафимов добралась. И как наглости хватило, ума не приложу. Кто-то охотно отвечал, кто-то отшучивался, кто-то отмалчивался, кто-то просто разводил руками или пожимал плечами. Короче, реакция была разная. И только один из серафимов, такой древний и мудрый, что просто от взгляда ему в глаза оторопь почтения и уважения брала, сказал что-то, казалось бы, совсем не относящееся к делу, но мне почему-то думается, что вот эта-то фраза и была самой важной из всего того потока информации, что на меня тогда свалилась.-Творец мудр, девочка. Он знает всё о встречах и расставаниях. И перечить ему в этом осмелится лишь законченный глупец. Придёт время — и ты всё поймёшь — погладил по голове как маленькую (впрочем, я, по сравнению с ним, не то, что ребёнок, а эмбрион даже...или и того меньше), улыбнулся тепло-тепло и улетел по своим делам. Больше я никого расспросами не доставала. Несколько дней только и делала, что раздумывала над его словами. Пришла к выводу, что он абсолютно прав и что я действительно всё пойму со временем, и успокоилась. До тех пор, пока в Рай не вернулся один мой друг, который, бледнея и заикаясь, поведал о том, что его от двух демонов спас...демон. Вот-то тут меня заклинило уже окончательно и бесповоротно. Как назло, он спасителя разглядеть не смог, на до того было. Вот меч запомнил хорошо. И по описанию он полностью совпадал с мечом того демона! Чтобы всем всё было понятно, поясню: ни в Аду ни в Раю вы не найдёте двух хотя бы отдалённо похожих мечей, ножей, кинжалов, луков, арбалетов и так далее и тому подобное. Каждое оружие индивидуально и, выбранное однажды, уже никогда не сможет служить другому владельцу. Ну, разве что только тот добровольно от него отречётся. Причём что у нас, что у них при выборе оружия проводится ритуал, схожий по своей сути и призванный соединить оружие и владельца. Вот только не надо фырканий и насмешек! Оружие, выкованное в кузнях что Рая, что Ада, имеет душу. И с этой душой надо считаться. Это даже демоны понимают. Ах да, ещё один нюанс. Такое настоящее, живое оружие не будет подчиняться первому встречному. Если оно сочтёт того, кто на него претендует, недостойным, то не видать его несостоявшемуся владельцу как своих ушей. Меч окажется неподъемным, ножи и кинжалы откажутся попадать в цель, на луках и арбалетах будет лопаться тетива и ломаться стрелы... Способов, какими оружие выказывает своё недовольство, множество. Все перечислить просто невозможно. В какой-то мере, это оружие выбирает хозяина, а не наоборот. Хотя почему в какой-то? Так оно на самом деле и есть.Кошусь на собственный клинок, сейчас мирно лежащий в ножнах на полу возле кровати и довольно улыбаюсь. И ещё кое-что. Каждый уважающий себя и своё оружие ангел или демон даёт ему имя. Оружию, то есть. Мой меч зовут Вирри. Дающая надежду. Да-да, именно Дающая. Мой клинок имеет явно женский характер, это я поняла с первых же тренировок с ним. Как именно поняла? А вот поняла и всё тут. И не надо приставать с глупыми вопросами.Так к чему я тут лекцию читала-то? Чтобы стало понятно, почему я была уверена, что это тот самый демон. Уж его-то меч я запомнила досконально, не сомневайтесь.И вот, начиная с этого момента мои поиски не то, что возобновились, но стали протекать куда активнее. Опять я каждую свободную минуту проводила в библиотеке, даже не зная толком, что сама ищу. Пыталась найти того самого серафима, но его нигде не было, как сквозь облака провалился. Даже зарывалась по уши в людские, эльфийские, гномьи и т.д. т.п. архивы, надеясь, что хоть что-то даст мне подсказку. Чего только не делала, в общем. Дошло до того, что выклянчила у наставника списки демонов. Как именно выклянчила — даже не спрашивайте, всё равно не скажу. Так вот, в этих самых списках, регулярно обновляющихся, кстати, поимённо (не истинными именами, разумеется) перечислены все демоны, хоть раз попадавшиеся на глаза ангелам. Представляете себе их размерчик? Сильно сомневаюсь. Даже примерно не могу представить, сколько бы пергамента на них ушло. Вы что, думаете, они хранятся в бумажном варианте? Ха-ха-ха и ещё раз ха! Не буду объяснять, как это всё происходит — слишком долго, да я и сама толком не понимаю, но, грубо говоря, любой, имеющий в этим спискам доступ (Творец, как же мне повезло с наставником!), может получить их в любой момент. Непосредственно в голову. Как-то так.