Экстра. Юнхо и Минги. (1/2)
a pot of fresh coffee, split knuckles and sour lemon candies
кофейник со свежим кофе, разбитые костяшки пальцев и кислые лимонные конфеты
Годы работы в популярной пекарне научили Юнхо трём важным навыкам: ни за что не концентрировать слух на разговорах посетителей, не задерживаться после закрытия и, конечно же, не давать смеси стольких запахов, особенно человеческих, кружить голову. С первого дня открытия во время смены для него существовали лишь ароматы кофе, ванили и выпечки. И всё же в последнее время его гармония запахов была бесцеремонно нарушена, но это была приятная новизна с ярким ароматом кисловатой лимонной карамели. Юнхо трепетно ждал её появления каждый день.
К вечеру почти не было слышно разговоров посетителей, да и те были приглушены ненавязчивой музыкой. Юнхо тихо напевал мелодию себе под нос, поправляя и без того ровно расставленные пирожные на витрине, и то и дело поглядывал на наручные часы, время на которых приближалось к девяти часам.
Звон колокольчика заставил его вздрогнуть и тут же расплыться в улыбке. Ему не было необходимости поворачиваться к входной двери, одаривая посетителя дежурным приветствием, ведь он и так знал, кто это был. Знакомый цитрусовый запах он почуял ещё несколько минут назад, когда Минги только вышел из метро и направился в сторону пекарни.
Схватив кофейник со свежим кофе, Юнхо налил целую чашку ароматного напитка и, щедро сдобрив его тыквенным сиропом, повернулся к своему самому любимому посетителю. Смущённо улыбнувшись, Минги благодарно взял чашку из рук Юнхо, касаясь его пальцев своими, слегка ледяными от холода.
— Что случилось? — спросил Юнхо, обеспокоенно глядя на разбитые костяшки и царапины на руках Минги.
— Заставить лис вести себя хорошо не так-то просто! — возмущённо воскликнул Минги и надул губы, чем вызвал у Юнхо неконтролируемый приступ смеха.
Он прекрасно понимал, о чём говорил Минги: иногда лисы были просто неуправляемыми. Его собственное терпение было проверено на прочность не раз, и он с ужасом представлял, какой хаос будет происходить в доме Сана и Уёна, когда Минджэ, их сын, достаточно подрастёт, чтобы присоединиться к сёстрам. Ни у кого не было надежд на то, что серый лисёнок будет обладать спокойным характером.
С трудом перестав смеяться, Юнхо принялся протирать стойку, пытаясь занять себя до закрытия, но его взгляд то и дело непроизвольно оказывался на Минги, который неторопливо пил горячий кофе, пытаясь согреться. Оставив бессмысленную затею навести порядок в идеальной чистоте, Юнхо бросил тряпку в раковину и, облокотившись о стойку, прикрыл рот ладонью, пряча глупую улыбку.
Перебороть желание наклониться ближе и поцеловать слегка кровоточащие царапинки на пальцах Минги было невероятно тяжело. Оторвать взгляд от его лица — попросту невозможно. Его человек был совершенно обыкновенным, но в то же время Юнхо не встречал никого сложнее и загадочнее. У него были целые галактики в глазах, вечное тепло в сердце и аромат лимонной карамели, пропитавший кожу. Иногда чужие запахи были настоящей пыткой для обоняния Юнхо, но Минги был необъяснимым исключением. А может быть дело было в том, что он влюбился с первого взгляда, как мальчишка.
— Пялишься, — усмехнувшись, сказал Минги. Поправив очки, он придвинулся немного ближе, в конце концов оказываясь в шокирующе неприличной близости к лицу Юнхо. — У меня есть кое-что новое. Хочешь зайти ко мне сегодня вечером?