Глава II. Уроки Валирийского (1/2)

183 год от Завоевания Эйгона

Тот год выдался необычайно жарким и безветренным. «Морские коньки» лорда Рогара Велариона пришвартовались в Королевской Гавани, когда солнце стояло в зените и жаркое сияние плавило каменные мостовые. Двое рослых браавосских близнецов Сальво и Рено сопроводили экипаж леди Ваэлиссы до Красного замка, но сами ворота не пересекли. Молча и смиренно вернулись назад.

В ее первый визит юную леди сопровождали от самого порта до личных покоев, оберегая от любых взглядов и разговоров. Служанки поспешили сменить дорожный плащ на лёгкое платье, но волосы леди Ваэлисса трогать им запретила. Они остались распущенными, ниспадая мягкими волнами на плечи. К моменту неформальной аудиенции с принцем Дейроном, сыном короля Эйгона V, прозванного «Недостойным», Ваэлисса была необычайно голодна и раздражена. Но строго соблюдала в уме наставления лорда Велариона: «Не грубить, внимательно слушать и отвечать только тогда, когда спросят».

Принц Дейрон оказался малорослым и худощавым. Узкие плечи в бархатном сюртуке придавали ему потешный школярский вид. На будущего короля он явно не тянул, но оказался добр и учтив:

— Как вам Дрифтмарк, леди Ваэлисса?

Они сидели в королевском саду, укрытом от дворцовой суеты высокими живыми изгородями. Полуденное солнце пробивалось сквозь листья миртов и лимонных деревьев.

— Лорд Рогар любезен и радушен, Ваше Высочество. Он старается называть меня сестрой даже тогда, когда нас никто не слышит. Меня ни в чём не ограничивают, охраняют лучшие рабы… наемники из Браавоса. Септа Мелара обучила меня всему, что требуется от благородной леди. Танцам… — с каждым словом её лицо становилось всё более кислым. — Знанию знатных домов, гербов, вышивке…

В фонтане неподалёку лениво плескалась вода, над головами прошелестели листья платана. Где-то за изгородью рассмеялись придворные дамы.

— Лорд Рогар, как вижу, подошёл к делу с должной тщательностью. — Принц Дейрон чуть склонил голову. — Признаться, я настаивал перед Его Величеством, чтобы вам позволили поселиться на Драконьем Камне. Там вы чувствовали бы себя… ближе к дому. Однако король остался непреклонен.

— Мне не на что жаловаться, — ответила Ваэлисса, глядя на гладь воды в фонтане.

Дейрон некоторое время молчал, наблюдая, как ветерок колышет алые лепестки роз. Затем заговорил осторожнее:

— Леди Ваэлисса, осмелюсь обратиться к вам с просьбой… не самой простой. И я искренне надеюсь, что вы хотя бы выслушаете меня прежде, чем откажете.

Леди перевела настороженный взгляд на собеседника.

— Дело в том, что моим сыновьям, тем, что остались при дворе, необходим наставник по валирийскому языку.

— Неужели во всём Староместе не нашлось мейстера, способного удовлетворить нужды короны? Я уверена, с принцами занимается лучший из лучших, — Ваэлисса вскинула бровь.

— И вы совершенно правы, миледи, — мягко согласился Дейрон. — Мейстер Доннел действительно выдающийся учёный. Его высокий валирийский безупречен, а знания истории Эссоса столь глубоки, что немногие способны поддержать с ним беседу. Однако позвольте задать вам один вопрос. Кто лучше владеет мечом: тот, кто изучал искусство владение оружием по свиткам… или тот, кто держал клинок в настоящем бою?

— Меня учила сестра, — Ваэлисса невольно сжала ткань платья в кулаках.

— И я ни в малейшей степени не умаляю её знаний. Напротив. Именно поэтому и обращаюсь к вам.

Лёгкий ветерок донёс аромат цветущих цитрусов, всколыхнул поверхность фонтана и шевельнул край платья Ваэлиссы. Просьбы наследного принца лишь звучали как просьбы. При дворе подобные предложения никогда не оставляли пространства для маневра. Но попытаться можно.