Каждое имя связано с описанием оружия (подразумевается то самое живое оружие), если таковое у демона имеется, и списком его "подвигов". Копалась я в этом во всём, копалась — и нашла. Всё-таки нашла! Моего демона звали Литт. Огненная сталь. Красиво, правда? Мне тоже понравилась. То, что я называю его своим, дошло до меня гораздо позже и почему-то никакого неприятия не вызвало. Как будто так и надо было. Как будто только так и может быть. И даже не может, а должно. Да, должно. Он стал моим, когда отпустил, хотя мог убить. Стал моим, когда смотрел на меня таким человеческим взглядом. Стал моим, когда смеялся там, посреди бесплодной холодной каменной равнины. Стал моим, когда я назвала ему своё истинное имя. Добровольно назвала. И я уверена, что он его услышал. Истинное имя — это доверие. Полное, абсолютное и безграничное. Если ты хочешь назвать его кому-то, то этот самый кто-то услышит тебя на расстоянии мириадов миров. А нас разделяла всего сотня с небольшим метров. Он не мог не услышать. А я не могу отрицать того, что он для меня стал особенным. Ещё не другом, но уже не врагом. Творец, как же всё сложно! Демон — друг ангела?! Абсурд! Впрочем, не абсурднее всего, произошедшего тогда.Вздыхаю, встаю с кровати, делаю несколько кругов по комнате. Я пыталась его отследить. Зная имя, это проще простого сделать. Но так и не нашла. Не знаю, почему, но он исчез из списков. Где-то через месяц после того, как спас сразу пятерых (откуда я знаю? У меня оч-чень хороший и, главное, понимающий и отзывчивый наставник. С довольно-таки высоким положением в нашей иерархии) ангелов. Могу догадаться, что он просто ушёл. Именно ушёл, а не изгнали. Таких, как он, не изгоняют. Да, у него не самое высокое звание. Можно даже сказать, что вообще никакого. Пушечное мясо. Разменная монета. Но меч его выбрал. Оружие, обладающее душой, никогда не ошибается в выборе хозяина. Я более чем уверена, что у некоторых там, внизу, были на моего демона планы. И немаленькие. А он взял и ушёл. И не спрашивайте, почему я всё-таки уверена, что ушёл. Просто знаю — и всё тут.Я пыталась его искать. Но либо я так плохо пыталась, либо он так хорошо прятался. Не нашла. И смирилась. Не забыла, нет. Отложила. На время. На то время, когда будет больше сил и возможностей. Вот так и прошли эти сто пятьдесят с лишним лет.В дверь тихо постучались.-Уважаемая Рикка, пора. — я вздохнула, выныривая из воспоминаний.-Да, уже иду. — доведёнными до автоматизма движениями облачаясь в доспехи, я рассеянно повторяла в уме наше сегодняшнее задание. Демон-одиночка. Оружия нет. Но почему против одного демона посылают отряд из четырёх ангелов? Странно. Он что, так силён? Я передёрнула плечами. Что-то тут было не то. Но задание есть задание. Разберусь на месте. Подхватив ножны со своей Вирри, я уверенным шагом вышла из комнаты, направляясь к телепорту. Мы могли переместиться и сами, но так было удобнее. К тому же телепорт доставит нас прямиком к этому демону, где бы он сейчас не находился, надо только задать некоторые сведения. Я окидываю свою команду последним взглядом, отточенным движением надеваю шлем и первая прохожу в арку телепорта.Какой-то грязный тёмный переулок. Лучшего места просто не найти. Мой отряд уже стоит за моей спиной. А вот и демон. Это точно он, ошибиться невозможно. Фигура почему-то кажется знакомой. Бред! Я не могу его знать. Он мгновенно прижимается спиной к стене. Я чувствую, что он разглядывает нас. Но его лицо я разглядеть не могу — слишком темно.-Сдавайся — почти физически чувствую его напряжение. Но страха в нём нет. Только... Что это? Почему я его чувствую?!