Глава 22 (1/2)
Единственное, на что я надеюсь, — проснуться.
Просто поверить не могу, что Дэмиан решил забрать мою дочь. Да, она и его дочь тоже, но он видел её всего два раза! И мало того, что он понятия не имеет, как заботиться о ребёнке, он понятия не имеет о самой Дженни совершенно ничего!
Я стояла и смотрела на листы бумаги несколько минут. Придя в себя, пошла к Виктории. Она играет с Дженни во дворе. Как только она посмотрела на меня, сразу перестала улыбаться, а я, не дождавшись от неё хотя бы слова, сунула письмо. Виктория, в отличие от меня, внимательно читает письмо, пока я смотрю на дочь. Сегодня первый день, как поднялась температура воздуха до 25 градусов. Дженни играет с разбрызгивателем, и её майка и шортики уже достаточно мокрые. Нужно её уводить отсюда. Не хватало ещё, если простудится, несмотря на тёплый день. Иду за Дженни, сказав Виктории:
— Пойду переодену Дженни.
Виктория всё ещё читает, а я взяла сопротивляющуюся малышку и понесла в дом.
— Мама, хочу играть! Пусти!
Ребёнок уже начинает хныкать, а я только и думаю, насколько возможно, чтобы Дэмиан забрал её. Какие у меня шансы? Что, чёрт побери, делать?!
Переодеваю возмущённую Дженни, а позади услышала Вики:
— Я в шоке…
— Ты не представляешь, в каком я шоке. Зачем он это делает? Это какая‑то месть?
Смотрю на Вики, и у меня уже руки трясутся от навалившихся эмоций.
— Может, стоит с ним поговорить? — спрашивает Вики.
— Я даже не знаю, где он. А номер телефона у Ройса так и не взяла.
— Напиши Ройсу. Он скинет тебе.
Как только номер телефона Дэмиана оказался у меня, я стала звонить. Звонила долго. Весь день. Но он мне не отвечал. Написала сообщение:
«Это Луиза. Нам нужно поговорить!»
И на это он ответил только вечером:
«Через час заеду».
Когда он приехал, мы сидели в гостиной. Я как на иголках. Ройс с Вики что‑то обсуждают, а Дженни смотрит мультик. Но как только раздался стук в дверь, я как на бомбе подорвалась, в порыве открыть дверь. Когда Дэмиан зашёл, только Виктория поздоровалась с ним, и он ответил ей тем же. Потом Ройс взял её за руку и увёл из комнаты, оставляя нас наедине. Я сразу тихо спрашиваю:
— Что ты, чёрт побери, делаешь?!
На мой болезненный вопрос Дэмиан ничего не отвечает, а заходит в дом и садится на корточки возле Дженни. Та внимательно смотрит на него.
— Привет, малышка. Что делаешь? — спрашивает смотря на неё.
Она молчит и переводит взгляд на меня:
— Мамочка…
— Дэмиан, поговори со мной, — терпеливо обращаюсь к нему.
Нехотя Дэмиан встал и подходит ко мне. Выглядит спокойным и сдержанным. И холодным...
— Я только объясню свои мотивы, — начал он, смотря на меня. — Больше ничего объяснять не буду. Ты не можешь в полной мере заботиться о дочери. Доход у тебя периодический и неофициальный. А то есть — это уход от налогов. Дженнифер больна, а ты в последнее время игнорируешь это. Давай будем откровенны. Я смогу гораздо лучше позаботиться о нашей дочери. Ей нужно лечение и уход.
— И поэтому ты решил забрать её?! Ты серьёзно? Скажи мне, что ты знаешь о ней? Что она любит из еды? Какие сказки ей читать? Скажи мне, какая её любимая игрушка, без которой она отказывается ложиться спать?
— Это всё глупости. И это несущественно.
— А что существенно?!
— Её жизнь!
— Ты хоть немного представляешь, как тяжело может быть с младенцем?! Бессонные ночи неделями, колики, нескончаемый плач! И это бессилие, когда не знаешь, как помочь! А когда у неё резались зубы! Ты знаешь, каково это? Она плакала неделями! Она жила у меня на руках! Я спину срывала не один раз, потому что приходилось качать её часами! А все шишки, ссадины, когда она училась ходить… Ты ничего не знаешь, ничего не вложил… И просто решил забрать её, говоря, как ценна её жизнь! Я знаю это гораздо лучше тебя!
Меня прерывает плач Дженни. Я уже успела забыть, что она сидит рядом и всё слышит. А я уже конкретно повысила голос.
— Дженни… — Иду к ней и, взяв на руки, говорю Дэмиану:
— Ей ни к чему это слушать. Подожди.
