Часть 8 (1/2)
Вся команда вышла с раздевалки и с громким хохотом и разговорами пошла до ближайшего бара отмечать победу. Дима впервые шел со всеми. В общем безумии он никогда не участвовал — предпочитал пропустить с Дамиром по бутылочке пива на кухне, да разойтись. Пора приобщаться к команде, заскочив в этот поезд жизни. Ввалившись в бар, явно привычно сдвинули несколько столов с диванами, и уселись все за грандиозным царским столом. Дима осторожно устроился между Радуловым и Шипачевым. Капитан тут же усадил рядом с собой Ахтямова. Следом за ним рухнул Лямкин, едва не убившись сразу под стол под громкий хохот. Громко захрюкав, вдруг высунул язык Сафонов рухнул около Кагарлицкого, и тут же взвыл, пропустив от него удар локтем по почкам. С другой стороны от Шипачева уселся Жафяров, переговариваясь увлеченно с Кателевским и Петровым. Напротив них уселись Дыняк, Лукоянов, Галимов, Юдин и Адамчук. Последним на праздник жизни заскочил Галиев, перескочив спинку дивана словно борт, и рухнул между Сафоновым и Кагарлицким, за что моментально получил подзатыльник. За столом появилась закуска и выпивка. Громкий хохот и веселье лишь увеличились с выпитым. Все пили либо водку, либо виски или джин. Ничего слабоалкогольного.
— Бля у меня тост есть! — Воскликнул Ахтямов, и пихнул Лямкина, который опрокинул стопку водки, — Да подожди ты, его еще не было!
— Ух бля! — Никита вздрогнул и отправил в рот кусочек рыбки, — Заебись пошла.
Над ним все посмеялись. Артур встал за столом подняв руку со стаканом где плескалось виски с колой. Радулов же заинтересованно уставился на него, облокотившись о Яшкина. На другое плечо Димы улегся Вадим. Ахтямов вдруг громко рассмеялся, резко покраснев.
— Да, блять, не смотрите на меня! Чо уставились?! Я тост говорю, а не трусами новыми хвастаюсь. — За столом раздался громкий хохот, Артур же накрыл рукой стопку Никите, не дав ему накидаться раньше, чем он найдет хорошие слова для тоста, — Хочу спасибо сказать вам всем за свою первую игру с таким счетом. — Ахтямов кивнул, и указал рукой на всех тех, кто сидел по левую сторону от него. — Вадиму Шипачеву, Диме Яшкину и Саше Радулову отдельный поклон. Вы сделали мой день. Всем нам желаю таких побед почаще. До дна!
Все опрокинули по стопарику. Не останавливаясь пили еще. Закусывали, громко хохотали и пили еще. Спустя почти пол часа Дима пихнул Шипачева и сказал едва выговаривая слова:
— Так, я достиг нужной кондиции!
— Че, танцы на столе? — удивленно спросил Шипачев, который уже конкретно так накидался, и едва соображал.
— Ура, стриптиз! — Воскликнул Лукоянов, — Так, где там моя соточка для заводочки! Пацаны, пейте, блять, ща Яша начнет нам тут исполнять, мы все же резко протрезвеем от его плясок!
— Так, — Яшкин похлопал рукой по столу, и резко встал. Прошипев, упер обе руки в крепкую деревянную столешницу, и улыбнулся сидящим напротив, — Побереги денежки, Лука! Ну-ка, ставочники ебаные! ВинЛайн блядский! — Он закинул голову и громко икнул, дав всем посмеяться, скалясь своим некомплектом из зубов, — Кто там ставки ставил?!
Дамир, прекрасно поняв что будет дальше происходить, стыдливо закрыл руками лицо. Петров указал на него и вдруг громко заржал.
— Ой дура-а-ак, — прошептал Жафяров, — Сука, Дима, они недостаточно много выпили, чтобы ты начал позорится. Подожди еще часик!
— Я! — Воскликнул Лямкин, махнув рукой со стопкой, и облил сидящего напротив Дыняка, в ответ получив хвостом от рыбы в лоб.
— Патефон «Заря», — усмехнулся Радулов и откинулся на спинке дивана, уставившись на защитника замутненным взглядом. Очень удобно, что Артур лежал уткнувшись лицом в столешницу, и не перегораживал обзор. — Че ты, блять?!
— Ставлю три сотни на то, чтобы увидеть то, что мы так давно ждем! — Отозвался Лямкин, и, громко хлопнув рукой по столу, оставил между двух стопок Димы и Саши три купюры с пейзажем Москвы.
