Глава 7. Краплак красный и фиолетовый хинакридон (1/2)

Ма справилась.

Энди позвонил на следующий день и сказал, что ее состояние стабилизировалось, и с ребенком тоже все в порядке. Задержится немного в больнице, врачи понаблюдают. Он сказал еще кое-что. Это случилось с Ма после ссоры с отцом. Он не знал подробностей, но понял по каким-то оговоркам, по тому, как отец прятал глаза, что…

Джей сжал кулаки. Этот… этот ублюдок добрался и до Ма. Блядь! Ладно. Ладно. Он сделал жизнь Джея, его персонального разочарования, похожей на вечное унылое покаяние, словно бы вынуждая оправдываться за то, что он, вообще существует. Хер с ним. В конце концов, Джей вырос, и у него теперь своя жизнь. Но Ма? Та, кого он выбрал, кого взял — осознанно, хотя они были буквально из разных миров. Не понял до конца, но вроде бы принял. И теперь… что? Она недостаточно «нормальная» для него. Недостаточно рациональная? Или, может, теперь уже недостаточно белая?

Джей понял, что его колотит. Он закрыл лицо руками и согнулся пополам, стараясь дышать размеренно. Пошло оно все в жопу. Сейчас он ничего не может с этим сделать. Ни со злостью и горечью, ни с отцом и Ма. Нужно быть разумным. Взрослым. Учиться, брать больше проектов. Найти еще учеников, откладывать деньги, чтобы потом, в случае чего, забрать Ма и сестру, когда та родится.

Джей подавил желание горько рассмеяться. Много он, первокурсник театрального, сможет сделать для них. Интересно, что думает Энди… Фак! Точно, Энди.

Тот ответил после третьего гудка:

— Эй, привет. — Голос усталый, но спокойный. — Порядок, Джей. Я поговорил с отцом. Накануне они повздорили, да, но Ма стало плохо не из-за этого. Это что-то… в общем, на врачебном. Гипертонус и еще какие-то штуки. Рискованно из-за возраста. — Энди помолчал. — Сказали, что еще пару дней ее подержат и отпустят домой.

Пусть так. Но наверняка, то, что отец давит на нее или критикует, ни хрена не помогает справляться со сложной беременностью и точно не добавляет здоровья. Ему нужно, просто нужно убедиться, что с Ма все в порядке.

— Я… — Джей прочистил горло. — Я собираюсь приехать на выходные, проведать Ма. Ты?..

— Да, я тоже пока побуду дома. Договорился с научником, перенес пару консультаций. За тобой приехать?

— Нет, — ответил Джей, оценивая свои финансовые возможности. — Спасибо, но лучше побудь там. А я доеду на Грейхаунде<span class="footnote" id="fn_41475759_0"></span>.

Предложение Энди не вызвало обычного раздражения. Наоборот, стало как-то тепло. Как будто они заодно, по крайней мере, в этом. Впрочем, анализировать было некогда. Раз в выходные его не будет, до конца недели надо закрыть вопросы с учебой, сделать домашку на понедельник и перенести занятие с Хетти. Еще он обещал Лукасу и Мар помочь с раскадровками к «Саломее»<span class="footnote" id="fn_41475759_1"></span>, где Мар должна была исполнить главную роль. Она уже показывала танец семи покрывал<span class="footnote" id="fn_41475759_2"></span>, оставив их с Лукасом пораженными и онемевшими… Точно. Лукас и Мар. Нужно сказать им, что он уезжает.

К пятнице Джей адски устал, но, кажется, почти разгреб дела: сдал задание по алгебре и серию эскизов по дизайну костюмов. Мама Хетти нормально отнеслась к отмене, узнав, что он едет проведать родителей.

Он только проснулся, почистил зубы и еще не успел переодеться — решил перечитать свое эссе по этике и внести правки, перед тем как отправить преподавателю, когда в чат пришло сообщение от Мар.

‘@jahlalani Хей, Джал

Проснулся?

Мы за кофе собираемся

Пошли с нами, а потом сразу займемся светом

Джей уже приготовился ответить, что да, с радостью прогуляется с ними до кофе-точки. Но тут увидел, что Мар печатает и…

Люк, не торопи Джала

Еще рано

Ему нужно привыкнуть к нам

Э-э-э, что? Не торопить? О чем она вообще? Это, наверное, она хотела отправить Лукасу в личку, но промахнулась. Джей пялился на сообщение минут пять, но потом оно вдруг исчезло: видимо, Мар обнаружила, что отправила не туда.

Джей потер глаза и задумался, как поступить. Она наверняка видела, что он прочитал, да и любопытно, о чем шла речь. Если Джей сейчас скатится в область предположений, то точно потом не вернется обратно из своей головы, а дел все еще немерено.

Он быстро написал ответ и договорился пересечься в холле через десять минут, скинул пижаму и с удивлением обнаружил, что напряженно раздумывает об одежде. Чтобы что, блин? Выглядеть получше на пятиминутной прогулке за кофе. Бр-р-р. Темно-розовый свитшот, прямые джинсы, несколько браслетов — сойдет. И чего он себе напридумывал?