Меня всю трясёт, я близка к панической истерике, и, когда занесла Дженни к Вики, та обеспокоенно смотрит на меня, а я говорю ей, не обращая внимания на Ройса:
— Присмотри за ней, пожалуйста.
Оставив девочку, пошла назад. Дэмиан ходит по гостиной и, в отличие от меня, выглядит вполне спокойным. Я сама пытаюсь успокоиться.
— Дэмиан. Давай всё решим по‑хорошему и без суда.
— Ты сама займёшься оформлением опеки?
— Нужно решить так, чтобы она осталась со мной.
— Это исключительно.
— Но почему?! — Он как будто не слышал меня…
— Мне ещё раз тебе всё объяснить? Думаю, я всё детально изложил. А ты не глухая.
— Она ещё совсем маленькая, ей нужна я. Ты для неё чужой человек!
— Да, благодаря тебе. И как раз потому, что она ещё совсем маленькая, ей будет проще освоиться в новом месте.
— Почему ты не можешь следить за её развитием, здоровьем и так далее из моих рук? Что тебе мешает быть рядом с ней?!
— У меня частые командировки и основная работа в Нью‑Йорке. Я не могу каждый день прилетать в Атланту, чтобы увидеть её на каких‑то пару часов.
— А так ты собираешься таскать ребёнка по всему свету?! Ты в своём чёртовом уме?!
Господи, дай мне сил не врезать ему.
— Вначале я займусь её здоровьем. Когда она выздоровеет, тогда уже вернусь полноценно к работе. А когда она повзрослеет, в Нью‑Йорке для неё гораздо больше возможностей. Если она сама захочет общаться с тобой после десяти лет, я не буду возражать.
— Дэмиан… Ты же не пытаешься мне отомстить?
Смотрит на меня несколько секунд. На его губах появилась горькая усмешка и прищурившись медленно спрашивает:
— А что? Похоже на то, что ты сделала? Приятно? Ты подожди и сможешь вкусить полностью это чувство. Ты прекрасно знаешь, у меня есть все возможности забрать её.
Я уже не могу выдержать и прижимаю ладони ко рту. Со всхлипами говорю ему:
— Умоляю… Не забирай её у меня. Она — единственный смысл моей жизни…
Пока я на грани отчаяния, Дэм смотрит на меня странным взглядом, как будто его не особо трогает то, насколько я в отчаянии. А мне кажется, что тот вечер в туалете был в другой жизни. И тот Дэмиан остался там…
Сдвинув брови, он только сказал:
— На днях к тебе зайдёт Мэри Чапорк. Я специально связался с ней. Она когда‑то была твоим социальным работником и не совсем чужой человек для тебя. Она проверит, в каких условиях живёт Дженни. И поможет тебе пережить расставание с ребёнком.
И под мои всхлипы и мольбу не отнимать дочь уходит на улицу. Как только он ушёл, я осела на пол и с ума схожу. Как будто он уже сейчас забрал мою жизнь.
────── ✦ ──────
Как и сказал Дэмиан, Мэри приехала проверить Дженни. Я молча и холодно впустила её в дом. Понимаю, что мне нужно быть дружелюбной с ней. Но как быть милой, когда она существенно повлияет на исход суда? И пока она ходит по дому и что‑то помечает в бумагах, я у неё спрашиваю:
— Ты была у Дэмиана? Он хоть что‑то подготавливает к приходу дочери? Ведь он уверен получить права опеки.
— Нет. Ведь девочка живёт тут с тобой. В каких условиях она будет жить после суда, буду проверять перед тем, как её заберут у тебя. К тому же он не собирается оставаться тут. А в Нью‑Йорке он планирует купить дом.
— Значит, ты уже уверена, что он её заберёт?
Мэри отложила ручку и подходит ко мне. Её взгляд грустный. Проведя рукой по моему плечу и руке, грустно говорит:
— У него сильный адвокат. Всё складывается в его пользу.
— Мэри… Я не смогу без дочери… Она мой свет…
— Детка… Я знаю тебя с детства. И я всё отдала бы, чтобы малышка осталась с тобой. Но не всё в моих силах…
— Так скажи им, что у Дженни есть всё для счастливого и безопасного детства. Я забочусь о ней и очень люблю…
— Если я буду искажать данные и это заподозрят, пришлют другого служащего. И когда мои слова будут расходиться, для меня это выйдет боком. Прости, я должна дать отчёт как совершенно независимое лицо. Прости, детка…
Мэри пошла дальше по дому, а я снова разревелась, сидя на диване. Сейчас Вики гуляет с малышкой. Я специально попросила сестру об этом. Не хотела, чтобы дочь была тут. Знала, что я опять расклеюсь.