-Мечтай, Светленькая — голос звучит насмешливо. Но это неправда. Я чувствую. Дикая волна радости, облегчения, надежды и какое-то иступленное отчаяние. Отчаяние существа, доведённого до крайности. Сейчас он как будто балансирует на тонком канате между двух пропастей. С одной стороны — безумие. Но мне почему-то кажется, что он и так безумен. С другой — смерть. И он выбирает смерть.-Ты сам избрал свою судьбу, демон. Мне жаль. Правда. — заношу меч. Один удар. Он не будет сопротивляться, это я тоже откуда-то знаю. Он изучает меня. Внимательно разглядывает, ищет что-то, видимое только ему. Творец, ну почему в этом переулке так мало света?! Да ещё шлем... Не могу разобрать его лица, хоть вой от досады! И это жутко обидно. И неправильно. Что я не вижу лица того, кого сейчас убью. Или не убью? Что? Как это — не убью? Всё, Лили, поздравляю, ты дошла до ручки. А вот потому что не надо ударяться во всякие ненужные воспоминания прямо перед заданием! — Твоё последнее желание? — стандартный вопрос. Я почти уверена, что он только ухмыльнётся или презрительно покачает головой, отказываясь. Пусть я этого даже не увижу, но так оно и будет. Наверное.-Сними шлем — голос хриплый и в нём...волнение? Надежда? Узнавание? Творец, да что это такое?! Я замираю. Сглатываю. Оглядываюсь на свою команду. И, только убедившись, что они готовы, всё-таки снимаю шлем. Не отпуская Вирри. Потому что — последнее желание свято. Даже если это желание демона. Чувствую, что он вглядывается мне в лицо. А потом...потом меня накрывает такой шквал эмоций, НЕ моих эмоций, что я еле удерживаюсь на ногах. Это он?.. Да как же это?! Все ангелы в какой-то степени эмпаты. Но чтобы вот так и с демоном?! Такого не бывает! Не может быть! Не должно быть! А эмоции, его эмоции, захлёстывают с головой. Бешеное, какое-то дикое облегчение. Радость. Надежда. Не такие, как минуту назад. Другие. Совершенно, абсолютно другие. А ещё боль. Выплёскивающаяся наружу таким потоком, что становится страшно. Как можно держать в себе ТАКОЕ?! Но сейчас эта боль уходит, её будто вымывает чем-то. Он смотрит мне в лицо, я чувствую. Всё так же сморит мне в лицо и сползает по стене. ПОЧЕМУ ТУТ ТАК ТЕМНО?! Я удивлена. Очень-очень-очень удивлена. Нет, этого мало, чтобы описать то, что я чувствую. Я удивлена. Я растеряна. Я в ступоре от бури его эмоций. И всё это можно прочитать у меня на лице, я уверена. Но всё-таки сильнее всего — удивление. Потому что постепенно все его чувства переплавляются в одно. Счастье. Безграничное, безудержное, всепоглощающее счастье. То самое, от которого очень легко сойти с ума. Просто потерять себя в нём. И уже не вернуться. Хотя, кажется, я же уже поняла, что он безумен. И тут... Как удар под дых... Как внезапный и сильный порыв ветра, сносящий в сторону и оставляющий без опоры... Как цунами, не щадящее ничего на своём пути...-Лили... — одно слово. Четыре буквы. Моё имя. Моё собственное имя. Моё истинное имя. Имя, которое знают только самые близкие мне существа. И ещё один демон. Моё имя, произнесённое еле слышным шёпотом. Моё имя, произнесённое моим демоном. И смех... Такой знакомый, столько раз пережитый за это время смех. Но теперь в нём не безумие. Теперь в нём только счастье, которое так и продолжает литься из него непрерывным потоком.-Литт? — шепчу одними губами. Вирри выпадает из рук. Мой отряд недоумённо переглядывается у меня за спиной. Я это знаю. И делаю им жест, чтобы они уходили. Все трое явно тут же причислили меня к сумасшедшим. Но перечить не стали. Творец, спасибо тебе за эту жесточайшую дисциплину. Они просто не могут не подчиниться командиру. Даже если командир сошёл с ума. Они исчезли. А я бухнулась напротив него на колени, жадно вглядываясь в запрокинутое лицо. Он всё ещё смеётся, раз разом повторяя моё имя. И я не выдерживаю. Подаюсь вперёд. Протягиваю руку. Касаюсь кончиками пальцев его щеки. И улыбаюсь. Творец, я улыбаюсь как пятилетняя девчонка, которой всё-таки купили давно и старательно выклянчиваемого плюшевого медведя!-Литт... — повторяю, пробуя его имя на вкус. Я ещё ни разу не произносила его вслух. Огненная сталь. И на вкус отдаёт сталью. Как хорошо заточенный клинок. Не истинное. Но его. Его имя. Я...скучала?

