Связь: Тень и Свет (1/2)
[Несколько месяцев назад]
— Если у тебя появится девушка или парень, дай знать. Я не буду ревновать и в случае парня постараюсь помочь, если вы где-то сильно спалитесь.
— Хорошо.
Всё остальное они прочитали по глазам друг друга при рукопожатии.
***Вчера вечером бывшие аутсайдеры про-лиги забрали третью путёвку на чемпионат мира. Можно было немного передохнуть, поэтому на следующее же утро Кун Хёк предложил Чену встретиться.
На базе YQCB видеться удобнее из-за одиночных комнат. В команде с Кун Хёком тоже были любопытные вроде Лу Юэ и Толстяка из ZGDX, но в целом там оказалось спокойнее, и два стрелка чаще зависали у Иерофанта, а не Чессмэна.
Так и сейчас, лидер ZGDX полулежал на краю кровати, прислонившись к мягкому изголовью. Хозяин комнаты развалился поперёк, головой закрыв прорези джинсов на коленях Чена. Тот был рад, что у Хёка тоже кто-то появился, да ещё и не пришлось далеко ходить. Хотя услышать имя капитана YQCB было ожидаемо.
«Так вот почему сегодня Студент был спокойнее, увидев меня со своим ненаглядным АД-керри».
Кун Хёк листал «Ферму киберспорта» и зачитывал некоторые комментарии или короткие посты. Больше интересовала тема совместного интервью.
«~ Чессмэн наконец-то признался, что не может без Иерофанта! Я счастлива вместе с ними, любимые Свет и Тень! *w*»
— О, давно на меня не наезжали, — при виде следующего комментария заметил Иерофант мимоходом.
«~ Ли Кун Хёк, отстань от Чессмэна!..»
— Ага, размечтались, — продолжал он.
«…найди уже себе девушку, а ему и Смайлин не мешай!»
«~ Или парня, лол…»
— А прикинь, к этому ещё и твой Лян Шэн добавится.
— Обойдутся… Если сам не предложит, не хочу втягивать, ему и так есть, о чём думать.
— Какой заботливый, — подколол Чессмэн, и его тут же пихнули плечом в голень.
Лидер усмехнулся, тоже не отвлекаясь от своего телефона. Закрылось детейлинг-ателье, куда Чен обычно ездил, и сейчас он просматривал варианты и отзывы, медленно перебирая в пальцах планку серой рубашки. Параллельно он слушал озвучку комментариев. Нравилось и позитивное настроение Хёка, и результат конференции.
«~ Э-эй, не смей завершать, Иерофант! Вы же лучшие в лиге, и оба ещё на пике»
«~ Плюсую, им если уходить, то вместе»
«~ Теперь я точно уверен, что их пейринг жив!»
«~ Остыньте, блин. Он же сказал — в интересах только киберспорт»
«~ Лол, Чессмэн это так-то тоже киберспорт))»
— А они молодцы, — хмыкнул Чен.
«~ Смайлин, если теперь ты бросишь Чессмэна, стань моей! Я тебя никогда не предам, моя богиня!»
— Стоп… — Хёк сначала пролистнул дальше, но внезапно вернулся к предыдущему комментарию. Прочитал ник автора и по-доброму рассмеялся. — Хан Сок, ну ты-то куда!
— Твой брат всё не сдаётся? — поднял бровь Чен.
— Угу, забавный бедняга…
Хёк покачал головой и продолжил смотреть отклики толпы. После слов младшего брата попались ещё ответы в пользу Лу Сы Чена и Тун Яо.
Недавно обоим АД-керри понравилось, что их действия вызывали бурную реакцию в сети, не переходящую в скандал. Было что-то в этой игре с огнём, когда парни вкидывали народу повод для их пейринга по типу «вроде бы, да не совсем». Слишком невинный для серьёзной шумихи и внимания руководства, но достаточный для реакции толпы шипперов и кучки хейтеров. Недовольство вторых неизбежно глушилось счастливым визгом первых в текстовом виде, так что проблем не было. К тому же, оставалась на виду пара Чессмэна и Смайлин, о которой в своё время даже официально заявили от клуба, и это всё же отвлекало внимание более серьёзной части общества, чем просто фанаты с неуёмной фантазией.
— Видишь, как удобны твои отношения со Смайлин, — деловито заметил Хёк.
— Да вообще.
Может, будь АД-керри единоличными игроками, их меньше заботила реакция публики. Но они были частью своих команд, Лу Сы Чен вовсе капитан, над ними стояло руководство клубов. Незачем впутывать других.
«~ Пересматриваю интервью и просто пла́чу, а слова Иерофанта о победе ZGDX… Так рад за любимого!»
«~ Народ, вы тоже словили флешбэк с этого фото с микрофоном? Прямо как тогда в ТАТ!»
— Здесь даже откопали нашу старую фотку, когда я говорил, что мы будем играть по очереди. Помнишь?
Хёк потянулся на кровати и показал Чену экран с комментарием. Тот тепло улыбнулся, всмотревшись в знакомую картинку:
— Ещё б не помнить. Легендарная фотка.
