Глава 2 (2/2)
— Конечно справлюсь, — солгал Чонгук. И добавил… — Но если что, беги быстрее меня, а ни то оба станем его первой добычей.
— Трусишка, в попе шишка! — Тэхён поднял прибившуюся к бережку пустую шишку, метнул её в Гукмана и сорвался на бег.
— Ух ты! — Юноша побежал следом, прыгая с камня на камень, пересекая ручей, медленно переходящий в большую горную реку.
— Постой, — пытаясь отдышаться, сказал Чонгук, добежав до шустрого Тэхёна. — Давай зажжём факел, я первым пойду.
Татти кивнул, Чонгук отдал пылающий факел ему и взявшись за оружие, приготовил его в случае необходимости. Они вошли в пещеру…
— Тут нет никого, — сказал Чонгук оглядевшись.
— Вон там… — указал Тэ и поднёс огонь… — Гляди…
На лиственной подстилке, больше походящей на гнездо, сидел один большой комок и три маленьких. Волчица жалась к своим волчатам. На удивление она не рычала и не пыталась напасть, только скулила грустно. Её раненая лапа кровоточила…
— У неё детки, — словно сам себе сказал Тэхён и резко взглянул на спутника. Только у Чонгука есть оружие. И только он сможет навредить животному, если захочет. Тэхён боялся этого. У него появилось желание оставить волчицу и уйти. На короткий миг юноша впустил в голову мысль, и она его напугала…
«Чонгук гораздо больше меня, во много раз сильнее и опаснее. Он прирождённый добытчик…» — Тэ не сможет противостоять своему спутнику и это лишь сильнее напугало его.
— Спокойно… — прошептал Чонгук, подбираясь к волчице. Он сунул руку в котомку, животное напряглось. Всем своим видом она просила людей…
«Пожалуйста, уходите! Прошу вас…»
— Не бойся, — шепнул Чонгук. Тэ уставился на парня и ловил каждое его движение. Чонгук вынул из котомки свёрток. Развернул его, опустил неподалёку от волчицы большой кусок вяленого мяса и попятился назад.
— Нам лучше прикрыть пещеру камнями, оставим небольшой проход для неё, иначе другие звери заберутся и разорвут волчат.
— Она ранена…
— Да, я видел, — кивнул юноша. — Рана не серьёзная. Она залижет её, а оставленное мясо даст ей сил. И ещё… — он огляделся, нашёл подходящую плотную кору с углублением и налил в неё воды… — Она поправится…
Тэхён кивнул. В его душе всё перевернулось от этих слов. Он взгляда от Чонгука отвести не мог. Раньше он думал, что такие как Гукман грубые, неотёсанные варвары. А оказывает это не так.
Они быстро управились. Обложили вход в пещерку камнями, оставив щель для волчицы и наспех спустились к воде.
— Почему ты не убил её? — Тэхён опустил руки и потрогал камешки на дне.
— Я не имею на это право… и как я мог? Она одна с детёнышами, она женщина и ранена…
— Знаешь, сегодня будут выбирать избранного… — Тэхён с грустью взглянул на белый мокрый камешек, — Я хочу пропустить церемонию.
— А я мечтаю стать избранным! — Чонгук метнул пару камней в воду. — Но тебе это не нужно.
— Это ещё почему? — Тэхён встал в полный рост, расправил с вызовом плечи.
— Потому что твоему племени улыбнулась удача, когда родился ты!
Тэхён прикусил нижнюю губу. Он хотел бы возразить Чонгуку, но время скоротечно бежало, быстрее чем пустившиеся в галоп кони.
— Нам пора возвращаться, — заметил Тэхён и Чонгук с ним безмолвно согласился.
На пересечении дорог они расстались, прежде чем каждый поедет своей дорогой - распрощались…
— До встречи, Чонгук из племени Виорга.
— До встречи, Татти, — улыбнулся Гукман и понёсся наперегонки с ветром. А Тэхён оборачивался на него и едва заметно улыбался.
***
Пир и празднество завершились. Но юноша не сильно переживал по этому поводу. Целый день он гулял с Татти и не верил такому счастью.