***От...счастья? Да! Да, Дьявол меня возьми, именно от счастья! Я не знаю, кого нужно благодарить за эту встречу. Бывшее непосредственное начальство или его противника. Мне всё равно. Даже если это глюк, вызванный уже окончательно свихнувшимся воображением, пусть. Главное, что она рядом. Что я могу раз разом повторять её имя. В принципе, я и раньше мог, конечно, но... Но сейчас она его слышит. Не знаю, почему мне это так важно. Но важно. И я всё так же продолжаю смеяться, чуть ли не захлёбываясь, и шепчу её имя. Мне кажется, что если я хоть на секунду остановлюсь — она исчезнет. Растает, улетит, окажется ненастоящей. Бред? О да. Вся моя жизнь в последние полтораста с лишним лет — один сплошной бред. Так что несколько минут ничего не изменят, правда? Я ничего не слышу и не вижу, весь самоконтроль вместе с инстинктом самосохранения послан куда подальше и предпочитает помалкивать. Мне плевать. Честно. Даже если меня сейчас убьют — мне плевать. Я всё-таки увидел её ещё раз. Ради такого можно и умереть. Влюблённый демон, готовый умереть за секунду свидания с возлюбленной. Очередной бред, оказавшийся вдруг правдой. Ведь действительно — готов. Как же я жалок, ха-ха. Но, чёрт меня дери, ничуть об этом не жалею! Вот так вот, господа присяжные заседатели...Как сквозь вату слышу своё собственное имя. Обычное, не истинное. Кто меня зовёт? Неужто дружки из Преисподней почувствовали, что мне сейчас снесут башку и уже зазывают к себе? Хех. Что ж, не самый худший финал — погибнуть от руки архангела. Любимого архангела. Чёрт, сентиментальность так и прёт. Ну и Дьявол с ней, пусть прёт. Перед смертью — можно. Перед смертью вообще много чего можно. Например, помечтать. О том, что было бы, если бы мы не были врагами. О том, что было бы, если бы она смогла принять демона. О том, что было бы, если бы...Новый приступ смеха. Теперь уже совсем на грани безумия. Бред, бред, бред... Это всё — горячечный бред сумасшедшего. Такого не может быть. Потому что не может быть никогда. Демоны и ангелы не становятся союзниками, друзьями и уж тем более — возлюбленными. Это невозможно. Мы слишком разные. У нас абсолютно диаметральные взгляды на жизнь, смертных существ, понятия Света и Тьмы, да вообще на всё! Совершенно несовместимые идеологии, принципы и правила. Перечислять можно долго. Вывод от этого не изменится. Но сейчас я не могу заставить себя перестать повторять её имя. Как заезженная пластинка, раз разом, не передыхая и не останавливаясь ни на секунду.Что это?.. Нет, конечно, я много чего перепробовал в своё время, но настолько реальных глюков у меня не было никогда. Кто может касаться моего лица? Сейчас? Здесь? И...-Литт... — снова моё имя. Произнесённое женским голосом. Её голосом. Да ладно вам! Откуда она может его знать? Но опять:-Литт... Ну посмотри же на меня... Глупый демон... — и пальцы, тонкие, тёплые и такие нежные пальцы, поглаживают щёку так, будто только так и должно быть. Будто так всегда и было. С самого сотворения мироздания. Смех резко обрывается. Словно кто-то кнопку какую-то нажал внутри. Открываю глаза и неверяще смотрю прямо в это невозможное лицо. Лицо самого прекрасного существа из всех, что когда-либо жили и будут жить. Для меня нет ничего совершеннее неё. И я знаю, что так оно всегда и будет. До тех самых пор, пока этот проклятый всеми богами мир не ухнет в небытие. Просто потому, что это — она. Мой ангел. Моя Лили. Слышите? Моя!