Часть 1 (1/2)

За стеклянными стенами тренировочного катка шумели болельщики, волонтёры переговаривались на итальянском, а по громкой связи объявляли расписание официальных тренировок. Лёд сиял под прожекторами, испещрённый следами лезвий — словно карта уже случившихся побед и падений.

Пётр Гуменник стоял у бортика, затягивая шнурки. Он чувствовал не столько волнение, сколько странное напряжённое ожидание. Сегодня им поставили тренировки в одно время — ему и Илье Малинину. Не случайно. Пётр сам просил об этом, через тренеров, осторожно, без лишнего шума. Хотел проверить себя рядом с тем, кого называли главным фаворитом.

Илья появился на льду под щелчки фотокамер. Лёгкий, собранный, с наушниками на шее. Он снял куртку сборной США и сделал первый разгон — быстрый, резкий, с мощной дугой. Несколько фигуристов невольно притормозили, наблюдая. Даже тренеры переглянулись: атмосфера в группе сразу изменилась.

Илья заметил Петра почти сразу. Подкатил, притормозив в полуметре, и протянул руку:

— Hey, Peter! I'm Ilia. Heard you're training with Rafael too? — сказал Илья на английском с лёгким акцентом, его глаза блестели от любопытства.

Пётр кивнул, стараясь скрыть удивление. Он ожидал холодного профессионализма от звезды, но Илья был... простым. Добродушным. ”Простой парень, про всё спрашивает”, — подумал про себя Пётр. Они пожали руки, и Пётр почувствовал тепло ладони Ильи сквозь перчатки — оно разошлось по телу, как искра.

— Да, Рафаэль помог мне с четверными. Ты... ты невероятный на льду, — ответил Пётр на русском, его голос слегка дрогнул. Он не ожидал, что Илья окажется таким открытым.

Илья пошёл на четверной аксель. В зале стало тихо — только свист лезвий и резкий толчок. Прыжок получился почти чистым, с едва заметным шагом на выезде. Пётр поймал себя на том, что улыбается — не из зависти, а из восхищения.

Когда Гуменник пошёл на свой четверной лутц, Илья не отвернулся. Он наблюдал внимательно, как равный. После приземления кивнул:

— Высота отличная. Попробуй чуть позже раскрыться.

Это было неожиданно — без снисходительности, без соревнования. Просто обмен опытом. На следующем заходе Пётр упал. Бок соприкоснулся с холодной и твердой поверхностью льда, дыхание сбилось. Илья первым подъехал, протянул руку:

— Всё нормально?

Касание было коротким, но уверенным. Пётр поднялся сам, но благодарно кивнул. Между ними возникло что-то ещё — не только спортивный интерес, а ощущение, что рядом стоит человек, который понимает цену риска.