Изображение с ними в форме ТАТ подкинуло бывшему капитану другие кадры воспоминаний. Ли Кун Хёку нравилось, как изменился Чессмэн с момента их знакомства.
Амбициозный новичок из богатой семьи, бойцовский характер и азарт которого в полной мере сначала раскрывались лишь на сцене, где Чессмэн ощущал себя как рыба в воде. Но его туда редко допускали (и обычно с подачи лидера), это постепенно расстраивало парня. Вдобавок отношение со стороны части команды, тренеров и фанатов ТАТ, временами походившее на травлю. Это мерзкое комбо имело накопительный эффект и надламывало даже такого, как Чессмэн из-за нехватки у него самоконтроля тогда ещё. Потому в некоторых ситуациях он и мог выглядеть робким запасным с потухшими глазами.
Мир всегда жесток к «другим», и киберспорт не исключение. Южная Корея — грозная сила на мировых турнирах не в пример Китаю. В то время Поднебесная ещё не начала повально скупать корейских киберспортсменов, именитых и не очень. Если игрок сам решал сменить спортивное гражданство, а удержать его не удавалось, клубы были бессильны. Благо, происходило это не часто. Зато принимать новых участников-иностранцев и посвящать их в секреты своего успеха не спешили. В клубах большинство людей, начиная от руководства, придерживалось идеи, что корейцы должны играть под своим флагом, а остальные — не соваться к ним, и общественность это разделяла. К тому же благодаря популярности киберспорта в стране хватало желающих играть профессионально. В итоге «другие» очень редко умудрялись попасть в элитную корейскую команду, а вступив, обычно не задерживались там. Отчасти потому, что при любом удобном случае им доставалось намного сильнее, чем «своим». Особенно если такой игрок ошибался, и это приводило к проигрышу команды.
Но Чессмэн не сдавался. Лидер ТАТ это уважал и старался поддерживать талантливого сокомандника, несмотря на угрозу замены, если стрелок-запасной нагонит Иерофанта по уровню, а руководству станет уже не до национальностей. Ли Кун Хёк не боялся здоровой конкуренции и даже считал её полезной. Хотя у него была и другая, личная, причина такого отношения. Когда же Чессмэна приняли в основу как второго полноценного стрелка, бывший новичок стал раскованнее и смелее, воспринимать его стали лучше, особенно женская часть фанатов. Но косые взгляды и шёпот за спиной до конца не исчезли, даже когда гений из Китая стал ведущим игроком. Это не Иерофант, которого обожали безоговорочно.
Теперь Чессмэн — самая яркая и всеми любимая звезда про-лиги OPL, «бог АД-керри» и сильный капитан лучшей команды Китая, умеющий контролировать эмоции и манипулировать фанатами, которые даже придерживают плохие комментарии в его адрес. А повторись история с травлей сейчас, она бы едва пошатнула Лу Сы Чена. Нет, сейчас он бы просто не дал такому случиться. Во взгляде ни следа робости — только холодная уверенность и воля к победе. И тонна сарказма впридачу.
Ли Кун Хёк гордился Ченом. Как и в других матчах, в финале Иерофант ни в коем случае не думал поддаваться и до последнего не верил в проигрыш. Но от победы ZGDX не испытал ни капли негатива. Всё полностью заслуженно, а любой наставник рад успехам ученика, даже когда тот его превосходит. Только Иерофант старался не говорить этого вслух, а то его Свет совсем зазнается.
Телефон Кун Хёка зазвонил, на экране высветилось «Мама». Кореец поднялся с кровати и ответил негромким приветствием. Чен отвлёкся от сайта очередной фирмы, давая перерыв глазам. Пока хозяин комнаты расхаживал вдоль панорамного окна, Чен бесцельно оглядывал давно знакомый интерьер, иногда возвращаясь к худощавой фигуре в тёмной свободной одежде. Лучи закатного солнца рассеивались плотным тюлем и добавляли мягкого света в уютный лофт пастельных тонов. На одной из навесных полок Чен заметил почти собранный кубик Рубика. Хёк редко не завершал сборку. Руки сами потянулись к яркой головоломке.
Мог ли Лу Сы Чен подумать, насколько такая простая вещица и лишь один взгляд способны пошатнуть решимость. В тот зимний вечер, когда Кун Хёк напоследок кинул ему кубик, тихим отчаянием в пронзительных глазах вывернул душу Чессмэна и буквально взял с него обещание: встретиться. Прощальная улыбка на маске спокойствия, едва сдерживающей шквал эмоций. И быстрый, без лишних слов, уход. Чен не помнил, сколько времени тогда простоял как вкопанный посреди дороги, сжимая в руке кубик в разноцветную клетку, и пытался собрать разлетевшийся вдребезги порядок мыслей и планов на ближайшие дни. Даже чуть не сдал билет на самолёт.
Чен не был уверен, что тоже смог бы вот так отпустить. Но Ли Кун Хёк привык уважать личные границы. Он всё видел и понимал. Чессмэн сторонился возникших между ними чувств и даже боялся их, а Кун Хёк не желал принуждать его. Как бы ни было больно самому себе.