-Откуда ты?.. — голос хрипит ещё сильнее, вообще не понимаю, как я смог выдавить из себя хоть что-то. Жутко хочется пить. И желательно чего-нибудь покрепче. И без разницы, что алкоголь на меня практически не действует. Зато будет оправдание тому, что она сидит напротив меня на коленях, гладит меня по щеке, знает моё имя и называет меня глупым. Мне даже такое сойдёт. Можно будет спихнуть всё на пьяные галлюцинации. Ну, знаете, зелёные человечки и всё такое. А у меня — ангел по имени Лили. Забавно, да? А иначе я действительно поверю, что сошёл с ума.Вопрос я так и не задал. Просто не смог произнести что-то ещё. В горле будто ком застрял. Но она поняла. Удивительное существо.-Знаю твоё имя? Ну, я, конечно, могу сказать, но после этого мне придётся тебя убить. — она улыбнулась. Дьявол, она улыбнулась! Мне! Демону! Который её когда-то чуть не убил! Всё, если это не я свихнулся, то весь остальной мир точно. Другого объяснения я не нахожу. Какая у неё улыбка... Как глоток свежего воздуха после затхлости и духоты Преисподней. Нет, в десятки, сотни, тысячи, миллионы, миллиарды раз лучше! И только теперь, заставив себя всё-таки оторваться от её лица, замечаю кое-что странное.-А где?.. — и снова не договариваю. Потому что она меня перебивает. Опять поняла, что я хотел сказать. Нет, ну это уже как минимум странно. Она что, мысли читает? Или это я как открытая книга?-Я их отослала. — и, предвосхищая следующий вопрос, — Потому что нам надо поговорить. Наедине. Ты ведь тоже это чувствуешь, да? — отодвинулась и смотрит серьёзно. А я скулить готов. Правда, непонятно, от чего. То ли от недалеко ушедшего, какого-то щенячьего счастья, то ли от осознания того, что максимум, что она ко мне чувствует — это необъяснимую и совершенно непонятную симпатию. Причём сильную симпатию. Которая, возможно, может перерасти в дружбу. Очень крепкую, такую, какая раз в миллиард лет случается. Но — не больше. Это я понял ясно. Не знаю, как. Эмпатом я никогда не был. И уж тем более не мог залезть ей в сердце, душу, или чего там у ангелов за чувства отвечает. Но как-то вот понял. И реально чуть не взвыл. Потому что отказаться от неё я просто не в состоянии. Сейчас выбор за мной — подняться, отряхнуться, хмыкнуть презрительно и идти, куда шёл. То есть — в клуб, бить противников заведомо слабее меня. Или — остаться и согласиться поговорить. С полным осознанием того, что она не только не ответит на мои чувства, но даже никогда о них не узнает. Потому что я не скажу. Даже за власть над всей Преисподней не скажу. И знаете, я свой выбор сделал. Честно говоря, и выбора-то никакого не было. Я ухмыльнулся. Жалкое подобие её улыбки.-Ну и что ты решил, Литт? — нет, она меня поражает. Вот откуда она может знать, о чём я сейчас думал?! Хотя думал — громко сказано. Скорее, набирался храбрости для шага, который окончательно перевернёт всё с ног на голову.-Пирр. — бросаю коротко, глядя ей прямо в глаза. Она растерянно моргает.-Что?-Не расслышала истинное имя? — я фыркнул, вставая на ноги и подавая руку ей. Хотел ещё её меч поднять, но не посмел. Эйфория от встречи схлынула. На время. Всё-таки я демон. Расчётливая, просчитывающая всё на десять (как минимум) ходов вперёд сволочь. И уже не изменюсь. Нет, не так. Я уже изменился. Из-за неё. Но... Аааааа, не знаю, как объяснить, сами додумывайте.-Пирр... — повторила задумчиво, машинально хватаясь за предложенную руку. Какие у неё маленькие ладошки... И такие тонкие запястья... Как она только меч удерживает? Да не только удерживает, а ещё и обращается с ним так, что я в тот раз еле с ней справился. Чёрт, не надо вспоминать об этом сейчас! Ещё будет время. Потом. Когда останусь один. — Почему ты вдруг?.. — кажется, это обоюдно. Потому что я тоже понимаю, что она хочет спросить. И тут же перебиваю:-Потому что ты назвала мне своё, Серебряный ветер. — нарочно употребляю перевод её имени, а не само имя. И улыбаюсь. Так, как не улыбался уже давно. Она смотрит на меня слегка растерянно, а потом... Смеётся. Тихо, но так искренне, что просто оторопь берёт от нахлынувшей вдруг нежности. И действительно — Серебряный ветер... Она смолкает через несколько секунд. Смотрит серьёзно своими невозможными глазищами. И делает то, чего я точно