Чонгук вернулся перед самым началом и последним опустил свою кость в мешочек. Его мать сердито взглянула на юношу, но отчитывать не стала. Всё племя от мала до велика замерло. Люди внимательно следили за каждым движением жрицы. Она взмахнула руками, и шаман ударил в бубны. Началась традиционная пляска.
Старейшины закурили свои трубки, дым окутал стройное тело женщины. Несмотря на то, что она родила более десяти сыновей и дочерей, её фигура оставалась тонкой и гибкой. Она плавно двигалась, взывая к предкам и энергии природы. Кого они изберут её рукою?
— Пусть это буду я, — шептал Чонгук, прикрывая глаза. А рядом толпились такие же юноши и девушки. И каждый грезил стать избранным, чтобы иметь возможность исполнить предписанный долг. Это великая честь и смысл жизни.
Когда жрица подпрыгивала, махая веером из перьев, люди кланялись и восклицали…
— Виорга! Виорга! — их первый предок, прародительница рода. Она свела вместе пять маленьких кланов и образовала великое племя. Её наследие живо по сей день и будет лишь процветать. Мужчины колотили по барабанам, а звук бубнов и топот ног сотрясал округу. Пусть всё живое и неживое услышит охотничий клич!
Таби замерла, выставив перед собой маску, которую надела на лицо. Табо присел перед ней на колено, протянув на раскрытых ладонях мешочек. Всё честно. Жрица не видит, кого завещали боги, кому выпадет честь.
— Пусть это буду я… — Чонгук напрягся всем телом. Он с самого детства готовился к этому походу. Он лучший из лучших и все это знают.
Жрица вынула руку из мешка и подняв маску, взглянула на кость. Её лицо озарила улыбка. Она резко вскинула кулак, в котором зажала символ Чонгука.
— Мой сын удостоился стать избранным!
Люди завопили. Подняли парня на руки и стали подбрасывать его к небу скандируя его имя. Вождь поднял гордый подбородок и поблагодарил силы природы за то, что те удостоили его семью такой великой чести.
Никто и не сомневался, что Чонгук привезёт столько дичи, сколько никто другой не сумеет. Он ведь такой сильный и ловкий. Истинный избранный. Перед ним склоняли головы, выказывая своё восхищение. На закате церемония окончилась. Виорга избрали своего воина, добытчика, предвестника. На рассвете он покинет родное племя, отправится в путь к Долине грёз. Целую неделю его будут ждать, с высокой деревянной балки вглядываясь в горизонт.
— Мой мальчик! — Таби обняла сына. — Я знала, что ты станешь избранным.
Едва первые солнечные лучи начали пробиваться, Татти въехал в поселение. В племени Мунбаха церемонию по выявлению избранного проводили ранним утром. Когда юноша исчез перед праздником его пытались искать, но вскоре захмелев многие про него забыли.
Он спрятал свою кость в расшитом камнями мешочке, не желая участвовать в традиционных выборах. Зачем гневить духов природы и предков? Ну какой из него охотник? Он скорее станет предвестником голода и бед. От того, сколько и какой дичи привезёт избранный зависит настроение целого племени. А Тэхён впервые в руки лук взял, который в последствии стал его подарком от Чонгука.
На самом деле Татти долго размышлял, стоит ли ехать в те места, где охотится Чонгук. Ведь там они неминуемо встретятся. О том, какой Гукман славный охотник Тэхён знал не понаслышке. В те редкие их встречи, когда племена сходились на праздник или ещё по какому-то поводу, взгляд Татти так или иначе падал на крутлявого мальчишку.
С раннего детства Гукман крепко держался в седле, ему одному из первых подарили редкого синешёрстого оленя. Вожди многих племён с восхищением отмечали, как быстро крепчает юный охотник, как он умён и чует дичь издалека.
Тэхён старался держаться от парня подальше, считая, что не заслуживает его внимания. Когда Чонгук пропал, Тэхён не стал его искать. Он побоялся. Но ведь так нельзя. Чонгук выручил его, пусть и весьма необычным способом. На долю секунды Татти решил, что нет ничего плохого в том, чтобы подарить Чонгуку поцелуй. Но только один.