Когда Мэри уходила, снова сочувственно погладила меня по руке, сказав:
— В целом тут не к чему придраться. Но тебе стоит найти хорошего адвоката.
Она ушла, а я стала думать, кого бы нанять. Потом пришла Виктория вместе с Дженни, и они ещё на улице встретили Ройса. Дженни сразу побежала к игрушкам, а я спрашиваю у Виктории:
— Ты же работаешь в одном из лучших агентств адвокатуры. Скажи мне, кого нанять для дела опеки Дженни.
— Ты понимаешь, сколько стоит хороший адвокат? Это будет очень дорого.
— Я найду деньги. Любые.
— Снова обратишься к Ричарду?
— Хоть к самому дьяволу, если это поможет.
— Луиза… Ричард будет похуже дьявола! Сколько он пил из тебя кровь?! Наконец-то отстал. Не обращайся к нему!
— Она моя дочь! А Дэм хочет забрать её! Так просто, взять и забрать! Я не отдам Дженни ему! И если нужно, я обращусь к Ричарду.
— Хорошо… как скажешь. Я проконсультируюсь и сразу сообщу тебе.
А я, понимая, что нужны огромные деньги, снимаю с блокировки номер телефона Ричарда. Звоню и надеюсь говорить не дрожащим голосом. Ричард ответил очень быстро — я даже ещё не успела собраться с мыслями, как гудки закончились и я услышала:
— Неужели, Луиза… Ну что, нужны деньги? А с чего ты взяла, что ты мне ещё нужна?
— Нужно поговорить…
Если я ему не интересна, как раньше, то попробую занять у него денег. Это даже было бы лучше. Но, видимо, он что‑то услышал в моём голосе:
— Что с тобой? Что‑то случилось?
— Ричард, это не по телефону.
— Я вообще‑то сейчас в Канаде…
— Чёрт… — Не удержалась, и снова с глаз потекли слёзы.
— Милая, что случилось? Сколько тебе нужно денег?
— Много. И я готова согласиться на всё, что ты захочешь. Ричард, я согласна НА ВСЁ!
— Знаешь… Я завтра устрою выходной и прилечу в Атланту. И мы поговорим? Хорошо?
— Да, хорошо.
— Так, а теперь вытри слёзы и постарайся успокоиться. Всё решаемо.
— Ладно, спасибо.
— Пока ещё не за что. Приеду, поговорим. Всё, пока. Целую.
Отключила звонок, и меня передёрнуло от его «целую». Что он может потребовать от меня? Боюсь, я попала конкретно…
Ричард приехал, как и говорил, на следующий день в полдень. Я оставила Дженни с Ройсом и пошла с ним на встречу. Он остановился в начале улицы. Как только села в машину, сразу говорю, не глядя на него:
— Ты быстро приехал.
— Полёт — пять часов. С утра взял билет и отправился сюда. Так что случилось? Рассказывай.
— Дэмиан узнал, что я родила от него дочь. Теперь он хочет её забрать. И мне нужен адвокат, чтобы этого не допустить. Как сам знаешь, хорошие адвокаты стоят огромных денег… которых у меня нет.
Сказав это, замолчала. Смотрю только на колени, а Ричард молчит. Не выдержав, снова подаю голос:
— Ричард, если я тебе больше не интересна, займи мне эти деньги. Я верну.
— Хороший адвокат может стоить, в случае выигрыша, от пятидесяти тысяч долларов. Как ты мне вернёшь эти деньги? Делая татуировки? Работая в баре?
— Если ты это понимал, зачем приехал?
Я даже смотреть на него не могу, во мне всё дрожит от отчаяния. Когда Ричард прикоснулся ко мне, убирая волосы от лица, я вздрогнула, но не отстранилась.
— Я приехал потому, что нужен тебе.
Вообще‑то мне нужны его деньги, но я не поправила его, а он продолжает:
— Я всё так же люблю тебя и дам тебе эти деньги. Милая... Я дам любые деньги. Не задумываясь.
И тут нужно помнить: лёгкие деньги для меня всегда несут что‑то проблемное, и я спрашиваю:
— И что ты хочешь взамен?
— Всё как раньше… Только тебя.
— Ты не думал, что у тебя нездоровое помешательство на мне? — Теперь я смотрю ему в глаза, а он всё так же держит руку у меня в волосах. Пожав плечами, отвечает:
— Не знаю… А любовь разве не помешательство? — Переводит руку ближе к лицу и проводит большим пальцем по моим губам. Как хочется взять и убежать… Но я беру его палец в рот. В его глазах мелькает голод, совсем не связанный с едой. Убирает руку и заводит двигатель.