не ожидал. Подаётся вперёд и обнимает меня. Обхватывает руками за талию, кладёт голову на плечо. Её волосы щекочут мне нос, и я слышу, как она дышит. Она в доспехах. Не так близко, как хочется. Даже очень далеко. Да кого я обманываю? Так близко, как хочется — не будет. Никогда. Прикрываю глаза. Глубоко вдыхаю. Умудряюсь взять себя в руки. Да здравствуют столетия жесточайшего самоконтроля! Легонько приобнимаю её за плечи. Её запах — яблок, ветра, мяты, снега и почему-то хвойного леса — кружит голову. Несмотря на доспехи, я могу почувствовать, как бьётся её сердце. Всего минута. Или чуть больше. Мало, катастрофически мало, но она отстраняется. Снова гладит по щеке. По ходу, это у неё теперь привычка такая. С чего я это решил? А чёрт его знает. Решил — и всё тут.-Спасибо, Сын огня. — снова улыбается. Меня моими же приёмами?! Нечестно! Хмыкаю.-За что? — отводит глаза. Облизывает губы. Еле заметно качает головой.-Просто...спасибо. — вместо ответа поворачиваюсь к выходу из переулка, который теперь, видимо, станет для меня местом поклонения.-Пошли?-Куда?-Ко мне...-...домой?-Да.-Не представляю, как может выглядеть дом демона.-А зачем представлять, если сама сейчас всё увидишь?-Нуууууу...-Да это и не дом даже. Так, временное пристанище.-Почему ты?..-Много будешь знать — скоро состаришься. — кажется, всё будет хорошо. Должно быть. Я не знаю, о чём мы будем говорить, когда придём. Не знаю, зачем я вообще веду её туда. Просто хочу, чтобы она была рядом. Вот как сейчас. Шла сбоку от меня, наведя иллюзию, чтобы не смущать народ доспехами и мечом. Уже поздняя ночь, но прохожие всё равно попадаются. Зато я наверняка знаю, что разговор точно не будет лёгким. Я — демон. Она — ангел. Я убийца. Она святая. Я был готов убить и её. Она это помнит. Не может не помнить. Я люблю её. Она меня — нет. И никогда не будет. Всё очень сложно. Но в то же время так легко, что даже смешно становится. Просто есть я. И есть она. И мы вместе. Сейчас — вместе. И плевать, что будет завтра, через год, через сто лет. Есть я. Есть она. А весь остальной мир пусть катится к чёрту. Потому что мой мир — это она. Я...умру за неё?***Я...скучала? Да. Сейчас можно признаться себе в этом. Действительно скучала. И хотела увидеть. Это...странно. Это очень странно. Плевать? Да, плевать. Мне просто на-пле-вать. На эти странности. На то, что я чувствую его эмоции как свои. На то, что я скучала за ним все эти... Сколько там? А, точно. Сто пятьдесят с лишним лет. Скучала, даже не осознавая этого. На то, что мне кажется, что он — самое лучшее, что случилось со мной за всю мою жизнь. Вернее, плевать мне не это. А на то, что это всё странно. Странно для ангела испытывать такое по отношению к демону. Но это — мой демон. Для остальных — странно. Для меня — уже не может быть ничего нормальнее. Как будто так всегда и было. С самого сотворения мироздания. А может, действительно было? Просто встретились мы только сейчас. Не в тот раз, а именно сейчас. По-настоящему. И навсегда. Откуда-то знаю, что ведь правда — навсегда.Он всё ещё смеётся. Безумие. Его смех — это одно сплошное безумие. И всё то же счастье. Не понять, чего больше.-Литт... Ну посмотри же на меня... Глупый демон... — не знаю, почему я назвала его так. Но зато знаю, что только мне это позволено. Любого другого он в секунду бы растерзал за такое. Но не меня. Только не меня. Мне вообще много чего позволено. Например, гладить его по щеке. Он тёплый. Очень. Можно сказать, что даже горячий. Демон, одним словом. Дитя Преисподней, созданное из пламени. И ненависти. И ярости. Но сейчас в нём ничего этого нет. Кроме, разве что, пламени. Потому что пламя — его суть. И этого уже не изменишь. Но ведь пламя может не только сжигать. Оно может ещё и согревать. Так, как ничто другое. Надо только постараться приручить его. И кажется, у меня это получилось.