Глава 3 (1/2)

Глава 3

Женя

До консультации оставалось шесть часов. Шесть часов, которые тянулись как шесть лет.

На первой паре я перестала слушать преподавателя уже через пять минут и просто смотрела в окно. На второй — записала в тетрадь «кривая Филлипса» и обвела это в кружочек раз двадцать, пока строчка не превратилась в синюю кляксу.

— Ты чего такая дерганая? — шепнула Венера, когда мы меняли аудиторию. — Из-за консультации?

— А из-за чего ещё? — буркнула я.

— Слушай, если так боишься, может, не ходи?

Я остановилась и посмотрела на неё. Не ходить? А дальше что? Получить автоматом тройку? А главное — он же сказал: «Я буду ждать». Не прийти после этого — значит показать, что он мне не нужен. Но это не так.

— Нет, я схожу. Мне надо для хорошей оценки.

— Ага, если бы из-за оценки, — решила подколоть Венера.

Я решила ничего не отвечать. Я и сама не знала, из-за чего именно так хотела на эту консультацию.

На паре перед самой консультацией я решила подумать над вопросами. Не буду ли я выглядеть глупо, если просто приду и скажу: «Я ничего не поняла». Поэтому все оставшееся время перед консультацией я придумывала план моего диалога с ним. Венера заметила, что в тетради я пишу совсем не то, что говорил преподаватель.

— Это уже слишком, — прокомментировала записи Венера, — просто плыви по течению.

— Как, если меня бросает в дрожь при одном взгляде на него?

— Постарайся успокоится, но я уверена, что он сразу поймет, что ты заучила диалог с ним.

— Черт, а как тогда? — растерялось я.

— Говори то, что чувствуешь, — смазанно ответила Венера.

Лекция закончилась, на часах 17:45, 15 минут до консультации. Венера опять убежала сразу после пары, ей нужно по каким-то делам. Я подошла к коричневой двери аудитории, где проходит макроэкономика, и стала ждать людей, которые тоже пришли на консультацию. Но все люди просто проходили мимо, некоторые прощались со мной. Осталась 1 минута до начала, а так никто и не пришел. Последний вариант был, что они просто уже сидят в аудитории. Про себя молясь, я открыла дверь. За преподавательским столом сидел статный мужчина в рубашке. На его стуле висел пиджак и галстук, а на самой рубашке расстегнуты 2 верхние пуговицы. Кудрявые волосы чуть выпали из укладки и упали мужчине на лицо. Как вы понимаете, это был Данила. И к превеликому моему сожалению, никого больше в кабинете не было.

Я схватилась за ручку дверью, как будто она была моим спасательным кругом. Может, сказать, что ошиблась дверью и уйти?

Но уже было поздно. Данила Алексеевич поднял глаза от бумаг. В его глазах не было удивления, как будто он ждал меня, лишь сказав:

— Евгения, проходите, садитесь, — он указал на первую парту перед собой.

Ничего не оставалось мне, кроме как зайти и закрыть за собой дверь. Усевшись за первую парту, я смущенно спросила:

— А больше… никто не придет? — мои щеки горели, как будто я признавалась в любви.

— А никто больше не записался. Видимо, у остальных не осталось вопросов, — откинувшись на стул, произнес Данила. Жест был расслабленным, но глаза смотрели внимательно, изучающе.

Я сглотнула. В итоге получается, что только я отсталая. Мне не хотелось выглядеть дурочкой перед ним.

— Давайте свои вопросы, — Данила достал белый лист, приготовившись записать их, — Вам же досталась тема с кривой Филлипса? Что именно не понятно?

Я посмотрела в свои записи. Весь придуманный мною диалог вообще не пригодился, а сами вопросы я не смогла найти среди кучи нарисованных солнышек. Единственный вопрос, который крутился в моей голове — это «Как вы относитесь к студенткам, который целуют незнакомцев в баре?»

— Э-эм… сейчас, — пробубнила я, лихорадочно пытаясь найти в своих записях хотя бы намек на вопрос, — вот, эм… Она… это… короткосрочная и долгосрочная… они по-разному работают, да?

Он чуть приподнял бровь. Мое смущение так и не исчезло с того разговора, и он это понимал.

— Так, давайте по порядку, — он встал и подошел к доске, — начнем с начала.

Все, давай учись, Женя. Он мне сейчас объясняет тему, стоит послушать. Мне нужна хорошая оценка по этому предмету.

Но когда он повернулся к доске и начал писать, я поймала себя на том, что смотрю не на формулы, а на то, как ткань рубашки обтягивает его спину, когда он поднимает руку с мелом. Боже, сколько он занимается? Я мысленно застонала. Ну почему я не могу просто слушать? Почему мой мозг вместо макроэкономики теперь решает задачку «сколько раз в неделю он ходит в зал»? Явно он не уделяет много времени спорту, потому что перекаченным он не выглядит, но точно держит себя в форме. Даже это совпадает с моими вкусами!

— Вы меня слушаете? — хрипло спросил меня Данила, вытаскивая из размышлений о количестве его тренировок.

— Да! Эм, то есть… — вспомнив последнюю фразу Венеры, решила признаться, — нет, простите. Я… сильно волнуюсь. Я правда готовилась к консультации, придумывала вопросы, но зайдя сюда, все вопросы просто вылетели из головы. Извините, что такая рассеянная.

Данила, не ожидая такого признания, чуть приподнял бровь, а в него глазах пробежало что-то… странное. Или мне показалось.

— Ладно, ничего страшного, — спокойно сказал он, — давайте заново.