— Ты куда? — спрашиваю у него.
Он только подмигнул мне и тронулся с места. После того как переключил скорость, его рука оказалась на моём бедре и стала продвигаться дальше. Ненавидя себя, я раздвигаю ноги. Ричард уже слегка хриплым голосом говорит:
— Расстегни джинсы.
Делаю, что он сказал.
— Теперь спусти их с себя вместе с трусиками.
Закрываю глаза, поборов слёзы, спускаю джинсы с задницы. Его пальцы тут же оказываются у меня на промежности.
— Сухая… — Мочит пальцы во рту и снова возвращает ко мне. Его прикосновения не вызывают возбуждения или желания. Я просто делаю то, что он хочет, потому что он может дать мне деньги. Пока он теребит мне клитор, я притворно веду себя, как будто мне приятно. Издаю тихие стоны и глубоко дышу. Слыша это, он требует следующее:
— Снеми джинсы с одной ноги. Придвинься ближе и закинь ко мне ногу.
Делаю, что он сказал, и он проникает, глубже погружая в меня палец. И когда уже подъезжали к отелю, я стала громко дышать и прижала его руку к себе теснее, в надежде, что он заметит, как я сжимаю мышцы внутри. Ведь после родов мышцы ни к чёрту. К тому же я никогда не имитировала оргазм. Надеюсь, поверит. И, кажется, поверил. Когда отпустила его руку, он, довольный собой, вытирает пальцы об себя. А я сажусь нормально, натягиваю джинсы с трусами.
Поставив машину у отеля, выходит из неё и подходит ко мне, когда я вышла. На ухо прошептал:
— Хорошая девочка. Люблю, когда ты такая послушная. Можешь позвонить домой и предупредить, что до вечера ты не вернёшься.
Иду за ним и пытаюсь не реветь. Вытаскиваю телефон из кармана. Найдя номер телефона Виктории, звоню ей:
— Вики, ты во сколько освободишься?
— В пять. А что?
— В семь часов Ройс уйдёт на работу, ты посидишь с Дженни?
— Конечно. А ты где?
— Зарабатываю деньги на адвоката.
— Ты с Ричардом? — услышала голос с упрёком.
— А есть варианты?
— Боже, Луиза. Уходи оттуда! Не смей этого делать! Я выставила на продажу ожерелье мамы. Деньги будут.
— Не нужно. Всего один день проведу с этим мудаком и получу деньги. Снимай объявление с продажи.
— Но ты же его ненавидишь!
— Мне хотя бы повезло, что он не урод и не толстый старик. Расскажи лучше, что узнала на работе? Ты консультировалась?
— Нужно смотреть более детально. Это не быстро происходит. Пока ничего не могу сказать.
Не успела ей ответить, как меня зовёт Ричард:
— Луиза, милая…
Я посмотрела на него. Он идёт от стойки регистрации ко мне, и я быстро говорю Вики:
— Мне пора. Отмени объявление о продаже. Даже не смей продавать! Ты и так очень много делаешь для меня.
Отключаю звонок, и Ричард, подойдя, берёт меня за руку и ведёт к лифту…
Уже в номере Ричард достал телефон и что‑то делает в нём. Подходит ко мне и показывает экран телефона. Сто тысяч долларов он перевёл мне на счёт. Я ещё толком осознать это не успела, а он уже откинул телефон на кровать и притянул меня к себе. Нежно поцеловал, стал раздевать меня…
Дальше последовал довольно привычный секс. Ничего особо нового… С небольшими передышками в течение всего дня я удовлетворяла Ричарда. Поимел он меня во все отверстия… Минет, вагинальный секс, анальный — тоже… Раздолбил меня так, что в конце вечера я почувствовала себя так, как будто меня отымело человек десять. Я ужасно устала… Если учесть, что секс чаще был всё‑таки насильственный, без моего возбуждения… Мне вдвойне плохо. Он почти не обращал внимания, что моё возбуждение на нуле. Просто трахал меня… Я плакала… Терпела… Боролась с рвотой, усталостью, отвращением к себе…
Когда он сказал:
— На сегодня можем закончить. Одевайся.
«На сегодня» — всего два слова пульсируют в голове так, что я забываю дышать. Просто смотрю на него. Он посмотрел на меня и, вздёрнув бровь, спрашивает:
— Да, милая?
— На сегодня?
— А ты думала, я буду тратить такие деньги только за один день секса?