Когда они встретились, Мар привычно обняла его, но выглядела смущенной и немного настороженной. Лукас, как всегда невозмутимый, пожал руку и аккуратно коснулся плеча.

Они сходили за кофе. Тыквенный латте для Мар, арахисовый раф Лукасу, мокко — для Джея и сэндвичи на всех — и по обыкновению забурились в свою любимую учебную зону, которая, к счастью, оказалась свободна. Разложили заметки и еду, но никто не спешил начинать. Недосказанность ощущалась почти физически.

— О, да бога ради, — наконец не выдержала Мар, — спрашивай уже.

— Эм… — Джей почувствовал, что щеки предательски теплеют.

— Джал, мы хотели отложить все это до времен, когда у тебя в семье все наладится и маме станет лучше, но руки у меня кривые, так что… В общем… А, фак! — Она рыкнула раздраженно, одним движением распустила волосы и начала переплетать косу. — Никогда никому этого не говорила.

Джей удивленно поднял брови, теряясь в догадках. Надеялся только, что они не собираются перестать общаться с ним. Больше ничего плохого он себе представить не мог.

— В общем… Мы с Люком, — тот подошел на шаг ближе и приобнял Мар за плечи, — мы уже давно вместе, с первого курса на самом деле — ну, ты знаешь — и у нас все хорошо, — она прижалась к Лукасу сильнее и потерлась виском о его плечо, — но мы встретили тебя и… поняли, что ты… наш. Вот просто наш. Не знаю, как объяснить. Как будто мы даже не знали, что чего-то не хватает, но ты появился и… все стало как будто целым, понимаешь?

Джей медленно кивнул. Сердце пропустило удар. Он чувствовал да. Близость, понимание, как будто они состыковались как три фрагмента пазла — без сопротивления и притирок. Но… Дальше следовали сплошные «но». Лукас и Мар — пара. Сложившаяся и очень гармоничная. Так о чем тогда идет речь?

— Мы хотели предложить тебе… Быть с нами. Все вместе, втроем, как… — Мар снова зарычала с досадой и выдала пару эмоциональных ругательств по-испански, — не знаю я, как это сформулировать, блин. — Ее скулы алели румянцем, правой рукой она теребила кончик косы.

— Джал, — Не выпуская Мар из объятий, Лукас подался ближе, почти не оставляя расстояния между ними. — Мы хотим, чтобы ты был с нами. Нашим. А мы — твоими. Вот так, втроем. Быть вместе, заботиться друг о друге, заниматься сексом… — он задохнулся, потому что Мар въехала локтем ему в живот. — Ауч.

— Ну куда ты с наскока про секс, а? Сейчас Джал испугается и будет нас потом обходить десятой дорогой.

— Короче, мы плохо подготовились к разговору, потому что планировали его позже. Но, думаю, ты понял, о чем идет речь, да? — Она положила маленькую теплую ладошку ему на плечо.

Лукас наклонил голову и внимательно вглядывался в лицо Джея и, видимо, ища какой-то ответ, а Джей просто стоял там и не знал… Ничего не знал.

— Я… — начал он, но Лукас медленно, словно в слоумо, поднял руку и коснулся скулы Джея, как тогда, на вечеринке.

Джей застыл, а Лукас выдохнул — шумно, дрожаще — провел пальцем по щеке, огладил линию челюсти.

— Я… — снова попытался Джей, но слова не шли.

В ушах стучал пульс, лицо пылало — Лукас наверняка это чувствовал. Молчание затягивалось.

— Джал… — В глазах Лукаса было что-то уязвимое и одновременно жадное. Он все еще касался рукой его, Джея, лица, словно не находил в себе сил убрать руку. — Джал, — выдохнул он. Рука безвольно повисла вдоль тела. — Блядь, прости, я что-то… Просто много думал о тебе с того раза на вечеринке.

Джей испуганно глянул на Мар, но та спокойно и понимающе улыбалась, все еще изучая его лицо.

— Ребят, я… не знаю, что сказать. Это как-то… неожиданно и я… Да, я думал о… о вас. Сам не понимал, что думаю… Твою мать, но так же не бывает! Что это вообще? — Голос дрожал, в горле стоял ком.

Хотелось остаться одному, чтобы разложить все по полочкам. Ему сейчас, что, предложили отношения? Втроем? Все переглядки Лукаса и Мар на вечеринке, вся их щедрая тактильность, которую Джей воспринимал как смешанные сигналы, теперь становились понятны. Как будто в голове щелкнуло и пазл сложился.

— Эй, — Мар протянула руки, чтобы привычно обнять, но потом, словно смутившись, отступила, — сейчас не нужно ничего решать. На тебя много свалилось, но мы серьезно хотим быть с тобой. Как партнеры. Близкие люди.

— А раньше вы?..