Он наконец-то замолкает. Открывает зажмуренные до этого глаза. Сморит на меня так, будто сомневается, что я реальна. Что я — не бред, не выдумка, не иллюзия, созданная воспалённым воображением. Что я правда здесь. Сижу напротив него и глажу его по щеке. Хотя я его понимаю. Сама пока ещё не совсем верю, что всё это реальность. Слишком уж внезапной была встреча. Я была не готова. И он, видимо, тоже. Хотя как можно подготовиться к такому? Сомневаюсь, что это в принципе возможно.-Откуда ты?.. — голос хриплый настолько, что я даже не слышу — читаю по губам. Он не договаривает. И всё так же неверяще смотрит на меня. Как маленький ребёнок, которому подарили щенка, хотя раньше только и делали, что запрещали его заводить. И вот — подарили. И ребёнок боится, что вот сейчас, сию секунду, у него этого щенка заберут. Посмеются, скажут, что это всего лишь шутка. И дела никому не будет, что ребёнку от этого больно. Так больно, что только и остаётся сжимать кулаки да плакать беззвучно от того, что все мечты рассыпались в прах. Но он он не ребёнок. А я не щенок. Вот вечно мне какие-то странные ассоциации в голову лезут.Он не договорил. Не знаю, что с ним такое, но, кажется, он сейчас вообще не в состоянии нормально разговаривать. Молчит и смотрит на меня. А я знаю... Даже не догадываюсь, а знаю, что он хотел спросить. И отвечаю:-Знаю твоё имя? Ну, я, конечно, могу сказать, но после этого мне придётся тебя убить. — на губах сама собой появляется улыбка. Творец, я подкалываю демона! Куда катится мир? Чтобы архангел сидел в грязном переулке на коленях и мило болтал с демоном? Расскажи мне кто-нибудь такое хотя бы вчера — я бы рассмеялась ему в лицо. А сейчас вот — ничего. Это настолько естественно — разговаривать с ним, чувствовать его рядом — что ничего естественнее просто не может быть. А он будто проснулся. Огляделся со слегка растерянным видом.-А где?.. — он хотел договорить. Видимо, пропало всё-таки то, что не дало ему задать предыдущий вопрос. Но я опять поняла, что он сейчас скажет. И самым наглым образом перебила:-Я их отослала. — и сразу же, даже без хотя бы секундной паузы — Потому что нам надо поговорить. Наедине. Ты ведь тоже это чувствуешь, да? — и только теперь убрала руку от его лица. Отодвинулась. И посмотрела на него совершенно серьёзно. Потому что правда — надо. И потому что не может не чувствовать. Или может? Это одна я такая идиотка или нас таких всё-таки двое? Хммммм... Да нет, точно двое. Он не может этого не чувствовать. Чего этого? Я и сама толком не знаю. Доверие. Тепло. Какая-то щемящая нежность. Необходимость знать, что он где-то есть. Пусть даже не рядом, но есть. Не понимаю, как я могла жить как-то по-другому, до него? Без этого осознания того, что есть тот, за кем я пойду куда угодно. В Рай, Ад, Чистилище, на край мира или даже в Обитель Творца. И он тоже пойдёт за мной, если я попрошу. В самое пекло, на дно океана, только позови. И всё это — всего лишь за какие-то несколько минут. Это всё появилось не в ту встречу, нет. От той встречи остались лишь какие-то смутные догадки, ещё более смутные ощущения и совершенно непонятные чувства. Которые я старалась запихнуть как можно дальше, чтобы не мешали. Оказывается, не зря старалась. Потому что всё равно бы не смогла ничего понять, даже если бы попыталась. Потому что поняла только сейчас. Потому что он рядом. А по-другому и не могло быть. И я подсознательно это понимала. И ждала встречи. Наверное. А, неважно.Он решает. Я прямо-таки вижу, как в его голове вращаются шестерёнки мыслей. В принципе, всё сейчас зависит от него. Захочет он поговорить или нет. Захочет заработать себе такую головную боль или не захочет. Потому что рано или поздно про нас узнают. Даже если мы будем тщательно всё скрывать. Не важно, где прознают первыми — в Раю или в Аду. Прознают. Завтра, через десять лет, через сто, через тысячу, но прознают. И, естественно, никто не будет в восторге. И будут у нас большие проблемы. Ну и пусть будут. Я уже говорила, что мне плевать? Значит, повторю ещё раз.