— Вы оказываете мне большую честь, Ваше Высочество.

Кабинет, отведённый для обучения принцев, располагался в одной из внутренних башен Красного замка. У стен, меж гобеленами с изображением драконов Эйгона Завоевателя и морских походов древних Веларионов, возвышались книжные шкафы, забитый трактатами по истории Вестероса и Эссоса, родословными домов, картами и морскими путеводителями. За длинным столом её уже ожидали юные воспитанники. Старший, принц Бейлор, поднялся первым. Статный для своих тринадцати лет, он старался держаться по-взрослому. Внешностью явно пошёл в мать — дорнийку, леди Мирию Мартелл: валирийская кровь скромно отметила его лишь в проседи темных, короткостриженых волос. Зато в девятилетнем Мейкаре драконья кровь расцвела во всей своей красе.

— Леди Ваэлисса! — Бейлор склонил голову в вежливом поклоне. В глазах его горело неподдельное воодушевление. — Отец сказал, что вы будете обучать нас истории и языку.

— Его Высочество надеется, что я буду учить вас истории и языку, — холодно уточнила она, приближаясь к столу. В то время недуг еще не беспокоил леди, отражаясь лишь в чуть размашистой походке. — У меня на этот счёт несколько иное мнение.

Мейкар шумно вздохнул, откинувшись на спинку стула:

— Нас снова будет учить мейстер Доннел? Но я не хочу! Он пыхтит и потеет как гружёный мул. И от него дурно пахнет.

— Какая жалость, что мы редко получаем желаемое, принц Мейкар, — леди и бровью не повела.

— Что нам сделать, чтобы вы занимались с нами? — не растерялся принц Бейлор. Черные локоны леди отвлекали его внимание, заставляя отводить взгляд.

— Ничего.

— Но почему? Вы считаете себя глупее мейстера Доннела? — не унимался юный принц, ёрзая на стуле.

Ваэлисса резко шагнула ближе и нависла над Мейкаром, заставив того выпрямиться.

— Меня учила сестра. И она уж точно не глупее вашего мейстера. Если не умнее.

Бейлор сделал шаг навстречу. Даже над ним леди возвышалась почти на целую голову.

— Значит, причина всё-таки есть.

— Я не люблю детей, — солгала Ваэлисса. Мальчишки слишком напоминали ей племянников, и от этого неприятно сжималось сердце.

— Почему? — Мейкар подался вперёд, почти уложив подбородок на край стола.

— Просто не люблю. Этого недостаточно? Не люблю так же, как не люблю синий цвет и рыбу.

— Вы прибыли с Дрифтмарка. На островах невозможно не любить рыбу, — важно заметил Мейкар, скрестив руки и напуская на себя учёный вид.

Ваэлисса устало прикрыла глаза.

— Хорошо. Найдется вам объяснение. Я не люблю детей потому, что они несносны.

Бейлор вскинул подбородок и, не колеблясь, ответил:

— И всё же не вполовину так несносны, как вы.

Такой дерзости от мальчишек леди уже не в силах была вынести. Развернувшись на каблучках, она направилась к выходу, махнув им на прощание:

— Будьте любезны, продолжайте занятия со своим дурнопахнущим гружёным мулом. И держитесь от меня подальше.

Принцы даже слова не успели сказать, как за леди захлопнулась дверь.

Юношеское упрямство порой не знало границ — но для принцев это была скорее добродетель, чем порок. Над их головами по-прежнему висел хвастливый и самовлюблённый мейстер Доннел, точно дамоклов меч. Если леди не уступит, Мейкар непременно начнёт сбегать с занятий. Его валирийский и без того оставлял желать лучшего. Бейлор же намеревался добиться своего любым способом — доказать, что ни он, ни брат не глупцы и готовы учиться прилежно, лишь бы избавиться от Доннела.