— Да, но не так. Иногда знакомились с кем-то и предлагали провести время. Разово. Иногда пару встреч, не больше. Но ты… Когда мы встретили тебя, все словно встало на места. Наш Геде Нибо, — она лукаво улыбнулась, все-таки потянулась к нему и поправила пару дредов, упавших на лоб.

— О, хм… Окей, — Джей все еще не мог собрать мысли в кучу и мямлил, как дурак. Он тряхнул головой. — Мне нужно… подумать, ладно? Это как-то… очень неожиданно.

— Да, конечно, — ответила Мар, а Лукас кивнул. — Столько, сколько тебе нужно. Мы будем здесь. Будем ждать тебя.

***

Энди забрал его с автостанции и отвез домой. Они говорили в пути, вполне мирно и без напряжения. О важном — здоровье Ма и ребенка, о том, что оба тревожатся оставлять ее одну. Джей спросил про Одри и дипломный проект, понимая, что действительно хочет знать, чем живет брат. Энди, смущаясь, признался, что уже думает о предложении и смотрит кольца, но сначала, конечно, планирует найти работу в Портленде, снять жилье и поступить в магистратуру. Джей искренне порадовался за него. Одри — классная, и им хорошо вместе, это было видно.

Дома было тихо и привычно пахло специями. Они обнаружили Ма на диване с книгой, осунувшуюся, но с неизменной ласковой улыбкой. В свободном алом домашнем платье, колени укрыты стеганым одеялом, которое Джей помогал ей шить лет семь назад.

— Mon Piti! — воскликнула она радостно. — О, иди сюда.

Тут Джей обратил внимание на ее выпирающий живот. Не огромный, даже довольно аккуратный — Ма и сама была хоть и довольно высокой, но худой. Она вдруг показалась Джею очень хрупкой, такой, что страшно коснуться. Но Ма сама притянула его в объятия, тихо и неразборчиво шепча что-то по-французски. Джей купался в ее запахе, а на глаза наворачивались слезы.

Энди смущенно откашлялся и ушел на кухню, сказав, что сделает травяной чай.

Ма держала Джея за руки и сияла:

— Ну что, — вокруг ее глаз появились смешливые морщинки, — расскажи мне все, mon beau<span class="footnote" id="fn_41475759_3"></span>. Как ты? Что сейчас ставите, как ученики?

Джей оценил попытку, но не повелся.

— Ну нет, Ма. Сначала ты. Как себя чувствуешь?

— Порядок. — Ее улыбка чуть померкла. — Просто твоя сестра подумывала появиться на свет пораньше, но нам удалось договориться.

По спине Джея пробежал неприятный холодок, и он усилием воли подавил дрожь в пальцах.

— А что слу… — Он откашлялся. — Почему это случилось?

— Piti, я догадываюсь, о чем ты думаешь. И ответ — нет. Я знаю, что у вас с отцом непростые отношения, и мне от этого тоже очень больно, но это, пожалуй, единственное, в чем мы категорически не сходимся. — Она устало вздохнула, сменила положение, собрала дреды в низкий пучок на затылке — и вдруг показалась ему куда старше своих сорока трех лет. С ней всегда было так. Иногда она выглядела словно юная девушка, а порой — как кто-то очень-очень древний и бесконечно мудрый.

Джей поковырял облупившийся зеленый лак на указательном пальце, отстраненно подумав, что надо было стереть перед поездкой, но было не до того.

— Я рад, что ты… Что вы ладите несмотря на… все, — и он действительно имел это в виду. — Рад, что о тебе заботятся.

Глаза Ма снова лучились.

— Да, Piti. Тебе не стоит переживать. Бен очень внимателен, и теперь мы будем вдвое осторожнее. А перед родами я лягу в госпиталь. Все будет хорошо, я точно знаю. Чувствую.

Джей вздохнул, обнял Ма и положил голову ей на плечо. Тревога отпустила хоть и не до конца, но снова можно было дышать и не гонять в одну секунду сотню панических мыслей.

Энди принес чай, придвинул кресло и уселся тоже. Ма выглядела счастливой и умиротворенной, переводя взгляд с одного сына на другого и обратно. Она гладила Джея по волосам и улыбалась, слушая, как Энди рассказывает о поездке на побережье, которую они планируют с Одри ближе к Рождеству.

Послышался звук автомобиля на подъездной дорожке, и Джей невольно напрягся, выпрямил спину и сжал кулаки. Хлопнула дверца, пропищала сигнализация, прозвучали шаги на крыльце. Джей задержал дыхание, как перед прыжком в ледяную воду. Отец вошел, как всегда, ступая уверенно и как-то веско.

— Ивонн, того бандажа не было на Мерси-стрит, я съездил на Аспен… — он осекся, увидев Джея, брови на секунду удивленно приподнялись. — Сын, — ровно сказал он.

— Привет, папа. — Говорить сквозь сжатое горло было сложно, и Джей подавил желание передернуть плечами.