— Заебись, ставка принимается! — Сказал Радулов, опрокинув еще стопарь.
Шипачев в ужасе повернулся к нему, заставив Яшкина сесть, покрутил пальцем у виска. Саша тут же открыл бутылку с водкой, щелкнув пальцами по крышке, отправив ее точным ударом в стакан Галимову, налил себе еще, и опрокинул вторую.
— Ну! Че стесняетесь! — Яшкин развёл руками, и снова резко поднялся на ноги. Прикусив губу, опустил голову. — Ай блять! — Он слегка согнулся, и уставившись на Радулова, сказал заговариваясь, — Жопа болит, блять.
Вся команда вдруг громко рассмеялась. Капитан же опрокинул очередную стопку и, рыгнув, едва выговорил:
— Не пизди! Тебя еще никто не ебал!
— По утрам же, — Согласился Яшкин, и похлопал по столу, — Ну, давайте, пидоры! Че, один Лям уверен в том, что мы ебанутые?!
— Да по всему первому звену понятно, что у вас здоровых нет. — Стас приобнял за шею Адамчука, что с большим удовольствием поедал чипсы, хватая их из миски большой охапкой, жадно запихивая в рот, — У Радулова пол челюсти не хватает. Шипа до ворот доехать не может — Задумавшись сказал Галиев, уставившись на лучших трех нападающих сидящих напротив, — Дима, вон, ваще, чех!
— Будь здоров! — Шумно и максимально синхронно ответили ему собратья по команде.
Раздался громкий хохот. К трем сотням Лямкина посыпались деньги. Яшкин же продолжал единственный стоять за столом, обкусывая губы, и, периодически замечая, как кто-то наполнял стакан, пытался выхватить его раньше хозяина. Пару раз грабануть Кагарлицкого и Сафонова у него получилось, и по горлу текла то водка с морошкой, то джин. Нападающие и защитники швыряли деньги в парочку. Радулов довольно и зловеще хохоча все сгреб себе. Пока Яшкин пританцовывал под играющую песню, Радулов быстренько разложил деньги по номиналу, сложив их в приличную пачку. Заебись, самый прекрасный способ заработка. Он достал единственные пятьдесят рублей в стопке, сунул их Диме в штаны. Схватив Яшкина за худи, дернул на себя, жадно начав целовать при всех. Дима с большим удовольствием отвечал ему, положив руки на плечи.
У всех пораскрывались рты. Дамир же стыдливо закрыл рукой лицо. Каждый раз одно и тоже.
— Пиздец! — Воскликнул Лямкин, закрыв Артуру глаза, чтобы не травмировать детскую психику единственного живого вратаря, — ебать, мы же стебемся! Пацаны, вы куда…
— О-о-о-о… — Затянули все.
Все сидящие позабыли и про выпивку и про закуску, наблюдая за происходящим. Яшкин с Радуловым же не собирались останавливаться, продолжая свой жадный поцелуй. Диму едва ноги держали, и он все больше склонялся к Саше.
— Бля, у кого-нибудь телефон Диминой жены есть? Надо предупредить, что ее мужа увел сутенер в гарем. Все… Пропал пацан… — растерянно прошептал Ахтямов, осторожно убрав ледяные руки Никиты от себя, и уставился на происходящее с неменьшим интересом, хоть и чувствуя себя максимально неловко.
Яшкин обнял Сашу за шею, жадно отвечая. Шипачев же с грустью подпер голову. Все с него начали хохотать.
— Че, Шипа, тебя не берут с собой? — Рассмеялся Адамчук.
— Да ваще пиздец! На игре обгоняют, парочка блять, целоваться не берут. — Он хлопнул Яшкина по заднице, когда тот забрался на диван с ногами, — Але, мужчина, не развращай мне своим проститутским видом детей! — Шипачев кратко осмотрел стол, и указал Юдину на бутылку водки, которую он едва успел раскрыть. — Буду вон, с Юдой в слюни бухать. Дай-ка мне ту тундру с морошкой…
Яшкин, отпрянув от капитана, шумно выдохнул. Радулов тут же опрокинул еще стопарь, без закуси. Яшкин же, повторив за ним, закинул огурчик в рот, и сказал, пихнув Вадима в плечо:
— Выпустите меня! Душа требует танцев!
— Блять, Шипа, держи его. — Попросил Дамир сидящего рядом.
Вадим усадил Диму обратно. Он взвыл, положив голову на стол. Все громко расхохотались.
— Блять, меня будто в жопу весь вечер ебали… мы же вроде выиграли, кто, блять, это был?!