С этими мыслями он разыскал леди Ваэлиссу в саду. Полуденное солнце пекло беспощадно. Придворные дамы и лорды попрятались в тени галерей и под густыми кронами деревьев, спасаясь от зноя. Но Ваэлисса, облачённая в чёрный бархат, нежилась на низкой софе, довольно прикрыв глаза. На фоне ослепительного неба она была бесподобна.

— Решили добить меня в одиночку, Ваше Высочество? Где ваш ручной зверёк?

— Это мой брат! — от возмущения у Бейлора перехватило дыхание. Но стоило леди лениво взглянуть на него, как он невольно поджал губы.

Среди цветущего граната и пышного ириса он чувствовал себя не принцем, а кроликом в лисьем логове. Воздух был густым от запаха жасмина, над переспевшим виноградом на подносе кружили мухи.

— Да? Буду иметь в виду, — ответила Ваэлисса и кивком указала на каменную скамью неподалёку.

— Я не теряю надежды, миледи, — принц воспользовался приглашением и сел, стараясь держаться с достоинством. — Мейстер Доннел, без сомнения, знает достаточно, чтобы учить наследников правящей династии. Но какой в этом толк, если всё, что он видел, — серые стены Староместа? Любой матрос с «Морского Конька» повидал больше.

— Ваша правда. Ни один мейстер, на языке которого не побывал пепел Валирии, не вправе говорить о ней так, будто знает все. Его Высочество принц Дейрон, полагаю, многим делится с вами.

Среди зеленых кустов мелькнул подол служанки, что не решалась убрать поднос с фруктами. Сморщенный виноград источал сладковатый запах.

— Королевская семья щедро платит лордам Высокого Прилива за снабжение кораблей до Волантиса уже много десятилетий, — продолжил Бейлор, понизив голос.

— И всё же, — с легким интересом откликнулась Ваэлисса, — оттуда всегда выходят лишь маленькие баркасы. Они проходят вдоль разрушенных островов, в надежде кого-то отыскать… но никогда не достигают Ороса. Тем более Аквос Даэн. А ведь именно там шансы найти хоть что-то были бы куда выше.

— Вашего предшественника нашли у западных берегов Валирии, — вспомнил принц, выпрямившись на скамье.

Служанка, не выдержав палящих лучей, всё-таки отступила в тень арки, оставив поднос с увядающими фруктами на произвол летнего зноя.

— И он не дожил до прибытия в Волантис, — заметила Ваэлисса. — Что он сделал?

— Всадил кинжал в собственное сердце.

— Как оригинально. Но могло быть хуже.

Бейлор нахмурился:

— Что может быть хуже этого?

— В его больную голову могла прийти мысль, что команда на корабле желает его смерти, — ответила леди. — Он мог перебить их всех тем же кинжалом. А уже потом — себя.

— Отец рассказывал, что Боги наказали Валирию за то, что правящие семьи возомнили себя выше них, — произнёс Бейлор. Он понимал, что ступает на опасную почву, но остановиться уже не мог. Леди слушала, и это придавало ему смелости.

Ваэлисса провела пальцами по подлокотнику софы:

— Ваш отец любит сказки.

— Каждая сказка чему-то учит, — упрямо возразил принц. — Чему же наставляет эта?

— Не идти против законов природы и воли Богов. Если Боги создали нас людьми — мы должны смиренно благодарить их за это. Если они создали драконов такими, каковы они есть, — мы должны благодарить и беречь их творение.

Бейлор чуть подался вперёд.

— Чем же валирийцы разгневали Богов?

Ваэлисса взглянула на него исподлобья. Лист граната сорвался с ветки и мягко упал к её ногам.

— Тем, что пожелали стать драконами.

У зелёных кустов вновь показалась служанка, нерешительно замершая на границе света и тени. Принц тем временем бесстыдно и внимательно разглядывал Ваэлиссу, пытаясь понять, сколь велико зерно правды в этой страшной сказке.

— Вполне понятная мораль, — произнёс он наконец.