Глава 10 Шум дождя (1/2)

В комнате Хо Цинцзюня стоял полумрак, единственное крошечное окошко было наглухо завешено тряпкой, напоминающей рваную занавеску. Походная койка, купленная на вторичном рынке, жалась к покрытой пятнами известкового налёта стене, как истощённый узник, укрытый плесневым одеялом. Всё вокруг было в полном беспорядке: под пластиковым столом валялась груда книг, в основном по уголовному праву и математике.

— Кто-то специально приходил почтить его память, — носок туфли Ши Шаньяна аккуратно обошёл лепестки у порога, — и принёс лилии.

Взгляд Янь Цзюньсюня приковала стена за пластиковым столом, она была сплошь усеяна черновиками с математическими задачами, выведенными рукой Хо Цинцзюня. Он подошёл ближе, не прикасаясь к бумагам, слегка склонил голову. В гуще формул и расчётов разглядел то небрежные, то аккуратные слова:

Я не виноват.

Это была единственная пометка Хо Цинцзюня на всех черновиках. Независимо от почерка он выводил её с такой силой, что перо ручки прорывало бумагу, оставляя чёрные, расплывшиеся пятна, поглощавшие уравнения. Казалось, в припадке безумия он отчаянно пытался доказать свою правоту.

— Добро пожаловать… — внезапно раздался механический голос с походной койки. Он успел выдать только два слова, как тут же утонул в шипящем «ш-ш-ш» помех, а через несколько секунд продолжил: — …ты вернулся.

Ши Шаньян у подушки Хо Цинцзюня заметил крошечного, невероятно старого робота. Овальная голова в шапочке прижималась к одеялу, и он монотонно повторял:

— Ты вернулся.

— Игрушка, вышедшая из употребления сто лет назад. — Ши Шаньян несколько мгновений разглядывал робота и спросил: — Ты здесь живёшь?

Электронные глазки робота, похожие на защитные стёкла, тревожно мигнули слабым светом. Он ответил по заложенной программе:

— Да, я здесь живу. Это мой дом.

— Здесь довольно прохладно, — Ши Шаньян помедлил и добавил: — А где твой папа?

— У меня нет папы. — Робот не улавливал оттенков человеческой интонации, он продолжал по-своему: — Учитель, добро пожаловать домой.

Такие роботы появились самыми первыми, чтобы учить малышей говорить. Они могли выполнять простейшее распознавание и поддерживать минимальный диалог с ребёнком. Позже их вытеснили умные системы. В развитых районах вроде Гуангуй и Гуантуна их теперь коллекционируют как антиквариат. Они были крошечными, чуть умнее обычной собаки.

Хо Цинцзюнь ухаживал за малышом на совесть. Несмотря на древний возраст, робот был чистым, даже его крошечные конечности. Он не отличал хозяина от других и любого, кто двигался в комнате, принимал за Хо Цинцзюня. В нём не было ни агрессии, ни настороженности, только устаревшие данные, заложенные для простого общения.

Пока Ши Шаньян разговаривал с роботом, из соседней квартиры отчётливо доносились звуки видеоигры мужчины. Янь Цзюньсюнь оказался зажат между двумя источниками шума. Вдобавок из-за слишком высоко расположенного окна нельзя было разглядеть улицу, отчего ему стало невыносимо некомфортно.

Убийца здесь не была.

Янь Цзюньсюнь не нашёл ни единого её следа, всё пространство принадлежало только Хо Цинцзюню.

Окно никогда не открывали; скорее всего, оно было наглухо заделано. На столе лежала ручка Хо Цинцзюня с незакрученным колпачком, а придавленный ею учебник остался в том же положении. В груде книг у ног Янь Цзюньсюня не было чужих отпечатков обуви, только следы Хо Цинцзюня.

Почему она не вошла?

У неё не нашлось повода.

Нет.

Янь Цзюньсюнь подумал: если бы она захотела, способ бы нашёлся. Она была невероятно настойчива по отношению к своим целям, проявляла одержимый интерес к их образу жизни. Она шествовала по этим местам, будто королева по своим владениям. Но в дом Хо Цинцзюня она не входила; она знала его адрес, но просто не хотела.

— Какие песни ты умеешь петь? — Ши Шаньян спросил маленького робота.

— Я не умею петь, — ответил робот, медленно поднял ручку и прижал её к одному уху. — Если хочешь послушать музыку, я могу включить.

Ши Шаньян подыграл:

— Давай послушаем.

Робот замер. Через пять секунд Янь Цзюньсюнь и Ши Шаньян услышали шум дождя. Он был густым, плотным, обволакивающим уши. Янь Цзюньсюнь ощутил, как кожа под футболкой подаёт сигналы тревоги, мужчина совершенно не выносил такой сырости. Но дождь лил неустанно: стучал по лужам, заглушал ручьи, словно дышала густая лесная чаща. Это был звук, помогающий уснуть.

Робот выбирал только ту мелодию, которую запускали чаще всего. Это значило, что Хо Цинцзюнь часто засыпал под шум дождя. Казалось, он хотел раствориться в этой тёмной, сырой комнате, позволить телу покрыться плесенью. Он влачил жалкое существование в этой забытой, ветхой щели, без огня, без солнца. Только дождь.

— Выключи. — Янь Цзюньсюнь внезапно обернулся.

Ему стало совсем плохо, тело покрылось липкой испариной, словно он уже лежал на этой койке. Говоря это, он заметил угол одеяла на роботе; именно так Хо Цинцзюнь укрыл его в день исчезновения.

Хо Цинцзюнь укрыл его одеялом, возможно, погладил по голове, и вышел, зажав в руках не подшитые черновики.

— До свидания, учитель.

Робот, как всегда, помахал ручкой.

До свидания, учитель.

Хо Цинцзюнь вышел в шуме дождя, и превратился в фрагменты тела, плавающие в дренажной канаве. Янь Цзюньсюнь отчётливо помнил все детали из материалов: как Ши Шаньян и заметил, убийца раздела Хо Цинцзюня догола. Она не слишком умела в расчленении. Она положила Хо Цинцзюня на то же место, где до него лежали двое, и привычно придавила тело. На ней были резиновые перчатки для уборки.

Но тупой инструмент резал плохо, фрагменты вышли особенно неряшливыми.

Так не должно было быть, — быстро подумал Янь Цзюньсюнь.

Это была её третья жертва. Она уже знала, с чего начинать, но тело Хо Цинцзюня обработано хуже всех.

Хо Цинцзюнь, возможно, был ещё жив. Он не умер сразу, он сопротивлялся.

Дыхание Янь Цзюньсюня участилось. Этот проклятый шум дождя всё лил и лил, ему казалось, что кровь уже брызжет в лицо. В голове на доске заскрипело торопливое письмо, звуки игры соседа врывались в мысли, словно саранча. Янь Цзюньсюнь непрерывно переключался между доской и воображаемыми картинами, будто сидел на корточках на стройке и смотрел чёрно-белый фильм. Весь мозг переполняла информация.

Чёрт, как же шумно!

Янь Цзюньсюнь хотел схватить соседа за ворот и выключить эту дурацкую игру.