Экстра. Сонхва и Хонджун. (2/2)
— Да, — ответил он, и искры вокруг Хонджуна восторженно закружились быстрее прежнего.
— Теперь я могу пригласить тебя на свидание?
— Какой же ты упрямый, Хонджун.
— Я просто очарован тобой.
Сонхва никогда не воспринимал знаки внимания и слова оборотня всерьез. В конце концов, внешность дриад всегда вызывала интерес других существ, притягивала необычными чертами, отличавшими их от обычных людей. Он принимал комплименты и подарки, как должное, отмахиваясь от предложений о чём-то большем. Пусть он был низшим божеством, но неприкосновенность его тела была очевидна и неоспорима. И всё же Хонджун упорно настаивал на своём, не растеряв запал за четыре года знакомства.
Сонхва не был способен предвидеть будущее, но сейчас, смотря в глаза Хонджуна, он увидел что-то, что заставило его медленно кивнуть и признаться самому себе, что он был очарован оборотнем не меньше. Его обычно спокойное сердце взволнованно затрепетало от мысли о том, что он был готов дать шанс Хонджуну. Дать шанс этим чувствам, что так долго набирали силу, а теперь их было сложно игнорировать.
Сглотнув ком волнения, Сонхва решился задать вопрос, от которого зависело слишком много:
— Ты знаешь, что я здесь делаю? Кто я на самом деле? Я не просто какая-то нимфа, торгующая растениями и любовными зельями.
Будто в подтверждение его слов, вороны важно расправили крылья и невпопад начали издавать звуки, слишком похожие на хриплый смех. Умоляюще взглянув на птиц, Сонхва мысленно просил их прекратить, но вороны и не думали затыкаться.
— Я понял вас, — сдерживая улыбку, протянул Хонджун, и только тогда вороны умолкли, а потом и вовсе упорхнули к окну, с любопытством разглядывая, что происходило на улице.
Задержав дыхание, Сонхва терпеливо ждал ответа. Он был искренен, и отчаянно жаждал, чтобы его приняли таким, какой он был. С этой тёмной стороной, которая в конечном итоге отталкивала тех, кого он решался подпустить ближе.
Поставив цветы обратно в вазу, Хонджун склонился над стойкой и робко положил свою ладонь поверх подрагивающих от волнения пальцев Сонхва. Прикосновение заставило глаза оборотня тут же вспыхнуть жёлтым, и Сонхва непроизвольно вздрогнул, заворожённый проявлением прежде незнакомой ему силы. Сложной, запутанной, как и он сам. Заманчивой и сладко пахнущей костром и корицей. А ещё чем-то, что казалось его самой большой слабостью за все прожитые сотни лет.
— Я прекрасно знаю, кто ты и все твои методы работы. Но я знаю и твою другую сторону, нежную и прекрасную, как эти цветы. И она точно сильнее, — голос Хонджуна был уверенным, и не дрогнул ни разу, даже несмотря на то, что с каждым словом его лицо покрывалось всё более ярким румянцем. — Так что, Сонхва, ты примешь эти цветы и моё приглашение на свидание?
— Ты знаешь их значение? — тихо спросил Сонхва, переплетая свои пальцы с пальцами Хонджуна в замок. — Раньше их часто использовали на свадьбах, они символизируют начало чего-то значимого. А ещё то, что независимо от обстоятельств в твоей жизни, ты справишься с трудностями и достигнешь своего счастья.
Искорки пыльцы, кружившие вокруг Хонджуна, медленно осели на его коже, словно невесомый поцелуй, заранее подаренный дриадой.
— Это да. Мы можем пойти на свидание.
С этого дня жизнь Сонхва была наполнена запахами костра и специй.