Наверное, лишь ведомый совестью, он отправился ранним утром в лес. Хотя было ещё кое-что… Тэ сам себе побоится признаться, но с Чонгуком ему было хорошо. Пока они вместе смеялись и пытались охотиться, Тэхён испытывал чувство теплоты, коего юноше давно не хватало.
Племя Мунбаха замерло, ожидая церемониальных плясок. Юноша спокойно прошёл сквозь толпу вперёд и сложив руки на груди, стал наблюдать за резкими движениями своей матери. Возведённые за её спиной древесные идолы ожидали дара. И люди стали издавать клич. Старейшины запыхали клубами дыма. Жрица воспевала силы природы. Взбудоражив округу, люди резко затихли.
Все с нетерпением ждали избранного.
Жрица с плотно прикрытыми глазами сунула руку в мешочек. На её лицо нанесли традиционный окрас. В волосы вплели бусины и перья, на голову надели древесную корону. Женщина развернула ладонь и поглядела на символ…
Лицо её окрасила бледность. Стояла она, замерев, почти не дыша и всё глядела большими глазами. Люди заволновались.
— Душа моя, — вождь приблизился к ней и едва его взгляд коснулся кости, мужчина с громким вскриком зажал свои губы. Толпа начала беспокоится и перешёптываться. Что там? Кого избрали духи и предки?
— Татти… — прошептала жрица, несмело демонстрируя племени кость своего сына.
— Ох… — выдохнул кто-то и толпа затихла. Где-то вдали послышался собачий лай. Малыш зарыдал, прижимаясь к материнской груди и мимо гонимый ветром перекатился ворох из листвы и сора. Люди глядели, не веря глазам и ушам. Но больше всех был удивлён сам Тэхён. Видимо он перепутал мешочки и по ошибке спрятал кость в том самом, в котором сейчас проводят жеребьёвку.
— Кхм! — жрица с усилием успокоила себя. — Что ж… духи сделали свой выбор! Возблагодарим их!
Толпа вяло прокричала троекратное…
— Мунбаха! Мунбаха! Мунбаха. — Люди с сожалением поглядели на растерянное личико Тэхёна.
Когда он вбежал в свою землянку и выпотрошил шкатулку, то нашёл в ней камень. Тот самый талисман от Чонгука, который получил в подарок давно, на свою восьмую весну. Этот день запомнился ему очень хорошо, ведь Чонгук сказал, что Татти его судьба и настанет день, когда духи их соединят навечно.
Потом Чонгук сделает ещё один подарок, но это уже не важно. Юноша спутал камень с костью и теперь на его голову выпала честь, с которой он вряд ли справится. Вот же невнимательный, спрятал в полутьме не кость а талисман. Возможно, матушка взяла самый красивый мешочек для церемонии. Вот так путаница…
Но поздно. Теперь Тэхён должен отправится на охоту. Уже всё готово. Ему пора в путь…
Прихватив чонгуков подарок, лук и стрелы, юноша с гордо поднятой головой прошёл мимо перепуганных людей. Пусть не смотрят с сожалением, а то и без этого на душу сажа улеглась.
— Может хоть мышонка привезёшь? — младшая сестра обняла брата и незаметно сунула ему в карман кусочек сыра, намекая на то, что Тэ следует сделать ловушку.
— Попробуй поудить, — предложил отец. — Я тебе отдал свою лучшую удочку.
Племя с опечаленными лицами провожало юношу в далёкий путь. По красоте и изяществу Татти равных нет. Ручки его талантливы, от его украшений большая выгода при обмене или продаже. А вот охотник из него никакой.
— Ты главное сам живым вернись! — крикнула в спину жрица и племя тут же оживилось. Люди не взирая ни на что твердили про свою непоколебимую веру в юношу. Они кричали, что Тэхён сумеет привезти им целого оленя, он ведь сын великой Сури и мужа её Бишу. Когда юноша был уже слишком далеко, чтобы услышать соплеменников, шаман протянул негромкое…
— Надо бы запастись получше к зиме, айда на охоту!