Он ухмыльнулся. Всё-таки до чего-то додумался, да? Не удерживаюсь и слегка подталкиваю его. Пытаясь подавить волнение. И загоняя предательские мысли о том, что он сейчас просто встанет и уйдёт, куда подальше. Чтоб под руку не лезли.-Ну и что ты решил, Литт? — голос спокойный. Ну хоть это радует. А кончики пальцев всё равно дрожат. Да что такое?! Я архангел, в конце-то концов, или не архангел?! Я же умею владеть собой! Да, умею. Но, похоже, только не в его присутствии. Забавно.Он смотрит мне прямо в глаза. И кидает, будто в пропасть шаг делает:-Пирр. — я не ослышалась? Он только что?..-Что?.. — к Творцу самоконтроль! Позволяю себе растерянно похлопать ресницами. Может, мне послышалось? Да нет, не может быть. Такое послышаться не может.-Не расслышала истинное имя? — он фыркает насмешливо, поднимаясь на ноги и подавая мне руку. Значит, всё-таки не послышалось. Он действительно... Он мне тоже доверяет! И теперь точно никуда не денется! Ха-ха!-Пирр... — повторяю. Пробуя на вкус, как пять минут назад — обычное. Пирр. Ему подходит. Даже очень. Хватаюсь за его руку и встаю, попутно успевая прихватить и лежащую на земле Вирри. Клинок вроде бы на меня не обиделся за грубое обращение, в руку лёг спокойно. Вот ведь умница, всё понимает, что со мной творится. Но с чего он всё-таки?.. И сразу же проговариваю вслух — Почему ты вдруг?.. — и тут перебивают уже меня. Похоже, он теперь тоже может заканчивать за меня мои же собственные мысли. Не одна я такая особенная оказалась.-Потому что ты назвала мне своё, Серебряный ветер. — меня никто никогда не называл так. Нет, имя — это ясно. Но вот прямой его перевод... А красиво ведь звучит. Очень. Особенно в его исполнении. А ещё он улыбнулся. Так открыто и весело, что аж защемило где-то в груди. Я сначала растерялась немного. А потом засмеялась. Потому что почувствовала исходящую от него радость. Как свою собственную. Надо к этому привыкать. Мы ведь теперь уже никуда друг от друга не денемся. И от этого становится ещё радостнее.Замолкаю. Смотрю на него. И не удерживаюсь. Делаю шаг, прижимаюсь к нему, обнимаю руками за талию, кладу голову на плечо. Просто захотелось почувствовать его всего. И сразу. И доспехи ни капельки не мешают. Он дышит мне в волосы. Я слышу, как бьётся его сердце, и он приобнимает меня за плечи. Так хорошо. Уютно. Тепло. Как будто после многолетних скитаний я вернулась домой. Но нам надо поговорить. С сожалением отстраняюсь от него. Глажу по щеке. И слова сами срываются с губ:-Спасибо, Сын огня. — я, подобно ему, специально употребила перевод его имени, а не само имя. Он хмыкает, а глазах так и мелькают озорные искорки.-За что? — отвожу глаза. Облизываю пересохшие вдруг губы. А действительно, за что? Да просто за то, что ты есть. Глупый демон. Но вслух я такое сказать не могу. Пока не могу. Поэтому:-Просто...спасибо. — он не отвечает. Смотрит ещё секунду мне в глаза, а потом поворачивается к выходу из этого импровизированного переулка Судьбы.-Пошли?-Куда? — мне правда интересно.-Ко мне... — и опять перебиваю:-...домой?-Да.-Не представляю, как может выглядеть дом демона. — ну откуда, правда же?-А зачем представлять, если сама сейчас всё увидишь?-Нуууууу... — уел-таки... Демон.-Да это и не дом даже. Так, временное пристанище.-Почему ты?.. — его очередь перебивать:-Много будешь знать — скоро состаришься. — насмешливо. Этакий мудрый старик, пытающийся втолковать что-то неразумной девчонке. Ну, мы ещё посмотрим, кто кого, я тоже не лыком шита! Сейчас мне спокойно. Даже слишком. Я знаю, что все серьёзные разговоры начнутся в том месте, которое он назвал временным пристанищем. Мы противоположности. Свет и Тьма. Добро и Зло. Ангел и демон. Мы оба помним, как впервые встретились. Такое не забывается. И осадок есть до сих пор. И, я так подозреваю, окончательно он не рассосётся никогда. Но сейчас мы вместе. Идём по улице. Болтаем. Улыбаемся. Как обычные люди. Потому что так надо. Нам надо. Потому что иначе быть не может. Теперь — не может. И потому что мы теперь...связаны?