— Радулов! — Синхронно воскликнула команда, и когда Саша удивленно посмотрел на всех, раздался громкий ржач.
— Чё за вопросы у тебя, ваще, к нам могут быть?! — Расхохотался Лукоянов, — Пиздец, такого пацана привели с чужой команды! Прилежного милого мальчика. Ну подумаешь — зубов не хватает. Зато какой пацан был! И все, и пиздец. Радулов его на поводок и к ноге. Всё, — Артем развел руками, осмотрев сидящих рядом с собой, и указал на Яшкина, что довольный открыл рот, дав Саше закинуть в рот чипсину, — потеряли пацана. — Он уставился на Диму, что засмотрелся на Сашу, облизнув губы, — Вот это ты попал, парень…
— Куда?! — Яшкин опять резко поднялся, встрепенувшись, и словно очнувшись от собственных мыслей, — В сети которые вы метили? Э-э-э не! — Он отобрал стопку у Шипачева, и тут же жадно выпил водку. Вадим же склонился к Жафярову, тихо его о чем-то спросив. — Пошли нахуй. — Вскрикнул Дима, и залез с ногами на диван.
Радулов едва успел его придержать, не дав каланче рухнуть. Яшкин опасно качнулся, и упер руку в голову Вадима, заставив того уткнутся в плечо Дамиру, аккуратно перешагнул через спинку дивана, словно перелезая через бортик. Немного зацепился ногой. Радулов с Шипачевым тут же схватили его за джинсы. Ахтямов же, громко рассмеявшись, шлепнул Диму по заднице, и тот, не удержавшись, рухнул на пол, свалившись рыбкой. На спинке остались одни белоснежные кроссовки. Шипачев с Радуловым тут же оттолкнули длинные ноги. Из-за спинки дивана раздался громкий затяжной хохот, от которого за столом на лицах всех пьющих появились улыбки. Бедолага все же уполз до туалета.
Вдруг с другого края стола раздался хохот Дамира.
— О! Там Котел стендап Жафяру хуярит. — Дыняк пихнул его в плечо, перевалившись через стол, — А нам рассказать?
Кателевский опрокинул еще стопарь, и, ткнув пальцем в стол, продолжил рассказывать шутку. Дамир громко расхохотался, закрыв руками лицо, и за ним подхватили все остальные.
— Итак уважаемые…! — Артур поднялся, — Ай, блять, — он оперся рукой о плечо Радулова, и мило улыбнулся Саше, — Уважаемый сильный и крепкий капитан, подержите меня, бога ради, а то если я так ебнусь, как Яша, придется искать четвертого запасного вратаря.
Саша рассмеялся, и схватил его за ремень на штанах, не давая перебравшему вратарю повторить траекторию полета прошлого летуна. Команда шумно обсуждала свое, и, увидев, как опять поднялась тонкая ручонка Артура со стопкой, все синхронно повторили за ним.
— Я че вам, блять, группа поддержки?! — Радулов рассмеялся, — Этого поддержи, того поддержи… Поебаться вам всем не завернуть?
— Ну ты же капитан… — Подпер голову Шипачев, уставившись на Артура, что склонился к Сафонову, показав ему посиневший язык. Илья вдруг громко заржал, спугнув сон у Кагарлицкого, что устроил покрасневшую морду в пустой тарелке, — Ты же обязан сплочать коллектив!
— Да-а-а… — протянул Галимов, жуя кусочек соленого огурца, спиной улегшись на Лукоянова, а ноги сложив на спину Юдину, — предотвращать конфликты и драки…
— Ценить и любить коллектив! — Подхватил Лямкин, специально толкнув Артура вперед, чтобы Радулов занялся делом и снова вернул Ахтямова в нормальное положение, — И ты как капитан с этим великолепно справляешься…
— Да. Ахуенно просто. Разъебал бедолаге Яшкину всю морду, изуродовав его как бог черепаху. — Согласился Жафяров, уставившись на Радулова из-за плеча Шипачева.
— Он и так не красавчик был, давайте признаем это. — С трудом сказал Радулов, взяв стопку холодненькой, и поднял голову, смотря на Артура, крепко держа его за плетеный ремень на джинсах, — Ну и? Чё заглох? Буквы из второй половины алфавита сложные?
Все вдруг громко рассмеялись. Ахтямов же потерянно потер лицо, и, кивнув, посмотрел в стакан с выпивкой.
