Часть 2 (1/2)
После первой совместной тренировки Пётр Гуменник и Илья Малинин направились в тихое кафе Олимпийской деревни, как и договорились. Атмосфера была уютной... приглушённый свет ламп, лёгкий гул разговоров других атлетов и аромат итальянской кухни — паста, свежий хлеб и вино. Они уселись за угловым столиком, вдали от посторонних глаз, и Пётр почувствовал, как напряжение дня спадает. Илья, с лёгкой улыбкой, заказал еду.
— Ну, Петь, давай... how do you say... отмечать нашу первую тренировку? — сказал Илья, поднимая бокал с вином. — Я рад, что мы... познакомились. Ты прыгаешь круто, seriously.
Пётр усмехнулся, чокаясь с ним. — Спасибо, Илья. Я тоже рад. Ты... ты меня удивил сегодня. Думал, ты будешь такой... звёздный, недоступный. А ты простой парень, про всё спрашиваешь.
Илья рассмеялся, откидываясь на стуле. — Простой? Ха, ну да. В США все думают, я какой-то superhero с quadruple axel. А я просто люблю кататься. Расскажи о себе. Ты из России, да? Как ты начал в фигурном катании?
Они разговорились за ужином. Пётр поделился своей историей: как в детстве в Санкт-Петербурге пошёл на каток, чтобы отвлечься от школьных проблем, как тренеры заметили талант, и как он боролся за место в сборной. Илья кивал, жуя пасту, и иногда вставлял английские слова, когда не мог быстро подобрать русские.
— У меня похоже, — ответил Илья. — Мои родители из Узбекистана, но русские корни. Переехали в США, когда я был маленький. Там... pressure большой. Все ожидают, что я выиграю всё. But fun иногда теряется. Расскажи ты, как прошли твои тренировки с Рафаэлем?
— Строгий, но гений. Без него я бы не был здесь. А ты... ты с ним давно? Расскажи, как он тебя учил тому акселю?
Илья улыбнулся, объясняя технику на смеси языков: — Он учит... control, баланс. Говорит: ”Ilia, не спеши, feel the ice”. Я пробовал много раз, падал, but now it's my thing. А ты пробуй больше, Петь. У тебя получится.
Ужин прошёл в тёплой атмосфере, с шутками и смехом. Они говорили о любимых элементах, о забавных случаях на тренировках — Илья рассказал, как однажды упал во время шоу и все аплодировали, думая, что это часть номера. Пётр чувствовал, как между ними растёт связь: не просто коллеги, а друзья. Взгляды задерживались дольше, улыбки становились теплее. Когда они вышли из кафе, снег мягко падал на улицы Милана, и Илья предложил:
— Давай прогуляемся? Ночь красивая, and I don't want to end this yet.
Пётр согласился, и они пошли по освещённым тропинкам Олимпийской деревни. Холодный воздух бодрил, а их шаги синхронизировались. Илья иногда касался плеча Петра, якобы поправляя шарф, но касание длилось дольше.
— Знаешь, Петь, я удивлён тобой, — сказал Илья тихо. — Ты... deep, эмоциональный. В США все такие... surface level. А ты спрашиваешь про настоящее.
— Ты тоже, Илья. Не ожидал, что американская звезда окажется таким... добродушным, — ответил Пётр, глядя на него. В этот момент их руки соприкоснулись, и ни один не убрал. Прогулка длилась полчаса: они говорили о мечтах — Илья о жизни после катания, может, о коучинге; Пётр о путешествиях. Атмосфера накалялась, намёки на влечение витали в воздухе.
Следующий день.