Глава 14 Значение (1/2)
— Ну скажи хоть что-нибудь, — Ши Шаньян швырнул сломанный коммуникатор; пальцы онемели от разряда наручников. — Хочу почувствовать твою благодарность.
— Огромное спасибо, — бросил Янь Цзюньсюнь, открыл дверь и через несколько шагов спустился по лестнице.
— М-да, — Ши Шаньян прислонился к косяку, провожая взглядом Янь Цзюньсюня, направлявшегося к спорткару. — А ты, оказывается, душевный человек.
Янь Цзюньсюнь распахнул дверцу и спросил бортовую систему:
— Всё в порядке?
В салоне повисла тишина, прежде чем загорелся индикатор маленького рыжего дракончика:
— Готов к вашим указаниям.
— Перезагрузи систему в доме. Разбуди Фатду.
У маленького рыжего дракончика мигнул индикатор, на нём появился красный крестик:
— Объект 7-001 проходит повторную проверку. Для перезагрузки системы требуется особый приказ «Чёрной Пантеры». Фатда переведена в спящий режим. Рекомендуется заменить её на Артемиду в качестве главного управляющего. Вызвать Артемиду для господина Яня?
Несколько капель упали Янь Цзюньсюню на спину.
— Нет. Удали историю запросов по объекту 7-001.
— Принято, — продолжил дракончик. — Обнаружена продолжительная вредоносная атака. Разрешите временно закрыть все каналы связи для вашей безопасности?
Янь Цзюньсюнь посмотрел на дракончика:
— Иди спать.
— До завтра, — на экране дракончика возник смайлик. И, почти шёпотом, добавил: — Мне и правда не мешало бы отдохнуть…
Свет в салоне погас.
Небо почернело от туч, дождь крепчал. Янь Цзюньсюнь стоял, вглядываясь в затихший салон машины, пока спину не начало пронизывать холодом от промокшей одежды. Только тогда он выпрямился и захлопнул дверцу.
— Надо давать людям понять, что ты зол, — голос Ши Шаньяна пробивался сквозь шум ливня.
— Это ты дай понять Фу Чэнхуэю, — обернулся Янь Цзюньсюнь. — Что он тебе такого сделал?
— Много чего. Дай вспомнить, — Ши Шаньян сделал задумчивое лицо: — Отобрал пистолет, вколол успокоительное, надел ограничительные наручники, да ещё и чип слежения вживил. Столько острых ощущений, и не перечесть.
Одежда Янь Цзюньсюня промокла насквозь. Он провёл ладонью по крыше машины:
— Непохоже на взаимовыгодное сотрудничество.
— Зато теперь я выгляжу как неприступная крепость, и ко мне не лезут со светскими разговорами. Тишина, вот что я получил, — Ши Шаньян опёрся одной рукой о косяк. Металл наручников впился в запястье. — Тебе не надоело? Вечно приходится нянчиться с их хрупкими чувствами, как с Цзян Лянем. А надо было сразу сказать ему, что ты вообще не хочешь участвовать в этих делах, что они вмешиваются в твою жизнь… — Он помолчал немного и хитро добавил: — …и сон.
Янь Цзюньсюнь подумал, что дождь очень кстати. Между ними словно выросла невидимая стена, отделившая его от Ши Шаньяна. Проницательность Ши Шаньяна вызывала мурашки, наверное, то же самое другие чувствовали под его собственным взглядом.
Ши Шаньян умел раздувать мельчайшие детали, а мысли его неслись быстро. Янь Цзюньсюнь убедился в этом на месте преступлений. Он постоянно намекал, но сам не вмешивался, будто в свой отпуск зашёл в кинотеатр и решил шепнуть Янь Цзюньсюню пару ключевых слов перед финалом. Пугало то, что всё это время он спал, и ни одна его подсказка не оказалась ложной.
— Ты всё ещё как неоперившийся птенец, — Ши Шаньян чутко улавливал запахи в комнате. — Фатда хочет опекать тебя, оберегать каждую мелочь. Тебя ранило исчезновение Артемиды?