— Бля я, да я… — Артур кивнул, — В общем, я, конечно, не рад, что сразу двое вратарей получило травму, и тем самым я оказался на фронтовой границе, вместе с вами. — Он почесал затылок, хмыкнув, — Где меня выебали вообще все и с Запада и с Востока… — Все дружно над ним посмеялись, — Пересидеть в штабе не получилось… — Ахтямов вдруг улыбнулся, и кивнул капитану, — Но я рад, что вы с Яшкиным перестали делить капитанскую нашивку, и начали исполнять вот эту хуйню, которая сегодня была. Желаю нам всем еще много таких игр впереди! — Он поднял руку со стопкой, и все синхронно поднялись, вытянув руки со своей выпивкой. — Желаю дойти до кубка Конференций, а лучше и до Гагарина! Хочу посмотреть как он выглядит… Ни разу в живую не видел.
— Он очень красивый. — Согласился Радулов, и потрепал бедолагу по волосам, стоя рядом. — Поверь мне, старому деду, что он стоит каждого перелома, каждого растяжения, каждой драки и ссоры.
— О, ебать! Как я вовремя обоссался! — Яшкин попытался перескочить спинку дивана, но в итоге просто свалился на него, и вскинул руку, ногами повиснув на спинке, и единственный со всех встретил тост лежа. Шипачев тут же вручил ему стопку. — Меня обсуждаете да?! Это я красавчик да, я!
— Мы кубок обсуждаем. — Саша склонил голову к нему, и подал руку, давая бедолаге возможность перевернутся и тоже встать, — Нахер ты нам всрался, красивый такой? — Радулов рассмеялся, — Ни послать, ни выебать.
— За кубок конференций! За кубок Гагарина! — Вскрикнул Артур.
Все тут же зазвенели стопками, и синхронно выпили.
— Предлагаю еще одну! Два же кубка обмываем. — Предложил Яшкин.
Спорить с ним никто не стал. Все опрокинули еще по одной. Шумно рухнули на диваны. Яшкин же уселся прям на ноги Радулову, и слегка поерзав, пихнул Ахтямова, что едва соображал:
— Але, празднователь хуев, ты в наличии ваще?
Радулов облизнулся, проведя рукой по упругой заднице, что бесцеремонно уселась на него, и обнял его сзади, положив голову на плечо. Рукой под столом провел по бедру.
— Я да я. — Отозвался Ахтямов, и медленно положил голову на прохладный стол. — Теперь это и моя фразочка тоже.
— Я так чувствую придётся ЗХБ звонить. — Шипачев осмотрелся, шумно шмыгнув носом, — Потому что таким составом мы завтра на тренировку точно не выйдем.
— Давай я позвоню! — Лямкин перевалился через стол, и пихнул Дыняка, — позвони тренеру!
Никита повернулся, пихнул Лукоянова, тот следом пихнул Сафонова, и так дальше до самого края стола. Вытянув руку, откинувшись слегка опасно на стуле, Адамчук свесился до соседнего столика, и толкнул Бабенко в спину. Дамир взвыл, желая просто провалится под пол от стыда.
— Юрий Иванович! А можно мы завтра не выйдем на тренировку?!
— Бля-я-я-ть, — протянул Радулов, бесцеремонно лапая Яшкина под худи, с явной растерянностью уставившись на Шипачева, что улегся спиной на плечо Жафярову, — Они че, рядом с нами все время были?
— Бля, видимо да. Пиздец, Радул, мы позорище…
Шипачев уставился вместе со всеми за соседний столик. Все тренера сидели своей тихой кучкой. У них была небольшая бутылочка с водкой и закуска. Бабенко задал вопрос сидящему рядом главному тренеру. Зинэтула опрокинул сам стопочку и кивнул:
— Скажи им, что можно.
Вся команда громко порадовалась, и тут же заказала еще несколько бутылочек водки, продолжив праздновать победу.
— Эй, кобыла, — Радулов обнял за талию Яшкина, и уткнулся носом в ткань его худи, — Ты че, заебись устроился, да?
Юдин сидел подперев голову рукой смотря на тех кто сидел напротив него, и предупредил Артура, пихнув его в плечо.
— Ахтям, ты смотри, они же тебя сейчас забрызгают. Заебешься портки стирать.
— Бля, да поебать. — Артур рассмеялся, отмахнувшись от парочки по левую сторону от себя, и лег сверху на Лямкина, что едва дышал, растекшись по столу, — Я тут уже и не такое видел. — Он кивнул, потрепав лежащего мордой на столе Яшкина по волосам, — но я под стол заглядывать не буду, извините.
Вадим же рассмеялся и пихнул Радулова ногой в плечо, рухнув на ноги Жафярову:
— Ну че, капитан, твою мать, выебал Диму? Вот как он будет в таком состоянии играть?!